После «инцидента» с падением метеорита меня вызвали в Императорский дворец.
Целью вызова было официально объявить о приближавшейся комете и её перехвате, что до тех пор держалось в секрете, а также провести церемонию награждения за то, что я её сбил.
«Всё точно будет в порядке?..»
Но меня не покидали опасения.
Исходя из опыта прошлой жизни, стоит вытащить человека из воды, как он тут же начинает требовать компенсацию.
Люди, подающие в суд за треснувшие рёбра после того, как им спасли жизнь непрямым массажем сердца; автовладельцы, припарковавшиеся в неположенном месте и орящие на пожарных из-за поцарапанной машины; или те, кто злится при возврате найденного кошелька и спрашивает, куда делись деньги.
Такова уж человеческая природа: люди закрывают глаза на миновавшую опасность и закипают от ярости из-за сиюминутных убытков.
О том, что несколько дней назад человечество оказалось на грани вымирания из-за падения кометы, знали лишь единицы. Ещё меньше людей в это верили, и практически никто не осознавал реальной степени опасности.
Поэтому было очевидно: ущерб от падения осколков Метеора на холмы за поместьем графа Салома казался людям куда более реальным, чем предотвращение мировой катастрофы.
А значит, граф Салом и стоящая за ним фракция Третьего принца должны были брызгать слюной и поднять невероятный шум.
«Ты говорил, что остановишь Метеор, а сам практически призвал его прямо на поместье графа Салома!»
«Эти холмы — родовая усыпальница семьи, где похоронен прапрадед графа и остальные предки!..»
«Как ты намереваешься возместить ущерб?! Выбиты окна, пал скот, общие убытки исчисляются сотнями тысяч золотых! Мы требуем компенсации!..»
Именно таких речей я и ожидал.
Но ничего подобного не произошло.
«...В знак признания заслуг Ноа Эшборна, второго сына семьи Эшборн, защитившего Империю от неведомой и ранее не выявленной угрозы, мы даруем ему титул графа Метеорборна».
Простите, что?
Граф Метеорборн?
— Хлоп-хлоп-хлоп-хлоп!
Как только Его Величество Император сделал объявление с трибуны, все вокруг разразились аплодисментами.
Ошеломлённого, меня вызвали вперёд, вручили гербовый знак, знамя и жезл, символизирующие титул графа Метеорборна, после чего мне пришлось выслушать ритуальные вопросы Императора.
«Ходят слухи, будто граф Метеорборн намеренно преувеличил опасность и направил Метеор в сторону поместья графа Салома. Это ведь не так, верно?»
«Ни в коем случае».
«Именно. Я и не сомневался в твоём ответе, граф Метеорборн».
Не так? Ну да. Хорошо, так и держись.
Когда короткий диалог завершился, до меня наконец дошло.
«Надо же было придумать имя... Граф Метеорборн».
Почему никто не выказывал недовольства по поводу произошедшего? Почему никто не требовал возмещения ущерба?
В ситуации, когда я с помощью магического круга открыто снёс крышу поместья графа из фракции Третьего принца Метеором, Его Величество Император фактически поставил на меня печать «Эксперта по Метеорам».
Иными словами, в глазах остальных всё выглядело так, будто графа Салома разгромили по личному приказу Императора. А кто посмеет перечить воле монарха?
Если хочешь сохранить голову на плечах, остаётся только ходить по струнке и вести себя предельно осторожно.
Да и титул графа сыграл немалую роль.
Как устроена иерархия имперского дворянства?
Граф стоит выше виконта и барона.
Обычно титул, который можно получить выходцу из простолюдинов за выдающиеся заслуги, — это барон.
Титул барона — это пожизненный титул без права наследования. Мастер меча барон Блэр из рыцарской школы был как раз таким случаем.
Следом идёт виконт. Среди аристократов к баронам и виконтам относятся примерно одинаково, но титул виконта в основном пожалуется членам боковых ветвей при отделении от более знатного дома.
Если бароны ассоциируются с умелыми, но обделёнными деньгами и историей людьми, то виконты — с теми, у кого есть деньги, но не хватает способностей.
А что насчёт графов?
У них есть всё и сразу: богатая история, знатная кровь и выдающиеся способности.
Именно с этого титула начинается высшая знать.
Миновать барона и виконта, перескочив сразу на графа, — любой поймёт, что это знак особой личной благосклонности Императора.
«А ведь весьма неплохо».
Так я перестал быть Ноа Эшборном, вторым сыном семьи Эшборн, и стал главой рода графа Метеорборна.
По пути назад, после получения знамени и жезла от Его Величества Императора, аристократы из фракции Третьего принца только и делали, что изо всех сил избегали взгляда графа Метеорборна.
* * *
После того дня моё положение в академии стало ещё более незыблемым.
Моё влияние в учебном заведении уже давно вышло за рамки обычного студента.
Первый в истории академии глава сообщества из числа первокурсников. И текущий глава крупнейшего сообщества во всей академии.
Первый третьекурсник, достигший 5-го круга, гениальный маг.
Первый студент, занимавший пост председателя студенческого совета два срока подряд — на третьем и четвёртом курсах.
Любимый ученик великих магов, включая ректора, профессора Камиля, профессора Михо и других.
Звезда восьми направлений обучения, охватившая дисциплины подобно щупальцам осьминога.
Рекордсмен по количеству научных работ, опубликованных за время учёбы.
Добавьте к этому прочие мелочи — владелец двух дрейков, ведущий авторитет в области новой магии и так далее — перечислять устанешь.
И ко всему прочему, теперь он обладал титулом графа Метеорборна.
«Существовал ли вообще когда-нибудь студент с дворянским титулом?»
Обычно, если получаешь титул в юном возрасте, ты слишком занят управлением родом, чтобы посещать академию.
Так что, если только кто-то не наследовал титул во время учёбы из-за смерти главы семьи, графа-студента в истории академии ещё не было. К большинству обращения выглядели как «сын графа такого-то» или «дочь маркиза такого-то».
Но теперь в академии появился граф Метеорборн. Это означало, что я стал человеком, к которому даже профессора больше не могли обращаться фривольно.
«Граф Метеорборн, в какое время вы планируете присоединиться к сегодняшней исследовательской сессии?»
«Профессор, пожалуйста, говорите со мной как обычно».
«Как может простой профессор позволить себе такое?»
Профессора начали обращаться ко мне на «вы» и с глубоким уважением. В конце концов, даже преподаватель академии обязан проявлять почтение к главе графского рода.
Что ж, для меня это даже к лучшему.
Я и так растратил кучу времени в течение семестра, пытаясь остановить падение метеорита, из-за чего отставал по исследованиям. Раньше профессора прожужжали бы мне все уши с требованиями выделить время.
Но теперь, когда я стал наиболее вероятным преемником госпожи Арканесии и одновременно графом Метеорборном, они не могли устраивать сцен.
Так что я смог не спеша заниматься исследованиями в своё удовольствие.
И вот так, в тишине и спокойствии, подошло время выпускного.
«Граф Метеорборн».
«Я же просил не называть меня так».
«Как может простой торговец позволить себе такое?»
«Какой ещё „простой торговец“? Ты хоть представляешь, сколько денег гребёт Торговая гильдия Брайтстоун?»
«Это мой отец гребёт, граф Метеорборн».
«Тебе же всё равно всё наследовать».
«Ну, тут не поспоришь».
Руди сказал, что сразу после выпуска из академии отправится работать в семейное дело.
Оценки Руди никогда не поднимались выше средних, но академическая успеваемость в магической академии ничего для него не значила. Куда важнее были связи, заведённые с аристократами за время учёбы.
К тому же в академии Руди любили все: он был богат и обладал отличным характером, поэтому легко находил общий язык с кем угодно, будь то дворяне, простолюдины или студенты из слуг.
У него врождённый дар ладить с людьми, так что он отлично справится с продолжением семейного бизнеса.
Следующей была Ирина Бельрун, дочь из семьи маркиза Бельруна.
Прямо перед выпуском она освоила 5-й круг, не посрамив честь своего рода.
Она сказала, что вернётся домой и продолжит исследования в области магии льда.
«В моей семье полно талантливых магов льда. Но в исследованиях заклинаний на основе мнимых чисел они отстали. Я намерена переработать формулы магии льда ради блага семьи».
Ирина обладала высокой сродственностью к мане и феноменальной памятью. Вдобавок она была невероятно трудолюбива, так что наверняка добьётся своего в кратчайшие сроки.
И, наконец, Норка Мирхан.
Норка был вторым сыном владельца Торговой компании Мирхан, поэтому, в отличие от Руди, не претендовал на наследование семейного дела.
Ему, как и мне, приходилось пробивать себе дорогу самостоятельно. И для такого человека я подобрал идеальную работу.
«Кстати, Ноа. Точнее, граф Метеорборн».
«Пожалуйста, зови меня просто Ноа».
«Но ты ведь теперь мой работодатель?»
«Давай назовём это партнёрством, а не отношениями начальника и подчинённого».
«Как ни крути, это чистой воды наёмный труд... Но из этого правда что-то выйдет?»
«Обязательно выйдет. Даже не сомневайся».
«Хмм-м...»
Норка недоверчиво накренил голову.
Я предложил ему должность директора специализированной клиники ухода за кожей.
Использовать специализацию Норки — магию света, сфокусированную в одну точку и выпускаемую в форме лазера, чтобы выжигать прыщи, пигментные пятна, веснушки и прочие изъяны. А затем применить магию исцеления, чтобы на их месте появилась чистая и гладкая кожа. Вот и всё.
Это обещало стать революцией в сфере косметологии.
Объединить это с премиальным косметическим брендом, который мы создали вместе с принцессой, провести одну демонстрацию для высшей знати — и успех гарантирован.
Этот бизнес обречён на невероятный успех.
«Поверь мне, позже ты будешь кланяться и благодарить меня».
«Я и сейчас благодарен. Получить должность директора в трёхэтажном здании в самой столице — более чем достаточно...»
«Не останавливайся на этом. Кареты аристократов будут выстраиваться в очередь перед этим зданием».
«Правда думаешь?..»
«Уверен».
Более того, после этого студенты магической академии, возможно, начнут отдавать приоритет магии света и магии исцеления в качестве своих специализаций.
Если способные и умные люди перестанут заниматься фундаментальными исследованиями и запускать «Огненные шары», это может повредить магической конкурентоспособности и национальной безопасности... Но это проблема будущего.
«Я спас мир, так что мне позволено хотя бы это, верно?»
К тому же боевая магия с самого начала не была призванием Норки.
«А что насчёт тебя, Ноа?»
«Если позволите спросить, граф Метеорборн, каков ваш план?»
«Всё ещё планируешь стать преемником придворного мага?»
«Хм-м... Да кто знает?»
* * *
Аудитория в магической академии.
«Можно сказать, что прогресс современной передовой магии заключается в том, насколько сильно мы сможем упростить высокоуровневые магические формулы с помощью этой концепции».
Скрип-скрип...
Скрип перовых ручек стоял невероятный.
Все уткнулись в тетради, переписывая материал с доски, как вдруг один из студентов поднял руку, горя желанием задать вопрос.
«Профессор!»
«Да».
«Ваша специализация — это тоже новая магия, возникшая из этой концепции?»
«Хм-м... Есть кое-что под названием квантовая теория, и понять её куда сложнее, чем то, что мы проходим сейчас».
Я стал профессором в Магической академии Астран.
Чтобы выпускника академии без опыта работы исследователем или обучения в Магической башне наняли напрямую профессором — случай невероятный и беспрецедентный.
Но академия изо всех сил пыталась удержать меня.
Ведь я был главным авторитетом в разработке заклинаний на основе мнимых чисел.
Поэтому дисциплиной, которую я сейчас преподавал, был курс для второкурсников под названием «Мнимые числа: концепции и применение в базовых формулах».
Естественно, этот предмет появился впервые в этом году, а для студентов третьего и четвёртого курсов проводились отдельные спецкурсы.
«Профессор, значит, если мы запишемся на ваш профильный курс, мы сможем освоить эту концепцию?»
Спросил меня студент. Ещё в прошлом году мы были первокурсником и четверокурсником, а теперь стали студентом и профессором.
И всё же студенты нисколько не смотрели на меня свысока. Напротив, они буквально сгорали от энтузиазма.
Я покачал головой и ответил:
«Чтобы записаться на мой профильный курс, вам понадобятся очень высокие оценки. Я не открываю места на своей кафедре кому попало».
«Но я слышал, что в прошлом году к вам на профиль попала одна старшекурсница?»
«Оценки той студентки по моим дисциплинам были исключительными».
«...Э-э? В прошлом году тоже был курс магии тумана?»
«Было нечто подобное».
Моей лабораторией была Лаборатория Магии Тумана.
Моей специализацией являлась магия тумана.
И единственной студенткой, зачисленной на эту новосозданную кафедру, была Ривьера, Владыка Демонов Тумана.
Когда Вьера стала единственной профильной студенткой моего курса, Амелия, теперь уже четверокурсница, говорят, обливалась слезами и шептала: «Как и ожидалось, вкусы старшего...!»
Но это было чистейшим недоразумением.
Я зачислил её в качестве профильной студентки исключительно ради собственных магических исследований.
«Кхм, ты пришла. Что ж, продолжим с того места, где остановились?»
Когда я вернулся в лабораторию, Ривьера встретила меня, пребывая в полутуманном состоянии. И мы тут же возобновили исследования магии тумана.
«...Систематизация уровня сохранения сознания по контрольным точкам квантования...»
Надо же, остался здесь даже после выпуска.
Учёба и жизнь в магической академии — всё-таки это моё истинное призвание.