— А ну заткнулись все, мать вашу! — ледяным тоном прикрикнула Караванщица, разом перекрывая общий гвалт.
Люди мгновенно осеклись.
— Слушайте меня внимательно, другого выхода у нас нет, — чуть смягчив голос, продолжила она. — Когда безумцы хлынут внутрь, поляжем все до единого. Так что лучше рискнуть... Но если рванём всей гурьбой и попадём впросак, исправлять ошибку будет уже некому. Поэтому я поеду с ним и попробую решить проблему, а вы сидите здесь и ждите. Как только подвернётся шанс — немедленно прорывайтесь из города...
Нахмурив брови, она стремительно прокручивала в голове детали плана:
— Если сумеете вырваться отсюда, всеми правдами и неправдами передайте весть в ближайшие обнесённые стеной города, да хоть бы и Ордену Рыцарей! Словом, раструбите об этом на каждом углу! В посёлке Белой Пагоды завелись безумцы — а это дело нешуточное... Кто бы ни разводил здесь этих тварей, он больше всего боится огласки. Вот мы, назло этим ублюдкам, и ославим их на всю округу! Если донесёте весть — считайте, отомстите и за меня, и за всех полегших здесь братьев...
К тому моменту, как она скороговоркой выпалила последние распоряжения, её уже почти с ног до головы обмотали резиной и скотчем. Двое подручных, снедаемые тревогой, явно порывались наложить ещё пару слоёв, но она нетерпеливо отмахнулась. Перехватив пистолет-пулемёт, Гао Тин проверила магазин, закинула ремень за спину, после чего взяла обычный пистолет и плотно заткнула его за кусок покрышки на левом бедре.
Напоследок она подхватила чёрный рюкзак и закрепила его на руле мотоцикла.
— Караванщица, я с тобой!.. — побагровев от натуги, выскочил вперёд Маленький Чжоу.
— К чёртовой бабушке ты пойдёшь! — отрезала женщина и, обведя притихших людей быстрым взглядом, негромко добавила: — Деньги дороже жизни не бывают. Выживите любой ценой.
Бывалые водители стояли словно громом поражённые. У одних лица налились кровью от бессилия, у других предательски защипало в глазах.
— Эй, здоровые мужики, а нюни распустили! Вашу хозяйку так просто на тот свет не отправишь...
У самого окна лежал наклонный деревянный щит, который недавно приспособили под упор для стрельбы. Взревев мотором, Караванщица вздёрнула переднее колесо, на полном ходу влетела по доскам вверх и, словно птица, вымахнула сквозь низкий оконный проём заброшенного супермаркета прямо на улицу.
У всех внутри сердце ушло в пятки.
Люди даже охнуть не успели, как к окну с тихим шелестом метнулась серебристая тень второго мотоцикла.
Даже не пользуясь деревянным трамплином, Лу Синь просто дёрнул руль на себя, одним прыжком перемахнул через подоконник и пристроился вплотную за Караванщицей.
— Братишка Лу, верни нашу Караванщицу живой!.. — отчаянно закричал им вслед Чжоу Сяомао. — Нам никакого хабара из руин не надо, всё до последней железки тебе отдадим!..
Но его голос тут же потонул в рёве моторов.
...
— Значит, на самом деле ты тоже не уверена в моей правоте и не решилась рисковать жизнями людей? Прикрылась доверием ко мне лишь для того, чтобы выскочить наружу и при любом раскладе увести безумцев за собой? — с улыбкой спросил Лу Синь, без труда поравнявшись с мотоциклом сестрицы Гао.
— Всё понимаешь, а всё равно увязался следом? — покосилась на него Караванщица. — Я не хочу вешать на тебя лишние проблемы. Можешь свернуть здесь в сторону, только покажи точнее, где играет скрипка. Как только уведу эту свору подальше, сразу приду тебе на выручку!
— Не стоит, — улыбнулся Лу Синь. — Ты отлично придумала, я вот сам до такого не догадался.
Гао Тин ненадолго замолчала, а потом прямо посмотрела на него:
— Почему ты так стараешься нам помочь?
— А разве при первой встрече ты сама мне не говорила? — повернулся к ней Лу Синь. — В Пустошах людям надо выручать друг друга, если есть возможность!
Караванщица смерила его тяжёлым взглядом:
— Тогда я просто хотела затащить тебя в постель.
— ... — Лу Синь слегка смутился, но тут же нашёлся: — Мотивы у тебя были неправильные, зато слова — очень даже верные.
— Надо же, в наше время ещё водятся такие чудаки? — криво усмехнулась женщина и, помолчав секунду, вдруг спросила на полном серьёзе: — Давеча Пёс Сунь зря обвинил тебя в том, будто ты подосланный шпион. Но в одном он попал в точку: ты ведь всю дорогу исподтишка наблюдал за мной. Какую цель ты преследуешь?
— Ну... — Лу Синь прикинул обстановку и решил не выдавать тайну Старого Чжоу и его племянника.
Они ведь просили не раскрывать истинную причину его найма, пока Караванщица не пойдёт на поправку. Это было своего рода соглашением о неразглашении, а договорённости следовало соблюдать.
— Ха, молчишь — ну и ладно. Буду считать, что ты просто глаз на моё тело положил... — хмыкнула Караванщица, оставив расспросы.
Глубоко вздохнув, она резко вдавила кнопку сирены на руле.
Над пустынной улицей вновь взвыла сигнализация. Толпившиеся у супермаркета безумцы, которые до этого призрачными тенями жались к стенам и с жуткими ухмылками пялились на окна, мгновенно пришли в неистовство. Впрочем, удерживавшая их сила, похоже, тоже окрепла: твари метались в смятении, но окончательно контроль над собой не теряли.
— Громкости всё-таки маловато... — с любопытством заметил Лу Синь, чей мотоцикл с тихим тарахтением шёл колесо в колесо с машиной Гао Тин.
— Ничего, у меня припасён козырь... — Караванщица повернула к нему голову, и на её губах мелькнула слабая улыбка.
Вытащив сине-белый рупор громкоговорителя, она закрепила его на руле, выкрутила колёсико громкости до упора и щёлкнула тумблером.
«Любить до самой смерти!.. Не испив чашу до дна, не обретёшь покоя!..»
Над мёртвым городком нахально и оглушительно разнёсся пронзительный, надрывный мужской вокал.
Если до сего момента безумцы, подчиняясь едва слышной скрипичной мелодии, сдерживали кровожадные порывы и ждали подхода основных сил, чтобы разом прикончить весь караван, то теперь эта ревущая музыка подействовала на них словно красная тряпка на быка. Потеряв остатки выдержки, твари с диким воем бросились наперерез мотоциклам.
Словно прорвало плотину: ярость одних передавалась другим, и за машинами Лу Синя и сестрицы Гао мгновенно устремилась целая лавина искажённых тел. Мало того — впереди, с крыш и из пустых глазниц окон, то и дело высовывались новые безумцы и, оскалив клыки, прыгали прямо на всадников.
Но ни Лу Синь, ни Караванщица даже не дрогнули, лишь сильнее выкрутили ручки газа.
Лу Синь прекрасно понимал: именно этого женщина и добивалась с самого начала. Она вряд ли до конца поверила в историю со скрипкой, но, услышав его слова, смекнула что к чему и опытным путём выяснила, что твари остро реагируют на громкий шум. Внешне всё выглядело так, будто она очертя голову мчится уничтожать кукловода, однако на деле Караванщица просто решила увести орду подальше от своих людей.
Вжик!
Резко вильнув рулём, она увернулась от бросившегося под колёса безумца и навскидку дала короткую очередь.
Бах-бах!
Двое выскочивших из-за угла монстров повалились на землю с простреленными грудьми.
А ведь для обычного человека эта женщина стреляет просто отлично. Пусть в головы она не попала, но поразить мишень на такой скорости само по себе дорогого стоило.
Мысленно похвалив спутницу, Лу Синь тоже прибавил газу.
И водительское мастерство, и меткость сестрицы Гао заслуживали всяческих похвал. По меркам простых людей её реакция и сноровка были выше всяких похвал — а значит, с координацией движений у неё полный порядок, надо будет обязательно сделать пометку в блокноте...
Как бы то ни было, она оставалась обычным человеком. А сейчас с обеих сторон улицы, из узких проулков, с крыш и из разбитых окон градом сыпались всё новые и новые безумцы. Казалось, их кидают сверху словно пельмени в кипящий котёл. На какой бы скорости она ни неслась вперёд, увернуться от всех было невозможно — за считаные секунды жизнь Караванщицы уже несколько раз висела на волоске. Если бы не толстый слой резины и скотча на руках и ногах, её бы уже давно разодрали в клочья.
— Сестрёнка, ты ведь просила игрушки, которые умеют двигаться и кричать? — негромко спросил Лу Синь, опустив глаза на сидевшую прямо на руле девочку.
Малышка удивлённо вскинула личико:
— И чего это ты вдруг добреньким стал?
— Ну, это ведь монстры, — тихо ответил Лу Синь. — К тому же я чувствую, что ты чем-то расстроена.
Младшая сестра на миг замерла, затем её глазёнки радостно заблестели, и она порывисто бросилась ему на шею:
— Братик, ты самый лучший!..
Её звонкий голосок ещё звучал в ушах, а сама она уже порхнула в сторону.
Маленькая ладошка продолжала держаться за плечо Лу Синя, но хрупкая фигурка в воздухе металась вокруг мотоцикла, успевая коснуться каждого подбирающегося близко безумца. От одного её прикосновения конечности тварей сводило судорогой: путаясь в собственных руках и ногах, монстры кубарем летели на асфальт и в бессильной злобе бились о камни, не в силах подняться.
Гао Тин, всецело поглощённая бешеной гонкой на грани жизни и смерти, не имела ни малейшей возможности оглянуться. Поэтому она не видела, как вокруг невозмутимо едущего следом Лу Синя словно возникло невидимое защитное поле: стоило любому безумцу приблизиться к его мотоциклу, как тварь неведомым образом валилась с ног, корчась и завывая на мостовой.
Посреди кишащей бледными головами, охваченной безумием улицы Лу Синю не нужно было делать ровным счётом ничего. Он просто крепко держал руль двумя руками и ровно, спокойно катил вперёд. Сколько бы монстров ни бросалось наперерез, все они оставались позади, способные лишь бессильно рычать.
Вот только за спиной у всадников уже клубилась чёрная туча преследователей, накатывающая следом подобно гигантскому цунами.