Я быстро набросал магический круг, направленный на земли семьи Салом, после чего попытался как следует отдохнуть.
Но, как ни странно, я больше не мог удерживать ускорение мышления.
— Ха-а-а... Странно. Почему ничего не получается?
Арканесия, наблюдавшая за мной со стороны, наконец начала задавать вопросы, которые до этого сдерживала. Теперь, когда угроза падения метеора, способного уничтожить мир, миновала, ей хотелось узнать, как мне это удалось.
— Тот метод вычислений, при котором ты каждый раз оказывался на грани жизни и смерти... Как ты это сделал?
— Хм...
Я даже не знал, с чего начать объяснение.
Чтобы объяснить всё как есть, мне пришлось бы начать с того, как нейроны в мозге обмениваются электрическими сигналами, но здесь я уперся в стену. В отличие от современной научной цивилизации, этот мир развивался по пути магии, поэтому таких слов, как «нейроны» или «синапсы», здесь просто не существовало.
Поэтому я постарался объяснить как можно короче.
— Вы помните ту квантовую магию, которую я вам показывал?
— Да, заклинание, которое предельно снижает твое присутствие, вызывая искажение восприятия. Ты говорил, что оно манипулирует вероятностью существования.
— Я применил его к своему мозгу.
— И...?
— Когда применяешь квантовую магию к телу, присутствие растворяется, словно туман, верно? Я ведь даже проверял это с помощью магии тумана.
— Значит, когда ты применил его к мозгу, твоя голова тоже начала растворяться, как туман?
— Я вообще-то не лысею.
— Я не про волосы. Я про мозг.
Упс.
Я чуть было не вспылил.
— Всё верно. Мозг — это разум. Когда сознание угасает и тускнеет, кажется, будто весь мир вокруг начинает двигаться в замедленной съемке.
—...Сознание угасает, и поэтому мир замедляется?
— Именно. Если посмотреть с другой стороны, пока я в уме просчитывал огромные формулы, в реальном мире не прошло и мгновения.
—...Разве это не то же самое, что жизнь, пролетающая перед глазами в момент смерти?
Жизнь, пролетающая перед глазами.
Верно. С моей точки зрения, у этого метода действительно было много общего с данным феноменом. Включая то, что один неверный шаг мог стоить мне жизни.
— Так вот почему ты постоянно закрывал глаза и переставал дышать? Твое сознание не просто угасало, оно едва не отправлялось на тот свет!
— И каждый раз вы кричали и давали мне пощечину, приводя в чувство. Только поэтому я и выжил.
— Ну ты и...
Арканесия приложила ладонь к лбу и медленно покачала головой.
— То есть ты хочешь сказать, что намеренно вводил себя в предсмертное состояние, заставлял жизнь пролетать перед глазами и использовал это замедленное восприятие, чтобы выполнить колоссальные вычисления?
Не то чтобы я намеренно стремился к предсмертному состоянию, применяя квантовую магию. Просто мой мозг, перейдя в состояние квантовой суперпозиции, обрабатывал информацию быстрее электрических сигналов, что и ускоряло мышление. А погружение в предсмертное состояние было лишь побочным эффектом.
Но учитывая, что я шел на это, прекрасно зная о побочном эффекте, слова о том, что я намеренно рисковал жизнью, были не так уж далеки от правды.
— В общем и целом — да.
— Невероятно... Ты хоть представляешь, сколько раз ты находился на грани жизни и смерти, пока просчитывал эти магические круги?
— Не знаю...
— 142 раза. Целых 142 раза ты едва не умер! И каждый раз мне приходилось кричать и давать тебе пощечины, чтобы вернуть тебя...
А-а. Неудивительно, что всё так болело.
Получается, за последние пять дней я получил 142 пощечины?
— И ты хочешь повторить это снова?
— На этот раз это не займет много времени. Вот только... ничего не выходит.
—...Разумеется, не выходит!
Госпожа Арканесия произнесла это таким тоном, словно отчитывала меня, давая понять, что я и сам должен был догадаться.
— Как ты думаешь, почему жизнь пролетает перед глазами? Потому что это чувство возникает в момент смертельной опасности! Но угроза столкновения с кометой уже миновала. Ты пытаешься насильно вгнать себя в полуживое состояние при отсутствии реальной угрозы, вот ничего и не получается.
Поскольку я объяснил всё довольно кратко, Арканесия неправильно поняла принцип ускорения мышления, сведя его к «панораме жизни перед глазами». И именно поэтому она смогла так просто объяснить, почему мне не удается снова запустить этот процесс.
И всё же её слова звучали удивительно убедительно.
«Неужели дело и правда в этом?»
От поддержания ускоренного мышления меня удерживал соблазн просто сдаться и отпустить жизнь.
По сути, всё упиралось в силу воли.
В момент смертельной опасности желание выжить побеждало этот соблазн.
В таком случае это объясняло, почему мне в свое время удалось впервые применить превращение в туман и вернуть контроль над собственным телом.
Тогда я находился в экстремальной ситуации — пещера рушилась прямо надо мной, и стремление выжить было сильнее всего на свете.
«Выходит, подобное можно использовать только тогда, когда жизнь висит на волоске?»
Теперь, когда миновала главная угроза, инстинкт самосохранения просто отказывался включаться ради того, чтобы изменить траекторию пары обломков.
Мне ничего не оставалось, кроме как отложить ускорение мышления до следующего случая.
Чего я уж точно не ожидал, так это того, что этот случай представится так быстро.
* * *
Я вернулся в академию магии и немного отдохнул.
Пока я судорожно вычерчивал магические круги и останавливал комету, я этого не замечал, но накопившаяся за это время ментальная усталость оказалась колоссальной.
Я проспал почти двое суток напролет — мозг просто полностью отключился.
Пока я спал, меня никто не беспокоил.
Занятия для меня уже давно потеряли какой-либо смысл, да и чем бы я ни занимался, пока я работал плечом к плечу с придворным магом, ни у одного профессора не хватило бы дерзости предъявить мне претензии.
К тому же директор и профессор Камиль, похоже, знали всю историю целиком.
Профессор Дрехос, официально участвовавший в проекте под предлогом исследований магических кругов, и младшекурсники, выполнявшие мои указания, сияющими глазами провожали меня каждый раз, когда я проходил мимо.
«Это уже чересчур».
Им явно было любопытно узнать, к каким результатам привел тот самый «проект», в котором они помогали. В особенности младшекурсники горели желанием выяснить, в чем же заключалась эта «миссия по спасению империи от катастрофы».
И ответ не заставил себя долго ждать.
День D-0.
День, когда комета Галлея изначально должна была столкнуться с землей.
Благодаря тому, что я притянул астероид для перехвата, комета Галлея сбилась с курса и прошла мимо Планеты, но обломки от этого столкновения никуда не делись.
Я подумывал о том, чтобы направить часть обломков на земли кое-кого конкретного, но так и не воплотил этот замысел.
Потому что не мог удерживать ускорение мышления.
Так что в итоге я просто предоставил случаю решать, куда упадут эти фрагменты.
Что ж, даже если где-то возникнут разрушения, этого было не избежать. Я предотвратил конец света, так что небольшой ущерб от обломков — ничтожно малая цена по сравнению с этим.
«Но этот незначительный ущерб...»
— Эй, смотрите! Во-он та звезда ужасно ярко светится!
— Вау. Ничего себе.
В раннем вечернем небе виднелось нечто ярко сияющее. Едва взглянув на него, я сразу понял: это осколок от столкновения. Крошечная точка фрагмента становилась всё ярче и ярче по мере приближения к Земле.
— Она становится еще ярче?
— На этом месте всегда была звезда?
— Кто-то использует магию света?
Но эта звезда, казалось, совсем не двигалась.
То, что с моего ракурса она не перемещалась в сторону, а лишь становилась ярче, означало одно: она летела точно по линии моего взора.
Иными словами...
«Она падает прямо сюда!»
Я никак не ожидал, что «незначительный ущерб», порожденный спасением человечества, обрушится прямо на академию магии!
— Эй? Она еще ярче становится!
— Вам не кажется, что она увеличилась?
Времени нет.
Я мгновенно бросился в общежитие, схватил Камень притяжения и выскочил обратно.
«Из всех мест на свете... почему именно сюда?!»
Я не мог с абсолютной уверенностью утверждать, что цель — именно академия. Это могла быть территория в десятках километров отсюда. Даже если с такого расстояния казалось, что метеор летит прямо на нас, погрешность вблизи могла быть огромной.
Я тут же активировал магию усиления зрения, чтобы отслеживать траекторию метеора, и параллельно начал стремительно вычерчивать импровизированный магический круг.
«Вырезать всё лишнее, что только можно!»
Едва мозг осознал опасность, ускорение мышления включилось снова, колоссально подскочив в скорости вычислений.
И все же воссоздать прошлый магический круг полностью я не успевал, поэтому пришлось заменить многие части упрощенными формулами. Впрочем, поскольку этот круг мне уже был знаком, найти замену оказалось не так уж сложно.
Я быстро вытянул нити маны и сплел из них магический круг, однако оставалась одна главная проблема.
В конечном счете магический круг, использующий Камень притяжения, мог притягивать объекты только по направлению к самому камню.
«С этим кругом я лишь притяну его еще ближе к себе. В таком случае...»
Я мгновенно взобрался на спину Биама. Магический круг, сплетенный из нитей маны, опустился и четко отпечатался у него на спине.
Теперь подвижной мишенью стал Биам.
Я взмыл в воздух верхом на Биаме.
— Вперед.
— Гр-р-а-а-а!
Биам, похоже, почувствовал мое волнение и мгновенно набрал максимальную скорость.
Пока мы летели, звездный свет продолжал становиться всё больше и больше.
Оставались считанные мгновения.
Как только у него появится огненный хвост, метеор достигнет земли за долю секунды.
Пока этого не произошло, я должен был приложить все силы, чтобы хоть немного изменить его курс.
И как раз в этот момент мне на ум пришла идеальная цель.
— На восток. Летим на восток.
Вместе с Биамом мы устремились на восток.
К востоку от академии магии располагались земли семьи Салом.
Находясь неподалеку от столицы и академии магии, это было весьма зажиточное владение, процветавшее благодаря столь удачному соседству.
К тому же это были земли графа, рьяно поддерживавшего Третьего принца, и родина того самого мага, который саботировал магический круг, созданный мной и Арканесией.
«Пора закончить то, что не удалось тогда».
Не сводя глаз со звезды, приближавшейся в реальном времени, я на ходу подправлял упрощенный магический круг.
Чем ближе подлетал метеор, тем больше маны требовалось.
Один лишь Камень притяжения имел предел силы притяжения, которую мог выдать.
Наконец показался огненный хвост метеора.
Это был знак того, что он вошел в атмосферу и начал сгорать.
После появления хвоста до падения на землю оставалось меньше тридцати секунд.
— Быстрее!
Я поторопил Биама.
К счастью, траектория хвоста начала изгибаться.
Доказательство того, что созданный мной магический круг сработал. Хвост метеора изогнулся, словно устремился в погоню за мной.
Метеор становился всё больше и больше, и всё вокруг озарилось ярким светом.
Становилось по-настоящему опасно.
«Если я буду держать круг активным и дальше...»
Мы с Биамом сами окажемся под ударом.
Проскочив над самой крышей особняка графа Салома, я деактивировал магический круг.
И не успело пройти много времени...
Ф-ф-ф-у-у-ух-х-х—
БА-БАХ!
Со стороны горы за поместьем графа раздался оглушительный взрыв.
Оглянувшись, я увидел, что метеор врезался в гору позади поместья, полностью выжигая ее. Деревья валились в бушующем пламени, а взрывная волна стремительно настигала нас с Биамом.
Ударная волна едва не сбила нас, но я крепко вцепился в чешую Биама и чудом удержался.
«По крайней мере, всё получилось...»
Камень упал на безлюдную гору, так что жертв быть практически не должно.
Какое счастье, что он не угодил в густонаселенный центр графства.
* * *
Третий принц был ошеломлен.
«Метеор... был настоящим?»
Магический круг, созданный Ноа Эшборном, был реальным.
Как бы ни выглядела комета, о которой тот предупреждал, его заявления о том, что на континент что-то упадет, оказались чистейшей правдой.
И Ноа Эшборн, несмотря на все препятствия, использовал этот магический круг, чтобы перенаправить обломок метеора и нанести удар прямо по землям графа Салома.
«Откуда он узнал о моем приказе?..»
Он почувствовал, как по спине струится холодный пот.
Граф Салом был дворянином, слепо преданным ему, человеком, исполнившим приказ саботировать магический круг Арканесии.
И всё же Ноа не просто раскусил этот замысел, а развернул ситуацию и обрушил метеор прямо на владения этого самого графа!
«Это предупреждение... Предупреждение о том, что он больше не потерпит никаких интриг».
Обрушив метеор на поместье графа Салома, Ноа продемонстрировал, что созданный им магический круг полностью работоспособен, и одновременно послал четкий сигнал: он прекрасно знает, какие козни строил Третий принц.
Даже имея поводы для протеста, он не мог дать ответный ход.
«Даже имея поводы к действию... у меня нет силы».
Ведь следующей мишенью метеора мог стать сам Севериан.
Третий принц окончательно и бесповоротно отказался от мечты стать императором.