— Дорогих сортов кофе и изысканного чая здесь не держат, остался только такой дешёвый растворимый порошок, да и тот на исходе. Лишь ради столь дорогого гостя, как вы, доктор Чжао, я готов расщедриться на чашечку…
Чжао Шимин брезгливо покосился на мутную жижу, нахмурился и коротко бросил:
— Обойдусь.
— На вид, конечно, грязновато, — добродушно рассмеялся Чэнь Сюнь. — Но у меня имеются первоклассные антидоты, так что пищевое отравление вам в любом случае не грозит, доктор Чжао.
— Даже с антидотом расстройство организма скажется на моей работоспособности, — сухо ответил Чжао Шимин. — Кофе пьют ради бодрости ума. Мне нет дела до сорта зёрен и чистоты посуды, но рисковать физическим состоянием ради сомнительного удовольствия хлебнуть горячего — это уже вопрос профессиональной дисциплины.
Чэнь Сюнь понимающе кивнул, отставил свою кружку в сторону и с искренним уважением произнёс:
— Вы абсолютно правы, доктор Чжао.
С этими словами он повёл гостя вглубь зала, и вскоре они остановились у края круглого резервуара из армированного стекла диаметром около трёх метров.
Бассейн уходил далеко вниз. С галереи второго этажа, где они стояли, открывался вид на пугающую глубину резервуара, до краёв заполненного густой зелёной жидкостью с резким едким запахом. Внутри этой вязкой среды, словно обладая собственным сознанием, непрерывно ворочалась и клубилась багровая масса плоти. Время от времени на поверхность с тихим всплеском высовывались змееподобные щупальца и тут же медленно утягивались обратно, оставляя на зелёной глади хлопья пены и лопающиеся пузыри.
Со всех сторон к резервуару тянулись толстые гофрированные шланги и кабели, сплетаясь в сложную и зловещую конструкцию.
Чжао Шимин пристально всмотрелся в бурлящее варево, лицо его слегка посуровело, и он отрывисто спросил:
— Сколько процентов?
— Девяносто два процента! — с улыбкой ответил Чэнь Сюнь. — О последней технической преграде я вам уже рассказывал по дороге — это как раз ваша узкая специализация. Если нам удастся решить проблему, мы с вами станем первыми людьми в истории, успешно завершившими подобный эксперимент. Думаю, о масштабах открывающихся перспектив лишний раз говорить не нужно?
Чжао Шимин долго молча смотрел на стеклянный бассейн, а затем глухо произнёс:
— Не ожидал, что вы продвинулись дальше меня…
— Всё-таки вы до сих пор числитесь в штате официального Исследовательского института, — мягко заметил Чэнь Сюнь. — Там руки связаны регламентами и правилами, поэтому неудивительно, что мы действуем быстрее.
Чжао Шимин глубоко вздохнул, резко повернулся к собеседнику и в упор посмотрел ему в глаза:
— Вы пошли на колоссальный риск, чтобы вытащить меня сюда. Причина лишь в том, что я один из немногих профильных специалистов института, работавших за пределами Главного Города? Или вы действительно путём точных расчётов пришли к выводу, что именно мои наработки помогут преодолеть финальный барьер? Неужели у вас не было более подходящих кандидатур?
— ...
— Оба главных сектора Центрального Города по праву считаются одними из самых неприступных крепостей для сторонних одарённых… — неспешно заговорил Чэнь Сюнь, и на губах его заиграла тонкая улыбка. — Можно сказать, безопасность там практически абсолютная. Однако это вовсе не значит, что проникнуть туда невозможно в принципе. Главная причина моего выбора кроется в другом. Обладая вашими знаниями и научным авторитетом, вы, доктор Чжао, вполне могли спокойно сидеть в Главном Городе, пользоваться лучшими в мире привилегиями и круглосуточной охраной, неспешно занимаясь своими изысканиями. Но вместо этого вы по собственной инициативе подали прошение о переводе в город-спутник…
— Можно ли расценивать этот шаг как то, что вы сами ждали удобного случая?
Он с улыбкой посмотрел в глаза учёному:
— Научный потенциал — это лишь полдела, куда важнее внутренний настрой. Возможно, список кандидатов у меня был немаленький, но человек, способный со всей душой и полной самоотдачей помочь мне довести проект до конца, во всём мире только один — и это вы, доктор Чжао.
— ...
Их взгляды скрестились в воздухе. Каждый видел на лице собеседника холодное спокойствие и непоколебимую уверенность.
Выдержав долгую паузу, Чжао Шимин криво усмехнулся:
— Должен предупредить вас об одной вещи. Насколько я знаю методы Центрального Города, они уже перешли к решительным действиям. Я нисколько не сомневаюсь, что в Высшей администрации Центрального Города у вас хватает высоких покровителей, но в данном вопросе даже они не смогут остановить государственную машину. Весьма вероятно, что в эту самую минуту специальные оперативные группы уже стоят у городских окраин…
— Вы уверены, что мы успеем закрыть проект до того, как они прорвут оборону и ворвутся сюда?
— ...
— Я прекрасно знаю, что они уже здесь. Более того, они разбили передовой лагерь в пяти километрах к востоку от города, — спокойно улыбнулся Чэнь Сюнь. — Но это не имеет ни малейшего значения. В Центральном Городе слишком много людей, аппарат давно погряз в бюрократии, и любые проблемы они привыкли забрасывать пушечным мясом. Вот только времена изменились, и в нынешних войнах численный перевес уже ничего не решает. Если вас всё ещё терзают сомнения, доктор Чжао, я могу сначала показать вам, какая участь ждёт непрошеных гостей в городе, а уж после этого вы примете окончательное решение, стоит ли мне помогать.
Договорив, он отдёрнул белую занавеску в углу. За ней на небольшом столике лежали три причудливых предмета. Слева покоилась толстая прямоугольная видеокассета — безнадёжно устаревший носитель даже по меркам эпохи до катаклизма, с полустёртой неразборчивой наклейкой на корпусе.
Посередине стоял сложнейший кубик Рубика двенадцатого порядка с мелкой сеткой граней.
А справа лежал старый, изрядно потрёпанный и поцарапанный секундомер.
...
Чжао Шимин скользнул взглядом по троице предметов и едва заметно нахмурился.
Чэнь Сюнь мягко улыбнулся, сделал несколько шагов к пульту управления и легко пробежался пальцами по клавишам.
На большом настенном экране тут же вспыхнули десятки окошек с видеокамер, направленных на различные кварталы Города Водяного Буйвола.
На одном кадре маленькая босая девочка в белом платьице неподвижно стояла на краю крыши многоэтажки.
На другом по пустынной улице неспешно шагал мужчина в строгом костюме, посреди лица которого зиял всего один-единственный глаз.
На третьем рабочие в герметичных защитных костюмах споро выгружали из фургона какие-то массивные ящики.
...
Чжао Шимин внимательно пробежал глазами по мониторам. Холодное безразличие на его лице сменилось лёгким замешательством, а к концу просмотра кожа учёного приобрела землисто-серый оттенок. Как ни старался он сохранить самообладание, в глубине его зрачков проступил неприкрытый животный страх.
Голос доктора стал глухим и сиплым:
— Сколько же монстров вы спрятали в этом городе?
— Вообще-то всего одного, — с самой добродушной улыбкой ответил Чэнь Сюнь.
— Что?!
Брови Чжао Шимина резко взметнулись вверх. Он словно осознал нечто чудовищное, и ледяной ужас окончательно исказил черты его лица.
Лишь сделав два глубоких вдоха, учёный сумел совладать с нервами, поднял голову и твёрдо посмотрел на Чэнь Сюня:
— Я помогу вам.
Однако после секундного колебания он плотно сжал зубы и, не отводя взгляда от глаз собеседника, добавил:
— Но вы должны дать мне слово. Если ваш замысел увенчается успехом, моё имя в обязательном порядке будет вписано в графу соруководителя проекта. Если же эксперимент провалится, то я…
Он сделал паузу и раздельно произнёс:
— Работал под дулом пистолета.
На губах Чэнь Сюня расцвела понимающая улыбка:
— Разумеется. Таковы элементарные правила хорошего тона за «Чёрным Столом».
Чжао Шимин коротко кивнул и протянул открытую ладонь.
Они крепко пожали друг другу руки, обменявшись абсолютно искренними, тёплыми улыбками.
— Приятного сотрудничества!
После чего оба развернулись и широким шагом разошлись каждый к своему рабочему месту.
...