В следующие несколько петель Алсир попробовал ещё несколько способов убить существо.
То, что ему наконец удавалось попадать по нему, уже само по себе было достижением, пусть он и не мог причинить никакого вреда. Теперь у него всё-таки появился способ развивать боевые навыки, хотя и медленно. За следующие пять петель «Рассечение», «Владение кинжалом», «Вызов смерти» и «Фехтование Красного марша» прибавили по уровню, и, несмотря на недавние смерти, Алсир стал с большим оптимизмом смотреть на свои шансы в долгосрочной перспективе.
Любопытно, что «Вызов смерти» начал расти только сейчас, а не раньше, — размышлял Алсир. Полагаю, для получения опыта этим навыком нужно хотя бы подобие «схватки». Мгновенной смерти или одной лишь боли недостаточно.
Назвать происходившее между ним и существом «схваткой» было бы преувеличением: всё, что он мог, — нанести один бесполезный удар. Но если Система считала это подходящим опытом, жаловаться он не собирался.
А вот на что он собирался жаловаться, так это на упорное стремление существа снова и снова пытать и пожирать его всякий раз, когда он пробовал сразиться с ним в конце петли.
Уродливое чудовище было способно на мучительный садизм. Ни битва на Красной Изморози, ни засада отряда воеводы Бьорна прежде не подвергали его тело таким истязаниям перед смертью. Пожирание заживо определённо входило в десятку самых страшных болей, какие он когда-либо испытывал, а существо весьма изобретательно подходило к тому, как вырезать из тела Алсира свой фунт мяса.
Иногда оно отрубало ему конечности сильверитовым топором. В других случаях просто отрывало их одной своей чудовищной силой, словно наслаждаясь его страданиями.
Однажды оно просто набросилось на его распростёртое тело, как дикий зверь: зубы впились в туловище, а затем оно взломало грудь, будто банку с мясом. После этого оно вытащило из грудной полости сердце и принялось пировать, прижимая беспомощного Алсира к полу.
В общем, хотя боль и была неприятна, садистские действия существа заставляли уровни его навыков выносливости взлетать, а в итоге даже принесли ещё один навык.
[Переносимость боли повысилась до 46]
[Закалённая плоть повысилась до 9]
[Вызов смерти повысился до 35]
[Сопротивление рубящему урону повысилось до 11]
[Новый навык: Сопротивление кровотечению 1 (Необычное)]
Утром сорок девятой петли добровольно принятые мучения наконец принесли ещё один новый плод — и какой же вкусный это был плод.
[Новый навык: Сопротивление колющему урону 1 (Редкое)]
Теперь в его Системе были все три «чистых» навыка сопротивления урону. Радость от этого осознания заглушала всеобъемлющую призрачную муку, обрушившуюся на него следующим утром, даже когда от напряжения сердце лопнуло у него в груди.
Сколько воинов в королевстве Морвин могли похвастаться хотя бы одним из трёх «чистых» навыков сопротивления урону, не говоря уже обо всех трёх? Даже на получение одного из них обычно уходили годы мучительных тренировок. Дорогие наставники по навыкам день и ночь осторожно подвергали ученика изощрённым пыткам, постоянно доводя до грани смерти, но не убивая. Это был долгий, тяжёлый и дорогой путь, на который решались лишь самые рьяные и богатые воины — ради всего одного из трёх навыков.
А теперь у Алсира были все три. Ему почти стало стыдно за своё везение.
Почти.
Потому что с этого момента последующие петли стали ещё ужаснее. Новый набор навыков выносливости и постоянно растущие уровни в них означали, что каждая смерть занимала всё больше времени, а проклятое чудовище получало ещё больше возможностей пытать и пожирать его.
К пятьдесят восьмой петле Алсиру требовались целых три минуты, чтобы умереть, даже несмотря на самые усердные старания чудовища выковырять и съесть его сердце.
Не верится, что я это говорю, но, по-моему, без некоторых из этих навыков выносливости мне было бы лучше. Алсир поморщился, услышав, как существо с большим трудом и усердием пережёвывает его окрепшую плоть. Что вообще делает «Закалённая плоть»? Это навык, который делает мою плоть менее съедобной? Или у него есть другие, более полезные защитные свойства, о которых я не знаю?
Как бы то ни было, смерти стали намного дольше и гораздо менее терпимыми. С другой стороны, растянувшееся умирание делало каждую петлю более эффективной для развития навыков.
Даже когда меня едят живьём, я нахожу светлую сторону, — размышлял Алсир, пока из него вырывали сердце. А люди ещё говорят, что я не оптимист…
***
На шестьдесят шестой петле Алсир решил отдохнуть от добровольных страданий и попробовать другой подход.
Вместо «Идеального парирования» он собирался использовать одно из других своих искусств, чтобы оглушить существо.
«Погребальная песнь обречённого» тихо лежала в его арсенале последние шестьдесят петель или около того, и на то была веская причина. Горло Алсира всё ещё было чрезвычайно уязвимым, а предупреждение Леноры о том, что применение искусства нанесёт ему необратимый вред, прочно засело в памяти.
Но к этому моменту он уже понимал, что шансы выжить практически равнялись нулю, что бы он ни делал. Поэтому он решил, что стоило попробовать всё, а долгосрочные последствия пусть катятся к чёрту.
В той петле, когда существо вошло в дверь, Алсир позволил силе хлынуть в горло и взвыл.
Прямо ему в ухо.
[Погребальная песнь обречённого повысилась до 2]
Всё стекло в лазарете мгновенно разбилось. Окно, алхимические колбы и даже необычная латунная печь, которой Ленора постоянно пользовалась, в тот же миг разлетелись на осколки.
Существо даже не дрогнуло.
А Алсир тем временем рухнул на пол, уже полумёртвый.
Он выкашлял через рот кусок собственного лёгкого. Кровь не переставала литься из губ и шеи.
Постой. Из шеи?
Он поднёс к горлу дрожащую руку.
Там, где должна была находиться гортань, зияла дыра в плоти.
Невероятно, но искусство только что криком разорвало ему дыхательное горло.
Что это за искусство, которое так калечит собственного пользователя? — озадаченно подумал Алсир. При таком уроне самому себе, даже будь его тело в идеальном состоянии, два применения «Погребальной песни обречённого» подряд без труда проделали бы в шее зияющую дыру и убили его.
Вдалеке раздались крики. Его искусство прозвучало достаточно громко, чтобы встревожить солдат поблизости на базе.
С огромным усилием Алсир перевернулся, чтобы посмотреть снизу вверх на существо.
Оно смотрело на него, но не двигалось.
Постой. Оно оглушено?
К своему потрясению, он увидел, как сбоку головы капает что-то красное.
Из уха существа текла кровь.
Алсир попытался что-то сказать, но вместо слов вырвался лишь влажный хрип, свистевший из открытого горла.
Крики снаружи уже приближались. Существо тряхнуло головой, словно пытаясь стряхнуть оцепенение, — удивительно человеческий жест.
Затем оно подняло ногу и придавило ею голову Алсира сбоку.
Оно могло убить его быстро, но, возможно, жаждало отомстить. Медленно и неумолимо оно ногой раздавливало его череп; прежде чем он умер, прошли мучительные секунды.
[Переносимость боли повысилась до 50]
Смерть была, мягко говоря, неприятной. Но наступила быстрее обычного, а то, что существо не предалось привычному садизму, о многом говорило.
Оно разозлилось, — понял Алсир, вспоминая каплю крови, вытекшую из уха. В тот раз я действительно сумел его ранить.
И не только это: крик привлёк внимание солдат регулярной части поблизости. Существо оказалось достаточно умным, чтобы осознать угрозу, и больше не тратило время на пиршество.
А ещё я получил уровень «Погребальной песни обречённого». Если поднять её достаточно высоко, смогу ли я полностью парализовать существо?
С учётом этого оставался лишь один разумный способ действовать дальше.
Давай повторим.
Снова, снова и снова. Алсир не отступал, раз за разом умирая ради самого малого прироста навыков и мельчайшей крупицы сведений о противнике. Он терпел неописуемую муку, половину которой причинял себе сам, вновь и вновь заставляя тело выходить за пределы своих возможностей.
Такое количество боли и страданий давно должно было сломать любой нормальный разум.
Но Алсир не был нормальным. Он не был нормальным уже очень давно.
Это всего лишь боль. Ничего больше.
Если пережитое делало его сильнее, какое значение имела боль?
Череда петель расплылась в его сознании. Среди тумана муки и приятного потока повышений уровней выделилось одно уведомление.
[Переносимость боли повысилась до 51]
[Новый титул: Элита высшей ступени]
Возможно, я первый человек в истории, ставший Элитой высшей ступени благодаря «Переносимости боли».
Почему-то эта мысль его рассмешила. Хотя его смех звучал поистине жутко, ему было всё равно.
В сознании оставалась только одна мысль — непокорная и непреклонная.
Продолжим.
***
Пришли и ушли семидесятая и восьмидесятая петли. Благодаря бессчётным пробам и опытам он понемногу раскрывал всё больше секретов существа.
Во-первых, его туманную иллюзию можно было нарушить прикосновением. Пусть кожа существа оставалась невредимой, любая атака, достигавшая его тела, локально рассеивала теневой туман, скрывавший его черты.
Снова и снова атакуя разные части тела, Алсир сумел мысленно набросать общую картину его внешности.
Оно определённо было человекоподобным. Пальцы заканчивались когтями, а тело, казалось, претерпело ужасные мутации, но в целом ростом и очертаниями убийца напоминал высокого атлетически сложенного человека.
Во-вторых, существо умело менять облик. Изредка, рассеяв иллюзию, Алсир замечал, как плоть убийцы бурлит под кожей. Кроме того, когда он стоял на пороге смерти, существо обычно переставало настораживаться и принимало более человеческий облик. Когти превращались обратно в тонкие пальцы, а свирепая клыкастая пасть — в мягкие человеческие губы.
Значит, я имею дело либо с человеком, способным превращаться в зверя, либо со зверем, способным превращаться в человека.
Ни один вариант не был совершенно невозможным. Существовало множество искусств, заклинаний и Таинств, способных даровать человеку умение менять облик. Что до второго варианта, осквернённые энергии севера порождали немало чудовищ с загадочными способностями и мутациями. Алсир не удивился бы, узнав о существовании твари, способной подражать человеческой форме. Теоретически варварские шаманы могли подчинить такого изверга и затем использовать в своих целях.
Догадки, догадки… Даже спустя столько времени у меня есть только предположения.
В те немногие разы, когда существо с ним разговаривало, его голос был слишком искажён, чтобы Алсир мог что-нибудь определить. Как и внешность, свою личность оно скрывало с большой осторожностью. Даже когда Алсир был обречён умереть, оно всё равно предпочитало не показывать истинный облик.
Это само по себе может быть зацепкой к его личности.
Но на самом деле личность убийцы не была настолько уж важна для успеха Алсира.
Суть проблемы заключалась в том, что он всё ещё не нашёл способа его убить.
Глаза, горло, пах, суставы, сердце… Его скальпель искал каждое слабое место, какое только приходило ему в голову. И каждый раз клинок просто ломался.
Пока что он обнаружил лишь одну настоящую слабость. «Погребальная песнь обречённого» была единственным, что заставляло чудовище пролить хотя бы каплю крови. Повторные испытания во временной петле позволили Алсиру быстро прийти к твёрдому выводу.
Его слух чувствителен — намного чувствительнее, чем у обычного человека.
Возможно, способность существа менять облик имела звериную сторону, усиливавшую его чувства. Если так, то воспользоваться обострённым слухом могло быть не единственным способом причинить ему вред.
Зрение, слух, обоняние… Всё это могло стать направлениями атаки.
Помимо этой важнейшей обнаруженной слабости, по пути он получил и несколько неожиданных даров. На восемьдесят пятой петле, сразу после того, как он опять разрушил скальпелем небольшую часть иллюзии существа, появилось уведомление.
[Новый навык: Распознавание иллюзий 1 (Редкое)]
Редкому навыку он всегда был рад, хотя в этом случае Алсир немного разочаровался, что способность не была больше направлена на нападение. Насколько он мог судить, с этим навыком ему стало легче нарушать иллюзию существа ударами, а вызываемое взглядом на теневой облик дезориентирующее воздействие на разум ослабло.
В целом навык был узкоспециальным, но полезным. Однако он бледнел в сравнении с другой новой способностью, полученной при пробуждении на восемьдесят восьмой петле.
[Новый навык: Восстановительный сон 1 (Необычный)]
Сообщение настолько потрясло Алсира, что, проснувшись, он совершенно проигнорировал обеспокоенные вопросы Леноры.
Восстанавливающая способность!
Должно быть, постоянные часы, которые он в каждой петле проводил тяжело раненым и под действием успокоительных, породили навык, целиком направленный на помощь в восстановлении во сне. Алсир не думал, что ежедневные впустую потраченные часы принесут столь ценный дар, но был рад ошибиться.
Навыки восстановления принадлежали к самым редким и желанным видам способностей. Получить их было настолько трудно, что они ускользали даже от дворян, а наставники по навыкам не могли им обучить. В мире, полном конфликтов, где действенное лечение стоило дорого, любой навык, пассивно восстанавливавший тело или разум, был бесценен.
На первый взгляд навык не впечатлял, поскольку работал только во сне. Но бесплатное исцеление всё равно оставалось бесплатным исцелением. «Восстановительный сон», вероятно, уступал в силе столь желанному навыку «Регенерация», но всё равно был чертовски лучше, чем ничего.
Польза стала проявляться в следующих петлях. Поскольку уровень пока был низким, навык рос сравнительно быстро. К девяносто четвёртой петле Алсир, просыпаясь, обычно чувствовал, что усталость и душевная боль заметно ослабли, а физические раны поджили.
Если петли возвращают меня только к утру каждой смерти, то, вероятно, на восстановление тела у навыка в каждой итерации есть лишь несколько часов. Это ограничивает, насколько я могу восстановиться до пробуждения.
Жаль, что временная петля не отправляла его на несколько дней назад вместо всего нескольких часов. Тогда у восстанавливающего навыка было бы больше времени сотворить своё чудо — возможно, даже достаточно для полного выздоровления.
Пока что к послеобеденному пробуждению эффект был слишком слабым, чтобы вернуть телу полную боеспособность, но по мере роста уровня польза должна была ощущаться всё сильнее.
Обстоятельства и без того складывались далеко не в его пользу. Любая мелочь помогала. Каждое утро он чувствовал, как возвращается ещё немного прежней силы. Каждая смерть приближала обещанный миг.
Он наступит скоро.
Петля, в которой Алсир наконец убьёт этого проклятого убийцу.