Вскоре миновала двадцатая петля.
«Переносимость боли» и «Скрытность» продолжали получать опыт каждый день. Первый навык даже достиг уровня 44, хотя для развития на таком уровне требовалось несравнимо больше опыта. «Сопротивление дробящему урону» тоже росло равномерно, прибавляя почти по целому уровню за каждые пару петель.
Помимо этих трёх навыков, те немногие часы, что оставались до вечера, он часто тратил на развитие навыков, связанных с обаянием, беседуя с командиром и квартирмейстером. Если предыдущая смерть была слишком тяжёлой, а судороги — слишком серьёзными, Ленора оставляла его в лазарете. Тогда время до неминуемой смерти он проводил, изучая работу лекаря и развивая «Полевую помощь».
Когда их уровни превысят 20, дальнейшее общение вряд ли принесёт ощутимую пользу. Но Алсира это не беспокоило: более высокие «Убеждение», «Торг», «Присутствие» или «Полевая помощь» всё равно едва ли спасли бы его из нынешнего положения. Он вообще занимался развитием этих навыков лишь потому, что в своём полуискалеченном состоянии буквально больше ничего не мог делать.
Помимо развития вспомогательных навыков, он понемногу собирал скудную информацию о теневом существе. Хотя к выяснению его личности, мотивов или происхождения он так и не приблизился, кое-какие основания для нескольких предположений уже появились.
Первой важной зацепкой был внешний вид существа — вернее, способ, которым оно скрывало себя. Благодаря урокам наставницы Алсир был знаком с иллюзорными способностями и мог распознать, когда кто-то воздействовал на его органы чувств.
Впрочем, это знание здесь мне мало поможет, — подумал он. У меня нет способностей, позволяющих обойти иллюзии.
По крайней мере, по этой иллюзии он мог судить, что существо весьма искусно пользовалось магией, блокирующей восприятие. Как минимум эта способность превосходила всё, что он до сих пор видел у варваров за время кампании. Уже при одном взгляде на его фигуру начинали болеть глаза. А стоило попытаться вспомнить, как оно выглядело, — разум представлял лишь чёрный сгусток размером примерно с человека.
Стоит подумать о том, как разрушить иллюзию существа. Если я хоть мельком увижу его истинный облик, то, возможно, сумею обнаружить слабость.
Второй важной зацепкой был топор в руках существа. То, что оно держало сильверитовый топор воеводы Бьорна, немало говорило о его возможных мотивах.
Причин прийти в лазарет не так уж много. Сомневаюсь, что оно явилось красть медицинские припасы.
Выходило, что Алсир погиб не просто потому, что оказался у него на пути. Чудовище намеренно пришло в лазарет, чтобы его устранить.
Месть за воеводу, возможно? И, вероятно, ещё желание вернуть топор. Даже если оставить в стороне стоимость материала, для племени он может иметь такое значение, что его необходимо забрать, несмотря на огромный риск.
Вероятно, именно ослабление охраны вокруг горы объясняло, почему чудовище решило напасть сейчас, а не несколькими днями или даже неделями раньше. Большинство солдат регулярных войск недавно отправили на равнины, и у горы осталось гораздо меньше стражи и патрулей, что позволило убийце пробраться внутрь.
Сопоставив все зацепки, Алсир предположил, что чудовище — какой-то могущественный фамильяр, призванный печально известными кругами варварских шаманов, которые лишь недавно вступили в войну с королевством. И целью его стал именно Алсир — в отместку за племя Морозного Кольца.
Честно говоря, теория была до боли слабой. В ней было слишком много пробелов. Если у варваров действительно имелся такой могущественный убийца, почему они выпустили его только сейчас, а не в самом начале вторжения?
Кроме того, Великий мастер Фалдрен или Мастер Ленора были бы более подходящими целями. Смерть любого из них стала бы сокрушительным ударом для 4-й регулярной части и, возможно, вообще остановила бы вторжение королевства. Убийство Алсира и близко не привело бы к последствиям такого масштаба.
Может быть, я просто первая цель, которую существо должно убить, прежде чем перейдёт к командиру и капитану… А может, я совсем промахнулся, и его цель и происхождение совершенно иные.
Размышления о мотивах существа изматывали. Больше, чем его сила, Алсира тревожило время его появления.
Он буквально только что проснулся, преодолев испытание длиной в сто пятьдесят петель. Не слишком ли большим совпадением было то, что противник такого уровня ворвался в его жизнь так скоро после предыдущего?
Будто судьба отказалась дать мне передышку, прежде чем бросить в этот «колодец»…
И всё же в каком-то смысле и это было неплохо.
Он никогда не хотел, чтобы всё было легко.
***
Проходили новые петли. К тридцатой Алсир достаточно хорошо изучил повадки существа, чтобы осуществить свой план.
Слабость тела лишила его возможности сражаться на равных, но временная петля давала и другие преимущества, которыми он мог воспользоваться.
Например, повторение.
Если существо было слишком быстрым и мгновенно реагировало на нападение из засады, то следующим лучшим вариантом было поразить его контратакой.
Предугадывать его скорость было не так уж трудно, особенно когда за время петель он как следует к ней приноровился. Если он знал, куда и как его ударят, то, как бы быстр ни был противник, ничто не мешало ему заранее перехватить атаку.
С силой существа справиться было сложнее. Кулак противника легко превращал кости и плоть в месиво. Даже если Алсир успеет поставить блок, ему всё равно раздробят руку и голову.
К счастью, у него имелся один приём, которым можно было легко нейтрализовать чудовищную силу существа. Нужно было лишь правильно выбрать момент — именно ради этого он тренировался последние примерно двенадцать петель.
В ту ночь Алсир терпеливо ждал у двери, замедлив дыхание и не обращая внимания на боль. Когда снаружи раздался знакомый звук падающего тела охранницы, он напрягся в ожидании.
Дверь открылась, и существо вошло.
Стоило Алсиру шевельнуться, как тёмный кулак мгновенно устремился к его голове.
Это движение он видел уже бессчётное множество раз. Пока в каждой петле Алсир стоял на одном и том же месте, готовясь напасть из засады у двери, существо неизменно отвечало одним и тем же предсказуемым ударом.
Алсир уже поднял предплечье, чтобы прикрыться от удара. При обычных обстоятельствах это была бы жалкая защита от столь разрушительной атаки.
Но скорость и сила решали в бою не всё. Иначе он никогда не выиграл бы поединок с воеводой.
Кулак столкнулся с его рукой. И тогда…
Алсир активировал «Идеальное парирование».
Несмотря на ничтожное окно срабатывания, момент он выбрал безупречно. Бессчётные петли проб и ошибок дали ему точное чувство невероятной скорости существа.
Впервые за тридцать петель существо ударило его — и Алсир не умер.
[Идеальное парирование повысилось до 23]
Не имело значения, насколько сильным было существо. «Идеальное парирование» поглотило всю силу его кулака. Внезапно и необъяснимо лишившись и импульса удара, и отдачи от столкновения, существо в потрясении пошатнулось.
Сейчас!
Алсир с взрывной быстротой рванулся вперёд. Мука вспыхнула во всём его раненом теле: все до единого швы на плоти разошлись разом.
«Вызов смерти» сработал за миллисекунду до того, как скальпель достиг шеи существа, придав его отчаянной атаке больше силы. «Рассечение» и «Фехтование Красного марша» усилили клинок, превратив медицинский инструмент в орудие смерти.
Алсир почувствовал, как скальпель коснулся плоти существа. И тогда…
[Новый навык: Скрытная атака 1 (Обычная)]
Клинок разлетелся на осколки, ударившись о его кожу.
Да чтоб тебя…
Алсир неловко рухнул на землю: мышцы больше не слушались. Тело кровоточило из бесчисленных разрывов, которые он сам причинил зашитой плоти. В руке он всё ещё сжимал сломанный скальпель.
Превозмогая боль, он поднял взгляд.
Существо осталось совершенно невредимым. Тёмная туманная иллюзия вокруг его шеи ненадолго нарушилась, но Алсир не увидел ни одной раны.
Существо коснулось своей шеи. В движении было что-то похожее на детское любопытство. На Алсира, который лежал скомканным у его ног, оно совершенно не обращало внимания.
Алсир стиснул зубы. Он заставил руку двигаться, пытаясь вонзить скальпель в лодыжку существа.
Внезапное движение мелькнуло размытым пятном.
Он лежал на спине. Одно предплечье было прижато когтистой рукой, другое — коленом.
Существо оказалось над ним. На таком расстоянии мутная иллюзия причиняла глазам и разуму чудовищную боль. Его лицо было близко; оно с любопытством склонило голову набок.
Шелковистые пряди волос щекотали щёки Алсира. Он слышал над собой тихое дыхание, и, когда существо наклонилось ближе, его тепло нежно коснулось лба. Слабый запах сирени и крови наполнил нос и рот — сладкий и приторный.
Другая рука скользнула по его груди. Пальцы легко очерчивали линии, пока когти разрезали спереди больничную рубаху, обнажая тело. Затем, почти застенчиво, существо прижало ладонь к голой коже над бьющимся сердцем, разведя пальцы.
И тогда…
Когти глубоко погрузились в его плоть и рванули.
Звук был ужасающе влажным, словно рвалась промокшая ткань. Плоть хлюпала, кости ломались, а кровь била фонтаном, когда существо одним мощным движением вырвало сердце целиком из грудной клетки.
Стены, пол и мебель лазарета вокруг окрасились его кровью.
[Вызов смерти повысился до 33]
[Новый навык: Закалённая плоть 1 (Необычная)]
Зрение Алсира начало угасать. К этому моменту ему казалось, что уже ничто из того, что могло сделать существо, его не удивит.
И тут Алсир беспомощно наблюдал, как существо поднесло к лицу его всё ещё бьющееся сердце.
Туманные тени ненадолго отступили, открыв угловатую челюсть и рот, полный зубов, похожих на ножи. Чудовище с ненасытностью впилось в сердце, оторвав большой кусок плоти органа, а затем жадно проглотило остаток одним кровавым глотком.
Алсир почувствовал, как другая рука существа непроизвольно усилила хватку, раздробив его предплечье. Хруст ломающихся костей вместе с влажными звуками разрываемой и пережёвываемой плоти вызывал такую тошноту, что нормального человека вырвало бы на месте.
Алсир не дрогнул. Последние несколько секунд петли он отстранённо и сосредоточенно наблюдал за ужасными действиями врага, заставляя угасающий разум запоминать каждую деталь. Он искал малейший намёк на слабость или преимущество, которыми мог бы воспользоваться в будущих петлях.
Вскоре зрение исчезло совсем, но остальные чувства сохранились. Он услышал, как существо закончило глотать. Он ощущал его тепло, когда оно склонилось над ним, и узнавал прикосновение мокрых пальцев, нежно гладивших его побледневшее лицо.
Затем он почувствовал мягкие человеческие губы, ласково прижавшиеся к его лбу. Они переместились к уху и с любовью прошептали:
— Ты был великолепен.
Палец существа пробуравил сбоку его череп и проник в мозг.
На мгновение вспыхнула боль, а затем он вновь падал сквозь воды Ада.
***
Следующее пробуждение оказалось самым жестоким из всех, что он когда-либо переживал.
Назвать его приступы просто «судорогами» означало бы ничего не сказать. Алсир чувствовал, как мышцы сами разрывают себя, суставы выходят из своих гнёзд, а позвоночник натужно изгибается против его воли.
Ленора бросилась его спасать, но внезапное ухудшение состояния не оставило ей времени на подготовку.
Алсир держался так долго, как мог, но в конце концов призрачная боль одолела его выносливость.
Сердце лопнуло в груди в тот самый миг, когда переломился позвоночник.
[Переносимость боли повысилась до 45]
[Закалённая плоть повысилась до 2]
Он думал, что дни, когда отдельный приступ муки мог его удивить, остались позади. Но, похоже, ошибался.
К счастью, в следующей петле сила этой ложной смерти, казалось, уменьшилась, словно предыдущая приняла на себя основную тяжесть. Призрачные боли ослабли, и в следующей итерации Алсир сумел выжить, отделавшись лишь небольшими судорогами.
Обычный человек мог сойти с ума от боли или от увиденных ужасов. По крайней мере, он должен был испытать какой-то страх.
Алсир ощутил лишь первые слабые проблески заворожённого интереса.
— Значит, оно умеет говорить, — пробормотал он.
Его убийца только что стал гораздо интереснее.