— А городок-то выглядит жутковато…
Пересекши линию войскового оцепления, Лу Синь, Чэнь Цзин и Геккон вышли к самым окраинам заброшенного мегаполиса. Опасаясь скрытых в руинах угроз, командование Центрального Города благоразумно развернуло кольцо блокады на удалении полутора километров от городской черты.
При взгляде на раскинувшиеся впереди кварталы от всего города веяло непередаваемой мрачной, зловещей атмосферой.
Возможно, виной тому была пасмурная погода: тяжёлые свинцовые тучи нависали так низко, словно давили прямо на полуразрушенные крыши.
Город Водяного Буйвола занимал огромную площадь. Как и во многих других покинутых людьми мегаполисах, на окраинах здесь высились обветшалые остовы высоток. Они стояли подобно забытым детским игрушкам и в то же время напоминали безмолвных часовых, угрюмо стерегущих погребённые в руинах мрачные тайны. За годы запустения улицы буйно заросли зеленью — кроны гигантских одичавших деревьев тянулись к самому небу, погружая переулки и дворы в густой полумрак.
Время от времени с крыш срывались стаи ворон и с хриплым карканьем кружили над кварталами.
Этот город относился к числу тех мест, которые были полностью заброшены во время катаклизма, но со временем вновь заселены пришлыми бродягами из Пустошей. Официального признания со стороны обнесённых стеной городов он так и не получил, никаких оборонительных укреплений не имел, и даже единого органа управления здесь не существовало.
Впрочем, для группы Лу Синя такая анархия была только на руку — по крайней мере, не нужно было ломать голову, как перелезть через неприступную защитную стену.
...
— Ладно, теперь можешь нас отпустить и послушно идти следом.
— В драку тебе лезть ни к чему, главное — береги себя.
Услышав ласковый голос Чэнь Цзин, маленький монстр послушно разжал обвивавшие их запястья щупальца.
Лу Синь отчётливо ощутил, как чужеродная ментальная сила стремительно отхлынула от его тела. Вспомнив недавнее объяснение командира, он размял кисть, намеренно отвёл взгляд в сторону, а когда секунду спустя снова посмотрел вниз — возле ног Чэнь Цзин уже было пусто.
Более того, стоило существу пропасть из виду, как в голове Лу Синя тут же возникло странное нежелание вообще вспоминать о его существовании.
И с каждой секундой это подспудное отторжение только крепло.
Пожалуй, ещё минут десять — и он окончательно забудет, что за ними по пятам семенит маленький невидимый попутчик.
В таком состоянии видеть его постоянно могла одна лишь Чэнь Цзин.
Впрочем, если бы Младшая сестра неотлучно находилась рядом с монстром и держала его за щупальце, Лу Синь тоже мог бы ощущать его присутствие.
...
— Командир, город ведь необъятный, с какого края мы вообще начнём поиски?..
— Командир, как думаете, одарённые из Центрального Города уже зашли внутрь?
— Командир, если вдруг нарвёмся на засаду, мне первым делом вас грудью прикрывать или сразу огонь на поражение открывать?
— Командир, вы же такое высокое начальство, и вдруг лично с нами в полевой рейд отправились…
— ...
Войдя в город через сектор одноэтажных покосившихся лачуг, они двинулись вперёд по разбитой грунтовой дороге.
Шагавший рядом Геккон то и дело вертел головой в сторону Чэнь Цзин, изображая на лице крайнюю степень беспокойства за начальство.
— Я сама начинала службу с полевой оперативной работы, чему тут удивляться? — Чэнь Цзин держалась абсолютно непринуждённо и даже в строгом тактическом снаряжении вышагивала по рытвинам с грацией модели на подиуме. — К тому же мы просто сопровождаем коллегу, который приехал навестить родственника, так что не забивай голову лишней ерундой… Разумеется, соваться на глаза оперативникам Центрального Города всё равно не стоит.
К этому моменту она уже сняла верхний плащ, оставшись в защитном боевом костюме нового образца. Эластичный облегающий материал безупречно подчёркивал её высокую точёную фигуру, а широкий тактический пояс со снаряжением и набедренные кобуры придавали облику хищную боевую стать. Короткие волосы она перехватила простым розовым ободком. Казалось, её длинные стройные ноги были длиннее, чем у Лу Синя и Геккона, вместе взятых.
— Хе-хе, небось, положили глаз на секретные архивы этой запретной лаборатории? — Геккон с понимающей ухмылкой покосился на командира, всем своим видом показывая, что видит её насквозь. — Та мелкая девчушка с каменным лицом из Центрального Города наверняка преследует ту же цель. Они ведь пригнали сюда целую армию только ради того, чтобы все лабораторные разработки гарантированно достались им одним?
Не меняясь в лице, Чэнь Цзин ровно произнесла:
— Гонорар за текущее задание урезается наполовину.
— А?! — Геккон моментально растерял всю спесь. — Я протестую!
Чэнь Цзин скользнула по нему холодным взглядом:
— За протест урезается ещё наполовину.
Геккон мгновенно захлопнул рот и лишь обиженно вытаращил глаза.
— И ещё кое-что, — добавила Чэнь Цзин. — Если продолжишь под предлогом разговора пялиться на меня, лишишься не только половины выплаты, но и одной ноги.
— Э-э…
Геккон и Лу Синь синхронно уставились в землю прямо перед собой.
Удовлетворённо кивнув, Чэнь Цзин спокойно продолжила:
— Хотя официально у нас частная поездка к родственникам, при благоприятном стечении обстоятельств нам действительно стоит прибрать к рукам ключевую документацию этой запретной лаборатории или предметы с особыми паразитами…
— По крайней мере, нельзя позволить Центральному Городу заграбастать всё единолично.
— Задача ясна?
— ...
— Так точно, всё понял: грабим трофеи… — торопливо закивал Геккон и, наклонившись к Лу Синю, вполголоса пояснил: — За каждую добытую вещь нам потом сверху премию начислят.
— О-о, — тут же оживился Лу Синь. — Тогда и мне всё понятно.
Если так подумать, получается, он совмещает приятное с полезным: и родню проведает, и в оплачиваемую командировку съездит?
Просто замечательно, так он с лихвой отобьёт все расходы на гостинцы для родственника.
...
Шаг за шагом они углублялись в городские кварталы, внимательно осматривая окружающие руины.
Как и в любом другом мёртвом городе, полуразрушенные здания с пустыми глазницами окон навевали мрачную, гнетущую тоску.
Города создавались людьми и для людей, поэтому безжизненная пустота каменных джунглей всегда вызывала в душе безотчётный первобытный страх.
Похоже, человек вообще склонен бояться собственных творений, когда из них уходит жизнь.
Миновав две заваленные ржавым металлоломом и битым кирпичом улицы, они наконец заметили первых местных жителей.
Посреди грязной разбитой мостовой несколько чумазых с головы до ног ребятишек — кто босиком, а кто в стоптанных на босу ногу шлёпанцах — с весёлым гиканьем гоняли мяч. При ближайшем рассмотрении «мяч» оказался плотным комком старых газет, крест-накрест перемотанным жёлтым упаковочным скотчем. Однако самодельный снаряд ничуть не портил детям настроения — над улицей то и дело разносился звонкий ребячий смех.
— Небеса, вот же жуть какая… — Геккон замер на полушаге и сдавленным шёпотом произнёс: — Они там часом не отрубленную человеческую голову пинают?
Лу Синь присмотрелся и слегка покачал головой:
— Нет, обычный свёрток из старых газет.
Геккон тут же из чистого упрямства возразил:
— А ты откуда знаешь?
Лу Синь повернул к нему голову и невозмутимо ответил:
— Глазами увидел.
Чэнь Цзин даже не удостоила спорщиков вниманием и широким шагом двинулась дальше. Геккону с Лу Синем пришлось припустить рысцой, чтобы не отстать от её длинных ног.
Подойдя ближе, они обнаружили, что забрели в обитаемый квартал, сильно напоминающий трущобы.
Помимо гонявших газетный мяч мальчишек, вдоль обочин занимались своими делами десятки взрослых. Какая-то женщина сидела прямо на земле перед горой вздувшихся протухших консервных банок, деловито отбирая уцелевшие. Чуть поодаль мужчина на корточках расчищал крохотный клочок земли под огород, выворачивая из почвы обломки кирпичей и куски бетона. На ровных бетонных плитах сушились разложенные ровным слоем ломтики вяленого батата, а из покосившихся лачуг тянуло тёплым духом варёной кукурузной каши.
Словом, перед ними была самая обычная картина жизни стихийного поселения бродяг.
— Ощущаешь что-нибудь необычное? — тихо спросила Чэнь Цзин, пока они втроём шли сквозь строй настороженных, оцепенелых взглядов местных обитателей.
Лу Синь честно прикрыл глаза и прислушался к своим ощущениям — ровным счётом ничего.
Затем он покосился на стену соседнего дома, по отвесной кладке которой вровень с ними карабкалась на четвереньках Младшая сестра.
На её личике тоже читалось полное недоумение — судя по всему, никакого родственного зова она не чувствовала.
Так что Лу Синю оставалось лишь отрицательно покачать головой.
— Похоже, не слишком-то вы близки с этим твоим родственником… — с многозначительной усмешкой заметила Чэнь Цзин.
— Просто мы очень давно не поддерживали связь, — смущённо оправдался Лу Синь.
— Что ж, тогда придётся действовать проверенными дедовскими методами. Без поддержки разведсети и аналитического отдела отыскать замаскированную подземную лабораторию в таких огромных городских руинах — задача не из лёгких. А значит, сейчас мы поступим следующим образом…
Она на секунду задумалась и перевела взгляд на обочину дороги.
Там стояли трое подростков, которые, разинув рты и чуть ли не пуская слюни, заворожённо пялились на высокую статную фигуру Чэнь Цзин.
Она поманила их пальцем. Мальчишки сначала оторопели, а затем наперегонки бросились к ней, отталкивая друг друга локтями.
Чэнь Цзин слегка наклонилась вперёд, уперлась ладонями в колени и, заглянув подросткам прямо в глаза, мягко улыбнулась:
— Я пришла сюда, чтобы отыскать одно особое место. Оно должно заметно отличаться от остальных кварталов. Полагаю, там есть электричество, дороги вокруг расчищены от мусора, туда часто заезжают машины, и рядом могут появляться люди в чистой опрятной одежде…
Её голос звучал нежно, глубоко и завораживающе. Казалось, с каждым словом она отдаляется, но при этом смысл фраз врезается в сознание всё отчётливее и ярче. Посторонние уличные шумы вокруг стремительно затихали и тонули в пустоте, пока во всём мире не остался только этот ласковый, обволакивающий шёпот.
— Правда ведь, вам сейчас ужасно хочется мне помочь?
— Сделать это очень просто. Бегите к своим знакомым и расспросите их, не знает ли кто-нибудь о таком месте или любых зацепках, связанных с ним. Если найдётся человек, которому что-то известно, пусть он немедленно придёт сюда и всё мне расскажет, а я буду вам бесконечно признательна…
— Каждый из вас должен расспросить ровно троих человек, а после этого напрочь забыть о нашем разговоре. Всё понятно?
— ...
Поскольку Чэнь Цзин стояла к напарникам спиной, Лу Синь не видел выражения её глаз.
Однако по одним лишь интонациям он чувствовал, что её голос полон небывалой, обволакивающей нежности — словно она говорила о самых естественных и правильных вещах на свете.
Точнее, о вещах, которым хотелось повиноваться без малейших раздумий.
Договорив, Чэнь Цзин по очереди взяла каждого из троих подростков за руку и мягко сжала их ладони.
Щёлк. Щёлк. Щёлк.
Она трижды щёлкнула пальцами и с лёгкой улыбкой скомандовала:
— Бегите!
...
Выпрямившись, Чэнь Цзин повернулась к стоявшим позади Геккону и Лу Синю:
— В любой операции сбор разведданных играет решающую роль. «Чёрный Стол» действует крайне коварно и расчётливо: разместив лабораторию посреди стихийного поселения, они превратили десятки тысяч местных бродяг в живой щит и одновременно в дармовой склад подопытного материала. Однако у такой маскировки есть обратная сторона — неизбежные бреши в режиме секретности.
— Как бы тщательно они ни прятались в руинах, при таком скоплении народа кто-нибудь из местных жителей обязательно заметит странные детали и косвенные улики.
— А что касается меня…
Она слегка улыбнулась и добавила:
— Подобный сбор информации — как раз мой главный конёк.
— Каждый житель этого города с радостью выложит мне всё, что знает!
...