К восьми утра караван покончил с завтраком и под командованием Гао Тин выехал за ворота мотеля.
Лу Синь мысленно прикинул время: связному из представительства Лазурной Гавани предстояло добираться сюда на скоростном поезде из Третьего города-спутника. Первый утренний состав отправлялся только в девять часов, а значит, на месте он появится не раньше полудня. Времени вполне хватало на то, чтобы съездить с Гао Тин на склад, проследить за разгрузкой и вернуться к мотелю. На всякий случай оставив в номере записку, Лу Синь со спокойной душой отправился в путь.
На этот раз он сел не к старому Чжоу, а поднялся в кабину головного тягача к самой Караванщице.
Вчера во время бешеного марш-броска они ехали в разных концах колонны, а вечером в мотеле все валились с ног от усталости, так что поговорить толком не удалось. Гао Тин прекрасно понимала, зачем он подсел к ней, и, едва фура вывернула на главную улицу, прямо спросила:
— Значит, ты считаешь, что люди, разводившие тех безумцев, придут по наши души?
— Непременно придут, — кивнул Лу Синь.
Женщина помрачнела и ненадолго задумалась. Там, в западне посреди мёртвого города, когда она готовилась бросить машины и дорого продать свою жизнь, она сама заклинала уходящих на прорыв товарищей раструбить о случившемся на весь свет — тогда широкая огласка казалась единственным шансом спасти выживших.
Но теперь, когда большая часть людей выбралась из ада живыми, ей меньше всего на свете хотелось ворошить это осиное гнездо. Будь её воля, она бы предпочла притвориться слепой и глухой, лишь бы никто и никогда не вспоминал о посёлке Белой Пагоды.
Увы, она отдавала себе отчёт, что это лишь пустые мечты. Те, кто сумел оборудовать в руинах тайную лабораторию и вырастить столь чудовищную тварь, обладали колоссальной властью. Пусть Гао Тин и не служила в Отделе очистки, она понимала, какой грандиозный скандал разразится, если правда всплывёт наружу — таких свидетелей в живых не оставляют.
Полутора суток за рулём хватило, чтобы трезво оценить масштаб нависшей угрозы, и сейчас в душе этой железной женщины царил холодный страх. Против такой махины её скромному торговому каравану не продержаться и минуты. Поэтому, преодолевая неловкость, она с затаённой надеждой покосилась на сидящего рядом пассажира.
— На какую компанию вы работаете в этом рейсе? — Лу Синь не стал сыпать пустыми обещаниями, а просто достал свой блокнот и перьевую ручку, оплетённую тонкой золотой нитью.
— Корпорация «Строительство Земли», — после короткой заминки ответила Гао Тин. — Это огромный холдинг со штаб-квартирой в Главном Городе. Они занимаются тяжёлым машиностроением, ремонтом городской инфраструктуры и всяким таким. Говорят, они стояли у самых истоков строительства защитных стен Центрального Города. В народе про них говорят, что они держат в кулаке «и твёрдое, и мягкое». «Твёрдое» — это возведение крепостных стен и расчистка старых руин под новые посёлки, а «мягкое» — прокладка кабельных сетей и телефонной связи. Они тесно сотрудничают с крупнейшими добывающими корпорациями, а мы — лишь один из многих мелких подрядчиков на подхвате.
«Корпорация "Строительство Земли"...» — аккуратно вывел на бумаге Лу Синь, прикидывая в уме: «Выходит, именно эта компания могла сдать караван на опыты?»
Вообще-то создание мутантов и мозгоподобных монстров больше походило на почерк какой-нибудь биотехнологической корпорации. Впрочем, ширма могла быть любой: после катаклизма многие крупные синдикаты разрослись до таких масштабов, что по военной и финансовой мощи не уступали иным обнесённым стеной городам. При желании такой гигант вполне мог тайком содержать собственную запретную лабораторию в Пустошах.
С другой стороны, обвинять кого-то без улик было бы неправильно... Для начала стоило просто осмотреться на месте.
...
Складской комплекс располагался на просторной и малолюдной западной окраине Седьмого города-спутника. Разумеется, головной офис корпорации находился далеко отсюда, а здесь теснились лишь огромные грузовые ангары.
— Ба, старина Гао, а вы в этот раз обернулись быстрее обычного!.. — весело крикнул кто-то из местных кладовщиков, выходя навстречу колонне. — Никак надумала наконец присмотреть себе мужика в нашем Центральном Городе и осесть насовсем?
Было видно, что рядовые работники склада ни сном ни духом не ведали о бойне в Пустошах. Впрочем, заметив мрачные, осунувшиеся лица шофёров, шутники быстро прикусили языки, свернули пустую болтовню и принялись привычно освобождать площадку для манёвра тяжёлых фур.
Закипела обычная суета: одни сверяли накладные, другие сгоняли бригады грузчиков и отпирали ворота ангаров.
Лу Синь не стал выходить из кабины — оставшись на пассажирском сиденье, он с тихим интересом наблюдал за отлаженной процедурой приёмки товара. Как-никак, задатки первоклассного дальнобойщика у него уже обнаружились, вдруг в будущем пригодится знание складской кухни? Человек ведь должен учиться всю жизнь.
Подсчёт ящиков, выгрузка, размещение по секторам, проверка качества инспекторами, подписи в актах приёмки... И люди Гао Тин, и складские служащие действовали чётко и слаженно. Единственная заминка вышла из-за того, что караван прибыл на сутки раньше графика: место в ангарах ещё не успели подготовить, поэтому дежурному старшему смены пришлось на ходу вызванивать начальство.
Прошло около получаса. Разгрузка была в самом разгаре, когда на бетонную площадь перед ангарами с визгом тормозов ворвался спортивный автомобиль.
Если судить по негласному правилу «чем бесполезнее в хозяйстве машина, тем богаче её владелец», за рулём сидел человек весьма состоятельный. Обтекаемый корпус с ослепительно блестящим лаком едва не скреб днищем по асфальту, а дверца при открытии эффектно взметнулась вертикально вверх — словом, типичная дорогая игрушка, о которой мечтает каждый, несмотря на её полную непрактичность.
Из салона выбрался полноватый мужчина лет тридцати с лишним в синей куртке, вельветовых брюках и жёлтых кожаных туфлях на шнуровке. Поправив на круглом лице очки и окинув площадь равнодушным взглядом, он широким шагом направился прямиком к грузовикам.
— Здравия желаем, заведующий Чжао...
— Вы уже подъехали, господин Чжао...
Складские смотрители и бригадиры грузчиков при виде начальства тут же подобострастно закланялись, расплываясь в угодливых улыбках.
Однако мужчина даже не удостоил их взглядом — он прошёл прямо к Гао Тин, следившей за выгрузкой ящиков, и, слегка склонив голову набок, смерил её холодным, оценивающим взглядом.
Лицо Караванщицы мгновенно каменно посуровело. Сделав вид, что не замечает подошедшего, она уткнулась глазами в накладные.
— Хех, а ты и впрямь... надо же, как быстро примчалась! — с кривой, ледяной усмешкой пробормотал мужчина себе под нос, а затем властно бросил женщине: — Пошли со мной в кабинет!
В глазах Гао Тин мелькнуло явное смятение:
— Я занята!
— Я тоже занят, — отрезал тот, буравя её взглядом. — Так что не отнимай у меня время.
Бросив это через плечо, он круто развернулся и зашагал к административному зданию, оставив свою спортивную машину прямо посреди проезда, так что грузчикам с тележками приходилось жаться к стенам, огибая её.
Поколебавшись несколько секунд, Гао Тин молча сунула папку с накладными в руки старому Чжоу и понуро побрела следом.
...
— Хм...
Проводив эту сцену задумчивым взглядом, Лу Синь толкнул дверцу кабины и спрыгнул на землю. В царящей вокруг десятков фур суматохе на него никто не обратил внимания. Неспешно лавируя между машинами, он на расстоянии нескольких десятков метров двинулся за Гао Тин и вошёл под своды старого, но внушительного административного корпуса.
Заложив руки за спину с видом вышедшего на пенсию партийного руководителя, он принялся неторопливо прогуливаться по коридору первого этажа, с любопытством разглядывая развешанные на стенах плакаты о трудовой дисциплине и технике безопасности.
На левой стене холла его внимание привлёк стенд с фотографиями руководящего состава базы: на самом верху красовался начальник складского комплекса, а ниже шли снимки заведующих приёмкой, контролем качества, охраной и логистикой. Тот самый тип в очках, что только что увёл Гао Тин, тоже висел здесь — он значился заведующим отделом контроля качества по имени Чжао Хуэй.
«Не такая уж и большая шишка, — мысленно хмыкнул Лу Синь. — Меня в Лазурной Гавани ведь тоже до заведующего повысили...»
— Братик, братик, а они там ругаются!.. — вскоре по стене коридора радостно приползла Младшая сестра и с таинственным видом зашептала ему на ухо.
— И о чём же? — вполголоса поинтересовался Лу Синь.
Сестрёнка с восторгом принялась пересказывать:
— Тот дядька с порога полез к тётеньке руками лапать, а она ударила его по рукам! Тогда он страшно разозлился и стал кричать: «Не думай, будто я не знаю, что ты устроила! Решила таким способом мне насолить — сама себе могилу роешь!» А потом схватил её за волосы и стал трясти, спрашивая, уж не спелась ли она с кем-то на стороне, и грозился, что какие бы фокусы она ни выкидывала, из его кулака ей всё равно не вырваться!..
Для пущей убедительности малышка сжала крохотные кулачки и яростно потрясла ими в воздухе.
Глядя на раскрасневшуюся от возбуждения сестру, Лу Синь мягко поправил её:
— Это не ссора, это называется оскорблением и рукоприкладством.
— Тогда давай сделаем из него игрушку? — глазки девочки алчно заблестели, тонкости формулировок её совершенно не волновали.
— Нельзя, это противозаконно, — покачал головой Лу Синь.
— Но он же плохой человек! — надула губки сестрёнка.
«И почему словосочетание "плохой человек" в устах Младшей сестры звучит как-то совсем уж странно...» — подумал про себя Лу Синь, а вслух с мягкой улыбкой предложил:
— У меня есть затея куда интереснее. Хочешь послушать?
На личике девочки проступило неподдельное изумление — старший брат впервые в жизни сам предложил поиграть с ней.
...
Отправив сестрёнку исполнять поручение, Лу Синь снова заложил руки за спину и неспешно поднялся по лестнице, внимательно читая таблички на дверях. Наконец на третьем этаже он остановился перед дверью с вывеской «Кабинет генерального директора» и вежливо постучал.
— Войдите, — донёсся изнутри мужской голос.
Нажав на ручку, Лу Синь шагнул через порог, на ходу расплываясь в самой доброжелательной улыбке.
За массивным столом сидел худощавый мужчина в строгом костюме с гладко зачёсанными назад волосами. Мысленно сличив его лицо с портретом начальника базы на стенде внизу, Лу Синь радушно устремился к нему, ещё издали протягивая руку для рукопожатия:
— Директор Ван, не так ли? Здравствуйте...
Мужчина за столом слегка опешил и с недоумением воззрился на незнакомца:
— Вы кто такой? По какому вопросу?
— А я пришёл подать жалобу, — улыбка на лице Лу Синя стала ещё шире и теплее. — Тут один из ваших подчинённых прямо на рабочем месте вымогает взятку...