Глава 55: Бодхисаттва сказал...
— На самом деле тебе не стоит так убиваться. Кто знает, вдруг с двадцатой бумагой случится чудо… — неторопливо произнес Чен Ран.
Остальные лишь промолчали.
Сначала вогнать в отчаяние, а потом подарить крохотную надежду. Теперь Чжан Цзиньхуа вряд ли решится на безумный поступок, загнанная в угол. Он разыграл все как по нотам.
Глядя на эту комбинацию, становилось ясно: Чен Ран и Цу Иньнун не только устранили угрозу в лице Чжан Цзиньхуа, но и заставили «пушечное мясо» добровольно идти на смерть. Убрав неопределенные факторы, они сделали дальнейшее разгадывание делом техники.
Согласно установленному порядку, расходные игроки один за другим, дрожа от страха, подходили к столу. Они ловили каждое слово Чен Рана, и когда видели, что тот объясняет серьезно, принимали свой номер за безопасный.
В конце концов, Чен Ран сам ранее сказал: «Зачем мне помогать вам разгадывать опасные номера?»
Люди устроены так: пока теплится надежда и нет окончательного результата, они будут держаться за нее до последнего, следуя по намеченной колее.
— Ты солгал.
— Ты солгал.
— Ты солгал.
Один за другим игроки теряли память и гибли, когда остальные выуживали из них ложные ответы на элементарные вопросы.
Вскоре очередь дошла до восемнадцатой бумаги сюань.
В песочных часах осталось всего два номера: 19 и 20. На полу уже лежало восемь трупов.
Следующим был молодой парень. Весь в слезах, он сидел на полу, не в силах подняться.
Десять опасных номеров. Восемь смертей. Значит, должны погибнуть еще двое. Но среди них еще не отвечал Лю Син — один из капитанов.
Лю Син, зная все опасные номера, наверняка припас для себя безопасный. А это значило, что 19-й — смертельный, а 20-й — абсолютно чист.
Парень тоже умел сопоставлять факты. Но он понимал и другое: даже если он выберется из этого инстанса живым, в следующих тайных комнатах ему не уцелеть. А исполнит ли капитан обещание передать очки его друзьям — оставалось только уповать на судьбу.
С этими мыслями юноша затянул хриплым голосом:
— Смело, сестренка, шагай вперед, не оборачивайся…
— За добро воздастся добром, за зло — злом. Если возмездие еще не пришло, значит, время не настало. Встретимся в Окончательной смерти, — бросил он, не оборачиваясь.
Парень даже не взглянул на текст на бумаге. Он зашагал к первому стеллажу, наугад вытянул книгу и мгновенно лишился памяти.
Финал был предсказуем: ложь здравого смысла и смерть.
Стеклянный шарик под номером 19 выпал из часов, лишившись своего значения. Остался лишь один шар. Очередь Лю Сина.
С помощью Чен Рана Лю Син без труда получил свой номер.
Одиннадцать выживших уставились на содержание двадцатой бумаги сюань:
«Конец».
Чен Ран не дал Чжан Цзиньхуа и секунды на раздумья:
— Началось со второго этапа упрощения иероглифов, им же и заканчивается. Содержимое этой бумаги соответствует книге под номером 198606. Иди, тяни.
По правилам их уговора, Чжан Цзиньхуа должна была вытащить книгу в течение минуты после расшифровки, иначе ее согласие признавалось ложью.
Дрожа всем телом, она подошла к полке, нашла нужный том и, зажмурившись, резко дернула его на себя.
В первый миг, судорожно проверяя память, она поняла, что ничего не забыла. Улыбка только начала расцветать на ее лице, как вдруг…
Все остальные, словно увидев призрака, в ужасе бросились врассыпную. Она обернулась.
Из пустого паза, где только что стояла книга, тянулась тонкая белая линия, а из глубины полки повалил едкий белый дым.
Грохот!
Внезапный взрыв разнес три книжных стеллажа и саму Чжан Цзиньхуа в клочья.
Взрывная волна ударила в стол, разбив песочные часы. Стеклянные шарики покатились по полу, останавливаясь прямо у ног десяти выживших.
Люди вытирали холодный пот. Если бы Ван Янь тогда решился вытянуть эту книгу, последствия были бы невообразимыми.
Подняв шарики, игроки с изумлением обнаружили на них свои номера.
Чен Рану досталась Единица, Цу Иньнун — Двойка…
Там, где раньше стояли стеллажи, в полу зиял проход в подвал.
Игроки начали сопоставлять факты.
— Во-первых, хозяин этого кабинета при жизни страдал старческим слабоумием, — первым заговорил Чен Ран. — А из расшифровок мы узнали, что его еще и избивали.
— Еще те иероглифы на стене, — добавил мужчина средних лет. — «Мое имущество зарыто у могилы жены». Это критически важная информация.
Лю Син предложил свою версию:
— Нам не хватает Наследника. Как думаете, если Наследник не знал второго этапа упрощения иероглифов, мог ли он не знать, где спрятано состояние старика?
— Хочешь сказать, тема всего инстанса — поиск сокровищ? — С сомнением спросил капитан в золотых очках.
Чен Ран потер подбородок:
— Мне скорее кажется, что суть в том, что этот Наследник помогает старику вернуть память.
— Поясни, — попросила Цу Иньнун.
— Смотрите сами. Стеклянные шарики — это символические якоря памяти. На бумаге сюань — крупицы знаний. Если прибавить к этому горы книг, напрашивается вывод: старик любил читать. Когда он все забыл, Наследник, желая выведать тайник, решил через это увлечение восстановить его память. Особенно ту часть, что касается денег.
Он указал на стену:
— Все загадки в этой комнате касались дат введения и отмены упрощенных иероглифов, но никак не самого смысла надписей. Значит, Наследник еще не добрался до воспоминаний о кладе. Скорее всего, в следующем зале мы продолжим «лечение».
Чен Ран посмотрел в темный зев подвала, и взгляд его стал тяжелым:
— Боюсь, в этот раз… нам придется хлебнуть горя!
С этими словами он достал маркер, намереваясь записать выводы прямо на руке. Однако…
Взрыв спроектировал срабатывание пожарной сигнализации. С потолка хлынули потоки воды.
В мгновение ока цифры на ладонях и надписи на руках смыло без следа.
— Мой маркер же водостойкий! Почему и его смыло? — Расстроился мужчина средних лет.
Но тут же осекся. Лица остальных тоже помрачнели.
«Значит, финальный Босс не хочет, чтобы мы фиксировали информацию. Это скверно».
Десять человек уселись прямо на пол. Кто-то торопливо ел, восстанавливая силы, кто-то пил успокоительное, стараясь унять дрожь.
Чен Ран подобрал обломок какой-то панели, прикрыл им голову от воды и снова попробовал писать на руке, но промокший маркер лишь бессильно царапал кожу.
Пожав плечами, он достал из сумки хлеб и принялся жевать, сосредоточенно листая «Путешествие на Запад».
Вскоре, немного передохнув, группа двинулась к спуску. Чен Ран и Цу Иньнун шли последними.
Когда пришел его черед спускаться, Чен Ран молниеносно обернулся и бросил бумажный комок Цу Иньнун.
Девушка развернула записку:
«Бодхисаттва сказал: Твое учение Малой колесницы не может спасти усопших, а лишь придает им мирской облик. У меня же есть три сокровища закона Большой колесницы, что возносят мертвых на небеса, избавляют страждущих от мук, даруют бессмертие и освобождают от круговорота рождений и смертей».