Для начала я осмотрел свою одежду: на мне была темно-зеленая туника, похожая на платье, сшитая из добротной ткани. Штаны из легкого материала не стесняли движений, а вот дизайн обуви казался диким – я не понимал, зачем делать носки такими длинными и острыми. Совершенно непрактично. Неужели это писк моды?
Шляпа и плащ, висевшие на стене, отчетливо пованивали аммиаком или чем-то столь же едким. Надевать их совсем не хотелось. Мое жилище имело Г-образную планировку: комната, гостиная и кухня шли друг за другом. Это был двухэтажный дом: я занимал первый этаж, а домовладелец – второй.
Дом располагался в северо-восточном районе Брайсбурга – жилом квартале для рыцарского сословия. В иерархии знати рыцари считались низшим дворянством. Те, кто владел титулами – герцоги, маркизы, графы, виконты, бароны, – относились к высшей знати. А те из них, кто имел собственные территории, именовались князьями и фактически были королями в своих землях.
Скрип.
Я открыл дверь и вышел наружу. Передо мной предстала типичная застройка средневекового европейского города. Но не успел я почувствовать себя туристом, как взгляд наткнулся на кучу нечистот в углу улицы. Кажется, источник вони был найден. Как ни крути, это были экскременты. Значит, в отличие от игры, этот мир был предельно реальным?
Вспомнилось, что в средневековье не было нормальных туалетов: люди справляли нужду в горшки и выплескивали содержимое прямо на улицу. От одной мысли об этом захотелось вернуться домой. Если я снова умру, смогу ли я вернуться назад? Вынесет ли такой чистюля, как я, эту антисанитарию? А если я подхвачу заразу?
Даже без черной смерти здешние виды внушали ужас: казалось, помереть от болезни здесь проще простого. Теперь стало ясно, почему шляпа и плащ висели у самого входа. Это была защитная экипировка от «дождя» нечистот, льющегося сверху.
Противно, но без них на улицу лучше не соваться.
Длинный, похожий на плащ наряд, доходивший до колен, назывался сюрко – наряду с туникой это была классическая одежда Средневековья. К нему прилагался капюшон, так что, облачившись, я стал похож на человека в робе. В этой одежде я почувствовал себя чуть более защищенным.
— … — я молча огляделся.
Ряды похожих кирпичных домов, вдали высятся крепостные стены, по улицам снуют люди в средневековом платье. Между прохожими бродил скот, шныряли охотничьи псы и весело носилась детвора. Картина, далекая от привычной мне современности.
В игре NPC-горожане не вели себя так детально. Увиденное подтверждало: мир действительно живой. Эти люди не двигались по заложенным алгоритмам – они были настоящими и преследовали свои цели.
Жизнь каждого человека, существование каждого из них.
Теперь я убедился в этом воочию.
Я заметил извилистые переулки и бродяг, сидящих то тут, то там – их оказалось больше, чем я ожидал. В одном месте цыганская семья разбила небольшую палатку и возилась с младенцем. Под ногами хлюпали грязные лужи, запах стоял невыносимый.
— Господин, не найдется ли монетки для бедного калеки? Пожертвуйте, если хотите божьего благословения. Ваша доброта вернется вам сторицей.
Бродяга с перебинтованной ногой, опираясь на костыль, дерзко просил милостыню. Бог отплатит мне за пожертвование? Когда я ответил, что денег у меня нет, попрошайка ухмыльнулся и бросил, что если я подам в следующий раз, он лично меня благословит. Опешив от такой наглости, я поспешил прочь из переулка.
Нищий, который не просит, а требует.
Такого я даже в игре не встречал.
Бездомных и беженцев здесь было пруд пруди.
Между наглыми попрошайками и помоями, летящими из окон, я испытывал настоящий культурный шок. Сколько времени уйдет на адаптацию? Чистоплотному современному человеку тут явно не место. К счастью, эпоха великой чумы уже осталась в прошлом.
События игры разворачивались в вымышленном периоде, сочетавшем черты XV и XVI веков.
Черная смерть, бушевавшая в XIV веке, давно отступила.
Мир «Medieval Knight» опирался на альтернативную историю. Хотя в него вплетали знаменитые события и стремились к достоверности, считать его учебником истории было бы ошибкой. Например, герцогство Берен, к которому я принадлежал, владело землями Швабии и Бадена, но в реальности такого государства никогда не существовало.
Оставив позади вонючие улицы, я понял, что Брайсбург и впрямь процветает. Город кишел народом: как и подобает столице, он был центром экономики и культуры. Рынок ломился от товаров и купцов.
Выбравшись из лабиринта подворотен, я вышел на перекресток бульваров, знакомый по игре. Четыре главных бульвара, расходящиеся по сторонам света, делили город на четыре крупных района. Я жил в северо-восточном.
Выйдя на восточный бульвар Кислинг, я увидел вереницу экипажей и пешеходов, тянущихся к площади.
В самом центре бульвары сходились у огромной площади. Там располагался комплекс правительственных зданий, где размещались четыре ведомства: административное, военное, финансовое и судебное. Рядом стоял эшафот, а над всем этим величием возвышался Брайсбургский собор – массивное готическое сооружение с пронзающим небо шпилем.
Острая готика выглядела внушительно.
Чуть поодаль находились герцогская больница и университет, а также рынок. Мрачный эшафот перед зданием управы нагонял тоску. На площади легко можно было встретить людей в самых разных нарядах, символизирующих их сословие. Все ключевые заведения города были сосредоточены здесь.
Больница и университет находились под крылом Церкви; последний готовил в основном католических священников, хотя, помимо теологии, там преподавали право, медицину и математику. В игре я часто заглядывал в эти места, так что ориентировался неплохо.
Когда мимо проходили люди в монашеских рясах с крестами, прохожие затихали в молитве, выказывая почтение. И тут меня прошиб холодный пот: я ведь человек нерелигиозный и в церковь отродясь не ходил.
Положение было опасным.
Вряд ли меня сожгут на костре просто за неверие, но лучше хотя бы притворяться. Стоит держаться подальше от церковных чинов, но раз влияние Церкви пронизывает каждый миг жизни, придется выучить основы веры, чтобы не закончить жизнь на костре.
Как бы то ни было, Система дала мне задание еще дома. Посмотрев по сторонам, я решил, что лучше кружить по площади, чем бежать по забитому людьми бульвару. Я начал разминку. Заметив мои упражнения, стайка молодых монахинь неподалеку прыснула со смеху.
Чего это они? Неужели я так странно выгляжу?
Разогревшись, я перешел на легкий бег. Выносливость тридцатипятилетнего клерка никуда не годилась, но, к моему удивлению, бежать было слишком легко. Казалось, я вернулся в юность, когда энергия била ключом. Стоило прибавить темп, как я почувствовал, что мышцы буквально поют.
Тридцать минут бега. Сначала задание показалось непосильным. Как я пробегу полчаса, если раньше выдыхался через три минуты? Но мое новое пятнадцатилетнее тело было свежим, здоровым и крепким. С каждым шагом я чувствовал прилив сил.
Как же давно я не ощущал ничего подобного.
В школе я мог восемь часов кряду гонять мяч под палящим солнцем и не знать усталости. В армии я тоже был среди лучших, но после тридцати всё рассыпалось: выносливость испарилась, а былая гибкость стала лишь воспоминанием.
Бежать сейчас было сплошным удовольствием. Я наслаждался этим телом, которое не знало одышки. Раньше я бы уже задыхался, согнувшись в три погибели. А сейчас – ноги не болели, и сил было хоть отбавляй.
Вот она, мощь и скорость восстановления пятнадцатилетнего организма.
[Повторяющееся задание: Тренировка завершена]
[Награда: 50 очков, 50 медных монет]
Полчаса пролетели незаметно. Во внутреннем кармане сюрко внезапно появился кожаный мешочек. Внутри оказались пятьдесят медных монет. Так вот как здесь приходят деньги? Монеты были меньше, чем я представлял. Примерно с небольшую пуговицу.
Пробежка и впрямь прочистила мне мозги. В интерфейсе снова всплыло задание на бег. И я хотел продолжать. Хотелось подольше ощущать эту легкость в теле. Мой расцвет, который, как я думал, ушел безвозвратно, снова был со мной.