Чтобы проверить свою гипотезу, я снова отправился к Ривьере.
— Ты спрашиваешь, восстанавливаются ли раны, если превратиться в туман, а потом вернуться в исходное состояние?
— Да.
— Конечно. Но общее состояние организма не вернется к норме. Урон от полученных ран останется. Иначе я была бы неуязвимой, не так ли?
«Так и думал.»
Когда человек получает ранение, он теряет кровь. Кожа рвется, при ожогах отмирают ткани...
Клетки тела страдают в самых разных формах.
Это значит, что даже если разобрать тело на молекулы и собрать заново, потерянная кровь сама собой не появится.
«Однако это означает, что функциональность можно вернуть к исходному виду.»
— Давай приведем пример. Допустим, мне отрубили руку. Я могу превратить в туман и отрезанную конечность, и пролитую кровь, а затем соединить всё обратно в исходное тело.
— Понимаю.
Что-то вроде закона сохранения массы. Или эквивалентного обмена, о котором говорят в одной манге?
Если удастся сохранить общую сумму компонентов тела, то вернуть его в прежний вид возможно.
Но с другой стороны, это значит, что если компоненты полностью исчезли, восстановить их будет крайне сложно.
— А если отрубленную руку проглотит какой-нибудь Непентис и она исчезнет? Тогда я понесу серьезный ущерб.
— То есть восстановить её будет невозможно...?
— Для меня нет ничего невозможного. Но придется поднапрячься. Мышцы истончатся, кости ослабнут... и я снова появлюсь с бледным, изможденным лицом.
— Значит, вы создадите руку из остатков тела.
— Именно так.
Значит, это возможно.
Если, подобно коммунистам, распределить ущерб от потери руки равномерно, забирая компоненты понемногу со всего тела.
— А вы когда-нибудь делали это на практике?
— Нет. С чего бы мне получать такие серьезные повреждения?
— Ну, во время сражений в мире демонов...
— А-а, в мире демонов? Ты думаешь, я и там выгляжу как этот ребенок?
Черт.
Сейчас Ривьера выглядит как маленькая ученица, но на самом деле она — Король демонов. Я понятия не имею, как выглядит её истинный облик.
— Мой истинный облик изменчив. Я могу материализовать ману и сформировать из неё части тела. Мне не нужно искать замену, если я потеряю руку. Достаточно превратиться в туман и поглотить другого демона, вот и всё.
М-да. Не то, что я хотел услышать.
— Но раз ты спрашиваешь, можно ли сделать такое с помощью туманизации, может быть...
Неужели она догадалась, что я пытаюсь превратить туманизацию в форму целительной магии?
— Ты что, собираешься заняться чем-то опасным, где можно лишиться конечностей?
—...
Ну конечно. Видимо, из-за того, что она из мира демонов, сама концепция использования своей силы для лечения других ей чужда.
— Лучше сразу отказаться от таких рискованных затей. Я вот, например, предпочла сбежать в мир людей и выжидать удобного момента, вместо того чтобы сражаться до смерти.
— Дело не в этом.
— А в чем тогда?
— Я подумал, можно ли применить это в целительной магии.
— В целительной магии?
Ривьера, постукивая пальцами по столу с озадаченным видом, пробормотала:
— Это... магия, которой жрецы лечат других с помощью божественной силы?
— Да.
— У вас же есть жрецы, зачем утруждать себя такой магией? Люди ведь отлично принимают божественную силу, не так ли?
И правда, в отличие от людей, которых лечит божественная сила, для демонов она — полная противоположность, яд. Исцеление через жрецов им недоступно. Похоже, в этом плане она даже немного завидует людям.
Затем Ривьера указала на другой нюанс:
— Ну, я-то поглощала тела других, чтобы восстановить свое, но никогда не пробовала восстанавливать чужие. В конце концов, каждый лучше всего знает свое тело. Смогу ли я вернуть чужое тело так же идеально, как свое?
И то верно.
Человек инстинктивно помнит, как должно выглядеть его тело.
Не зря же при ампутации люди страдают от фантомных болей. Они настолько привыкли к своему телу, что мозг продолжает считать отсутствующую конечность на месте.
Но с чужим телом всё иначе.
Превратить рану другого человека в туман и вернуть её в исходное состояние — легко. Достаточно просто обратить процесс туманизации.
Однако восстановление через перераспределение компонентов тела, о котором я думаю, требует четкого понимания того, как выглядело тело этого человека до ранения.
«Легкие порезы кожи исправить просто, но суставы или внутренние органы... это будет непросто.»
Я услышал дельный совет.
Вот почему важно спрашивать мнение первоисточника.
* * *
Вернувшись в общежитие, я практиковался в превращении кончика своего ногтя в туман и обратно, прикидывая, насколько сложными станут вычисления формул.
«Не так сложно, как я думал.»
Если речь идет не о всем теле, а о его части, да еще и в неподвижном состоянии, объем вычислений для туманизации и восстановления невелик.
Пусть это пока лишь кончик ногтя, но для меня это уже результат.
«Если постараться, можно будет осилить ладонь... или даже предплечье.»
Конечно, это прогноз, основанный на моих способностях к ментальной арифметике. Вероятно, чтобы применить это к другому человеку, придется поместить раненую часть тела в магический круг.
«Ну, это пока лишь прототип.»
Формула туманизации, которую выжал из себя магический посох, еще не окончательная версия. После долгих исследований и доработок она наверняка станет проще.
И такие задачи даже гениальному Вертеру в одиночку не решить.
«Нужно довериться коллективному разуму.»
Говорят, что и формула превращения в тень поначалу была гораздо сложнее. Но маркизат Двиллан целенаправленно совершенствовал её на протяжении многих поколений.
А благодаря быстрому магическому кругу Джейкоба, основанному на приближенных вычислениях, и концепции мнимых чисел, которую я распространил, она значительно упростилась. В исходной формуле были скрыты знания, накопленные за долгие годы.
Значит, что мне нужно сделать сейчас?
«Немедленно сообщить профессору Теофилю.»
Передать ему свою идею и воспользоваться коллективным разумом профессора и других исследователей для конкретной работы.
Я сразу же направился в лазарет, где находился профессор Теофиль.
Профессор встретил меня с усталым видом.
— О, Ноа. Что случилось? Ты ведь освобожден от финального экзамена...?
Наступила пора экзаменов, и в академии царила суматоха. У меня, как ни странно, было не так много предметов для сдачи.
Я получил освобождение от экзаменов у многих профессоров под предлогом исследований.
То же самое касалось и целительной магии.
А вот профессор Теофиль выглядел очень занятым: на практических экзаменах многие студенты получали травмы при сотворении заклинаний.
«Его лаборатория примыкает к лазарету.»
Лазарет был переполнен студентами, пострадавшими от магии. Исследователи целительной магии как раз сдавали практический экзамен, леча их.
Профессор проводил меня в лабораторию, расположенную в глубине лазарета.
— Кхм, присаживайся.
— Да, спасибо.
— Судя по твоему лицу, ты пришел не на практический экзамен.
— Нет. Я пришел по поводу исследования интегрального метода лечения, о котором вы упоминали.
—...!
Усталые глаза профессора Теофиля широко раскрылись.
— А, точно! Я ведь обещал зачесть это как твой финальный экзамен.
На самом деле он вряд ли ожидал конкретных результатов.
Интегральная теория — это то, над чем можно работать всю жизнь и не достичь успеха. Видимо, профессор решил, что освобождение от экзамена — небольшая цена за то, чтобы втянуть меня в это исследование.
Настолько он не верил в успех.
Словно нашедший забытую заначку, профессор Теофиль спросил:
— И что, у тебя есть какие-то идеи?
— Да. Исследуя другую магию, я понял, что её можно применить здесь.
Я рассказал ему о своих исследованиях: от изучения туманизации до создания прототипа формулы для целительной магии.
— Ты уже завершил формулу...?
Профессор Теофиль смотрел на меня так, будто я был гением или монстром. Мне стало не по себе.
«Это сделал не я.»
Идея была моей, но всю работу над формулой проделал магический посох.
Я спокойно объяснил профессору Теофилю всё еще довольно сложную формулу.
— Вот здесь, если подставить уравнение Грегори для трансформации Зено в формулу Питона...
— Погоди, погоди.
Профессор Теофиль, вооружившись пером и бумагой, записывал мои объяснения. Выслушав всё до конца, он восхищенно пробормотал:
— При увеличении области вычисления станут крайне сложными, но теоретически это возможно! Это рабочая формула! Как ты так быстро...!?
Это не я, это Магический GPT работал без сна и отдыха. Так что не смотрите на меня с таким давлением.
…Сказать этого я не мог, поэтому перешел к тому, что еще предстоит сделать.
— Пока что есть много недостатков для применения на практике. И есть еще моменты, которые нужно учесть.
— Какие именно?
Я повторил то, на что указала Ривьера.
— Отправная точка этого метода — туманизация, цель которой — превращение собственного тела в туман и обратно. Восстановить свое тело несложно, но чужое...
Когда я выразил беспокойство, профессор Теофиль рассмеялся и похлопал меня по плечу.
— Ха-ха-ха. Ты зря беспокоишься.
—...?
— Какой бы ты ни был гений, похоже, ты забыл основы целительной магии, раз берешься за столько разных областей.
Профессор Теофиль продолжил, как будто повода для беспокойства не было вовсе:
— С чего мы начинали наш первый урок целительной магии?
— С диагностической магии?
— Именно. Чтобы поставить точный диагноз, целители должны знать структуру человеческого тела до мозга костей.
—...А.
И правда.
Человеческие тела в своей основе одинаковы!
«Внутренности у всех людей одинаковые. У нас же не четыре желудка, как у коровы.»
Для Ривьеры, жившей в мире демонов, это может быть иначе. Там у каждого вида демонов внешность уникальна. Есть похожие на коров, есть летучие мыши, есть змееголовые с конечностями.
Поскольку их базовое строение так разнообразно, при серьезных травмах невозможно понять, как они должны выглядеть в норме.
Но люди?
Два глаза, два уха, один рот.
От конечностей до внутренних органов — всё у всех одинаково.
— Ха-ха, я-то думал. Значит, теперь осталось лишь адаптировать теоретически возможную формулу к реальности?
Перенос теории в реальность — самая сложная часть, но раз я создал теорию, которой не было, свою роль я выполнил.
— Я тоже подумаю над этим. К тому же есть много других исследователей, интересующихся этой магией. Увидев твою формулу, они вцепятся в неё мертвой хваткой.
Он собирается задействовать коллективный разум, включая себя самого.
— Тогда хорошо. Думаю, прогресс будет быстрым.
Слово «быстрым» было скорее пожеланием. Я знал, что за короткий срок это не решить.
И всё же профессор, то ли веря в меня, то ли в коллективный разум, довольно улыбнулся.
— Конечно. Так и будет.
При этом его взгляд, направленный на лазарет... похоже, он собирается гонять исследователей целительной магии по полной.
«М-да. Удачи.»
Я про себя пожелал исследователям в лазарете удачи, смешанной с сочувствием.
(Продолжение в следующей главе)