Перед ними стоял джентльмен среднего роста, выглядевший весьма опрятно. На вид ему было около двадцати пяти. Его каштановые волосы были аккуратно зачесаны назад с помощью помады, а строгий, почти скромный костюм сидел безупречно. По его открытому лицу и острому блеску глаз было видно, что он мастерски умеет располагать к себе людей.
«И там тоже...»
Себастиан прищурился и скользнул взглядом дальше по коридору. Отто Грей тоже замер неподалеку, ведя за собой еще одного джентльмена и внимательно наблюдая за ситуацией.
«Ну и конкуренция».
Паола, единственная оставшаяся в живых Вольфман помимо Лотти, была советницей «Серебряного Волка», а Отто Грей обладал огромным влиянием среди руководителей гильдии. Говорили даже, что одна из его племянниц когда-то вышла замуж за представителя рода Вольфман, но погибла вместе с ребенком во время эпидемии лихорадки Патар. Так или иначе, Грей считал свою семью самой близкой к Вольфманам. Теперь Себастиану стало ясно, почему на собрании Грей был так агрессивен. За этим стояла банальная борьба фракций. Нет, скорее, битва за брачный союз. Взгляд Себастиана потяжелел.
«Мне жаль их, но... вряд ли кто-то из них в таком же отчаянии, как я».
Однако он не собирался вызывать жалость своими рассказами. С самого поступления в Академию он решил, что снимет проклятие, не опираясь на чье-либо сочувствие. Чтобы больше никто не страдал так, как он. Даже если бы он решил разыграть карту жалости, это вызвало бы лишь неприязнь у конкурентов. А неприязнь — это последнее, что Себастиану сейчас было нужно.
— Простите, бабушка Паола, что не предупредила заранее, — мягко сказала Лотти. — Но, как я уже говорила, у нас с господином Себастианом нет никаких обязательств, выходящих за рамки текущих отношений. Тем более, касающихся брака.
— Раз уж глава дома отдала самое большое место в своем сердце второму сыну Коллинзов, то другим будет нелегко отвоевать это преимущество, какими бы достойными они ни были, — парировала Паола. — Более того, отныне он будет следовать за вами повсюду, и все будут называть его вашим возлюбленным. Не так ли?
— На данный момент... да, это так, — Лотти поджала губы под точным замечанием Паолы.
Независимо от того, обещали они друг другу будущее или нет, она официально объявила его своим любовником перед старейшинами. Это означало, что пока она ищет мужа, её официальным спутником остается Себастиан. В контракте даже был пункт: он должен сопровождать её на всех светских мероприятиях, выступая в роли «живого справочника по этикету». Но для Себастиана это было золотой жилой. Учитывая внимание к наследнице особняка Хартфилд, он скоро запечатлится в сознании общества как «тот самый единственный». «Серебряный Волк» — это гильдия, работающая на народ. Они делают всё: от предметов роскоши до чайников с идеальной теплопроводностью, облегчающих жизнь обычным людям. Если образ Себастиана как избранника Лоти укоренится в народе, гильдии будет сложно его выгнать. Ведь народ верит в вечную любовь. Паола видела, что это с самого начала «нечестная игра». Лотти постаралась придать лицу выражение максимально преданной внучатой племянницы.
— Я знаю, с какой заботой вы выбирали для меня кандидатов ради блага гильдии и дома. Я прекрасно понимаю, что любовь и брак — вещи разные. Клянусь, я рассмотрю каждого с той же непредвзятостью, что и господина Себастиана.
Лотти не решилась клясться именем Дракона, как это сделал Себастиан. Приведя в дом мужчину, в которого была влюблена пять лет, она понимала: быть абсолютно честной не получится. Кто бы ни пришел, ему будет трудно пошатнуть позиции Себастиана. Но причина была не в статусе «любовника». Настоящее преимущество Себастиана заключалось в том, что Лотти, как и её мать, была совершенно бессильна перед мужской красотой. А Себастиан был не просто красавцем — он был красавцем именно в её вкусе.
— Я осознаю важность своего положения. Возможно, я еще молода и моё сердце недостаточно окрепло, чтобы быть холодной к возлюбленному... но я не забыла, что хозяйка «Серебряного Волка» должна выбирать спутника жизни, руководствуясь трезвым расчетом, а не личными чувствами.
— Хм, раз вы так говорите... — Паола немного смягчилась и отступила в сторону, представляя своего кандидата. — Позвольте представить: Деймон, второй сын торгового дома «Люкс». Мы часто сотрудничаем с ними с позапрошлого года. Это молодой человек с исключительной проницательностью. Уверена, вам будет чему поучиться друг у друга.
— Приветствую вас, баронесса. Для меня огромная честь познакомиться с вами. Я Деймон Люкс, руковожу отделом по работе с VIP-клиентами в торговом доме «Люкс».
Мужчина с доброжелательной улыбкой поклонился и протянул руку. Лотти подала ему руку, и он почтительно прижал губы к кончикам её пальцев в шелковой перчатке. К той самой руке с фамильным кольцом Вольфманов, которую всего полчаса назад Себастиан целовал на глазах у всех. Выпрямившись, Деймон Люкс мельком взглянул на Себастиана. Его глаза продолжали улыбаться, но в них сквозила ледяная сталь. Это был прямой вызов. Себастиан ответил ему едва заметной, двусмысленной улыбкой.
— Приятно познакомиться, господин Люкс. Я Шарлотта Вольфман. Я знаю, что дом «Люкс» очень помог нам в расширении торговых путей в герцогстве Орсо.
— О чем вы, это была лишь обязанность верных подданных королевства.
Торговый дом «Люкс» входил в пятерку крупнейших в стране, контролируя транзитную торговлю между Реумом и западным побережьем континента. Тот факт, что Паола привела его наследника, означал долгосрочную стратегию: старейшины хотели слить капиталы двух гильдий.
— Лично для меня это большая удача, — продолжал Деймон. — Благодаря тому, что госпожа Паола так хорошо ко мне относится, я смог встретиться с её любимой племянницей.
— А, я, подождите! — послышался суетливый возглас, и к ним подбежал Отто Грей, таща за собой своего кандидата. — Баро... то есть, госпожа! Я тоже хочу представить вам одного достойного юношу! Мой пятиюродный племянник, Хенрик из дома графа Шварца!
— Приветствую вас, баронесса. Много о вас слышал. Я Хенрик, второй сын графа Шварца.
Джентльмен с мягкими чертами лица, из тех, кто нравится старшему поколению, буквально оттеснил Деймона Люкса. Из-за своего крупного телосложения ему стоило лишь немного сократить дистанцию, чтобы Деймон невольно потеснился. Лотти оказалась в центре странного зрелища: дворянин в стиле «плюшевого медведя» и лощеный наследник торговой империи соревновались в лучезарности улыбок, стараясь ей понравиться. Чуть поодаль Паола и Отто Грей обменялись испепеляющими взглядами.
— Мужчину лучше всего может оценить другой мужчина, — подал голос Грей. — Наш Хенрик такой надежный, он станет идеальной опорой для главы дома.
— Женщины рода Вольфман из поколения в поколение славились своим тонким вкусом на мужскую внешность, — отрезала Паола. — Моя мать говаривала: если муж красавец, то и одного обеда в день хватит, чтобы чувствовать себя сытой.
— Но позвольте, госпожа старейшина, у вас ведь нет опыта замужества…
— Отто, ты говоришь так, будто сам когда-то был замужем.
— Нуна! (Старшая сестра!)
Двое почтенных людей, мгновенно отбросив светский лоск, начали переругиваться как старые друзья.