[Правило жирафа: выжить может только один.]
[Говоря проще, еду на высокой платформе может получить только один человек.]
[То есть…]
[Среди нас с Чу Юнем пройти может только один. А сейчас мы оба в этом сюжетном цикле. Как сделать так, чтобы «прошел только один»?]
[Ответ: загнать другого в замкнутый цикл.]
Придя к этому выводу…
Цзян Чжэ нахмурился, осознав истинную подсказку: она появится только после того, как другой человек будет загнан в бесконечный цикл.
[Чу Юнь тоже это понял, поэтому добровольно вышел из игры.]
[Но проблема в том, что…]
[Если он вышел не в момент сохранения, то не сохранил воспоминания об этой дешифровке. По логике, он уже должен быть в замкнутом цикле.]
[Постой!]
[Это порядок стука в дверь!]
Цзян Чжэ в этот раз не стал притворяться спящим после того, как мать вошла в спальню, тем самым запустив задачу помощи по дому. Он четко помнил, что мать вошла в комнату лоли только во время его работы по дому. Иными словами…
Подросток и лоли просыпаются в разное время.
То есть: Цзян Чжэ и Чу Юнь просыпаются в разное время.
[Значит, как только Чу Юнь проснется и будет ждать обеда, притворяясь спящим, если я уже в замкнутом цикле, то подсказка естественным образом окажется перед ним.]
[Проще говоря, ему ничего не нужно делать, только ждать, пока подсказка появится сама, и тогда он сможет пройти.]
[Черт!]
[Неудивительно, что он добровольно вышел, приняв риск оказаться в замкнутом цикле!]
[Если только…]
[Я не могу контролировать время своего пробуждения. Иначе говоря, просто не подавать признаков жизни под камерами. Но проблема в том, что если я выйду сейчас, то потеряю все воспоминания об этой дешифровке. Я не могу контролировать следующую версию себя в новом цикле.]
[Постой!]
Цзян Чжэ внезапно посмотрел на лоли.
Лоли затянулась сигаретой и улыбнулась:
— Если только ты не сможешь контролировать меня и заставить вмешаться в твои дела, пока ты в замкнутом цикле?
Цзян Чжэ вздрогнул.
Лоли не обратила на него внимания:
— Забыл сказать, я не только унаследовала воспоминания Чу Юня, но и знаю, о чем он думает. Еще до выхода он продумал этот шаг, а значит, оставленные им мысли отрезают тебе путь к прохождению.
— Это несправедливо! — Взревел Цзян Чжэ.
— Эта дешифровка несправедлива ко мне. Почему сначала заходят в спальню брата? Мать-NPC подкупает, почему не заходит в мою спальню?
Лоли посмотрела на потерявшего самообладание Цзян Чжэ и печально улыбнулась:
— В этом мире вообще нет абсолютной справедливости. Почему я сирота, а у других есть родители? Кто-то рождается с золотой ложкой во рту. Расскажи мне, что такое справедливость, ты, черт возьми, скажи мне, что такое, черт побери, справедливость?
Закончив, она сменила выражение лица:
— Это тот эффект, которого ты хотел? Думал, что контролируя меня, ты выберешься из следующего замкнутого цикла? Не будь дураком. Я унаследовала даже мысли Чу Юня, не говоря уже о его духе уровня полу-Сверх-Я.
Цзян Чжэ успокоился, решив, что его актерская игра была слишком топорной. Он попросил у лоли сигарету и сделал глубокую затяжку.
[Ад справедлив.]
[Если чаша весов склонилась в сторону Чу Юня, значит, обязательно должна быть и другая, склоняющаяся ко мне.]
[Что это за весы?]
Цзян Чжэ точно знал: это шанс – шанс победить Чу Юня.
Вскоре.
Он нахмурился, глядя на ростовое зеркало под одеялом. Первое, что сделала лоли, войдя в комнату – накрыла зеркало. Тогда он подумал, что камера в нем.
Если это так, то по логике, лоли – дочь родителей-NPC, почему она боится слежки?
[Дело в супе?]
[Выпить суп означает, что с ребенком возникли проблемы. Но суп же выпит?]
Не найдя объяснения поведению лоли, Цзян Чжэ подошел к зеркалу, сорвал одеяло и вернул его на прежнее место.
Лоли стояла спиной к зеркалу и молча смотрела на него.
Цзян Чжэ затянулся и беззвучно, шевеля губами, произнес:
— Если есть камера, скажи, есть ли вероятность, что проблема в ком-то из них двоих – брата или сестры?
— Кто этот человек?
— В обеих спальнях должны быть камеры. Это значит, что родители-NPC знают: с одним из детей что-то не так. А так как я не притворялся спящим, это точно не моя вина.
— Значит, проблема в тебе.
— Что с тобой не так?
Цзян Чжэ рассуждал вслух, не произнося ни звука.
Следуя этой логике, он продолжал:
[У притворяющегося спящим есть проблемы, поэтому его заставляют пить суп для сохранения.]
[То есть в глазах родителей-NPC проблемный ребенок должен выпить суп, чтобы исправиться, а суп – лишь способ заставить ребенка подчиниться.]
[Давай прикинем.]
[Оба ребенка могут иметь проблемы. Если брат послушен – проблема у сестры; если сестра послушна – проблема у брата.]
[Это конфликт между детьми, где родители выступают миротворцами.]
[Какие конфликты могут быть между детьми?]
Придя к этому, Цзян Чжэ вспомнил свои прошлые выводы: эта дешифровка связана с сюжетом подземелья, а не является отдельной игрой.
[Подземелье связано с приютом.]
[Приют, дети…]
[То есть один из них – брат или сестра – был усыновлен!]
[Возможно, оба.]
[Как исключить один из вариантов?]
[Справедливость!]
[В этой дешифровке порядок стука матери дает преимущество Чу Юню.]
[А в чем мое преимущество?]
Во-первых, NPC просто продолжают повторять сюжет – для Цзян Чжэ и Чу Юня это абсолютно справедливо.
Во-вторых, способ появления подростка и лоли тоже абсолютно справедлив: как только игрок запускает событие, его принудительно сохраняют, после чего игрок выходит, а оригинал входит.
Наконец, судя по подсказкам самому себе, оба игрока находятся в равных условиях при запуске сюжета сохранения.
[Я родной, сестра – приемная!]
[То есть, исключив всё остальное, остается: либо один из них приемный, либо оба.]
[Если оба приемные – справедливость сохраняется.]
[Только случай «один приемный» создает несправедливость.]
[Значит, вывод: я родной, сестра – приемная.]
Придя к этому выводу…
Цзян Чжэ вновь начал размышлять о конфликте брата и сестры. Если один родной, а другой – приемный, противоречия очевидны.
Осознав это…
Цзян Чжэ почувствовал, что истинный ключ к этой дешифровке, скорее всего, находится в…
Сознании подростка, чьим телом он завладел!