Вскоре после того, как Ноа Эшборн стал графом Метеорборном...
Ноа Метеорборн превратился в недосягаемую фигуру в академии.
«Герой, спасший Империю от государственного кризиса из-за приближающегося метеора»?
Ха, кто вообще настолько глуп, чтобы принимать подобное императорское заявление за чистую монету?
Большинство считало, что Ноа Эшборн по приказу императора обрушил метеор, будучи ещё студентом, чтобы устранить одного из влиятельных дворян, поддерживавших третьего принца.
— Я слышал, старшекурсник Ноа сам спроектировал магический круг, призвавший тот гигантский метеор?
— Говорят, он создал его вместе с придворным магом.
— Значит, старшекурсник Ноа уже гарантированно станет следующим придворным магом?
— Наверное? Его Величество Император лично устранил дворянина со стороны третьего принца — разве это не всё равно что поддержать первого принца? А старшекурсник Ноа, отличившийся во всём этом, в свои едва исполнившиеся двадцать лет стал ближайшим доверенным лицом будущей власти.
— Н-вероятно...
Разумеется, заявление императора не было правдой, но всё же оно было гораздо ближе к ней, чем то, о чём сплетничала публика.
На самом деле его целью было не обрушить метеор, а остановить его.
Если в заявлении императора и было что-то неверное, так это часть о том, что Империя находилась в кризисе.
Правда заключалась в том, что в кризисе была не Империя, а вся Земля.
У Империи и Земли были общими разве что пара букв, но это совершенно разные вещи.
Первое в худшем случае привело бы лишь к гибели государства. В конце концов, разве в человеческой истории мало примеров, когда одна страна рушилась и возрождалась вновь?
Второе же означало бы конец самой человеческой истории — массовое вымирание.
Однако то, что столь масштабный кризис миновал, было... трудно заметить, ведь разрешился он чересчур мирным путём.
Задний двор поместья дворянской семьи взлетел на воздух, но всё закончилось без единой жертвы. Разве это не отделка лёгким испугом за предотвращение массового вымирания?
Но даже среди всего этого суматошного шума нашёлся тот, кто сумел прийти к выводу, весьма близкому к правде.
— Хм. А этот Нефенсис был чертовски близок к успеху, да?
Впрочем, если быть точным, это был не человек, а Повелительница демонов.
Повелительница демонов Тумана, Ривьера.
В настоящее время проигравшая в борьбе за власть Повелителю демонов Глубинного моря, Нефенсису, она временно укрывалась в мире людей.
Хотя вселение в тело человеческой девчушки оставило бывшую Повелительницу демонов лишь с силой 5-го или 6-го круга, Повелитель демонов остаётся Повелителем демонов.
Ей с лихвой хватало опыта, чтобы сопоставить факты и понять, кто из мира демонов, что и какими средствами замышлял.
— Т-так и есть.
— Вот именно. После всех этих тщетных попыток найти Камень Притяжения они, похоже, наконец отыскали замену. Метеор, вероятно, обрушили с помощью магического круга, использующего эту замену. Наверняка они пытались свалить один из пролетающих мимо метеоров прямо на столицу Империи, так?
Повелительница демонов Тумана, Ривьера, находясь в теле юной девушки, сидела на диване в кабинете профессора и попивала чай.
Она находилась в исследовательском кабинете профессора Гамонда.
Профессор Гамонд был верным подчинённым Ривьеры, Повелительницы демонов Тумана. Изначально он преподавал в небольшой провинциальной академии, пока его не переманили в магическую школу.
Он согласился на должность приглашённого лектора с намерением проникнуть в магическую школу — самое сердце Империи, — но душевные муки, которые Гамонд терпел всё это время, не поддавались описанию.
— В-вам нравится чай?
— Хм? Да. Аромат приятный. Что это за чай?
— Это чай, импортированный с восточного континента через море. Данным товаром монопольно торгует торговая компания «Мирхан».
— Торговая компания «Мирхан». Бизнес семьи старшекурсника Норки. Люди поистине удивительны. Высушивают растения и заваривают их, создавая такие вкусы и ароматы.
— Действительно. Но у меня... у меня скоро занятие...
— Тч. Уже?
Как демон, служащий Повелительнице демонов Тумана, Гамонд был обязан усердно исполнять свой долг. Разумеется, каждый раз, когда Ривьера приходила к нему в кабинет, он беспрекословно усаживал её на почётное место и подавал изысканный чай с угощениями.
Однако когда кто-нибудь заходил в его кабинет во время её визитов, холодный пот, прошибавший его при попытках замять ситуацию, был настоящей пыткой.
Особенно в тот раз, когда явился профессор Камиль, известный среди демонов как ходячее бедствие, — у Гамонда волоски на теле встали дыбом от ужаса.
Поэтому каждый раз он выпроваживал Ривьеру, ссылаясь на предстоящие лекции.
«Ничего не поделаешь. Если нас раскроют, в опасности окажусь не только я, но и Ривьера. С её нынешней силой ей не одолеть архимагов школы, включая Камиля...»
И уж подавно не потому...
И уж подавно не потому, что прислуживать Ривьере было раздражающим и пугающим занятием. Всё это исключительно из преданности, чтобы защитить Повелительницу демонов от опасности.
Гамонд успокаивал себя подобными мыслями и пытался поскорее выпроводить Ривьеру.
— Поэтому, пожалуйста, поторопитесь и собирайтесь...
Но у Ривьеры, похоже, ещё оставались невысказанные мысли. Она медленно поставила чашку и произнесла:
— Кстати... Ноа Эшборн... а, нет. Правда ли, что Ноа Метеорборн после выпуска отправится в императорский дворец? Если его не будет в магической школе, то мой план...
— Ну... вроде того?..
Ривьера пришла сюда с надеждой, что Ноа сможет стать посредником между миром демонов и миром людей.
Конечно, поначалу она подозревала, что Ноа родом из мира демонов, но теперь знала, что это не так. Впрочем, она ни разу не сочла его и обычным человеком.
Какой человек сможет стоять перед Повелительницей демонов и её подданными без малейшей дрожи и говорить настолько дерзко?
Так что лишь граф Ноа Метеорборн мог исполнить их желание. А чтобы обратиться с такой просьбой, ей нужно было находиться рядом с Ноа и выстроить доверительные отношения.
— Возможно, статус ученицы магической школы мне больше не нужен.
При этом тихом замечании Ривьеры в голове Гамонда внезапно промелькнула мысль.
Ривьера уходит из школы.
Тогда и у Гамонда нет причин оставаться в школе ради присмотра за ней!
«Неужели эта жизнь лазутчика с двойным дном, полная хождения по тонкому льду, закончится уже в этом семестре?!»
Гамонд воскликнул с голосом, полным предвкушения:
— Это звучит просто великолепно!
— Хм? Что именно?
— Что, простите?
— Я спросила, что именно звучит великолепно.
— Нет, ну... Я имею в виду, если ваш статус ученицы больше не нужен, разве вы не могли бы подобраться к графу Ноа Метеорборну с другой стороны?
— Вот в этом-то и проблема.
Вопреки надеждам Гамонда, Ривьера произнесла нечто абсолютно неожиданное.
Она резко поднялась с места, направилась к двери и с лёгким сожалением пробормотала:
— А ведь школьная жизнь была такой весёлой.
По какой-то причине у Гамонда по спине пробежал мороз, прямо как во время визита Камиля.
* * *
В настоящее время Ян, Виера и Миноа учились на втором курсе.
Второй семестр второго курса — очень важное время, когда каждый студент выбирает свою специализацию.
— Я... решил выбрать создание артефактов. Но ещё хотелось бы взять магию молнии и магию укрепления тела в качестве дополнительных дисциплин...
— пробормотал Ян про себя.
Тот факт, что Ян решил заняться созданием артефактов, был вполне понятен любому, кто знал его настоящую личность.
Создание артефактов — классическая вспомогательная специализация. Разве мог такой драгоценный человек, как прямой наследник императорской семьи, позволить себе отправиться на передовую? Создание артефактов подходило идеально.
Конечно, истинным намерением Яна была разработка големов, но в любом случае со стороны это не выглядело странным.
А вот два дополнительных предмета были выбраны по другой причине: он просто хотел изучить их, потому что это была основная магия Ноа Метеорборна.
Подобное случалось и со старшекурсниками, выбиравшими специализацию в прошлом году, но в этом году масштабы были поистине поразительными.
— Я тоже!.. Я возьму восемь специализаций!
— Ты что, граф Метеорборн? Как ты собираешься тянуть восемь специализаций с такими оценками?
— Ну если не выйдет, то хотя бы четыре...
— Ты не дотягиваешь до уровня старшекурсника Ноа даже на одну шестьдесят четвёртую, так что полспециализации — как раз для тебя.
— Чего ты сказал?!
— И у тебя абсолютно нулевой талант к магии призыва. Граф Метеорборн на выборах студсовета призвал даже Короля Духов!
— Гр-р!.. Как ты смеешь бить по больному?!
— А-ах, вот она, разница в талантах! Преклонись перед сокрушительным гением!
— Не говори так, будто это твой талант!
Подобные разговоры в коридорах у аудиторий второго курса давно стали обычным делом.
Чем выше поднимался статус Ноа Эшборна, тем больше студентов естественным образом пытались идти по его стопам.
Особенно сейчас, когда половина второго курса состояла в Обществе магов — любителей мира, организации, которая практически боготворила Ноа.
Разумеется, Ян также являлся членом золотого ранга Общества магов — любителей мира и ведущей фигурой студенческого совета «Метеор любви» — ярым последователем Ноа, чья вера была подтверждена самой святой Церкви Ноа, Амелией.
— Кхм, я бы тоже хотел попробовать освоить восемь специализаций, но... я всё же не гений. Так что ограничусь тремя.
— с сожалением пробормотал Ян.
Виера с интересом наблюдала за ним.
«Даже кронпринц Империи очарован им. Если Ноа Эшборн будет управлять кронпринцем из-за кулис, отношения между миром демонов и миром людей могут улучшиться быстрее, чем ожидалось?..»
Едва она об этом подумала, как стоящая рядом Миноа задала ей вопрос:
— А ты какую специализацию думаешь выбрать, Виера?
— Хм. Я пока серьёзно об этом не думала. А ты? Присмотрела что-нибудь?
— Я... планирую специализироваться только на магии тьмы.
— Магия тьмы... Имеешь в виду магию теней рода Девилан?
— Я больше ни на что не гожусь...
Миноа Девилан.
Дитя из семьи маркиза Девилана — рода, из поколения в поколение славящегося прирождённым гением магии теней.
Разумеется, Виера через Гамонда узнала, что в жилах семьи Девилан течёт кровь демонов.
— Что ж. Даже если ты освоишь лишь её одну, этого будет более чем достаточно.
— Д-да. Старшекурсник Ноа опубликовал работу по магии теней, и я думала изучить её глубже... В отличие от взрослых в нашей семье, мой талант к магии теней весьма слаб.
Дело было не в том, что её талант был слаб, а в том, что наследие полукровок истончалось с каждым поколением.
Поэтому с каждым новым поколением сила врождённой способности угасала, а с ней постепенно меркло и величие семьи Девилан.
Однако именно Ноа Эшборн написал новую научную работу, открывшую для них новый путь.
«Если подумать, идея о том, чтобы воспроизводить силу врождённых способностей демонов с помощью магических формул... чрезвычайно увлекательна».
Виера поймала себя на мысли, что если бы магия тумана предлагалась как официальная специализация, она и сама бы на неё подала заявку.
Впрочем, как только Ноа Метеорборн выпустится, причин оставаться в школе не останется.
Именно об этом она размышляла, когда неожиданно появился Ноа Метеорборн и окликнул её:
— Эй, леди... Виера?
— Х-хм? Погоди, ты когда успел здесь появиться?
В эти дни Ноа Метеорборн был настоящей знаменитостью магической школы, привлекавшей внимание повсюду. И всё же он свободно передвигался в одиночку, совершенно не привлекая к себе взглядов.
— О, а если присмотреться... это то заклинание.
— Ага. Без него я и шагу ступить не могу.
Приглядевшись, она поняла, что он применил то самое необычное заклинание, которым пользовался в последнее время — что-то вроде магии скрытности.
Магия, рассеивающая присутствие подобно туману и стирающая чувство чужого пребывания. С помощью этой магии Ноа даже на четвёртом курсе сумел заполучить отдельную исследовательскую лабораторию в магической школе.
«Лаборатория исследования магии тумана... Было бы славно, если бы эта магия когда-нибудь стала официальным направлением».
Но, похоже, не она одна об этом подумала.
Применив магию скрытности, Ноа сам разыскал Виеру и сразу же перешёл к делу. Благодаря его магии, пока они разговаривали, окружающие студенты вовсе ничего не замечали.
— Как ты знаешь, я скоро выпускаюсь.
— Ну да.
— Но сразу становиться придворным магом... Леди Арканесия всё ещё в полном здравии, да и есть другие обстоятельства... Так что, похоже, мне придётся ещё немного позаниматься исследованиями в школе.
— Исследованиями? В школе? Только не говори, что планируешь остаться в качестве одного из тех исследователей или как их там называют?
Даже Ривьера, учившаяся уже на втором курсе, знала, что выпускников, пашущих как рабы под началом профессоров, обычно называют аспирантами-исследователями.
Но найдётся ли в мире хоть один профессор, способный заставить пахать как раба самого графа Метеорборна?
Разумеется, нет.
— Нет, я буду не исследователем... Меня должны назначить профессором курса магии тумана.
— Профессором магии тумана?!
Глаза Ривьеры блеснули.
Если появится профессор магии тумана, не значит ли это, что будет создана и новая специализация?
К тому же её как раз разжигало любопытство: как выразить собственную врождённую способность с помощью магических формул?
Граф Ноа Метеорборн явился к ней с самым заманчивым предложением.
— Что скажешь? Как насчёт того, чтобы выбрать магию тумана в качестве своей специализации?
Она энергично кивнула.
Исследовать магию тумана, выстроить доверительные отношения с Ноа, да ещё и использовать всё это как повод продлить школьную жизнь...
Это было решение, убивающее сразу трёх зайцев одним ударом.
Разумеется, после этого решения мечта Гамонда вырваться из магической школы уплыла в недосягаемые дали.