Я прибыл в командно-контрольный центр Командования Выживания первым - вместе с Ли Сечуном.
Из офицеров, чьи лица и имена я запомнил, здесь были только генерал-майор Чон Минхо и капитан Ким Хуун. Разумеется, хватало и американских, и корейских младших офицеров, которые ожесточённо обменивались сообщениями и выкрикивали приказы, но всё происходило слишком стремительно, чтобы я успевал запоминать каждого.
Генерал-майор Чон Минхо как раз отдавал распоряжения капитану Ким Хууну:
-Капитан Ким, приведите «Завет» сюда. Держите их поблизости, чтобы в случае приказа о развёртывании мы могли немедленно посадить их на вертолёт. Ваши люди подвезут снаряжение отдельно.
-Так точно!
И в тот самый миг, когда капитан Ким Хуун, отдав честь с остротой лезвия, развернулся, наши взгляды встретились. Он, таращась, переводил взгляд с меня на Ли Сечуна - ведь оба мы уже были полностью экипированы, вплоть до пончо, - и его выступающие скулы дрогнули от удивления.
-Погодите… даже на машине сюда добираться минимум минут десять. А вы уже здесь?
Ли Сечун и я переглянулись.
Обычные люди наверняка утомили бы всех скучными рассказами о суровых тренировках, что они испытали. Но для нас, Верховных Архимагов, хватало одного слова:
-Магия.
-Ха-а… волшебство и правда...
Капитан Ким Хуун проворчал это, проходя мимо нас. Но не прошло и минуты после его ухода, как он вернулся.
-Капитан Ким, в чём дело? Если у вас доклад об обстановке, излагайте быстро и…
-Они здесь.
-Что?
На глазах у всех, кто находился в командно-контрольном центре, молодая девушка опустила на пол людей, которых таскала с собой, как тюки с багажом. О, знакомые лица, не зря их бросили о землю как мусор.
-Уэ-э-э, бле-э... - содрогался Хамза.
-Я… я больше никогда.. - хрипел Шин Наин.
-Дорога жизни моей… не всегда гладка-а... - судорожно вещал пастор, подёргиваясь.
Пока трое Верховных Архимагов вместе копошились на полу, словно насекомые, Ко Рёха выпрямилась во весь рост, упёрла руки в бока и посмотрела на нас с укоризной:
-Хубэ-ним! Сечун-аджосси! Как вы могли уйти без нас?! Мы же одна команда!
12 мая 2028 года, 2:50 ночи.
Всем шестерым Верховным Архимагам потребовалось ровно четыре минуты, чтобы полностью экипироваться и добраться до командно-контрольного центра Командования Выживания.
Как закалённый полевой офицер, генерал-майор Чон Минхо сразу отбросил педантичные объяснения и сосредоточился только на самом важном, благополучно игнорируя нытьё троицы о том, что их мутит.
-До сих пор Командование полагало, что эта атака - скорее предварительная разведка боем, призванная проверить нашу реакцию. Однако агрессивность, проявленная противником - [Волшебником с взглядом на тысячу ярдов из Каннама], как назвал его «Завет», Подразделением 55 и враждебными местными выжившими, предположительно принадлежащими к группировке Каннама, - значительно превзошла ожидания Командования.
В отличие от Ли Сечуна, который слушал с идеальной сосредоточенностью, мне было куда любопытнее, что, чёрт возьми, сделала Ко Рёха, поэтому я пару раз ткнул пастора Пака локтем в бок:
-Как Рёха-сси донесла сюда троих взрослых мужиков?
-О Господи! Пэк Чемин, тебе сейчас именно это интересно? У меня голова кружится до смерти.
-В следующий раз, может, тебя будет таскать Ли Сечун.
-Эта штука с невидимой рукой, как её там. Ну, Ветвь Рук, Третья стадия, [Телекинез]. Схватила меня и Наина, и мы летели весь путь сюда.
Полезная информация, и в то же время из неё напрашивался вывод. До сих пор я предполагал, что штрафом за Ветвь Рук Третьей или Четвёртой стадии была [Эмоциональная отстранённость].
Ко Рёха была волшебницей, которая поддерживала неполный, но функционирующий разум, отрезая собственный страх. Она не так уж часто использовала Ветвь Рук Четвёртой стадии, [Материальное замещение], а в магии, потребляющей кровь, сам факт необходимости кровоточить уже был достаточным штрафом.
Если дела обстоят именно так, то велика вероятность, что штраф [Эмоциональной отстранённости] принадлежал именно Ветви Рук Третьей стадии - [Телекинезу], который Ко Рёха, судя по всему, держала активным почти постоянно.
Вот насколько универсальной была магия и насколько даже крошечные детали могли давать зацепки и информацию.
Ещё раз впечатлившись безграничными применениями магии, я довольно улыбнулся.
Тем временем объяснение генерал-майора Чон Минхо дошло до важной части:
-Атака была спланирована и проведена скрупулёзно. Мы оцениваем, что Волшебник с взглядом на тысячу ярдов из Каннама и подчинённые ему силы осуществили наступление в три волны.
Первая волна.
Разведка с помощью дешёвых дронов, за которой последовали атаки монстров на солдат, пытавшихся вести зенитный огонь в ответ на шум. Предполагалось, что с дронов сбрасывали оторванные головы амальгам или подвешивали хищные хребты, но нашёлся монстр, куда лучше приспособленный для такой бомбардировки.
-С целью провоцирования взрывных вспышек заражения, как мы полагаем, третий идентифицированный вид, Клеточный дегенеративный колониальный организм, упаковывали в пластиковые пакеты и подвешивали под дроны, чтобы даже сбитый дрон всё равно наносил урон…
Клеточный дегенеративный колониальный организм.
Того монстра, которого мы называли «человеческой слизью», черпали в пластиковые пакеты, вешали на дроны и отправляли в рейд. В таком случае сбивай не сбивай, ущерб по-любому будет.
Средства радиоэлектронной борьбы сумели вывести из строя часть жужжалок, но оставшиеся несли на себе и других тварей, так что расслабиться оборонявшимся не удалось бы никак.
Солдаты на линии блокады были в костюмах химзащиты и противогазах - чтобы избежать немедленного заражения, пройти дезактивацию и продолжать бой, - но по мере того, как атаки дронов с человеческой слизью не прекращались, появились те, кто всё-таки был искажён, и линия пришла в хаос.
-После того как линия блокады начала рушиться, стаи амальгам, официально обозначаемых как Краниально срастающиеся миметические организмы, начали движение на юг, а вместе с ними были развёрнуты враждебные практикующие Локализованных инвазивных структурно-альтернативных феноменов. Вооружённые силы Республики Корея уже ответили нервно-паралитическими веществами, продолжительной химической бомбардировкой, авиаударами, ракетами и артиллерией, уничтожив значительное их число, но мы оцениваем, что эти силы не были их настоящей боевой мощью…
Вторая волна.
Суматоха увлекла монстров на юг. Одновременно сеульские волшебники начали атаковать линию блокады с ближних позиций и попытались прорваться.
Естественно, даже научившись магии, не стоило ждать чуда, будто кучка сеульских волшебников, по сути бывших не более чем обычными рядовыми, вместе с монстрами из плоти действительно пробьёт современную огневую мощь.
Большинство из них вдохнули газ и отправились прямиком на тот свет, остальных же, после того как войска на блокаде восстановили строй, накрыло волной огня.
Но враг не был идиотом.
-…Во время обороны против второй волны дроны с монстрами продолжали сыпаться на артиллерийские позиции. Именно тогда наконец появились Волшебник с взглядом на тысячу ярдов из Каннама и истинные боевые силы противника.
Третья волна.
Жужжалки обрушились на раскрытые артиллерийские позиции, и пока оборона шаталась, на фронте наконец показались высокоуровневые волшебники группировки Каннама - их настоящее основное ядро - вместе с Подразделением 55, частной армией Общества 66.
Они наносили магические письмена на одежду, чтобы нейтрализовать тепловое и дальнее наблюдение, ночное видение и тому подобное, делая наблюдение бесполезным.
К счастью, датчики движения, детекторы сердцебиения и радары - системы, полагающиеся на звук или не требующие прямого просмотра изображения, - всё ещё позволяли засекать проникновение, но в процессе вскрылась фатальная слабость.
И тот психованный ублюдок из Каннама не упустил возможность.
-Волшебник с взглядом на тысячу ярдов в настоящее время требует, чтобы солдаты, оставшиеся в Соннаме, дезертировали. Им приказано открыть лица, назвать имена и сдаться перед Подразделением 55. Разумеется, как только их лица и имена будут раскрыты, не останется способа помешать Волшебнику с взглядом на тысячу ярдов из Каннама проклясть их насмерть на расстоянии.
Солдатам уже был отдан приказ умереть там, где они стоят. Путей к выживанию у них почти не осталось.
Только тут я осознал истинную цель этого наступления.
Волшебник с взглядом на тысячу ярдов из Каннама не пытался прорваться силой. Он пытался впитать в себя войска и развернуть орудия Соннама обратно, ни разу не показавшись напрямую.
И, судя по всему, это было не всё.
-Господи, помилуй, - потрясённо промолвил пастор Пак Ёхан, слушавший до того молча, и прикрыл рот рукой.
-То-то армия битком набита до смешного молодыми парнями. Генерал-майор Чон, вы ведь уже знали, что есть некто, способный убивать людей, узнав их лицо и имя?
-Мы подозревали, но не знали, кто конкретно. Наши предположения укрепились после инцидента во время связи с Каннамом, и вот теперь пришла информация из Соннама. Ныне мы абсолютно уверены.
Вот почему каждый военный офицер, которого мы видели, снимал нашивку с именем.
Даже с учётом того, что мы гражданские, на важных совещаниях присутствовало подозрительно мало генералов, а реальное командование осуществляли люди объективно более низкого звания, чем требовали бы их полномочия.
-Статья 87 Уголовного кодекса. Мятеж.
Генерал-майор Чон Минхо упёр ладонь в стол.
-Волшебник с взглядом на тысячу ярдов из Каннама подозревается в убийстве шестидесяти одного генерала и полевого командира, ответственных за поддержание линии блокады, захвате оружия, подстрекательстве солдат, отказе подчиняться военному положению и попытке прорыва блокады. Действующий приказ - немедленно уничтожать любого, кто предположительно является Волшебником с взглядом на тысячу ярдов из Каннама, при обнаружении.
***
Наше место расположения перенесли из личных казарм в зону рядом с вертолётной площадкой. Это была худшая из возможных обстановок: лопасти вертолётов молотили по барабанным перепонкам всякий раз, когда мы пытались уснуть, а стоило на миг выйти наружу, как облака пыли хлестали по пончо, - но жаловаться не смел никто.
Сирены смолкли, но суматоха по всему лагерю - нет.
Каждый раз, когда вертолёты взлетали или садились, бесчисленные грузы, стонущие солдаты и техники, бросающиеся на техобслуживание, переплетались в один клубок.
Мы, Верховные Архимаги, пребывали в лёгкой прострации, аккуратно раскладывая напитки, лёгкие закуски, спальные мешки, одеяла, ящики с боеприпасами и прочее снаряжение, которое капитан Ким Хуун безостановочно подтаскивал.
Даже Ко Рёха, обычно вся сияющая улыбками, выглядела встревоженной настолько, что постукивала пальцами по крышке ящика с патронами.
-Этот каннамский аджосси всегда был немного экстремальным. Особенно в своей ненависти к людям за пределами Сеула.
-Ты знаешь что-то ещё?
Даже Ли Сечун, таскавший ящики с боеприпасами, отбросил свою обычную ревность и комплекс неполноценности, чтобы расспросить Ко Рёху.
Тот Ли Сечун, который обычно бушевал и разглагольствовал о становлении милой девочкой и тому подобном, куда-то подевался. На его месте стоял Капитан Корея, пылающий патриотизмом и решимостью вернуть долг родине.
-Рёха-сси, поскольку я не был одним из тех, кого бросили внутри Сеула, я не могу до конца понять ненависть, которую вы чувствуете к людям снаружи, - Ли Сечун поставил ящики с боеприпасами с военной точностью и серьёзно посмотрел на Ко Рёху.
-Солдат-аджосси…?
-Но думаю, что могу понять обиду. Гнев, который невозможно не испытывать, когда все отворачиваются от тебя. Обиду на тех, кого выбрали вместо тебя. Я тоже это чувствую. Я ненавижу красивых женщин. И завидую им. До безумия.
Ах ты ёбаный ублюдок.
Все эмоции, которые я испытывал, разбились вдребезги в одно мгновение.
Но Ли Сечун ещё не закончил.
-И всё же я не держу зла за то, что мне приходится защищать таких людей. Потому что одно лишь знание, что жизнь, о которой я мечтаю, существует где-то в этом мире, даёт мне утешение. Я могу продолжать жить слабой надеждой, что, может быть, когда-нибудь я тоже смогу жить так, как хочу. Даже обижаясь на людей, которые наслаждаются моей мечтой, не платя за неё никакой цены, я всё ещё могу надеяться - потому что знаю: моя мечта может осуществиться.
Надежда.
В тот миг, когда это слово сорвалось с губ Ли Сечуна, все Верховные Архимаги торжественно затихли.
Хамза бессильно опустил взгляд в пол, Шин Наин мягко прикрыл глаза и снял наушники, повесив их на шею, пастор Пак Ёхан молитвенно сложил руки, а большие глаза Ко Рёхи дрогнули.
Каким же мимолётным, хрупким словом оно было перед лицом истины, которую все знали, но предпочитали не замечать.
Наш мир рушился.
Человечество раскололось, каждый делал всё возможное в рамках своей роли, но не было и признака того, что мы действительно отталкиваем конец, который с каждым мгновением становился всё ближе.
И в этой реальности человек, несущий самое грязное, самое жалкое желание, сказал:
-Я надеюсь, что и у вас, Ко Рёха-сси, будет такая надежда.
Повисла тишина.
Ко Рёха, казалось, не могла говорить, её губы снова и снова подрагивали. Затем по её лицу беззвучно потекли слёзы.
Не в силах скрыть покраснение вокруг глаз, она снова и снова вытирала слёзы, стекающие по щекам, запястьем.
Я не знал, приняла ли Ко Рёха красную таблетку или всё ещё верила, что выжившие из университета Конкук живы. Но одно было несомненно: хотя она никогда этого не показывала, Ко Рёха лелеяла лютую обиду на людей за пределами Сеула.
Девушка просто продолжала вытирать слёзы, стекающие по лицу, пока уже не могла за ними поспевать, а затем повернулась к нам. Впервые в глазах волшебницы, отрезавшей свой страх, стояло подлинное чувство, а не фальшивая улыбка.
Печаль, гнев, обида…
И тайна, которую эти эмоции прятали, выплеснулась наружу.
-Три ветви.
В этот миг глаза Шин Наина распахнулись, и он резко повернул голову.
-Он прямой Альтерационный тип. Ветвь Глаз, первая стадия. Ветвь Ушей, четвёртая стадия. Ветвь Языка, третья стадия.
Среди тайн, выливавшихся наружу, были все сдерживаемые эмоции, которые она никогда не могла выпустить.
Ко Рёха продолжала, вытирая слёзы запястьем и предплечьем, уже промокшими насквозь, плача так сильно, что слёзы лились из глаз, хотя она по-прежнему не издавала ни звука.
-Каннамский аджосси - волшебник Ветви Ушей.
-Погодите-ка…
Мы звали его человеком с взглядом на тысячу ярдов, так почему же он волшебник Ветви Ушей? Эта мысль мелькнула у меня, и вдруг что-то щёлкнуло.
Истинная сила Ветви Глаз первой стадии, полная, стопроцентная её версия - способность видеть всё, чего люди обычно видеть не могут, одновременно. Ведь именно это искажённый квадрат внутри треугольника и символизировал.
Магия, способная видеть прошлое, настоящее, будущее и то, что обычно увидеть невозможно.
Вот каким было изначальное предназначение Ветви Глаз первой стадии. Но та ли это сила, что могла бы убить, только зная имя?
Ах, так очевидно и не очевидно.
И в этот момент…
-Рёха-сси, - пастор Пак Ёхан повернулся к Ко Рёхе, и взгляд его был твёрд, хотя в нём ещё сохранялась толика сострадания.
-То, что вы сделали, было неправильно. И постыдно.
-Всхлип, ик…
-Но если вам было стыдно за это - этого достаточно. Вы сделали первый шаг по дороге покаяния.
Я видел, как физиономия Шин Наина кисло скривилась, но, пока Ко Рёха ревела в голос, а пастор утешал её, он держал рот на замке.
Хамза и Ли Сечун наблюдали за Ко Рёхой, наконец давшей волю чувствам, со смешанными выражениями лиц. Нам снова напомнили, насколько глубока ненависть и обида людей, запертых в Сеуле, к тем, кто за линией блокады.
Но мелодрамы достаточно.
-Пошли, Хамза, Ли Сечун, Шин Наин.
-Чемин-сси, а как же Ко Рёха-сси?
-Пастор занимается эмоциональной стороной вопроса. Нам нужно идти в Командование и доложить.
Хамза в ответ прищурился на меня:
-Чемин-сси, вы же явно холодный и логический тип личности, да?
-Нет, я весь сразу.
Пастор Пак уже служил для Ко Рёхи эмоциональным громоотводом, так что не было причин всем четверым торчать здесь. К тому же, если мы сходим и доложим, военные, возможно, поделятся в ответ собранной информацией.
Закинув винтовку на плечо, я шагнул вперёд. К этому моменту мы понимали друг друга без слов, оттого наблюдать, как Верховные Архимаги, усвоившие, что стоять впереди меня - значит получить пулю, выстраиваются за моей спиной, наполняло меня сладким удовлетворением. В таком порядке мы и двинулись в ставку Командования.
Во всяком случае, так бы и было, не появись с противоположной стороны машина с капитаном Ким Хууном и капралом Сон Гайном.
Вынужденные остановиться, мы ждали, пока капитан притормозит и опустит стекло.
-Что случилось?
***
12 мая 2028 года, 5:47 утра.
По тёмному небу расплывался рассвет, постепенно заливая мир вокруг светом.
Капитан Ким Хуун, сидевший на переднем пассажирском сиденье, с лицом мертвенно-бледным указал большим пальцем назад:
-Мы получили передачу со станции Йонсан, от женщины средних лет, возглавляющей группу выживших. «Завету» нужно подтвердить её личность.
-Мадам со станции Йонсан? Почему сейчас?
Я озвучил то, о чём думали все. И нам снова напомнили, что мир изменился.
-Она предлагает переговоры, обещая поделиться информацией о Волшебнике с взглядом на тысячу ярдов из Каннама и подчинённых ему силах.
Разговоры с переводчиком:
Честно говоря, я думал, что тот психованный маг не альтерационный тип, а заклинательный или ритуальный. А то какая-то уж слишком причудливая магия.
Спасибо за прочтение. Если нашли ошибки - пишите в комментариях.