Чэнь Ран, Хань Фэй, Цзян Чжэ – семизвездные игроки.
Четверо смотрели на одиннадцать лежащих на полу товарищей, а затем – на окружавших их сотни Юэ Гуаньшаней.
Все они отчаянно закрыли глаза.
Чэнь Ран резко распахнул веки, в глазах читалась решимость. Он бросил взгляд на Цзян Чжэ.
Тот понял всё без слов.
В тот же миг в комнате появился еще один Чэнь Ран. Встретившись взглядом с собственным оригиналом, он снял маску, оторвал клейкую ленту и усмехнулся:
— Я солгал.
Чэнь Ран сунул руку под маску, сорвал край ленты и направил пистолет в потолок.
Теперь, когда вокруг столько Юэ Гуаньшаней, навыки не имели смысла. Лучше было вытянуть истинное тело Юэ Гуаньшаня в подземелье, иначе один был на небесах, а другой – под землей, и бесконечная борьба с тем, кто на небе, была пустой тратой сил.
— «Убийца Лжецов: Вечное Царство»!
Комната погрузилась во тьму.
Здесь может возникнуть вопрос: если Цзян Чжэ взломает, а Хань Фэй запретит – не смогут ли они вдвоем запечатать навыки Юэ Гуаньшаня?
На самом деле – нет.
Даже если навык Юэ Гуаньшаня будет взломан, сам он останется на восемнадцатом уровне и в любой момент сможет вселить сознание в тех кукол. Поэтому существовал лишь один путь: «Вечное Царство», чтобы вытянуть истинное тело Юэ Гуаньшаня обратно, а затем лишить его возможности использовать навыки.
Стоит заметить: по идее, действие телепортации Юэ Гуаньшаня уже завершилось, и «Вечное Царство» не должно было вернуть его тело.
Но факты гласили обратное:
Юэ Гуаньшань сначала прибыл в подземелье, а уже затем телепортировался на восемнадцатый уровень. Значит, его истинное тело физически принадлежало пространству подземелья, но он вернулся на восемнадцатый уровень с помощью телепортации причинности. Поэтому, когда его навык в подземелье оказался сломлен, телепортация причинности перестала поддерживать его пребывание на восемнадцатом уровне, и его вытянуло обратно.
Когда свет вернулся.
Все Юэ Гуаньшани исчезли, равно как и куклы, и прочие случайные эффекты навыков.
Все вернулись в первую комнату подземелья.
В комнате было двадцать человек.
Одиннадцать лежали без чувств, девять стояли на месте. К удивлению, Цзян Чжэ не исчез, но он застыл, словно потерял душу.
А Юэ Гуаньшань широко раскрытыми глазами смотрел на Чэнь Рана.
Он сбросил маску кота, играющего с мышью, и серьезно произнес:
— Мощный навык. И надо же – вытянуть меня с восемнадцатого уровня. Похоже, ты и есть тот самый игрок «Истинное Я». Но, судя по панели «Убийцы Лжецов», твой навык запретит мне использовать способности на один час. Если действие «Вечного Царства» закончится, а ты не сможешь продлить навык, разве не смогу я вернуться на восемнадцатый уровень?
Смысл был ясен.
Действие «Вечного Царства» завершится, и если Чэнь Ран не продлит навык, его статус игрока «Истинное Я» окажется под угрозой разоблачения.
Чэнь Ран лишь смотрел на него вызывающим взглядом, словно говоря: [Ты посмеешь вернуться?]
Юэ Гуаньшань пожал плечами. Пока он не убьет Чэнь Рана, он и правда не рискнет возвращаться – ведь его могут уничтожить с помощью всезнания.
— Что ж, тогда удачи!
Сказав это, он посмотрел на Хань Фэя, и того мгновенно затянуло в «Безграничье».
— Уничтожить!
Всего одно слово – и «Безграничье» Хань Фэя было подавлено «Безграничьем» Юэ Гуаньшаня. Сопротивления не было, сознание Хань Фэя вместе с его пространством рассыпались, словно бумажные.
Хань Фэй рухнул, а рука с выставленным средним пальцем медленно опустилась.
Юэ Гуаньшань перевел взгляд на Цзян Чжэ, но тот был пустой оболочкой, поэтому он посмотрел на семизвездного игрока.
Семизвездный игрок уже показал ему средний палец, спокойно дожидаясь своей участи.
Они все были мастерами и прекрасно понимали: Юэ Гуаньшань уничтожит их сознание, погрузит в обморок, а когда те придут в себя – повторит всё снова, пока не выжмет последние капли духа. Такой обморок почти равен смерти, никто не кричал, все принимали всё с достоинством.
В конце концов, игроки с таким складом ума давно были готовы к смерти.
Когда все попытки борьбы исчерпаны, спокойное принятие смерти – единственная доступная им почесть.
На данный момент.
На ногах остались: пятеро из команды Юэ Гуаньшаня, Чэнь Ран и потерявший душу Цзян Чжэ.
Юэ Гуаньшань одернул рукава и серьезно спросил Чэнь Рана:
— Есть последние слова?
К легендарному игроку «Истинное Я» следовало проявить должное уважение. Они находились по разные стороны баррикад, но личной вражды между ними не было.
Чэнь Ран выудил пачку сигарет, вытащил одну и, подняв её, сделал знак Юэ Гуаньшаню.
Юэ Гуаньшань сделал приглашающий жест и достал из кармана зажигалку, лично прикурив Чэнь Рану.
Глубокая затяжка.
Надо признать, эта сигарета перед смертью была чертовски хороша. Чэнь Ран почувствовал, как сама его душа обретает спасение.
[Осталось ли у меня какое-то неисполненное желание?]
Он начал вспоминать свою жизнь.
— Брат, моя жизнь была слишком гладкой.
Юный Чэнь Ран в ответ на увещевания Чэнь Яна лишь беспомощно развел руками с невероятно раздражающим видом.
Да, юность Чэнь Рана прошла слишком легко. Если не считать того, что в детстве он часто получал побои за озорство, его жизнь словно была взломана: красивое лицо, из-за которого каждый встречный в деревне норовил ущипнуть его за щеку; острый ум – он едва открывал книги, но сдавал лучше тех, кто учился днями и ночами, без усилий поступив в университет. Когда дедушка был жив, в дни сбора платы за электричество он всегда брал его с собой, чтобы похвастаться.
Семья жила дружно, и, сколько он помнил, родители почти не ссорились.
В университете он лишь слегка приложил усилия и уже добился расположения королевы красоты кампуса.
Его первая половина жизни была слишком гладкой!
[Если бы жизнь могла продолжаться так же легко… должен был быть счастливым человеком.]
— Брат, почему жизнь такая горькая?
Дождливой ночью юный Чэнь Ран стоял на холме, обхватив голову руками и вцепляясь в волосы. Эта боль была удушающей.
Незаметно.
Сигарета в руке догорела, Чэнь Ран щелчком отбросил окурок.
[Жаль, моя цель так и не была достигнута.]
[В конце концов, я всё равно оказался медленнее.]
[Почему я стал «пешкой», но всё равно опоздал?]
[Как же обидно!]
Чэнь Ран глубоко вздохнул, настраиваясь на нужный лад, посмотрел на Юэ Гуаньшаня и медленно показал средний палец.
В следующее мгновение…
Юэ Гуаньшань затянул его в «Безграничье», Чэнь Ран вскинул руку, чтобы выстрелить, но Юэ Гуаньшань уверенно перехватил оружие.
Выбросив патроны.
Юэ Гуаньшань посмотрел на Чэнь Рана:
— Убив тебя, я, возможно, навлеку на себя великую карму, но условия, предложенные лидером Альянса, слишком заманчивы. Не вини меня.
Сказав это, он изменился в лице. В его руках появился изящный, невероятно большой лук. Натянув тетиву до предела, он выстрелил в Чэнь Рана.
Чэнь Ран мертв.
Сознание исчезло в «Безграничье». В реальности Чэнь Ран рухнул от истощения духа.
На этом всё.
Пятнадцать игроков погрузились в обморок от истощения. Что их ждало – не требовало объяснений.
Юэ Гуаньшань вышел из «Безграничья».
Он небрежно присел на месте и стал ждать, пока пятнадцать человек восстановят каплю духа, чтобы снова затянуть их в «Безграничье» и продолжать убивать.
Прошел примерно час.
Его чувство духа уловило колебания в сознании Чэнь Рана, и это заставило его замереть.
[Достоин звания игрока «Истинное Я»!]
[Так быстро приходит в себя.]