Хоть прежде он так не делал, Алсир активировал «Рассечение» и «Фехтование Красного марша» одновременно. Горячая сила потекла по рукам в клинок, окрасив лезвие в густой цвет артериальной крови.
Он атаковал. Когда клинок столкнулся с топором воеводы, звук был оглушительным.
Воевода использовал лишь одну руку, но и этого с избытком хватило, чтобы выдержать удар Алсира.
— Слабо, — прорычал глава племени, щурясь над сцепившимися клинками. — Раньше я почувствовал взор Святого Муки на тебе. Это вся твоя сила? Не оскорбляй меня, ты…!
Алсир убрал левую руку с рукояти меча. Направив искусство «Рассечение» в свободную ладонь, он рубанул её ребром по горлу воеводы.
Воевода резко откинул голову: удар прошёл на ширину пальца от шеи. Затем он жестоко ударил головой вниз, с силой врезавшись в лоб Алсира.
Мир стал белым.
— Лучше! — рассмеялся воевода.
Ослеплённый, со звоном в ушах, Алсир всё же уклонился от следующего удара топора, снова спасённый «Боевым чутьём». Он ответил усиленным «Рассечением» ударом меча, но глава племени парировал его, и клинок отскочил.
Он продолжал сражаться. «Переносимость боли» работала сверх меры, позволяя двигаться. «Боевое чутьё» снова кольнуло позвоночник. Алсир сразу поднял испорченный меч против смертельного удара из слепой зоны, затем стукнул навершием по топорищу и отвёл оружие в сторону.
Кровь заливала глаза: от одного того удара головой его череп уже дал трещину. Из носа капало что-то густое, пахнущее медью.
Почуяв близость смерти, наконец сработал навык «Вызов смерти».
Прилив жизни был почти жестоким — внезапная, страшная ясность. Вся боль отступила на край сознания. Зрение вернулось, тело откликнулось силой, которой не должно быть у умирающего.
Алсир взревел, ударил новым «Рассечением» и наконец оттеснил наступающего воеводу.
Ещё десять обменов ударами прошли за пять ударов сердца. Рука Алсира онемела. Он сомневался, что когда-либо в жизни бил так сильно. Что бы ни делало «Фехтование Красного марша», оно заставляло его бить сильнее положенного. Багрово светящийся клинок словно визжал при каждом столкновении с железным топором воеводы, будто жаждал крови противника.
На четырнадцатом обмене он услышал треск. Бедный одноручный меч, уже изношенный убийством многих варваров, наконец сломался в затяжном поединке — перерублен посередине.
Не дрогнув, Алсир выхватил кинжал левой рукой, обоими оружиями остановил нисходящий удар и затем мощно ответил двумя вертикальными рубящими ударами.
[Мастерство парных клинков повысилось до 10]
Оба отступили. Алсир тяжело дышал. Оба оружия, красно светившиеся от «Фехтования Красного марша», казались тяжёлыми в руках. Рана на голове немного затянулась, но глубокая пульсация оставалась, заставляя изображение пульсировать по краям зрения.
Противник же почти не запыхался.
— Хорошо. Очень хорошо. — Мрачная улыбка Бьорна выдавала удовлетворение. — Воля твоя сильна. Мой Святой-покровитель хорошо насыщается твоим насилием. Он наградит меня за твою смерть.
— Цыплят считаешь до вылупления? А я думаю, что побеждаю. — Алсир кроваво ухмыльнулся. — Что скажешь?
Воевода взял изношенный железный топор двумя руками. — Скажу, что жаль столь ранней встречи. Было бы у тебя ещё десятилетие для роста… Тогда я хотел бы сразиться в полную силу. Для дикого щенка ты отлично справился. Но пора умирать.
***
Алсир выдержал ещё двадцать обменов ударами.
Как и обещал, Бьорн не использовал всей мощи. Алсир не мог знать, держался ли противник обещанной «трети силы», но по мощи столкновений это казалось правдоподобным.
Впервые в жизни Алсир в полной мере осознал силу Элиты высшей ступени.
Ему удалось попасть по воеводе ещё дважды. В первый раз сломанный меч скользнул по руке. Но неглубокий удар просто отскочил от кожи, не оставив даже следа.
Во второй раз кинжал полоснул вдоль предплечья. Теперь клинок пробил поверхность, оставив неглубокую рану.
Это искусство «Железное тело», — вспомнил Алсир. Лишь сплав моего кинжала способен его рассечь.
И всё же Алсир понимал, что проигрывает. Он бил с лихорадочным отчаянием; хотя порой удавалось оттеснить воеводу, пробиться сквозь защиту он не мог, даже изматывая себя ударами изо всех сил.
Но старания не были напрасны. В поединке с настолько превосходящим противником навыки Алсира стремительно росли.
[Владение мечом повысилось до 38]
[Владение кинжалом повысилось до 32]
[Боевое чутьё повысилось до 30]
[Подвижность повысилась до 34]
[Рассечение повысилось до 11]
[Переносимость боли повысилась до 35]
[Вызов смерти повысился до 22]
[Фехтование Красного марша повысилось до 3]
Всё это… за одну битву. Уровни, на которые должны были уйти месяцы упорного труда, вместились в простой поединок.
Алсир рассмеялся бы, если бы не был так сосредоточен на бое.
На двадцатом обмене Алсир наконец дрогнул. Доведённый до полного предела, он потерял меч: тот вылетел из измотанной хватки. Он уже был слишком медленен, чтобы двигаться или парировать кинжалом, и мог лишь смотреть, как топор воеводы врезается в грудь.
Боль была почти облегчением. Тело обмякло, кинжал выпал из безжизненного хвата.
Конец. Он проиграл.
— Хороший бой, — прорычал Бьорн. — Никогда прежде не видел столь яростного воинского духа в таком юном человеке. Святой Убийца благодарит тебя за проявленное насилие, а я в свою очередь благодарю за навыки, которыми он благословит меня благодаря твоей смерти.
Воевода вырвал топор. Алсир упал на колени, кашляя кровью.
— Буду помнить тебя всю жизнь. — Воевода в последний раз поднял топор. — Вернись в землю, борец.
Топор опустился, завершив восемьдесят шестую петлю.
Он сражался всем, что имел, и всё равно проиграл. Но даже умирая Алсир улыбался.
Как иначе? Петли стали намного лучше. Можно забыть о соломенных чучелах и даже убийстве варваров ради навыков.
Алсир наконец нашёл идеального партнёра, который поможет достичь ранга Элиты.
***
Утром восемьдесят седьмой петли Алсир умылся у колодца и нашёл на тренировочной площадке свободную скамью. Сев на неё, он мысленно вызвал окно статуса.
[Окно статуса]
Алсир Риверс — возраст 18 лет
Титулы:
Безбожник
Подмастерье высшей ступени
Одержимый мечом
Боевые навыки:
Владение мечом 38 (Обычное)
Рукопашный бой 33 (Обычный)
Владение кинжалом 32 (Обычное)
Владение щитом 33 (Обычное)
Доспешная подготовка 29 (Обычная)
Владение метательным оружием 28 (Обычное)
Боевое чутьё 30 (Необычное)
Отражение снарядов 22 (Необычное)
Мастерство парных клинков 10 (Редкое)
Бытовые навыки:
Физическая подготовка 37 (Обычная)
Переносимость боли 35 (Обычная)
Подвижность 34 (Обычная)
Природная сопротивляемость 27 (Обычная)
Лидерство 13 (Обычное)
Полевая помощь 6 (Обычная)
Присутствие 6 (Необычное)
Вызов смерти 23 (Редкий)
Искусства:
Рассечение 11 (Обычное)
Фехтование Красного марша 3 (Необычное)
[Конец окна]
Упрямый подход к петлям приносил плоды. Бесчисленные повышения уровней, несколько новых навыков и даже искусства; в довершение некоторые приобретения относились к Необычным или Редким — редкостям, которых большинство крестьянских солдат никогда не увидело бы за всю службу.
Но недостаточно. Главу племени я всё ещё не побеждаю.
Он приближался. Проблемой, однако, была скорость роста навыков.
Она падала.
По правде, обычный дневной распорядок уже почти не помогал ему. Удары по соломенным чучелам когда-то, возможно, приносили ощутимую пользу, но теперь он едва мог утомиться, даже работая мечом изо всех сил целый час. «Владение мечом» достигло слишком высокого уровня, чтобы столь жалкие упражнения заметно способствовали росту.
То же происходило с «Физической подготовкой». Переноска грузов перед рассветом, а затем земляные работы весь остаток дня когда-то могли улучшать его форму. Но на нынешнем уровне Алсир мог месяцами ежедневно трудиться с такой интенсивностью, прежде чем увидел бы прибавку хотя бы в один уровень.
Не хватало испытания. Единственное занятие в петле, по-настоящему помогавшее росту в последнее время, — ночная засада. Смертельный бой оставался ключом к экспоненциальному росту, незаменимым никакими обычными тренировками. Но даже он давал меньше прежнего.
Варваров он уже знал досконально: боевые приёмы были полностью запомнены, а против его нынешних способностей они представляли значительно меньшую опасность. Убивать их всё ещё было полезно, но отдача снижалась с каждой петлёй. Скоро даже их сила Подмастерьев высшей ступени ничего для него не будет значить.
Поединки с воеводой казались лучшим дальнейшим путём. Это была превосходная битва, дававшая море опыта за бой насмерть с превосходящим противником, без малейшего права на ошибку.
Но одного поединка на петлю, каким бы ценным, Алсиру не хватало.
У него был целый день, и тратить его на мелкие обязанности или ожидание он не собирался.
***
Он стал искать другие способы совершенствоваться. Учебные бои сразу с несколькими солдатами были неплохим началом, но давали жалкую прибавку опыта из-за слабости противников ранга Посвящённого. Сержанты сопротивлялись лучше, однако даже их сила Подмастерьев не представляла достаточного испытания.
На базе лишь два человека могли бросить ему достаточно серьёзный вызов: два офицера регулярной армии, лейтенант Вормас и капитан Халмон.
Второй обычно был слишком занят, чтобы уделять время Алсиру, зато первый мог проявить больше желания.
Разумеется, насмерть с Вормасом он сражаться не собирался. Его руку удерживала практичность, а не мораль. Убийство Вормаса не имело бы настоящих долговременных последствий, но остальной лагерь наверняка напал бы на Алсира. И даже если бы тот каким-то образом выжил или сумел отговориться, задание по сопровождению обоза вряд ли состоялось бы. А значит, он пропустил бы лучший бой петли — битву с воеводой.
Возможно, существовал способ получить опыт и от убийства Вормаса, и от боя с воеводой в одной петле, но такая затея казалась излишне сложной. Нет, дружеского учебного поединка с офицером ранга Элиты низшей ступени было бы достаточно.
Через час после переклички 3-я нерегулярная разделилась на назначенные группы для земляных работ. Вместо обычного участия Алсир направился прямо к лейтенанту обоза, как только тот вышел из капитанских покоев.
— Поединок? — моргнул Вормас. — Вы ведь сравнительно недавно стали Подмастерьем? Наверняка другие сержанты лагеря были бы более подходящими соперниками.
— Я давно хотел проверить свои навыки против настоящего солдата регулярной морвинской армии, — наполовину солгал Алсир. — Боевые подвиги регулярных войск известны повсюду. Капитан всегда слишком занят, чтобы уделить время поединку со мной. Для меня было бы честью, если бы вы удовлетворили мою эгоистичную просьбу, господин лейтенант.
После ещё нескольких уговоров Вормас легко согласился. Оба заняли места на тренировочном дворе, в десяти шагах друг от друга. Весть быстро разнеслась; собралась небольшая толпа солдат, отвлёкшихся от тяжёлой копки мёрзлой земли. Весёлое перешёптывание усилилось.
— Ставки? — сказал один из новобранцев постарше, бывший наёмник. — У меня медяк на то, что парень не выдержит больше трёх обменов.
— Недооцениваешь нашего Одержимого мечом, новичок, — пожурил Роланд. — Месяц назад тебя тут не было. Я видел его на Красной Изморози. Десять медяков, что продержится хотя бы десять обменов.
— Талантливый или нет, против него регулярный солдат. Воин ранга Элиты, — возразил наёмник. — Когда служил наёмником, я видел, как эти высокомерные дворяне отрубали моим парням конечности в «дружеских поединках». Этому упрямому придурку повезёт, если уйдёт со всеми руками и ногами.
Вормас принял стойку, расслабленную и спокойную, словно просто потакал просьбе ребёнка.
Рассудком Алсир понимал, почему лейтенант так себя вёл. Тот, вероятно, видел в нём молодого горячего воина, которому талант вскружил голову. Предположить это и действовать соответственно было для Вормаса вполне разумно.
Но всё равно это вызывало у Алсира лёгкое раздражение.
— До первого попадания. Начинайте, когда готовы, — сказал Вормас, совершенно беззаботный и полностью открытый.
Алсир кивнул. Другого предупреждения лейтенант не получил.
С «Подвижностью» 34 Алсир пересёк расстояние за удар сердца и замахнулся изо всех сил.
Надо отдать Вормасу должное: он среагировал вовремя. При всём небрежном отношении к Алсиру он всё ещё был Элитой и солдатом регулярной армии. Сработали отточенные боем рефлексы; лейтенант двинулся молниеносно, очертания тела смазались, когда он мгновенно перешёл в защитную стойку.
Деревянные мечи столкнулись с громким треском, рассёкшим воздух и выбившим щепки из обоих клинков.
Вормас широко раскрыл глаза. — Что…
Алсир уже двигался. Удерживая офицера на месте, он использовал деревянный меч как рычаг: повернул запястья и прижал клинок Вормаса к собственной груди, не давая его вырвать.
Лейтенант зарычал, пытаясь вырвать меч; дерево стонало и плевалось новыми щепками от нечеловеческой силы. Но Алсир держал крепко. Развернув бедро, он направил утяжелённое навершие учебного меча прямо в живот лейтенанта.
Короткий, мощный удар подпитывался мастерством клинка и тела. Вормас не успел уклониться; попадание в диафрагму выбило дыхание. Лейтенант отшатнулся.
Первое попадание осталось за Алсиром. Первый раунд был завершён.
Три секунды. Весь «поединок» длился три секунды. Зрители умолкли.
Алсир скрыл разочарование. Он отступил на шаг и кивнул. — Спасибо за поединок, господин лейтенант. Уверен, это была просто случайность. Давайте ещё раунд.
Вормас осторожно кивнул. Алсир отвернулся, собираясь вернуться на исходное место в десяти шагах для следующего боя.
Но стоило показать спину Вормасу, как «Боевое чутьё» ударило по позвоночнику. Алсир удивлённо моргнул, затем ухмыльнулся.
Он мгновенно повернулся и отбил нисходящий удар деревянного меча Вормаса. Холодный ветер пронёсся мимо ушей; земля под ним дрогнула.
Лейтенант не сдерживал силы этого удара. Их учебное оружие из твёрдого дерева мгновенно раскололось, не выдержав столкновения. Оба сразу отскочили друг от друга.
— Лучше, — кивнул Алсир. — Ещё раз?
— Значит, не случайность, — пробормотал Вормас. — Как человек вашего возраста и таланта оказался здесь? При наборе офицеры оценки должны были как минимум сразу рекомендовать вас в регулярные части.
К этому времени к толпе присоединились новые зрители. В перешёптывании возбуждение сменилось потрясением, а затем неуверенностью.
— Победил? Такой мальчишка победил Элиту?! — заикаясь, сказал наёмник. — Это не… невозможно!
— Ха! Видали?! Вот вам Мясник Красной Изморози! — восторженно засмеялся Роланд. — Плати, старик! Остальные, ставьте! Наш маленький монстр сейчас надерёт дворянскую задницу этому офицеру!
Вормас так сосредоточенно смотрел на Алсира, что совершенно проигнорировал оскорбление Роланда. Несколько секунд он прожигал солдата взглядом, затем принял решение. — Я передумал. Бьёмся до первой крови.
— Понадобится оружие получше, — сказал Алсир, подняв разбитый учебный меч. — Или всё ещё хотите нянчить меня игрушками?
Уголки рта Вормаса дёрнулись. — Пожалуй, ваша дерзость заслужена. Берите одноручный меч и любое снаряжение, какое пожелаете. Я пойду на вас со всей силой.
Ну-ну. Возможно, это всё-таки не окажется пустой тратой времени.
***
Начиная с той петли, Алсир регулярно проводил утра или дни в учебных боях с лейтенантом.
Прибавка опыта для навыков была не столь ощутимой, как в смертельном бою с варварским воеводой, но Вормас оставался противником ранга Элиты, тогда как Алсир был лишь Подмастерьем высшей ступени. Разница в уровнях навыков означала, что Алсир всё ещё получал больше опыта, чем смог бы иначе.
Что важнее, с Вормасом можно было биться несколько раз в петле, а с воеводой — лишь один. Это значительно ускорило рост.
Когда лейтенант стал относиться к нему серьёзнее, Алсиру часто приходилось по-настоящему напрягаться. Победы случались столь же часто, как поражения, хотя с каждой петлёй соотношение всё больше менялось в пользу Алсира.
Алсир пробовал и другие способы справиться с замедлением роста. Для физических упражнений он стал брать тяжести на ротном складе. Камни, лесоматериалы, руду, железо — использовал всё тяжёлое, что могли выделить.
Он крепил грузы на спину и отжимался на одной руке или совершал изнурительные пробежки по снегу. Продолжал, пока тело едва могло двигаться, а перенапряжённые мышцы не наполняли мукой каждое движение.
Последствия были минимальны: в следующей петле Алсир всегда полностью восстанавливался. Чтобы сохранить боеспособность для ночной засады, он часто выторговывал у квартирмейстера опасные обезболивающие травы, помогавшие продержаться остаток дня. Это ещё сильнее нагружало тело и истощало скудные финансы, но с наступлением следующей петли такие заботы неизменно теряли значение.
Во всяком случае, он проверял новые способы извлекать максимум из временной петли, и весь распорядок значительно улучшился по сравнению с тратой времени на удары по соломенным чучелам или копку траншей.
По мере продолжения петель он также уделял время улучшению снаряжения. «Доспешная подготовка» приближалась к уровню, позволявшему носить гораздо более тяжёлый комплект без помех движению: усиленные поножи, наручи, даже нагрудник из сплава.
Дополнительная защита мало что значила бы против воеводы, особенно если тот когда-нибудь решил бы применить против Алсира сильверитовый топор. Зато против остальных варваров она была даром небес. Теперь Алсир мог позволить себе принимать скользящие рубящие удары, не теряя каждый раз полгаллона крови.
Кроме того, он стал носить два одноручных меча — не для парного боя, а потому, что первый постоянно ломался. Стоило слишком увлечься резнёй варваров, и сила ударов в сочетании с нагрузкой искусств на оружие редко позволяла мечу дожить до конца засады. Запасной стал необходим для роста в каждой петле.
Договориться со квартирмейстером обо всём этом снаряжении оказалось не слишком трудно. Репутация Алсира была достаточно хорошей, чтобы ему делали некоторые послабления. Хотелось лишь иметь лучшие варианты для выбора. Оружейная была хорошо наполнена, но качественных вещей не хватало.
Или просто слишком многого прошу от запасов нерегулярной роты, — одёрнул себя Алсир.
На деле снаряжение нерегулярных частей было вполне пригодным. Уже то, что морвинская армия вооружала роты наёмников-простолюдинов и призывников-крестьян, считалось щедрым даром, а не обязательным расходом. Не все королевства столь богаты, чтобы в таких масштабах давать снаряжение уровня Подмастерья.
Но для Алсира уровень Подмастерья больше не подходил. Он имел дело с воеводой — Элитой высшей ступени, предварительно почти в одиночку сражаясь с половиной его отряда. Штатное оружие было прилично выковано, но материалы слишком плохи.
Больше всего Алсир хотел щит получше. Надоело в начале каждой засады получать сломанную или оторванную левую руку. Как бы ни выросли «Владение щитом» и «Отражение снарядов», полностью отвести силу снаряда всё ещё не удавалось. Стрелял человек, способный снести голову с двухсот ярдов. Простой деревянный щит не мог поглотить такую мощь.
К счастью, решение было. Прибывавший утром обоз снабжения доставлял не только стройматериалы, но и небольшое количество более необычных материалов.
И Алсир собирался как следует ими воспользоваться.