Размен плоти на смерть.
Я победил, убив врага, но цена оказалась высока. Из-за сильной кровопотери мог начаться шок. Я немедленно запросил медицинскую помощь, и вскоре все порезы на моем теле исчезли. Мне едва удалось зацепиться за жизнь, но как только жизненные силы восстановились, я тут же пришел в себя. Расслабляться было рано: Ганс, защитивший меня, все еще был в опасности.
Бандит, оседлавший его, пытался вонзить кинжал Гансу в горло, а тот отчаянно сопротивлялся. Если не вмешаться, он долго не протянет.
— А-а-а-а!
Но не успел я сделать и шага, как Бодо с криком вонзил меч в затылок «гадюке». Тело бандита медленно сползло в сторону. Ганс оттолкнул труп и жадно хватал ртом воздух.
— Кха… кха… Спасибо, Бодо, — выдавил он сквозь кашель.
— Я… я убил ублюдка, который прикончил маму. Я убил его!
Бодо покачнулся и рухнул без чувств.
— Бодо! — Испуганный Ганс успел подхватить его у самой земли, уберегая голову от удара. Видимо, парня накрыло шоком. Увидев смерть Фроста, остальные «гадюки», бившиеся с Тедом и Оскаром, бросились наутек не оглядываясь. Тед лежал на земле: из ран на животе и ноге хлестала кровь. Оскар, к счастью, не пострадал.
Будь моя воля, я бы догнал каждого из этих трусливых ублюдков и прикончил на месте, но сил не осталось.
С завершением задания «Дикие улицы» мне начислили две тысячи очков – мой баланс сменился с минус полутора тысяч на пятьсот. Кроме того, я получил пятьдесят очков престижа семьи, и теперь их стало ровно сто. Как только счетчик достиг этой отметки, система оповестила о разблокировке бонуса «Престиж Штрейтов» – пятипроцентная прибавка к признанию и управлению.
— Инспектор! Тед умирает! Если так пойдет и дальше…!
Тед был в критическом состоянии. От потери крови он уже потерял сознание.
К сожалению, пользоваться медицинскими услугами системы мог только я. Быстро пролистав магазин, я нашел в разделе хозяйственных товаров «Аптечку для экстренной помощи» за пятьсот очков. Она материализовалась прямо в руках, но никто, кроме меня, не мог ее видеть. Медлить было нельзя: я продезинфицировал рану на животе Теда и обильно залил ее кровоостанавливающим средством, после чего наложил повязку.
Я приказал Оскару придавить рану, а сам с помощью пластырей, зажимов и булавок зафиксировал повязку.
Затем пришла очередь правой ноги. Очистив рану и нанеся гемостатик, я туго забинтовал ее спиральной техникой, поддерживая давление. К счастью, кровотечение почти прекратилось, и самый опасный момент миновал. Армейская подготовка из прошлой жизни не прошла даром. Слава богу, я его спас.
— Инспектор, с Тедом ведь все будет хорошо?
— С ним все будет в порядке. Спасибо, что выстояли.
Наконец-то я смог перевести дух.
— И не называй меня больше инспектором. С этого момента зови по имени. Ты ведь его знаешь?
— Я буду звать вас Вольфгангом. Пожалуйста, и меня называйте просто по имени.
— Договорились, Оскар. Теперь ты и Тед – солдаты семьи Штрейт.
Оскар Грайфс и Тед Майер были бойцами, которые рискнули жизнями, прикрывая мою спину. Раз они делом доказали, что я могу доверить им свою жизнь, я отплатил им верностью. И хотя формально они были приставлены следить за мной, в инспекции они были всего лишь новичками.
У них просто не было выбора – они обязаны были подчиняться приказам заместителя генерального инспектора.
Отказаться выполнять распоряжение второго человека в ведомстве? Новичкам? Они лишь честно выполняли свой долг.
Попрекать их слежкой было бы мелочно с моей стороны. К тому же, именно эти парни послужили предлогом для устранения Рюдигера, так что Адельберт вполне мог вышвырнуть их на улицу из чистой злобы. Так что присяга мне была для них естественным шагом ради безопасности и будущего.
— Словно поле боя, — прошептал я, оглядываясь.
Переулок превратился в свалку. Кровь друзей и врагов смешалась в липкие лужи, наполняя воздух тяжелым запахом бойни. Оскар отделался мелкими порезами, у Ганса, помимо удара по голове, ран не было. Смастерив импровизированные носилки из двух крепких досок и одежды, снятой с убитых «гадюк», мы переложили на них Теда.
Ганс и Оскар понесли носилки, а я взвалил Бодо себе на спину.
Я забрал голову Фроста и оружие бандитов. Раз он был офицером «Шланге», за него наверняка полагалась награда. Да и трофейные клинки стоили не меньше их голов. Когда мы вышли на улицу Байен, наш вид мог напугать любого – мы выглядели так, словно только что сбежали со скотобойни.
Разумеется, это вызвало переполох. К нам тут же подбежали стражники из Судебного департамента.
— Стой! Назовите себя и свое ведомство!
— Я Вольфганг фон Штрейт. Работаю временным инспектором в Департаменте финансов.
— Э-э… Вы можете предъявить герб, чтобы подтвердить личность?
Стоило мне упомянуть о благородном происхождении, как лицо стражника тут же приняло подобострастное выражение. Типичный подпевала: суров с простолюдинами и раболепен перед знатью. В этом городе таких пруд пруди. К счастью, на этот раз я был по нужную сторону сословной баррикады.
Я продемонстрировал им кинжал, которым заколол Фроста.
— О, господин Штрейт! Прошу прощения. Но что здесь произошло?
— Схватка с бандой «Шланге» неподалеку от борделей у трущоб. Я дам вам координаты, отправьте людей за телами. А вот голова их вожака и оружие членов банды.
Я передал голову и конфискованное оружие, указав расположение «Короны Нищего» и того переулка. Стражник, разглядывавший голову, вдруг замер, и его глаза округлились. Его напарник был потрясен не меньше.
— Э-это… это же тот самый преступник, который убил заместителя генерального инспектора Рюдигера, верно?!
— Точно! Стража северного округа все глаза проглядела, разыскивая его!
Я знал, что он напал на Рюдигера, но он оказался настоящим убийцей? Значит, стража даже не смогла отследить его перемещения, просто заблокировав северный район и обыскивая его вслепую? Они не поймали человека, который преспокойно разгуливал по городу. Место, где Фрост напал на нас, находилось в юго-западном округе. Он наверняка в открытую смеялся над силами правопорядка.
Стражники поспешили в судебную управу, забрав голову и трофеи.
— Вольфганг, Тед очнулся!
К счастью, за это время Тед пришел в себя. Он выглядел растерянным, обнаружив себя на носилках, но заметно расслабился, когда Оскар объяснил, что мы победили. Я повторил Теду то же, что и Оскару: теперь он официально состоит на службе у семьи Штрейт.
Тед был счастлив, но из-за тяжелой раны в животе ему предстояло надолго слечь в постель.
— Кья-а-а! Господин?! Откуда столько крови?!
Когда мы, измотанные, добрались до дома, Сабина чуть не лишилась чувств при виде наших окровавленных одежд. Даниэль, помогавший ей по хозяйству, тоже был изрядно потрясен. Уложив Теда, я приказал всем отдыхать.
Даниэль приготовил горячую воду, и я первым делом отправился в ванную. Я тер кожу до красноты, смывая малейшие следы чужой крови.
Да, горячая ванна – лучший способ завершить день. Даже если ты в этот день едва не расстался с жизнью.