Победа Пэк Чемина, как человека

Проковыляв сквозь туман ещё немного, мы увидели здание этажей в десять. Как человек, у которого никогда не было причин соваться в университет, я невольно нахмурился и задумался: неужели такое здание правда необходимо?

Я об этом думал с тех пор, как мы направились к студенческому союзу: разве университеты не до нелепости огромны? Тебе нужно всего лишь сесть за парту, открыть учебник и слушать профессора - но территория занимает нелепо много места, и это меня бесило.

Никакого комплекса неполноценности из-за того, что у меня только среднее образование. Нет, это была... совершенно разумная претензия провинциала, требующего более рационального использования пространства в Сеуле, где цены на землю и так взлетели до небес.

При таком размере кампуса для нормального передвижения по территории понадобился бы автобус.

Пока я внутренне ворчал, Ко Рёха, уверенно шагавшая впереди, моргнула и обернулась с мягкой улыбкой.

-Кстати, вы ведь впервые в университете Конкук, солдаты-аджосси. Здание, куда мы идём, - это Новый инженерный корпус!

-Новый инженерный корпус?

-Я училась на факультете машиностроения, робототехники и автомобилестроения. Третий курс!

Ко Рёха горделиво выпятила грудь и упёрла руку в бок, улыбаясь глазами.

Разумеется, на каждое такое её действие находился человек, проявлявший ужасающий комплекс неполноценности. Самый злобный, катастрофический тролль среди Верховных Архимагов и самая опасная переменная в продолжающейся операции «Синяя таблетка».

Ли Сечун.

-Ц-ц.

-Хм? Солдат-аджосси, вам что-то интересно?

-Я сказал «Ц-ц».

-Эй!

Я схватил Ли Сечуна за шею и зашипел.

-Сечун, хватит выёбываться и подыграй.

-Чемин-сси, вы тоже встали на сторону этой сумасшедшей сучки только потому, что она красивая?

-Ах ты гнилой ублюдок.

Я обычно избегал драк - существовал немалый шанс получить сдачи, - но мне отчаянно хотелось как можно сильнее щёлкнуть Ли Сечуна по лбу.

К счастью, прежде чем Ко Рёха успела обратить на него слишком много внимания, нас спасла суета пастора.

-Боже мой, наша Рёха ещё и хорошо училась. И где же ты остановилась?

-О, пастор, я перенесла в подвал всё оборудование и технику, которые смогла. Вы сказали, что вам нужно военное оборудование связи, верно? Некоторые солдаты-аджосси, присоединившиеся к нам, принесли с собой рации, так что через них можно будет принимать передачи.

-Ты действительно замечательная. Правда.

Вот тут-то и настал момент.

Пастор широко улыбнулся и осыпал Ко Рёху похвалами, остальные Верховные Архимаги взялись за тикающую бомбу. Шин Наин, Хамза и я - тут же обступили Ли Сечуна и принялись его отчитывать.

-Сечун, давай прекращай выделываться. Она сошла с ума таким милым образом, неужели ты не можешь относиться к ней нормально?

-Даже я не тыкал в тебя стволом, выслушивая твои мысли круглосуточно. Почему ты не можешь это вытерпеть, Сечун-сси?

-То, как вы обращаетесь с Рёхой-сси, отвратительно, Сечун-сси. Это похоже на ревнивую первую жену, чей муж привёл домой наложницу. Или на кошек, дерущихся за внимание хозяина.

В этот момент я не выдержал и сдерживаясь изо всех сил вмазал Хамзе полбу.

-Ай! Чемин-сси, почему вы вдруг...?

-Придурок, если собираешься приводить такое мерзкое сравнение, лучше вообще молчи.

Само сопоставление Ко Рёхи, сошедшей с ума после потери всех выживших, с Ли Сечуном, заросшим двадцатичетырёхлетним бывшим сержантом, чья мечта - стать хорошенькой аниме-девочкой, уже вызывало тошноту.

Мы и так страдали от последствий догматической магии Хамзы, так что после такого ужасного сравнения мой кулак его просто не простил.

Шин Наин, похоже, чувствовал то же самое. Наш фанатик поморщился и уставился на Хамзу ужасающим взглядом.

-Если бы Чемин-сси не применил воспитательный кулак, я бы разбил тебе голову прикладом.

-Спасибо, что ударили рукой, Чемин-сси.

Ли Сечун, однако, разразился страстной речью, как будто несправедливо обошлись именно с ним.

-Вы все очарованы её внешностью. Начнём с того, что мы находимся в ситуации, когда даже питьевой воды не хватает и поддерживать нормальную гигиену трудно. Но посмотрите на неё. Как вы думаете, почему она может поддерживать такой уровень красоты без всякой косметики? Она явно максимизирует эффект первого впечатления, чтобы вооружённые солдаты и угрожающие мужчины бессознательно реагировали на неё более благосклонно. Я не параноик. Держать ухо востро и соблюдать дистанцию - это естественное поведение при общении с такой женщиной!

Конечно, его слова были совершенно разумными.

Странным был пастор, ухмылявшийся как идиот при виде явно безумной женщины. Ли Сечун, утверждавший, что нужно оставаться осторожными, приводил рациональные и разумные доводы.

Если бы не откат ветви ушей первой стадии, если бы я не знал истинной причины, по которой Ли Сечун всё это говорил, - я бы просто восхитился этой неожиданной стороной его личности.

Пока пастор продолжал получать возмутительное покровительство от [Воздастся Праведникам], я ещё раз подчеркнул важность операции «Синяя таблетка».

-Сечун-сси, ты не неправ.

-Чемин-сси! Наконец-то вы поняли!

-Но даже будь мы в идеальном состоянии, мы всё равно не стали бы сражаться с этой женщиной. Во-первых, у нас осталось мало боеприпасов. Во-вторых, мы до сих пор не знаем, какой магией она владеет. В-третьих, она единственный волшебник из встреченных нами, кто действительно контактировал с Обществом 66. В-четвёртых, именно из-за неё военные отправили нас сюда.

Я вытянул четыре пальца и поднёс их к линзам его противогаза. Это был мой способ заставить его взглянуть правде в глаза.

-Скажем, мы убьём её здесь и каким-то чудом выберемся. Военные спросят, встречали ли мы Ко Рёху. Как думаешь, что они сделают, если мы скажем, что убили её, потому что она была слегка безумна? А?

-Разве они не решат, что она была безумна?

-Нет. Мы должны были действовать в сотрудничестве с военными. Потом исчезаем на неделю, появляемся снова, убив Ко Рёху - единственного человека, который почти до странности благосклонно откликнулся на радиопередачу военных, - и сбегаем. Любой, у кого есть хоть полмозга, заподозрит, что мы переметнулись к Обществу 66 или совершили что-то похожее на предательство.

Меня сводило с ума, что он закатывает такую истерику из-за вывода, который даже такой тупица, как я, сделал бы мгновенно. Нет, Ли Сечун определённо тоже это понимал. Понимал, но ненавидел её так сильно, что сознательно закрыл на это глаза.

Вместо того чтобы оскорблять его интеллект, я решил свалить всё на узколобость.

-Сечун. Слушай. Такова жизнь, давай попробуем с этим смириться, ладно? Кто-то продирается по жизни, а кто-то катится по ней.

-Ха-а... Чемин-сси... Это так несправедливо...

-Мне сейчас тоже довольно обидно, так что давай потерпим оба.

Из моих глаз выступило несколько слёз, потому что необходимость уговаривать Ли Сечуна была для меня слишком несправедливой.

Эта мелкая стычка перед Новым инженерным корпусом стремительно истощила мою умственную выносливость, но в конце концов Ли Сечун уступил, и стабильность операции «Синяя таблетка» возросла экспоненциально.

Когда Ли Сечун мрачно кивнул, Ко Рёха повернулась к нам и весело помахала.

-Аджосси! Теперь пойдёмте внутрь.

-Да, идём.

Мы снова построились и последовали за ней в подвал по аварийной лестнице.

Тут пастор, довольно долго занимавший Ко Рёху, замедлил шаг и пошёл рядом с нами.

-Эй, Пэк Чемин, Шин Наин, Ли Сечун, Хамза, почему молодые люди, не видевшие женщину неделю, ведут себя как кучка евнухов? О чём вы там шепчетесь?

То, как его брови естественно нахмурились, и этот невинный взгляд - будто он вообще ничего не знал. Как натурально.

Оставив в стороне его слегка морщинистые глаза и моё предубеждение, что он узколобый религиозный фанатик, пастор-то на деле был куда умнее, чем казался.

Что, если он уже догадался о странном психическом состоянии Ко Рёхи?

Надеясь спокойно поделиться информацией, я на всякий случай спросил.

-Это у тебя какая-то актёрская игра?

-Какая игра? Вы, ребята, нашли что-то странное внутри?

-Нет, ничего.

Ну пиздец! Этот чёртов фанатик просто плыл по течению благодаря своему догматическому заклинанию [Воздастся Праведникам].

Я на всякий случай посмотрел на Шин Наина, но ответ по телепатии был невероятен.

«Он действительно не знает».

Совсем ничего?

«Да, совсем ничего. Для пастора Рёха-сси - просто жизнерадостная студентка, которая усердно учится и смело защищает людей».

Возможно, так и было два месяца назад, но теперь... Какая жалость. Прибудь пастор сюда на два месяца раньше - он, возможно, действительно пообщался бы с той версией Ко Рёхи.

Тем не менее подземное убежище оказалось чище, чем я ожидал.

Проведя нас вниз по лестнице, Ко Рёха указала на подвал, забитый всевозможным оборудованием и техникой, и улыбнулась глазами.

-Та-да! Вот здесь я и живу.

-Рёха-сси, а для чего это место использовалось изначально? Здесь много всего, а я не разбираюсь в таких технических штуках, так что расскажи мне.

-Это была лаборатория. Здесь было много машин и оборудования, которые трудно передвинуть, так что я в итоге осталась здесь.

Пастор, похоже, был так очарован Ко Рёхой, к которой относился как к дочери, что льнул к ней, словно до неприличия заботливый родитель.

Ко Рёха, казалось, была в восторге от его внимания. Ярко улыбалась и рассказывала ему даже самые незначительные детали.

Благодаря этому остальные Верховные Архимаги могли свободно осматривать помещение.

Первым делом мы поискали освещение.

Один светодиодный светильник, убавленный до минимума. При такой нехватке электричества - естественное решение, если хочешь экономить заряд батарей.

Вокруг стояли сверлильный станок, похожий на те, что я видел на заводах, сварочный аппарат, на полу валялись ящики с инструментами, наполняя воздух густым запахом металла.

Но без достаточной мощности для нормальной работы большинство из них фактически простаивало, потому и использовались как для хранения домашних вещей или сушки мокрого белья.

В одном углу лежал матрас, сшитый из ткани и штор, кое-как связанных вместе, а перед треснувшим зеркалом были беспорядочно разбросаны запасные маски.

На верстаке в дальнем углу небрежно свалились помятые бутылки с водой, пустые банки и разорванные упаковки от армейских пайков. Рядом аккуратно стояли завязанные пластиковые пакеты.

К счастью, внутри лаборатории не было следов человеческих испражнений, что ясно говорило: она уделяла должное внимание санитарии.

Даже будучи безумной, Ко Рёха явно стремилась к долгосрочному выживанию и активно над этим работала.

Однако больше всего меня заинтересовал один верстак, явно выходивший за рамки современной науки.

В отличие от остальных - освещённых искусственным светом или тонувших в тени - на краю этого тускло горела свеча, закреплённая расплавленным воском. Приглядевшись, я увидел: она разрезала алюминиевую банку пополам и использовала её как подсвечник. Ко Рёха оказалась гораздо более дотошной и осторожной, чем я ожидал.

Проследив за светом свечи, я заметил несколько предметов.

Пластиковый пакет с крошечным количеством желтоватого порошка. Стеклянная ступка, изнутри окрашенная тёмно-красным. Ножницы и маленькие обрезки разрезанной кожи. Рядом - спутанные катушки ниток пяти цветов: синего, красного, жёлтого, белого и чёрного.

Предметы настолько неуместные, что я не мог представить, зачем они в инженерной лаборатории.

А за верстаком - за этими странными предметами и свечой - я заметил нечто, накрытое плотной тканью. Да и то увидел только потому, что пламя свечи дрогнуло от моего движения, и тени вдруг резко прыгнули в стороны.

Едва успел разглядеть очертания, когда Ли Сечун резко выдохнул сквозь противогаз.

-Это 999K(1).

-Солдаты добрались аж досюда?

-Да, похоже.

Говоря это, Ли Сечун указал пальцем на область, странно скрытую тенями свечи. Как ни досадно, именно злобность Ли Сечуна при виде красивой женщины помогла нам заметить то, что мы упустили.

За лабораторными верстаками и разбросанным оборудованием, в слепой зоне, которую было бы трудно найти без нормального освещения и тщательного обыска, аккуратно лежали боевые униформы.

Меня обеспокоило отсутствие трупов.

-Наин-сси, как думаешь, сможешь с помощью ветви ушей третьей стадии поговорить с этой боевой формой?

-Это будет сложно, это же не трупы.

Я, Великий Архимаг Пэк Чемин, быстро заработал мозгами.

Враждебность к солдатам была стандартным отношением среди жителей Сеула. И всё же Ко Рёха каким-то образом раздобыла военную рацию и хранила её отдельно в своей подземной лаборатории.

А ещё аккуратно сложила боевую форму солдат в сторонке.

Если бы её намерением было простое мародёрство, незачем было бы зариться на форму солдат, потерявших контроль в Сеуле. Какой бы дефицитной ни стала одежда - при такой враждебности гражданских к военным носить вещи, за которые могут убить на месте, было бы безумием.

Это создавало странное несоответствие.

Разве военные за линией блокады не сочли Ко Рёху человеком, наиболее склонным к сотрудничеству? Она определённо отличалась от сеульской языкастой ведьмы или Лыжных Очков, которые буквально кричали, чтобы солдаты сдохли, стоило им увидеть форму.

Чем больше я размышлял, тем больше склонялся к тому, что Ко Рёха поддерживала ограниченное сотрудничество с военными. В частности - с военными выжившими внутри Сеула.

Учитывая, как часто она комментировала наши пончо и боевую форму, возможно, она была свидетелем подобной ситуации, пока выжившие были ещё живы.

-Ц-ц!

Как только мысли зашли так далеко, меня накрыло сожалением.

Вспоминая трупы в подземной столовой студенческого союза - высохшие и скрюченные, как мумии, у стен, - я не мог не цокнуть языком про себя. Чтобы узнать правду, нам пришлось бы обыскать эту столовую-гробницу в поисках улик.

Мне было искренне жаль мёртвых, но я начинал понимать необходимость потревожить их вечный покой.

Если военные выжившие жили где-то отдельно на территории кампуса университета Конкук, и качество, и количество информации, которую мы могли бы получить, были бы совершенно иными.

Прорыв Порога блокады.

Трупы солдат были единственными уликами, способными свидетельствовать о том, что произошло до шестого января, - какие виды монстров и угроз появились в тот день, когда военные подразделения, дислоцированные в Сеуле, были уничтожены.

Я использовал её только в бою, но с поддержкой ветви языка первой стадии я мог бы модифицировать ветвь глаз первой стадии, чтобы использовать видение прошлого.

Если обработать видение прошлого, пока Шин Наин разговаривает с трупами, информация стала бы гораздо надёжнее.

Но было ровно две проблемы.

Во-первых, заглядывание на несколько месяцев назад вызвало бы невероятный магический откат. Чтобы уменьшить его и получить максимальный результат от минимального числа попыток, нужно было точнее определить, когда именно выжившие были уничтожены.

Во-вторых.

Мы бы затронули красную таблетку(2) Ко Рёхи.

-Абсолютно нет.

-Я знаю.

Даже услышав твёрдый ответ Шин Наина, я не мог не цокнуть языком от разочарования.

Пока было достаточно того, что я примерно выяснил, как Ко Рёха раздобыла свои берцы и военную рацию. Я собрал Верховных Архимагов и возобновил операцию «Синяя таблетка».

Хамза выглядел встревоженным, Ли Сечун ворчал о несправедливости, Шин Наин то и дело вздыхал.

Ни на одного из них нельзя было положиться. Доверить таким спутникам хоть что-нибудь было бы безумием. Выживем только в том случае, если я буду сохранять ясность ума.

С этой решимостью все мы, Верховные Архимаги, вернулись к пастору и Ко Рёхе.

-Рёха-сси, почему бы нам не начать продуктивный разговор?

-Аха-ха-ха, конечно! Но разве не лучше снять противогазы? Мы должны хотя бы видеть лица друг друга во время разговора.

-Конечно, конечно! Я совсем забыл.

Прежде чем я успел ответить, пастор первым стянул противогаз.

Оставлять маски в такой атмосфере могло бы сделать обстановку странно неловкой, так что я без колебаний снял свою.

Несмотря на мои смешанные чувства, пастор сиял улыбкой, как будто всё было замечательно, и даже хлопнул в ладоши.

-Как тебе? Это Пэк Чемин, который был кандидатом в лидеры молодёжной группы нашей церкви. Если он подстрижётся, нанесёт лосьон для кожи, как следует откроет глаза, будет держать лицо под лестным углом в сорок пять градусов, закроет рот, чтобы не нести чушь, и просто тихо постоит - он довольно хорош собой.

-Пастор, это ужасно много шагов для комплимента о том, что кто-то красив.

-Ах-аха...

Увидев неловкий смех Ко Рёхи, я вздохнул.

Конечно, если вы попросите её игнорировать внутреннее обаяние такого человека, как я, и судить только по внешности - такая реакция совершенно естественна.

Так или иначе, я проигнорировал чушь пастора и перешёл к главному.

-Рёха-сси, мы - Завет, гражданское оперативное подразделение, состоящее из двух волшебников догматического типа и трёх альтерационного типа.

-А? С каких пор вы представляетесь как Завет, а не как Верховные Архима...

-Мы - Завет.

Завет выполнял дерьмовую работу. Верховные Архимаги брали только крутые задания и пожинали плоды.

Таково было правило, которое я установил для себя.

-Нас глубоко впечатлила магия, которую вы продемонстрировали. Мы хотели бы начать с обмена информацией о наших стадиях и знаниях. Будет ли это приемлемо для вас, Рёха-сси?

-А? Обычно люди сначала спрашивают об Обществе 66. Другие солдаты-аджосси так и делали.

-Мы гражданские, так что для нас они в меньшем приоритете. Сейчас важно выживание.

-Это правда. Хм, но люди внутри Сеула обычно не болтают о своих стадиях открыто, знаете ли. Даже когда раскрывают - обычно лгут, и, если это не тот, кому по-настоящему доверяют, держат рот на замке. Наверное, вы не знали, потому что пришли извне!

-Есть ли на то причина?

Разумеется, была. Причём целая грёбаная куча причин.

Уничтожение останков волшебника более высокой стадии позволяло повысить уровень, и любой, кто был достаточно полон морали, чтобы воздержаться от этого, вероятно, давно умер. Сразу всё поняв, я тихо кивнул.

-Хорошо, тогда, может, я начну первым?

-Нет. Мне очень нравитесь вы, солдаты-аджосси, хи-хи.

-Боже мой! Вы слышали? Она говорит, что мы ей нравимся! Кья! Наконец-то, похоже, у Завета появится, ну знаете, роза среди шипов!

Шин Наин, Ли Сечун, Хамза и я, вероятно, одновременно стиснули зубы.

Пастор... это была не роза среди шипов. Это была ярко-красная бомба...

Однако, как человек, чья работа заключалась в том, чтобы обрызгать эту бомбу синей краской, и как лидер операции «Синяя таблетка», я твёрдо подавил то, что хотел крикнуть. Иногда истина красивее и ценнее, когда заключена в неведении.

-Я начну первой. Я, Ко Рёха, обладаю прямым альтерационным типом - ветвью рук четвёртой стадии - и прямым альтерационным типом - ветвью сердца второй стадии. Согласно классификации Общества 66, я также могу использовать духовное зрение, которым обладают шаманы среди догматических типов, а также заклинательный тип магии, которому меня научило Общество.

-Что?

Подумав, не ослышался ли я, переспросил. Ко Рёха гордо положила руку на грудь и откашлялась.

-Кмм, конечно, моё духовное зрение догматического типа значительно ослабло после того, как я изучила магию альтерационного типа. Я больше не могу определять, что за монстр передо мной, но всё ещё могу отличить, монстр ли это. А когда я использую духовное зрение, монстры нацеливаются на меня в первую очередь, так что это облегчает защиту людей. Ах, вам, наверное, было интересно и про эти перчатки!

-Да... Было.

-Они называются Огнедышащие руки. Среди Искусств Пяти Элементов они заимствуют силу энергии огня, энергии металла и Владыки Ходэ, чтобы стрелять круглыми бусинами или камнями. Они позволяют проводить атаки ограниченного радиуса с помощью ручных печатей, когда не хватает оружия и боеприпасов. Естественно, они расходуют киноварь и кожу...

Раздался утробный скрежет зубов.

Вот и грянул самый опасный момент за всю операцию «Синяя таблетка».

Ли Сечун положил руку мне на плечо и торопливо зашептал.

-Чемин-сси, успокойтесь. Вы же говорили, что кто-то продирается по жизни, а кто-то катится по ней.

-Но... Блядь... Как такое возможно...

Всё, что мне оставалось, - налитыми кровью глазами пялиться на Ко Рёху, которая с самодовольным видом закрыла глаза и продолжала болтать.

Что? Она родилась в шаманской крови, поэтому просто носила с собой догматическую магию - духовное зрение, - потому что от природы обладала духовной чувствительностью?

Как будто духовного зрения было недостаточно - у неё ещё и прямой альтерационный тип, ветвь рук четвёртой стадии, ветвь сердца второй стадии и заклинательный тип магии? Она использовала духовное зрение, чтобы привлекать монстров и охотиться на них?

Эта... эта женщина... Рождена с ебаной волшебной ложкой!

-Угх, угх...

-Чемин-сси!

Головокружение, отдающее в шею, навалилось внезапно, и я начал отшатываться назад.

Неужели так чувствовали себя культиваторы нижнего мира, взирая на бессмертных, рождённых в высшем мире, которые получали возвышенное культивирование лишь по праву рождения?

Это было так чертовски несправедливо. Так невероятно чертовски несправедливо!

Даже я, терпевший этого ублюдка Ли Сечуна, язвившего насчёт превращения в красотку, мог только кашлять кровью перед этой абсолютной пропастью.

Момент жизни и смерти.

Если бы разум этого Великого Архимага, Пэк Чемина, не шепнул мне тогда - я бы взорвался от зависти.

Чемин. Соберись.

Только третьесортные неудачники позволяют комплексу неполноценности поглотить себя и превратиться в зависть. Ты только что столкнулся с невероятно ценной возможностью.

Ветвь рук четвёртой стадии. Невероятный шанс узнать, что лежит на этой стадии!

И заклинательный тип магии... Истина, до которой выпускник-неудачник, гниющий изнутри, никогда бы не добрался.

Неужели ты выбросишь шанс прикоснуться к этой истине, к этой всемогущей силе, из-за такой мелочи, как зависть?

И это всё, на что ты способен?

Пэк Чемин.

Неужели твоя мечта стать великим архимагом была настолько жалкой, что ты не смог преодолеть даже маленькую зависть?!

Я прикусил нижнюю губу и преодолел собственное уродство.

В этот момент Пэк Чемин, человек, победил самого могущественного внутреннего демона - зависть - и шагнул к Ко Рёхе.

-Мастер!

-Вы сочетаете пятицветные нити с киноварью и... А?

-Я беру вас в наставники!

Я рухнул на колени, прижал голову к полу и приготовился совершить формальные обряды ученичества.

Только дилетанты жалуются на то, что кто-то родился с волшебной серебряной ложкой.

Я, Пэк Чемин, был готов склонить голову перед женщиной намного моложе меня.

-Пожалуйста... Пожалуйста, научите меня магии!

Если и это страдание мне нужно вынести ради магии - пусть будет так.

Мой стыд, моё достоинство, моё социальное положение... прежде чем огненный шар ядерного уничтожения сотрёт все пути, ведущие к магии, я с радостью отброшу их все - лишь бы добраться до магии первым.

1. RC-999K - это основная носимая тактическая радиостанция Сухопутных войск Южной Кореи.

2. Вся суть с «Синей» и «Красной» таблеткой, видимо, отсылает к Матрице. Пока не ясно, что Чемин вкладывает в своё понимание «Синей таблетки», но, видимо, под «Красной» понимает разрушение иллюзий Ко Рёхи, что может привести к агрессии.

Разговоры с переводчиком:

А Пэк Чемин хорош... Преодолеть гордость, преодолеть зависть чудовищно трудно.

Спасибо за прочтение. Если нашли ошибки - пишите в комментариях.