Крупная операция завершилась успешно, поэтому, как и всегда, жителям города выдали праздничное угощение.
Меню выбрали довольно случайно.
— Простите, господин управляющий.
Сеён пришла в рёкан, где я остановился.
На ней был такой же костюм, какой обычно носила Роуз, и по манере держаться их вполне можно было принять за сестёр по отцу.
— А, пришла.
— Да.
Увидев меня в лёгкой одежде с лейкой в саду, Сеён заметно напряглась.
Характер, образ жизни, атмосфера — во многом они действительно были похожи. Поставить их рядом в одинаковых костюмах — получилась бы отличная картинка.
— Не нервничай. Это не по работе.
Почему-то она всё равно стояла скованная и с покрасневшим лицом.
— …Я нервничаю не поэтому.
Она пробормотала настолько тихо, что не расслышал даже я.
Я спросил, чего бы ей самой хотелось на праздничный ужин.
— А… А-ха-ха. Вот о чём вы.
— Если бы речь шла о работе, я бы не звал тебя сюда.
— Тоже верно.
— Ну так что выбираешь?
— Моё мнение неважно. Если позволите, я прямо сейчас соберу пожелания жителей.
Она зачем-то вытянулась по стойке смирно.
— Нет. Сейчас важно именно твоё мнение. Скажи первое, что приходит в голову.
— Но это ведь еда для всех.
— Благородство засчитано. И всё-таки я спрашиваю: что хочешь ты?
— У-у…
Она немного помялась, соединила кончики указательных пальцев и осторожно выдавила:
— Су… суш…
— Что? Громче.
— Суши!
Она почти выкрикнула это как строевую команду, а потом мгновенно сдулась.
— Суши, пожалуй, сложно. Для массовой раздачи слишком много ручной работы.
— Д-да! Конечно! Я так и думала!
Сеён с пылающим лицом закивала так яростно, что воздух свистел.
— Но сашими вполне реально.
— …!
Наверное, дело было в контрасте с её обычной собранностью, почти как у Роуз.
Лицо Сеён мгновенно просияло, и она едва заметно сглотнула.
Так праздничным меню для всех стало сашими.
Разумеется, поскольку мы использовали технологию культивированного мяса, это было не сашими из только что выловленной рыбы, а выдержанное.
Впрочем, хороший вкус сашими как раз и раскрывается после созревания.
Обычно сырая рыба кажется дорогой и неподходящей для массового питания, но с технологиями выращивания ткани это уже не проблема.
Во-первых, отпадает разделка рыбы — одна из главных составляющих её цены. Мы сразу выращиваем чистое филе без костей.
Во-вторых, исчезает риск паразитов, поэтому сашими можно подавать массово без опасений пищевого отравления.
И вот настал ужин с неограниченным количеством сашими.
[А-А-А-А!]
[…Ты каждый раз орёшь, когда дают что-то особенное?]
[Я так давно этого хотела!]
[Не верится, что в такое время мы вообще едим сашими!]
Реакция на экране была взрывной.
Казалось, живая радость и возбуждение людей буквально выплёскивались через изображение.
[Камбалу и лосося я узнаю, а остальное что? Тут же целая гора видов.]
Большинство жителей были азиатского происхождения, но среди них встречались люди с Ближнего Востока и из Европы. Мы заранее приготовили для них альтернативные блюда — похоже, зря.
Все как один набирали себе полные тарелки сашими и улыбались во весь рот.
[Так! Здесь ещё есть рис для суши! Кто хочет устроить себе суши — берите и собирайте сами!]
Кидз, одетая как суши-повар, носилась по столовой в виде голограммы и рекламировала рис. Вокруг неё тут же собралась толпа.
[Да заверни рис в кусочек рыбы — вот тебе и суши, делов-то.]
Для тех, кто не любил сырую рыбу, приготовили лосося на гриле и салат.
Но таких оказалось намного меньше.
[Сегодня, даже если живот лопнет, набью его одной рыбой.]
Я прекрасно понимал это чувство.
[Ох, как вкусно!]
[Это тоже культивированное мясо, да?]
[А ты как думаешь? Ради нас что, будут сотни рыб вручную разделывать?]
В шумной столовой все улыбались.
Даже фракции, которые обычно конфликтовали, в дни таких угощений откладывали вражду и спокойно ели рядом.
[По структуре мяса сразу видно, что оно выращенное. Я три года работала в суши-буфете. И говорю вам: это даже вкуснее настоящей рыбы. Здесь полно редких частей, которых даже с нескольких рыб набирается всего горсть.]
Сурового вида женщина сказала это, набила рот рыбой и довольно зажмурилась.
[Целый рот жирного брюшка! Даже снаружи я ни разу не могла позволить себе такую роскошь.]
Щёлк.
Позади меня на стол поставили тарелку.
— Джинсу, сколько ты ещё будешь смотреть, как едят подчинённые? Хозяин дома должен начать первым.
Я развернул кресло на сто восемьдесят градусов.
Передо мной стояло ассорти из сашими.
Украшено богато, но по сути то же самое, что получили жители.
Нимфа-андроид в костюме официантки вежливо поклонилась и отошла.
Никакого привычного «приятного аппетита».
Кидз объясняла, что нимфы считают даже такую фразу в адрес меня или Артемиды чуть ли не дерзостью.
На тарелке лежали ломтики самых разных рыб, поэтому всё выглядело пёстро. Даже одинаково розоватое мясо отличалось рисунком волокон и прожилками — было интересно выбирать кусочки один за другим.
— Начнём с камбалы.
Но её мясо выглядело необычно.
Оно было не просто белым: по поверхности будто распылили мельчайшие серые пиксели.
— О.
Вместо мягкой водянистости язык встретила плотная, едва похрустывающая текстура.
А потом вкус резко заполнил рот.
— Вкусно, правда? Я равномерно распределила жир по всей толще мяса ещё при выращивании. Что-то вроде рибая среди сашими. Если говорить по-рыбному — текстура брюшка.
Пояснила Артемида.
Теперь было понятно, почему жители так восторгались.
Дело не только в том, что они давно не ели сырую рыбу.
Как и говорила та женщина, здесь было полно редких частей, которых даже с нескольких рыб набирается всего горсть.
На другой стороне стола Артемида потягивала вино.
Как всегда, само зрелище того, как я ем, было для неё всё равно что закуска.
— Это реально очень вкусно.
Будто я глубоко вдохнул на мельнице: густой орехово-зерновой аромат поднялся от корня языка и заполнил нос.
— Почему бы не макать в соус?
Она указала на пиалу с соевым соусом рядом со мной.
— Честно? Вкус и аромат настолько насыщенные, что приправы будто вообще не нужны.
Даже самое хорошее сашими обычно быстро становится пресным, если есть его без добавок.
Но здесь всё было настолько насыщенным, что я опасался: сильный соус скорее забьёт вкус мяса.
— …Ну и ешь так.
Артемида почему-то слегка сникла.
— Я его, между прочим, сама готовила. Видимо, придётся выбросить.
— Конечно, надо макать. Я что, дикарь — запихивать голую рыбу в рот?
Я мгновенно придвинул пиалу ближе.
Следующим стал вечный соперник камбалы — лосось.
У обычного лосося белые жировые линии образуют на красной мякоти крупные буквы V.
Здесь же эти линии были гораздо тоньше и плотнее. Уже по виду можно было представить вкус.
Я смазал одну сторону кусочка соусом и украдкой посмотрел напротив.
Артемида сосредоточенно следила за моими палочками.
Даже бокал с вином застыл в воздухе.
Неужели ей действительно настолько важно, чтобы я попробовал именно её соус?
Ну тогда придётся оправдать ожидания.
— Ням.
Кусок лосося исчез во рту.
И сразу взорвался во рту чудовищно насыщенным умами.
Фирменный соус Артемиды идеально убрал характерную рыбную нотку жирного лосося, а сладость и соль в точной пропорции покрыли весь язык.
— Лучшее, что я когда-либо ел.
— Разумеется.
Я показал большой палец, и она с удовлетворённой улыбкой снова подняла бокал.
Покрутила его между пальцами, посмотрела, как качается красная жидкость, и медленно отпила.
— Рыба великолепная, но соус…
Я макнул кончики пустых палочек в соус и коснулся ими языка.
На языке будто вспыхнул невидимый, совсем не обжигающий священный огонь.
— Это уже не просто сладкое и солёное. Такое чувство, будто душу замариновали. Если бы Дионис делал соевый соус, получилось бы вот так.
— Перебор. Ты что, кулинарную мангу пишешь? Даже лесть должна быть правдоподобной.
Она меня отчитала, но уголки губ уже поднялись, а глаза изогнулись полумесяцами.
— Но разве с рыбой не то же самое? Ты ведь и её сама спроектировала и вырастила.
— Это другое.
— Чем?
— Рыбу просто вырастила машина, а соус…
— А соус?
— Его я сделала этими руками. В этом теле.
— О-о.
Артемида положила ладонь на грудь и улыбнулась.
Представить эту безупречно собранную деловую интеллектуалку за приготовлением соевого соуса было почти невозможно.
— Я не специалист, но вроде бы соевый соус — довольно хлопотная штука.
— Кто знает. Может, это проще, чем кажется.
Её улыбка стала шире.
Следующим я взял кусок скумбрии и уже без колебаний окунул в соус обе стороны.
Вообще-то так делать нельзя — слишком солёно. Обычно макают только одну.
Но сдержаться не получалось.
Этот соус был ближе не к обычной приправе, а к какому-то сладко-солёному нектару.
Хотелось нанести его столько, сколько вообще удержится на мясе.
Перед ароматом невозможно было сопротивляться.
— Если хочешь ещё, дам сколько угодно. Ешь вдоволь.
Артемида, вопреки обыкновению, совсем не ругала меня за почти жадную манеру есть.
— Всё это только для тебя.
Она просто смотрела, словно любуясь картиной.
В красивой руке слегка покачивался бокал с вином.
В её облике было столько достоинства, что мне почему-то стало неловко за себя, сидящего перед ней с тарелкой сашими.
Так прошёл особенно тёплый вечер — даже по меркам наших обычных совместных ужинов.