Кое-кто не аплодирует

К тому времени, как мы выбрались из дома, где прятался последний монстр, небо очистилось полностью - ни следа тумана.

Остались лишь изуродованные брошенные дома, трупы повсюду и гильзы, которые мы щедро сеяли по здешней земле. И всё же мы, трое Верховных Архимагов, не сняли противогазы и не откинули капюшоны. Вместо того выравнивали дыхание и быстро проверяли состояние оружия.

Контроль патронника. Чисто.

-Ху-у-уф, ху-у-уф.

Хриплые, частые вдохи сквозь фильтры постепенно выровнялись.

Только тогда усталый голос Ли Сечуна разбил тяжёлую тишину.

-Эти тератомы - просто пиздец какие жуткие. Теперь ещё и сбиваются вместе, чтобы изображать людей. А всего этого ещё и символ магии ветви сердца.

Мы с Шин Наином коротко переглянулись. Ли Сечун всё ещё не знал о начале вечности. Конечно, пока это не более чем гипотеза, к которой мы с Шин Наином пришли независимо друг от друга, и поскольку проверять её не хотелось никому, ей суждено навсегда остаться гипотезой.

К тому же, если это вдруг окажется правдой, обычному человеку такое знание не по силам. Тяжесть истины давила, как древняя казнь с грузом, что клали на грудь.

А омерзительные повадки тератомы, о которых я догадывался, делали всё только хуже. Из-за жалкой подвижности тератомы почти никогда не действуют самостоятельно - лишь управляют носителями.

Тогда как они размножаются?

Лично я подозревал, что точно так же, как они используют животных-носителей, они либо захватывают людей и управляют ими, либо превращают человеческую плоть в тератом и растаскивают по кускам.

И, учитывая, что Шин Наин ни разу не упоминал человеческих голосов в последние минуты жизни тех психованных, что использовали флаги как плащи, скорее всего, верно второе.

Чудовищная истина давила на голову.

Запертые в телах монстров, они испытывают вечность. Судя по всему, даже когда на них нападают такие твари, как тератома, растаскивающая само тело по кускам, «я» и сознание остаются нетронутыми.

Подвид, с которым мы только что сражались, - колония тератом - был именно таким случаем.

Ли Сечун лишь брезгливо цокнул языком, но мы с Шин Наином, знавшие о всей глубине того ужаса, чувствовали совсем другое. Сколько человеческий разум способен выдержать, запертый в теле монстра, вынужденный лепить из плоти чудовища подобие самого себя?

И вдобавок ко всему...

Она была беременна.

-Сруль.

-Да.

-Может, у тебя сигарета есть?

Я прекрасно понимал, почему религиозный пыл Шин Наина поутих.

Эффект второй стадии ветви ушей - [Чтение мыслей монстров]. С третьей стадии ветви ушей начинается [Шёпот мёртвых]. И, что хуже, в отличие от моего, откат магии ветви ушей Шин Наина не был ни спорадическим, ни разовым.

Я и забыл, что Шин Наин из тех, чей откат заставляет слышать мысли людей, стоит им оказаться достаточно близко. Так что, должно быть, он смутно улавливал это с той самой минуты, как мы ступили туда, - войдя в однушку, чтобы убить колонию тератом. Услышал всё до последнего.

Крики беременной женщины, пожираемой тератомой.

Крики, которые она, должно быть, издала, почувствовав собственной плотью, как монстр пожирает плод внутри неё.

Ужас и страх сломили человеческое сознание, сохранившееся после превращения тела в монстра, заставив в отчаянии прижимать к себе тварей, будто своё дитя.

И Шин Наин, должно быть, слышал всё это. Даже плач жизни, которой уже не было, - жизни, которую запертое в вечности сознание отчаянно пыталось воссоздать, плодя тварей.

Любой сошёл бы с ума, выслушав такое до конца.

Я уже начал прикидывать, не вколоть ли ему дозу психотропов, как солдатам на линии блокады, пока Шин Наин не свихнулся, как Шин Наин постучал по гарнитуре и повернулся ко мне.

-Чемин-сси, я не пью и не курю. Всаживать иглу в руку тоже не собираюсь. Знаете почему?

В глазах Шин Наина стоял страх - и страсть, пылавшая на этом страхе, как на топливе.

-Потому что я должен видеть и чувствовать каждое злодеяние, совершённое приспешниками Дьявола, чтобы пламя праведного негодования не гасло в ясном разуме. Когда силы зла сеют страх, те, кто отводит взгляд, умолкают, - но те, кто смотрит прямо, помнят пролитую кровь.

Вместо того чтобы спорить, я закинул винтовку на плечо.

Сто слов не стоят одного действия. Я пару раз хлопнул Шин Наина кулаком в грудь и зашагал вперёд.

-Ага, ну раз ты справляешься по-своему, то хорошо.

За тем, почему такой человек, как он, пробудился в альтерационном типе, а не в догматическом, наверняка стояла какая-то история, но я учился магии, а не готовился в психологи.

Радостно было за иное.

Впервые я был почти до слёз благодарен, что обычно бестолковый Ли Сечун догадался держать рот на замке.

-О чём вы двое так серьёзно говорили?

Ага, только взгляните на него. Радость была недолгой.

-Тебе не нужно знать, Сечун-сси.

-Я не у тебя спрашиваю. Наин-сси, о чём вы говорили?

-О, Божьей благодати, что спасла такого грешника, как я.

Мы неторопливо побрели по деревенской дороге, пропитанной запахом крови и тошнотворной гнили.

Наши шаги стали легче ровно на вес всех выпущенных пуль.

И как по заказу, под очистившимся небом над головой зажужжали дроны, кружа и осматривая местность. Военные, засевшие на заправке у въезда, наверняка отправили их на разведку, как только рассеялся туман.

Я поднял левую руку к одному из жужжащих дронов и помахал.

После этого маленького жеста настал момент, которого я так ждал.

-Ладно, все. Стройся. И правило помните?

-Какое?

-Кто встанет впереди меня - пристрелю. Погнали.

К нам вернулась собранность.

Ноги зашагали жёстче, руки, переключавшие предохранители, вдруг захотелось держать как можно профессиональнее, даже дыхание сквозь противогазы вырывалось нарочито долгим.

Полы пончо вздымались от ускорившегося шага, и чем сильнее они развевались, тем заметнее мы выделялись на фоне безмолвной деревни.

В этой деревне осталось ровно три человека, которые ещё дышали.

Трое, сжимавшие оружие, шагали вперёд в армейских ботинках, ни разу не сняв противогазы, с низко надвинутыми капюшонами.

Только трое гордо ступали посреди деревни, где не осталось ни холода, ни тумана, - опустив оружие, со всё ещё горячими стволами и резким запахом пороха у дульных срезов.

Я, Шин Наин и Ли Сечун.

Каждый раз, когда мы проходили очередной участок бойни, с дороги доносилось смутное жужжание.

Вместо ветра в барабанные перепонки вбивался шершневый гул дронов, накладываясь на трескучие переговоры и звук поспешно заводящихся двигателей, - и всё это волнами накатывало на нас.

У въезда в деревню я увидел солдат, бегущих к нам с винтовками, ещё один танк и два бронетранспортёра. А из леса под прикрытием дронов выходили десятки солдат, другой танк грохотал по дороге тяжёлыми гусеницами.

Потом, в какой-то момент, гул стих.

Потому что они увидели нас.

Солдаты с жетонными повязками, спешившиеся с бронетранспортёров, посмотрели на нас - и как-то сами собой расступились в стороны, вытянувшись по стойке смирно.

Преувеличенно чёткие приветствия заставили жетоны звякнуть, прорезая тишину.

Я бездумно повернул голову и увидел среди гражданских оперативников, суетившихся за спинами солдат, мужчину и женщину. Они мелко дрожали.

Шаги сами собой остановились.

Когда остановился я, Шин Наин и Ли Сечун, не имея возможности пройти мимо, тоже замерли.

Я повернулся к одному из солдат с жетонной повязкой и спросил:

-Что эти двое натворили, раз стали гражданскими оперативниками?

Глаза солдата за линзами противогаза метнулись в стороны. Потом он опустил руку и ответил:

-Мужчину арестовала военная полиция за отказ от мобилизационного приказа, и сейчас он служит гражданским оперативником. Женщине назначили гражданскую оперативную службу по обвинению в распространении в Чонджу ложных слухов, будто монстры - фальшивка.

-В провинции тоже есть маги?

-Какое там. Людям приходится за свой счёт оплачивать тестирование способностей, проводимое под Сеулом, а также гарантии безопасности, необходимые для пробуждения Локализованных Инвазивных Структурно-Альтеративных Феноменов. По-моему, отличная и совершенно разумная система.

Солдат с жетонной повязкой смотрел сверху вниз на гражданских оперативников, съёжившихся за бронетранспортёром в позе утки.

-Потому что было бы несправедливо, если бы только мы сражались с монстрами из ада.

Лязг жетонов звучал особенно гнетуще.

Я перевёл взгляд с солдат на двух гражданских оперативников, цокнул языком и отвернулся.

Сотрудничество между теми, кому не удалось пробудить магию на линии блокады, и теми, кто даже не мог позволить себе попробовать.

Вот почему Республика Корея развалилась.

Мы втроём ускорили шаг, оставив солдат, входящих в деревню, позади. Но те не спешили двигаться вглубь, к трупам.

Вместо этого бесчисленные взгляды не отлипали от наших спин.

Обрывки радиопереговоров за спиной рассказывали нам, чего мы добились.

[....16:16. Плотность тумана, уровень 0.]

[Ситуация...]

[... похоже, завершена...]

Слава богу, на мне был противогаз. Иначе я ни за что не спрятал бы расплывающуюся по лицу ухмылку.

Шаги нас троих, идущих против потока десятков солдат, звучали всё чётче. Как лосось, плывущий против течения: где бы ни проходили наши спины, за ними неизменно оставались вопросы.

Как? Не может быть? Почему?

-Они думают: «Их было только трое», - гордо проговорил Шин Наин, расплывшись под противогазом в самодовольной ухмылке.

После его слов наша тройка зашагала ещё легче, хотя шаги, казалось, потихоньку тяжелели от гордости.

Вскоре мы добрались до заправки.

Позиция там притихла, отправив столько солдат в деревню, но пустоту заполнили потрясённые голоса, так что спокойным это место не назовёшь.

Вспотевший майор яростно тыкал пальцем в офицеров, даже не думая утереть пот, блестевший на щеках. Но в тот миг, когда он увидел нас, его глаза распахнулись - и он молча вскинул руку.

Одно действие стоило ста слов. Мы втроём ответили по-своему.

На его приветствие я лишь неспешно помахал. Шин Наин, с ремнём винтовки на шее, сложил ладони в молитве. И только Ли Сечун остановился и отдал чёткое воинское приветствие, а затем, увидев, как мы с Шин Наином направляемся к вертолёту, поспешил следом.

-Твою ж мать. Почему вы нормально не отдали честь? Из-за вас майор выглядел неловко.

-Мы гражданские. Нам не обязательно отдавать честь как положено.

-Аминь.

Лишь откатив дверь вертолёта и забравшись на сиденье, я стянул противогаз и вытолкнул из лёгких приторный воздух, полный вони резины.

Краем глаза заметил, что пилот оглянулся на нас. И я показал ему большой палец. Судя по всему, этот жест работал, даже когда вы не говорите на одном языке, ведь пилот пожал плечами и ответил точно таким же жестом.

В тот миг, когда Ли Сечун задвинул дверь и опустил пулемёт, я сказал:

-И к тому же.

-Да?

-Наша рыночная стоимость теперь куда выше майорской.

Винты набирали оборот, отчего по внутренностям транспорта пошла гулкая вибрация и чудовищный шум.

Я, естественно, потянул руку к Шин Наину.

-Что?

-Чёрный полиэтиленовый пакет.

-Зачем тебе вдруг пакет?

Вдруг?

-По-моему, меня сейчас вырвет.

***

7 мая 2028 года, 16:32.

Когда мы вернулись в американский военный лагерь при Совместном американо-корейском командовании в Пхёнтхэке, я сошёл с вертолёта, сжимая туго завязанный чёрный пакет, - и сразу почувствовал, что отношение к нам изменилось.

Все эти сомневающиеся взгляды «эти парни и правда Верховные Архимаги?» испарились. Остались только шок и трепет.

Дверь вертолёта откатилась, и под яростным потоком воздуха я, Пэк Чемин, выпрыгнул наружу, крепко сжимая туго завязанный пакет.

Позади шли Шин Наин, наш фанатичный любитель долго давить личинку, и Ли Сечун, бывший сержант, мечтающий стать хорошенькой аниме-девочкой.

Наши шаги были легки, пока мы пересекали асфальт и бетон, смакуя мысль о том, насколько сократилась популяция монстров от одного лишь количества выпущенных пуль.

Тут мы заметили капрала Сон Гайна, сидевшего на водительском сиденье припаркованного у обочины фургона и поглядывавшего на наручные часы, а капитан Ким Хуун прижимал телефонную трубку между ухом и плечом, держа блокнот и яростно строча ручкой.

-Да, да, я слушаю. Идентифицированный вид: тератома. Подтверждена новая модель поведения. Предположительно шестьдесят с лишним особей. Подтверждён подвид. Боестолкновение завершено успешно. Время операции...

Капитан Ким Хуун осёкся посреди доклада и уставился на нас, подходивших всё ближе, затем закончил фразу.

-...двадцать восемь минут.

Командование Выживания, наш финансовый покровитель, отнеслось к результатам боя с предельной серьёзностью. Это стало очевидно из того, что генерал-майор Чон Минхо снова вызвал нас в бункер. Однако он был не один.

Генерал-лейтенант Ройс Кэндлер, заместитель командующего Командования Выживания, также присутствовал. Лысый чернокожий мужчина со шрамом в уголке рта поднялся и зааплодировал, приветствуя нашу тройку. Рядом с ним поднялись и захлопали выглядевший сонным бригадный генерал Тэтчер и генерал-майор Чон Минхо.

Пока мы шли к своим местам под их восторженные аплодисменты, они предложили рукопожатия, и, увы, я не мог отказаться.

-Отличная работа!

Большую часть доклада взял на себя Шин Наин. Не было смысла мне, с моим TOEIC на четыреста баллов, ломать голову, когда у нас уже есть переводчик, который знает английский по-настоящему. Шин Наин из вежливости кратко намекал нам, о чём идёт речь.

Его доклад сводился примерно к следующему. Истинная модель поведения тератом: они могут использовать животных-носителей, компенсируя слабую подвижность и физическую немощь.

Обнаружен подвид - колония тератом. Колониальное сознание проявило необычную черту: попытку имитировать человеческий облик. На подвиде обнаружен магический символ ветви сердца.

При этих словах генерал-лейтенант Ройс велел генерал-майору Чону засыпать нас вопросами.

-Было ли подтверждено заражение среди птиц?

-Нет. По крайней мере, мы его не обнаружили.

Несмотря на твёрдый ответ Шин Наина, генерал-лейтенант Ройс, бригадный генерал Тэтчер и генерал-майор Чон Минхо переговаривались с мрачными лицами.

Даже эти закалённые солдаты слегка прищурились, и беспокойство, пробежавшее по ним, было почти осязаемым - как запах грозы перед ударом молнии.

Пошептавшись довольно долго, они, похоже, пришли к какому-то выводу и перешли к следующему вопросу.

-Что именно вы имеете в виду под «попыткой имитировать человеческий облик»? - задал вопрос генерал-майор Чон Минхо.

-Ровно то, что сказано. Она... имитировала облик беременной женщины со вздутым животом.

Шин Наин слегка запнулся, но, к счастью, дотянул до конца.

И вот мы снова умолчали о теории насчёт начала вечности. Ведь это знание лишь усугубило бы всё. Колебания при стрельбе только продлили бы страдания людей, запертых в телах монстров.

Генерал-майор Чон Минхо кивнул, принимая ответ, и перешёл к следующему вопросу.

-На самом деле это то, что тревожит нас больше всего.

Он положил папку с документами и прикрыл лицо ладонью.

-Вы обнаружили на теле колонии тератом магический символ ветви сердца, способный вызывать пробуждение Локализованных Инвазивных Структурно-Альтеративных Феноменов. Вы уверены?

-Да. Мы все трое его видели. Я отвернулся, потому что меня затошнило, но Пэк Чемин-сси, судя по всему, приобрёл ветвь сердца.

-Пэк Чемин-сси, это правда?

Я гордо кивнул.

-Да. Теперь я могу использовать все пять ветвей.

-Все пять ветвей...

Генерал-лейтенант Ройс и бригадный генерал Тэтчер сжали губы и умолкли. Судя по всему, они вспомнили, что Шин Наин знает английский и умеет читать мысли, потому что было очевидно: они старались не выдать лишнего. Но через несколько секунд я понял, что судил о них слишком строго.

Они не утаивали информацию. Они просто не могли прийти к выводу. Было до боли ясно, что они растеряны, - им не хватало стандартов и доказательств для оценки.

Генерал-лейтенант Ройс и бригадный генерал Тэтчер переглянулись, затем принялись постукивать указательными пальцами по столу, будто подгоняя генерал-майора Чон Минхо.

В конце концов генерал-лейтенант Ройс обратился к нему:

-All five disciplines. Is there anything remarkable in the recordings?

-Nothing, sir... He's the first one, - генерал-майор Чон ответил, утирая пот со лба.

Генерал-лейтенант Ройс нахмурился и повернулся к бригадному генералу Тэтчеру.

-Can we arrange a medical examination for him? I want to know if there are any physiological changes.

-If we don't have time, we'll find time, sir.

Бригадный генерал Тэтчер уставился прямо на меня своим сонным лицом, так что я ощутил себя жуком под лупой и отвернулся к Шин Наину, и лишь тогда заметил Ли Сечуна, превратившегося в пятое колесо. Он стоял за плечом Сруля, скрестив руки, и откровенно цокал языком.

Этот парень вызывал отвращение, поэтому я ещё усерднее сосредоточился на Шин Наине.

-Что они говорят?

-Говорят, вы первый человек за пределами линии блокады, получивший все пять ветвей. Хотят провести медосмотр.

-Всё верно, - генерал-майор Чон вмешался и вернул наше внимание.

Генерал-лейтенант Ройс и бригадный генерал Тэтчер уже выпрямились, а генерал-майор Чон Минхо с трудом унял дрожь в голосе и продолжил:

-Вы знаете, что в Пхёнтхэке мы уже проводим медосмотры практикующих Локализованные Инвазивные Структурно-Альтеративные Феномены - людей, которых обычно называют магами или волшебниками, - чтобы измерить, какие изменения происходят в их телах?

-Мы знали?

Для меня это было новостью. Я как раз гадал, почему никогда об этом не слышал, когда Ли Сечун, всё ещё стоявший со скрещёнными руками, вмешался и немедленно прояснил загадку.

-Чемин-сси, я же узнал о своей второй стадии ветви сердца после обследования в Пхёнтхэке, помнишь?

-Ах.

Видимо, я запихнул это в забытый уголок памяти, потому что речь шла о Ли Сечуне - человеке, с которым я меньше всего хотел общаться.

Вечно услужливый генерал-майор Чон Минхо вздохнул, но всё же продолжил:

-Придётся отложить это до тех пор, пока ситуация на линии блокады не стабилизируется. Тем не менее, учитывая, что Общество 66 придавало числу пятьдесят пять такое значение, в получении всех пяти ветвей должно быть что-то значимое. Мы просим о сотрудничестве. Если вам что-то нужно, окажем активную поддержку. Капитан Ким Хуун будет прикреплён исключительно к вашей группе и займётся всеми необходимыми организационными вопросами.

По тому, как он начал собирать папки, я понял: совещание подходит к концу.

Мы все поднялись и снова обменялись рукопожатиями.

Генерал-лейтенант Ройс не уставал нас нахваливать, даже округляя глаза и изображая, как он впечатлён. Бригадный генерал Тэтчер пожимал руки, повторяя «best» с приподнятыми веками.

Затем настала очередь генерал-майора Чон Минхо. Я уже думал, что это будет обычное рукопожатие, но он внезапно притянул меня в объятия и прошептал на ухо:

-Чемин-сси, полковник Мин просил держать это в тайне. Отчёт по Сувону таки просочился и уходит наверх. Обстоятельства того, как вы получили магию, тоже.

-Полковник Мин?

-Командир командного пункта мэрии Сувона.

В памяти всплыло лицо измученного полковника, швырнувшего мне семьдесят ВПС и обещавшего не допустить, чтобы я стал подопытным.

Генерал-майор Чон продолжал шептать, преувеличенно хлопая меня по спине.

-Чемин-сси, знаете, что страшнее, чем монстры, пытающиеся украсть магию через магические символы? То, что вы можете выучить саму магию, убивая этих монстров, - говорил он мрачно. - Найдутся люди, которые попытаются доставить этих монстров своим нанимателям. Чемин-сси, мы знаем, насколько эти твари опасны. Ради всего мира им нельзя дать выбраться наружу. Если какой-нибудь псих попытается провезти их в тыловые города, все обречены.

Это было ужасно, и я не мог отрицать, что даже на краю света люди ищут возможности.

-Так что, даже если приказ поступит от Командования, даже если попросит частный спонсор, не оставляйте их в живых. Убивайте всех этих монстров до единого.

С этими словами генерал-майор Чон отстранился с совершенно обычным лицом и зашагал вслед за генерал-лейтенантом Ройсом и бригадным генералом Тэтчером, уже покидавшими бункер.

Я проводил его слегка ошеломлённым взглядом, затем криво усмехнулся.

Шин Наин и Ли Сечун, похоже, расслышали слова генерал-майора Чона, потому что их лица стали предельно серьёзными.

-Чемин-сси, по-моему, это не было смешно.

-Нет, просто вдумайся. Это же нелепо.

-Разве это не вполне обоснованное опасение?

-Опасение не проблема. Проблема в том, что он сказал это мне. Серьёзно...

Я не мог скрыть подёргивающиеся уголки рта и трясущиеся плечи. То, что казалось простым смешком, быстро превратилось в настоящий хохот.

Генерал-майор Чон зря волнуется.

Потому что... потому что...

-С какого хера мне отдавать свою магию кому-то ещё!?

Меня и так бесило, что монстры пытаются украсть мою магию, а теперь какие-то богатые ублюдки решили, что могут украсть её, потому что у них есть деньги?

Такие уроды - покойники. Я лично всажу им по пуле в башку.

***

7 мая 2028 года, 19:14.

Наконец все шестеро собрались на ужин в казарме Верховных Архимагов.

Пока мы с Шин Наином и Ли Сечуном зачищали орду тератом за двадцать восемь минут, Ко Рёха, Хамза и пастор были вызваны на небоевые задания и справлялись каждый по-своему.

В воздухе витал дух рамена, что Хамза разливал по мискам из общей кастрюли. Вместе с тем мы болтали о пустяках и делились важной информацией.

Проглотив порцию мягкой, упругой лапши, я спросил Ко Рёху:

-Ты говорила, что ходила в оружейную? Что тебя там заставляют делать?

-Они планируют проверить, можно ли, наложив ритуальное зачарование на ствол оружия, применить эффект к пуле в момент выстрела. Их заинтересовали и Огнедышащие руки. Благодаря этому пообещали дополнительные продукты и медикаменты для людей из университета Конкук.

-Ах.

Точно. Мы всё ещё поддерживали легенду, что люди из университета Конкук живы.

Я незаметно отвёл взгляд от Ко Рёхи и случайно поймал Хамзу в процессе еды. Араб аккуратно откусил кусочек кимчи и заговорил прежде, чем я успел спросить.

-Они показали мне карту и попросили указать, какие места самые опасные. Позже, видимо, соберут мусульман вроде меня и создадут организацию по оценке уровня опасности.

-Даже если соберёшь мусульман, разве не придётся крутить «туманную гачу», чтобы узнать, что получится? Да и откуда они вообще возьмут этих мусульман?

-Пакистан. Иран. Сирия. Ливан. Из таких мест. Если предложат гражданство США, приедут толпами.

-Они приедут, даже когда вокруг монстры? Почему?

-Чемин-сси, у них там уже есть монстр по имени бедность.

Линия блокады Сеула станет местом, где смешаются те, кто ныряет сюда ради шанса на гражданство США, и те, кто лезет сюда ради наживы.

Как и следовало ожидать от чудесной Республики Корея, переизобретающей себя в качестве прекрасного плавильного котла.

Пастор, который обычно был здесь самым громким, сегодня оказался необычно тих. Он шёпотом молился, с почти благоговейной тщательностью смакуя даже ложку бульона из рамёна.

-Согревая тела наши хлебом насущным, что Ты даровал нам, мы молим Христа, чтобы дети Твои не сбились с пути даже в скорби...

Пастора Пак Ёхана назначили помогать раздавать гуманитарную помощь, направлять беженцев, стекающихся в Пхёнтхэк, и поддерживать порядок, - так что было о чём подумать.

Впрочем, он явно не упустил важную информацию, которой мы поделились. Он щёлкнул палочками и заговорил:

-Два магических символа - Руки и Сердце. По совпадению, обе ветви относительно не подвержены влиянию тумана, а если учесть фундаментальную природу магии альтерационного типа, не думаю, что монстры действительно смогут украсть магию.

-Хотелось бы услышать, как вы к этому пришли, пастор.

Когда Шин Наин отложил палочки и принял позу слушателя, пастор помешал лапшу в кастрюле и начал:

-Тот лысый монах, я, информация, которую Чемин получил, уничтожая останки, эти мистические ублюдки в Пхёнтхэке - все мы говорим одно и то же. Магия альтерационного типа связана с числом пять, числом человечества, и в основе своей это магия, призванная определить, что такое человечность. Это чудо, активируемое болью как ценой. Вы когда-нибудь задумывались, почему чудо требует боли в оплату?

-Потому что молодость должна страдать? - бросил Ли Сечун, передразнивая давние слова пастора, одновременно подхватывая ломтик Спама.

Я злобно зыркнул на него за то, что он взял мою драгоценность, но этот дуболом успешно проигнорировал меня и отправил кусок в рот.

-То, что сказал Сечун, не совсем неверно. Люди - хитрые существа, и чаще всего мы по-настоящему не чувствуем чего-то, пока нам не станет больно. Настоящая медитация или духовная дисциплина, призванная очистить тело и разум, часто включает пост, воздержание от еды, чистую диету, поддержание прямой осанки или воскурение благовоний, чтобы сосредоточиться на внутренней преданности, а не на телесных удовольствиях. Вот почему были созданы аскезы - чтобы углублять веру. Так почему же люди добровольно страдают до бичевания тела?

Пастор спокойно положил порцию лапши в свою миску.

-Чтобы стать едиными с Богом. Чтобы постучаться во врата Небес. Потому что надеются остаться наполненными радостью и после окончания этой жизни. Видите ли вы такую тоску в монстрах? Я видел в них интеллект, но никогда не видел такой духовности. Им не хватает самой фундаментальной надежды, общей для всех людей, - вот почему они не смогут украсть магию, которая стремится к самой человечности.

-Самой фундаментальной надежды?

В остальном теория пастора была такова, что монстры не смогут украсть магию через магические символы, и они не пытаются. Вместо этого они крадут магические символы, содержащие значения, приближающиеся к бесконечности, чтобы понять человечество. Вот почему Кровавая Сеть под станцией Сувон, пожравшая отца Чон Ёнхвана и Посаля Гыльмуна вместе с волшебниками ветви глаз, обладала магическим символом ветви рук.

-В конечном счёте у каждого волшебника есть предрасположенность ко всем пяти ветвям. Ведь пять ветвей символизируют само человечество. Проблема в том, что это чертовски сложно. Поэтому, чем больше волшебников пожирают монстры, тем больше они извлекают различные предрасположенности, которыми обладали эти волшебники. Они насильно вытаскивают соответствующие магические символы.

Глаза Шин Наина сузились.

-Они извлекают символы, которые предпочитает их вид...

-И становятся сильнее при их помощи. Апдейт.

Согласно теории пастора, монстры охотились на людей-волшебников и присваивали возможности, которыми те изначально обладали. Амальгамы - Краниально Срастающиеся Миметические Организмы - крали человеческий интеллект. Магию ветви рук.

Чем больше они присваивали, тем разумнее двигались и тем изощрённее становилась их стайная охота, а подвиды, пожирающие волшебников, эволюционировали в Кровеносные Шнуры.

Тератома - Паразитическая Злокачественная Опухоль - крала человеческую жизнь. Магию ветви сердца.

Чем больше они поглощали, тем выше становилась их живучесть, а подвиды, пожирающие волшебников, становились колониями тератом, способными паразитировать на носителях, отличных от людей.

В этот момент пастор предложил и обнадёживающую мысль.

-Значит, чем больше особей, сожравших волшебников, мы убьём, тем больше украденной магии вернётся человечеству, и они должны ослабнуть до своего изначального состояния... Ну как? Звучит правдоподобно?

-А что делать, если они соберут ошмётки магических предрасположенностей, которые есть у обычных не-волшебников, и сделают из них магические символы?

-Чемин, что значит «что делать»? Защищать людей. В этом весь смысл, щенок!

Мой убийственный довод был заблокирован.

Затем все принялись аплодировать.

-Превосходно. Восхищаюсь вашей проницательностью, пастор.

Шин Наин первым начал эти овации. Ли Сечун тупо уставился и просто скопировал его, Хамза секунду смотрел на остальных, прежде чем присоединиться, а Ко Рёха радостно хлопала, смеясь.

Я скрестил руки и отказался хлопать, потому что пастор выглядел слишком самодовольно, - но мне ничего не оставалось, кроме как признать: теория была довольно убедительной и чертовски крутой.

Отчаянная, тёмная, пугающая... но обнадёживающая.

Больше всего мне нравилась простота вывода.

-То есть, по сути, если мы всех перестреляем и заберём силу обратно, магия станет моей, верно? Думаешь, это поможет мне продвинуться?

-Понятия не имею. Пэк Чемин, просто хлопай.

Достойный ответ от фанатика и лидера, что из той породы, кто более десяти лет назад смотрел убийственно на маленького мальчика по имени Пэк Чемин за то, что тот стащил из ящика для пожертвований купюру в тысячу вон.

Особенно учитывая, что он тут же начал наезжать на меня только потому, что я отказался хлопать.

Разговоры с переводчиком:

Вот и более ясные законы мира вырисовываются.

На счёт картинки. Был вариант с кровью на пончо, но там гамма чуть более яркая и режет глаз, потому отказался. Да и не описывалось, что парни пачкались в крови.

Спасибо за прочтение. Если нашли ошибки - пишите в комментариях.