Снова молчание.
Чэнь Ран заметил, что Шу Жэньцзюнь ранее упоминал: «Высшее благо подобно воде» существует на уровне девяноста звезд.
Однако время появления «Попутного ветра» оказалось столь ранним, что Чэнь Ран счел возможным постичь «Высшее благо подобно воде» и на трех звездах.
[Обобщая опыт двух предыдущих попыток.]
[Гнев = отсутствие рассудка.]
[А развитие духа позволяет мне даже без подавления внутреннего состояния сохранять верх над эмоциями.]
[Если предположить, что рассудок – это тоже своего рода эмоция, подобная «Гневу»…]
[Иными словами, в своих мыслях я вооружился «Рассудком».]
[Следуя этой логике…]
[Если я отброшу «Рассудок», значит ли это, что я смогу вооружиться…]
[Гневом?]
[Но, вооружившись лишь «Гневом», я погружусь в абсолютное безумие.]
[Следовательно, самая разумная комбинация – это «Гнев + Рассудок».]
[Но как заставить сосуществовать эти две эмоции, если гнев равен отсутствию рассудка?]
Чэнь Ран никак не мог этого понять.
[Подожди.]
[«Попутный ветер» однажды проговорился, когда я его спросил в «Безграничье», что он постоянно подавляет эмоции.]
[Это значит, что тогда он вооружился «Рассудком + Радостью».]
[Вывод: логическая цепочка «Рассудок + любая эмоция» верна.]
Но даже придя к этому выводу, Чэнь Ран не знал, как привести рассудок и любую эмоцию в состояние гармоничного сосуществования.
В этот момент Большезубый, Линь Сюань и Цю Инун начали приходить в себя после глубоких раздумий; лица у всех троих были крайне мрачными.
Особенно их брови сошлись на переносице, едва они увидели Шу Жэньцзюня, пребывающего в неком сокровенном, запредельном состоянии.
Шу Жэньцзюнь хотел было что-то сказать, но, глядя на четверых перед собой, подумал, что они – сплошные аномалии в плане развития…
Правила для таких «чудовищ» изменчивы.
Стоит хоть на миг потерять бдительность – и они достигнут просветления, взмыв ввысь.
Он посмотрел на выход и приподнял брови, глядя на четверых.
— Идем?
— Духовные силы истощены, давай еще отдохнем, — устало отозвался Чэнь Ран.
Услышав это, остальные четверо лишь пожали плечами: в этой тайной комнате не было ограничений по времени.
Чэнь Ран и Цю Инун сели в углу. Чэнь Ран достал еду из своей сумки, но все съестное там закончилось еще в ледяной камере, поэтому пришлось довольствоваться консервами из запасов Цю Инун.
У остальных троих дела обстояли не лучше: большую часть их провизии уничтожило «Вечное Царство» Чэнь Рана, так что теперь они тоже питались лишь консервами да сухими галетами.
[До чего же жалко!]
[При жизни бегали ради куска хлеба, а после смерти, попав в ад, не только должны сражаться за выживание, но даже горячего поесть не могут – это что, бесплатная рабская сила?]
[И этому конца-края не видно. Внезапно стало как-то совсем тяжело.]
Придя к этой мысли, Чэнь Ран спросил Цю Инун:
— Ты при жизни была крупным бизнесменом, ну как, есть интерес заняться делом здесь, в аду?
— В романах, когда у главного героя нет ресурсов, он почти всегда начинает свой бизнес, — добавил он.
Цю Инун закатила глаза:
— У рынка есть свои закономерности. Большая часть продукции в аду поступает от смертников, а в здравом смысле восемнадцатого уровня есть правила, запрещающие воздействовать на них.
Чэнь Ран словно открыл новый континент:
— Значит, когда ты при жизни управляла игровой компанией, ты тоже следовала рыночным законам?
— Можно и так сказать, — Цю Инун хотела было закрыть тему, но, видя искренний интерес Чэнь Рана, продолжила:
— Потребительскую аудиторию обычно делят на несколько групп: пожилые, дети, женщины, мужчины и домашние животные.
Чэнь Ран кивнул. Он помнил, что одна организация проводила статистику: покупательная способность распределялась так: женщины > дети > пожилые > животные > мужчины.
Цю Инун разгадала его мысли и снова закатила глаза:
— Не замечал, сколько кружков и репетиторов развелось в двухтысячных?
— Примерно в 2010 году основной движущей силой стали женщины-потребители.
— А какая конъюнктура была в 2020-х?
— Я почти могу предсказать, что к 2030-м рынок товаров для домашних животных совершит резкий скачок.
Чэнь Ран замер.
[В 2020-х как грибы после дождя росли рынки, ориентированные на мужчин: игры, рыбалка, фигурки, спа-салоны. Возьмем ту же рыбалку: я хоть и любил рыбачить, но отчетливо помню, как к 2022 году на нее требовалось все больше снаряжения. Раньше для прикорма я просто брал горсть риса, заливал водкой и настаивал пару часов.]
[Но постепенно рыбаков становилось все больше, а их снаряжение заставляло меня потеть от стыда.]
[В итоге я тоже начал обновлять снасти: спиртовой рис, прикормки, лески, удочки, подсачеки и так далее.]
[Особенно удочки – раньше купишь любую, и она служит вечно, а купленные позже постоянно ломались.]
[Про игры и говорить нечего: пара неизвестных мобильных стратегий по Троецарствию умудрялись пробиться в топ-10 мировых чартов по выручке, что говорит о чрезмерном донате.]
[То есть, когда экономика, ориентированная на женщин, насыщается, ее сменяет мужская?]
[А когда насыщается мужская, эстафету должны перехватить старики, дети или животные.]
[Пожилых и детей можно исключить, и так все понятно, значит…]
[Экономика домашних животных. Это и есть так называемые законы рыночной экономики?]
[Получается, решение Цю Инун открыть игровую компанию при жизни было продиктовано рыночными законами.]
[Если разобрать весь процесс.]
[Рыночные законы – это философия единства неба и человека. Следование этой мысли может принести прибыль, а нарушение – убытки.]
[Цю Инун открыла компанию: это было верное решение, принятое ею после постижения философии единства неба и человека, – значит, это проявление мудрости «Высшего совершенного пробуждения». Соединив продукт, рынок и личные качества, она сделала разумный выбор.]
[Тогда возникает вопрос: какую роль во всем этом играет «Высшее благо подобно воде»?]
[Досадно, чувствую, что до истины остался всего шаг, но эта преграда кажется такой несокрушимой.]
[Меня ограничивает жизненный опыт?]
[Спокойствие!]
[Спокойствие!]
Он посмотрел на Цю Инун и спросил:
— Почему игровая компания, а не магазин рыболовных снастей или спа-салон?
Как только эти слова слетели с его уст, Чэнь Ран впервые увидел на лице Цю Инун выражение, будто она хочет прибить его на месте.
[Цю Инун? Спа-салон?]
[Эх, ладно, не могу даже представить ее ледяную физиономию в роли хозяйки спа – просто вырви глаз.]
— Прошу прощения.
Цю Инун ничего не ответила, лишь медленно подняла средний палец, как когда-то сам Чэнь Ран, когда терял дар речи.
Чэнь Ран: — «…»
— Так почему же ты при жизни не открыла спа-салон?
Цю Инун: — «…»
Но увидев, что в глазах Чэнь Рана нет ни тени похотливых мыслей, она задумалась и парировала:
— А как ты думаешь?
Линь Сюань, все это время подслушивавший, внезапно вставил:
— Как вы думаете, похож ли я на того, кто при жизни работал в госаппарате?
Цю Инун, Чэнь Ран и Большезубый уставились на него и дружно затрясли головами.
[Ни единого шанса!]
[С его-то мрачным видом, характером азартного игрока и жестокостью? Стать госслужащим? Это был бы полный абсурд.]
Линь Сюань: — «…»
Чэнь Ран тоже вошел во вкус:
— А как считаете, я похож на того, кто при жизни был связан с преступным миром?
Трое синхронно помотали головами.
[Внешность нежная, телосложение худощавое. Если бы он был бандитом, его бы давно прирезали.]
Чэнь Ран закурил.
[Значит, при жизни мы все делали правильный выбор, почему же так вышло?]
[И если мы все при жизни делали правильный выбор…]
[Почему мы попали в ад?]
Чэнь Ран медленно прикрыл глаза.
От увиденного у Шу Жэньцзюня побежали мурашки по коже, а на лицах Цю Инун и остальных проступили улыбки различной степени выраженности.
Просветление, Чэнь Ран достиг просветления!