Прошло две недели.
Короче говоря, без системного помощника мне пришлось бы очень туго.
Тем, что я смог благополучно адаптироваться, я был целиком обязан системе.
Во-первых, Средневековье было далеко не изобильным временем. Сахар и специи являлись исключительной привилегией и символом статуса знати, а большая часть зерна, включая пшеницу, как и мясо, принадлежала лордам. До Черной смерти простолюдины выживали, питаясь кашей из ячменя или овса – они даже хлеба не могли себе позволить. Да и твердый хлеб доставался не каждому.
Но после эпидемии чумы, когда лорды начали снижать налоги из-за нехватки рабочих рук, простолюдины, раньше перебивавшиеся кашей, смогли позволить себе черный хлеб, а иногда и белый, что улучшило условия их жизни. И все же, по сравнению с дворянами, им всего не хватало.
Улицы были запредельно грязными, а Церковь почитала аскетизм за добродетель, так что привыкнуть ко всему этому было непросто. Вдобавок ко всему, самым тяжелым испытанием стала жизнь в постоянной близости со смертью.
Даже новости о войнах в далеких странах для большинства людей остаются лишь заголовками. Если внезапно бросить человека в самую гущу битвы, где нужно убивать или быть убитым, выживет ли он? В этом смысле мне повезло. По крайней мере, я не был угнетаемым крестьянином.
Я был пятым главой семьи потомственных рыцарей Штрейт.
В отличие от простолюдинов, плативших кучу налогов, я был от них освобожден. Семья Штрейт числилась в рыцарских списках Герцогства Берен и имела право на титул риттера. Поэтому моего отца звали Азельдорф Риттер фон Штрейт.
Это означало, что после посвящения я стану зваться Вольфганг Риттер фон Штрейт.
Отец значился погибшим в войне с Францией, так что за его именем числились воинские заслуги.
Обычно посвящение в рыцари не происходило без личных боевых достижений, поэтому многие кандидаты из кожи вон лезли, чтобы их заслужить. Зачем это было нужно? Потому что в Герцогстве Берен развелось слишком много рыцарей и рыцарских семей, так что кандидатов отсеивали прежде всего по их военным успехам.
Я же мог получить все блага рыцарского звания только за счет заслуг покойного отца, не утруждая себя подвигами. Подай я заявку в любое время – и церемония состоялась бы в течение месяца, но я пока тянул время.
Нынешний я не был настоящим рыцарем – так, желторотый юнец, не умеющий сражаться. Поэтому я был занят сбором очков через повторяющиеся квесты. Думаю, за эти две недели я потрудился на славу.
Мой распорядок дня был плотно забит графиком заданий.
Я просыпался в 6 утра и первым делом делал разминку. После десятиминутной растяжки я надевал свое сюрко и бегал в течение получаса. Если пробежать от восточного бульвара (Кислинг) до западного (Линц) и обратно, можно было выполнить квест дважды. Это приносило мне 100 очков.
Каждое утро, бегая туда-сюда мимо площади и церкви, я постоянно видел нищих всех мастей. Большинство из них были обмотаны бинтами и опирались на костыли, чтобы выглядеть жалко.
Иногда Церковь раздавала милостыню, и тогда они сбегались целыми толпами.
— Господин, подайте монетку бедному калеке, потерявшему ногу!
— Мне нечем кормить ребенка, я сама не ела несколько дней. Пожалуйста, хоть одну монетку!
Из-за того что я бегал по бульвару каждый день, попрошайки стали узнавать меня и приставать активнее. Поначалу, по незнанию и из жалости, я подал несколько медных монет, и нищие, запомнив это, буквально вцеплялись в меня, требуя еще. Сперва я растерялся, но теперь уже адаптировался.
— Эй! На площади попрошайничать запрещено!
— Проклятье, бежим!
Здесь я часто становился свидетелем того самого чуда, которое случается только в метро. Большинство этих «увечных» нищих были мошенниками, так что я им больше ничего не давал. То же касалось и попрошаек с младенцами, потому что они использовали подобранных невесть где детей лишь как реквизит.
После этого я возвращался домой, быстро умывался и в 8 часов завтракал.
Вообще-то католики не поощряли завтраки, но я ел из необходимости.
В основном я придерживался немецкого меню. Раз уж это немецкие земли, я хотел выработать привычки, схожие с местными. К счастью, кухня региона Берен (Швабия и Баден) славилась как одна из лучших в Южной Германии. Моим обычным рационом стали Шойфеле и картофельный суп.
С 9 часов я приступал к квестам на тренировку нижней и верхней частей тела, а также баланса, заканчивая утренние упражнения к полудню. Только за утро я зарабатывал 200 очков. Приятным бонусом было то, что за квесты давали не только очки, но и звонкую монету.
Стабильные 200 медных монет в день – это складывалось в приличный доход. Медь уходила в основном на дрова, воду и прочие бытовые нужды. За две недели я выяснил уровень цен: оказалось, что поденный рабочий получает около 20 медных монет в день.
Я же зарабатывал в десять раз больше только за утро, так что о деньгах пока не беспокоился.
На обед я обычно заказывал современную еду.
Ах, радость от поедания современных блюд в средневековой обстановке! Только я мог наслаждаться этой привилегией.
По сути, я жил изо дня в день ради возможности помыться и вкусно поесть.
Бесконечные тренировки постепенно вошли в привычку.
Днем я в основном занимался с деревянным мечом.
Я постепенно увеличивал количество взмахов, начав со ста, и теперь дошел до трехсот. Когда я только начинал, я поразился весу деревянного меча и тому, насколько утомительно просто махать им. Эта тренировка приносила мне еще 100 очков и 100 медных монет.
И как только у меня накопилось 1000 очков, я купил «Руководство по немецкому фехтованию».
[Руководство по немецкому фехтованию]
[Квест тренировки: Этап 1]
[Освоить 4 базовые стойки (Окс – Фом Таг – Пфлуг – Альбер)]
[Мастерство: 50/100]
[Коррекция базовой стойки]
[Награда: 500 очков, 500 медных монет]
Когда я впервые увидел этот квест, меня немного смутили незнакомые названия.
Это был стиль фехтования, специализирующийся на агрессивной защите и постоянном давлении на противника.
Немецкая школа – это не столкновение клинков, как в кино или мультфильмах; здесь предпочитали сокращать дистанцию, сохраняя контакт лезвий, а затем наносить удар.
Для меня это была совершенно новая дисциплина.
Поначалу адаптация шла туго.
Но функция коррекции базовой стойки очень помогла.
Благодаря ей мое мастерство поднялось до 50.
Было тяжело, но, думаю, это того стоило.