Воздух на базе 4-й регулярной части был куда теплее привычного Алсиру северного пограничья.
На нём была лишь тонкая больничная рубашка, но даже её хватало, чтобы защититься от ослабевшего холода. Между ровными рядами кожаных палаток и каменных зданий стояли огромные жаровни; каждая сжигала больше топлива, чем весь лагерь 3-й нерегулярной роты израсходовал бы за день.
Высокие пещерные своды и бастионы каменных стен защищали внутренние дворы базы, преграждая путь суровым северным ветрам, но позволяя солнечному свету проникать через открытое устье огромной пещеры.
Он шёл босиком. Мощёная поверхность и необъяснимое отсутствие снега позволяли ступать без всякого неудобства для голых подошв.
Назвать это место простой «базой» значило бы его недооценить. Поначалу Алсир ожидал, что военный форпост окажется лишь немногим более укреплённой версией лагеря 3-й нерегулярной роты. Но пока Ленора вела его через твердыню, он осознавал, насколько сильно ошибался.
Это была грозная горная крепость — по меньшей мере втрое больше любого лагеря нерегулярных частей, с несколькими уровнями и широкими тоннелями. Её высекли в гранитной стене обрыва, а не выстроили в открытой тундре, как лагеря остальных рот, участвовавших в походе.
Место тоже было выбрано удачно. Хотя крепость находилась дальше от передовой, она контролировала единственный надёжный горный проход между внутренними землями королевства на юге и варварским пограничьем на севере. Это делало её идеальным местом для координации снабжения и войск, участвовавших в походе.
Из скал выступали башни, крепостные стены и промежуточные укрепления, защищая дороги и склады внизу. Бурная река, рождённая таянием ледников, текла под восточной стороной базы, наполняя водосборные резервуары и приводя в движение кузни и мастерские, грохотавшие в горных полостях.
— Не совсем временный лагерь, которого я ожидал, — рассеянно заметил Алсир.
— 4-я регулярная часть участвует в этом походе уже четыре года, — равнодушно ответила Ленора. — У нас было более чем достаточно времени и влияния, чтобы сделать своё положение безопасным и удобным.
Жаль, что для нерегулярных частей не смогли позволить себе такой же роскоши, но в этом не было ничего нового. Разница в отношении к дворянам и крестьянам существовала всегда, даже на войне.
Они прошли дальше вглубь базы, в более защищённые пространства открытой пещеры. Над ними поднимались тёмно-синие знамёна с гербом, изображавшим крылатого зверя, который держал меч. Между ними были утоптаны ровные дорожки: спрессованные грязь и камень превратились в твёрдые тёмные жилы, пересекавшие промёрзший гранит.
Вокруг него ходили одни из самых прославленных солдат королевства Морвин — бойцы регулярных частей, каждый из которых был выдающимся воином с лучшим обучением и снаряжением, какое могла предоставить армия. Они двигались по дорожкам без единого лишнего движения. Качество их оружия и доспехов превосходило даже снаряжение его капитана в 3-й нерегулярной роте: наверняка всё это ковали в мощных мастерских, где молоты стучали глубже в горах.
Даже с первого взгляда Алсир мог определить, что по силе они не уступали лейтенанту Вормасу или даже капитану Халмону. Каждый из них был как минимум в ранге Элиты.
Но их численность казалась… сократившейся.
— Где все? — спросил он Ленору.
— На базе сейчас не хватает людей. Большая часть наших сил отправлена стабилизировать обстановку в тундре.
«Не хватает людей» звучало как преуменьшение. Полностью укомплектованная рота должна была насчитывать пятьсот бойцов. Хотя Алсир ещё не успел обойти весь лагерь, у него было ощущение, что охранять огромную базу осталось меньше десятой части этого числа.
Ничего хорошего это не сулит. Что же произошло, пока я спал?
Но этим дело не ограничилось. Пока Ленора вела его дальше вглубь лагеря, среди запахов кожи и стали начал пробиваться другой — резкий и едкий.
Алсир принюхался.
Яд.
Над ним пронеслось огромное крылатое существо и приземлилось на широкой открытой площадке лагеря, где землю укрепили тяжёлыми досками и тёмным грунтом. Зверь рычал и плевался, беспорядочно разбрызгивая из пасти кислоту, пока облачённый в доспехи всадник на его спине наконец не потерял терпение: резкий рывок поводьев заставил существо замолчать.
Дрейки. Гордость и радость 4-й регулярной части.
К первому дрейку присоединились ещё несколько, и каждый был так же снабжён упряжью и поводьями. Следы недавней битвы были очевидны: чешуя зверей была исцарапана и повреждена, а всадники двигались с усталой энергией, неся повреждённое боевое снаряжение и пахнув засохшей кровью.
Солдаты регулярной части спешились и повели дрейков дальше в пещеры, где их ждали лежбища и смотрители.
— Я помню, как летел на спине одного из них, когда вы меня спасли, — сказал Алсир. — У вас тоже есть собственный дрейк?
— Не собственный. Зверя мне одолжили. — Ленора слегка нахмурилась. — Идёмте дальше. Солдаты регулярных частей — люди гордые, но всадники на дрейках ещё невыносимее большинства. Лучше вам не задерживаться, чтобы кто-нибудь из них не счёл ваше присутствие оскорбительным.
— Дворянское высокомерие мне хорошо знакомо. — И всё же, как бы он ни старался, его внимание по-прежнему притягивали крылатые существа.
Он редко видел их вблизи, и их дикая смертоносность завораживала его. Дрейки были одними из самых ценных и могучих ездовых зверей королевства. Они не были настоящими драконами, но имели дальних драконьих предков, и уже этого хватало, чтобы наделить их великой силой.
Хотя огнём они дышать не могли, их железы всё же вырабатывали горючую кислоту, которую можно было использовать для атаки дыханием. Алсир наблюдал, как один дрейк медленно выдохнул, и из его пасти стекла тонкая струя вязкой жидкости. Там, где она ударилась о землю, дерево зашипело и почернело; вверх потянулись тонкие нити дыма с горьким запахом.
По приблизительной оценке сила дрейка соответствовала рангу Элиты высшей ступени. Алсир не мог узнать наверняка, пока не сразился бы с ним.
— Не смотрите так пристально, — негромко сказала ему Ленора. — Разозлите их.
На долю секунды, вопреки здравому смыслу, его взгляд задержался, а пальцы погладили рукоять скальпеля, спрятанного во внутреннем кармане рубашки. Что-то шевельнулось в его крови. Мысль бросить клинок в зверя пришла сама собой. Он хотел спровоцировать столкновение.
Он хотел насилия.
Затем здравый смысл взял верх. Алсир моргнул и поспешно отвёл взгляд, прежде чем зверь что-нибудь заметил.
Странно. Обычно он не был склонен к столь безрассудным поступкам. Похоже, петли превратили его осторожный характер во что-то куда более хлопотное.
Он жаждал битвы. Когда он взялся за скальпель, ему даже не пришло в голову, что за такое необузданное безумие, возможно, придётся отвечать.
Мне нужно быть осторожнее, — одёрнул он себя. Я даже не знаю, работают ли временные петли до сих пор. На этот раз моя смерть может оказаться окончательной.
Легко было поверить, что временные петли всегда будут спасать его от смерти. В конце концов, это уже произошло в двух отдельных случаях; почему бы не произойти в третий, четвёртый или сотый раз?
Но так думать было безрассудно. Он всё ещё не до конца понимал, как работают временные петли. Возможно, они срабатывали лишь при определённых смертях и при определённых условиях. А возможно, каждая смерть расходовала конечный запас воскрешений.
Пока что он мог делать выводы лишь на основании двух наборов петель, поэтому разумнее было считать каждую смерть последней, пока они снова не запрут его в одном и том же повторяющемся дне.
А ещё есть та Незнакомка, которую я видел во сне, — подумал Алсир. Женщина в белом плаще… Она каким-то образом за это отвечает. Чего она хочет?
Если он умрёт ещё раз, увидит ли её снова?
Как ни странно, эта мысль не казалась неприятной.
Пока он строил догадки о своём необычном положении, они с Ленорой двигались дальше вглубь базы. Алсир внимательно следил за загонами, стараясь, чтобы его оценивающий взгляд не был слишком заметен. Смотрители ходили среди дрейков с осторожной уверенностью, облачённые в странное многослойное снаряжение, отталкивавшее кислоту. Они несли шесты с крюками, толстые поводья и длинные шприцы с мутной жидкостью. У некоторых были даже большие вёдра: в них в больших количествах сливали горючую кислоту из желёз дрейков.
— Это для оружейной, — ответила Ленора на его невысказанный вопрос. — Кислота полезна при изготовлении оружия и доспехов. А благодаря горючести она также годится в качестве алхимического реагента или зажигательного средства.
Алсир рассеянно кивнул. Как раз когда он собирался отвести взгляд, один из дрейков повернул голову.
Алсир почувствовал, как на нём остановился звериный взгляд.
На миг весь мир сузился до этого хищного глаза с щелевидным зрачком.
Алсир не замедлил шаг и никак не показал, что заметил существо.
Через удар сердца зверь фыркнул, выпустив из ноздрей слабую струю едкого тумана, и потерял интерес.
Жаль, — подумал Алсир. Схватка с ним дала бы ценный опыт.
…Потратив секунду на размышления, он задался вопросом, не права ли аптекарь в своих подозрениях насчёт его слабеющего рассудка и не согласилась бы она помочь ему поправить душевное состояние, прежде чем он сам доведёт себя до смерти.
***
Воздух в огромном, словно пещера, командном зале был пропитан запахом пепла и дорогого пергамента. Снаружи ритмичные взмахи крыльев дрейков создавали низкий гул, от которого вибрировал каменный пол. Он сопровождал звуки приглушённой, непрерывной работы внутри обширного помещения.
Алсир не ожидал увидеть внутри столько людей. Помимо солдат здесь находилось множество вспомогательного персонала — намного больше, чем в любой нерегулярной роте.
Хорошо одетые писцы целеустремлённо пробирались через толпу, а клерки рангом пониже, измазанные чернилами, спешили между длинными каменными столами, заваленными картами, учётными книгами и донесениями с восковыми печатями. Обстановка была напряжённой, и то немногое, что Алсир успел понять из разбросанных по столам отчётов, говорило, что в походе далеко не всё шло хорошо.
— Варвары начали ещё одно масштабное наступление? — спросил он, немного удивившись. — Получается, две крупных атаки за месяц. Я думал, после штурма наших опорных пунктов на пиках Морозного Зуба они отступят.
Ленора кивнула. — Второе наступление началось, пока вы спали, чуть больше недели назад. На этот раз они одновременно ударили по всем нашим нерегулярным ротам, размещённым на равнинах.
Алсир поморщился. — Это слишком большая территория, чтобы прикрыть её всю, даже для всадников на дрейках.
— Верно. Обстановка в тундре ухудшается сильнее, чем предсказывали наши худшие прогнозы. Людей у нас мало, и медицинских запасов едва хватает. Но пока что это не ваша забота. Идёмте, командир Фалдрен ждёт.
В центре зала стоял глава 4-й регулярной части. Командир Фалдрен Вейн производил грозное впечатление. Будучи Великим мастером, он полностью затмевал своей силой всех остальных в комнате, за исключением, возможно, Леноры. Окружённый офицерами, инженерами и квартирмейстерами, он говорил коротко и властно, а несколько клерков спешно записывали каждый его приказ.
Вскоре он заметил Алсира. Извинившись перед остальными, командир подошёл к нему.
— Вижу, наш загадочный убийца наконец проснулся, — сказал Фалдрен. — Как вы себя чувствуете, рядовой Алсир?
Сердечность его тона застала Алсира врасплох. Фалдрен, несомненно, был дворянином, а Алсир — очевидно, лишь солдатом из крестьян. Даже сейчас одно его присутствие притягивало неприязненные и презрительные взгляды других высокородных офицеров в зале.
Но в тоне Фалдрена ничего подобного не было. Он звучал устало, но почти никаких других чувств в его голосе не слышалось.
Алсир ответил кивком. — Бывало лучше, господин командир.
— Охотно верю. Когда вас только доставили, ваше состояние было тяжёлым. — Фалдрен повернулся к Леноре. — Он в состоянии отвечать на вопросы, капитан?
Врач пожала плечами. — Это зависит от того, какие вопросы вы хотите ему задать, командир. Если вы задумали что-то более инвазивное, я могу подготовить инструменты за несколько минут.
Алсир слегка напрягся, а Фалдрен вздохнул. — Пожалуйста, не шутите. Ваш пациент и без того испытывает достаточно сильный стресс. Оба идите за мной. Поговорим наедине.
Она шутила? Я едва могу понять.
А он-то думал, что это у него трудности с выражением своих мыслей…
Втроём они перешли в отдельную комнату, соединённую с командным залом. Когда за ними закрылась железная дверь, Алсир почувствовал, как волоски у него на затылке встали дыбом. По комнате прокатился странный гул, и шум за стенами внезапно сменился тишиной.
Заглушающие руны. Интересно.
Значит, помимо обычных укреплений у базы была ещё и магическая защита.
— Любопытно. Вы не выглядите удивлённым, — заметила Ленора.
— Я знаком с рунной магией, — ответил он.
— Но вы не дворянин и не маг. Откуда крестьянин, родившийся в глухой деревне, знает о таких вещах?
— Старый знакомый работал с рунами, — уклончиво ответил Алсир.
Ленора задумчиво хмыкнула, но больше ни о чём не спросила.
Он стоял посреди комнаты, отрезанной от внешних звуков, по-прежнему в больничной одежде, а Фалдрен и Ленора заняли места за тяжёлым столом из полированного дуба. По обеим сторонам комнаты стояли навытяжку две пары закованных в сталь солдат с мощными алебардами наготове.
Алсир изучал двоих, державших крепкий поводок 4-й регулярной части.
Мастер и Великий мастер. Они, несомненно, были самыми сильными людьми во всей крепости на данный момент, хотя Алсир готов был поспорить, что в роте имелись и другие грозные капитаны, которых он пока не видел: сейчас они находились в тундре.
Командир Фалдрен оказался не таким, как ожидал Алсир. Он был высок и хорошо одет, но слегка свободно сидевшее одеяние намекало на хрупкое телосложение. Тонкие очки в проволочной оправе обрамляли усталые серые глаза.
Он не был похож на фронтового солдата и даже отдалённо не напоминал свирепого офицера, каким Алсир представлял себе командира жестокой кавалерии на дрейках. Скорее уж он походил на учёного. Однако слабое синее мерцание его одеяния намекало на истинную силу.
Командир 4-й регулярной части — роты, славившейся свирепостью в бою, — был магом.
Странное сочетание. Как заклинатель здесь оказался?
Маги встречались редко. Подобно родословным и благословениям, способность пользоваться магией была по большей части наследственной. Для заклинаний требовался особый орган, известный как ядро маны, — редкая мутация, которая лишь изредка проявлялась благодаря магическому происхождению, передававшемуся из поколения в поколение от родителей-магов детям.
Поскольку детям было так трудно унаследовать ядро маны, область магического искусства в королевстве Морвин в основном контролировала горстка дворянских магических семей. Эти Дома следили за тем, чтобы их наследники вступали в браки исключительно друг с другом, сохраняя чистоту магической крови и тем самым обеспечивая максимально возможный шанс передать признак ядра маны следующему поколению.
В обычных обстоятельствах Алсир предположил бы, что и сам Фалдрен происходил из одной из таких семей, особенно с учётом его силы и положения. Но название его Дома — «Вейн» — было незнакомо.
Значит, вряд ли он из известной магической семьи. Возможно, приёмный ребёнок? Или что-то ещё более скандальное…
На дальнейшие догадки времени почти не осталось. Командир Фалдрен обратился к нему.
— Начнём, — сказал он с дружелюбной улыбкой. — Прежде всего, я рад видеть вас в порядке и в сознании, рядовой Алсир. Среди нас были те, кто боялся, что вы уже никогда не вернётесь в мир живых.
— Раз его лечила я, сомневаться в том, что он рано или поздно выздоровеет, едва ли приходилось, — ровным голосом сказала Ленора, словно слова командира её обидели. — Но должна признать, он очнулся гораздо раньше, чем я ожидала. С учётом повреждений и истощения его тела я предполагала, что без сознания он проведёт ещё как минимум месяц.
— Что ж, хорошо, что теперь он здесь, с нами. — Фалдрен кивнул. — У нас есть возможность развеять некоторые опасения роты, пока других наших, более… упрямых капитанов нет рядом.
Алсир нахмурился. — И что же это за опасения?
Ленора достала из стола мерцающий шар размером примерно с кулак.
О. Я понимаю, к чему всё идёт.
— Полагаю, вы знаете, что это? — спросила она.
Алсир кивнул, теперь гораздо насторожённее.
— Оценочная сфера.
Он уже видел её несколько раз, как и любой в армии.
Окна статуса считались неприкосновенными. То, что содержалось в собственной Системе человека — навыки, Таинства, уровни, — было глубочайшей личной тайной. Даже в семье или между любящими людьми требовать сведений о чужих способностях или уровнях считалось серьёзным общественным табу.
И всё же ценность человека нужно было как-то измерять, особенно таким важным учреждениям, как армия. Армии и правительства нельзя было строить на одном лишь доверии. Поэтому Королевский орден оракулов предложил приемлемый компромисс: оценочную сферу.
Устройство массового производства не могло увидеть весь набор навыков человека. Вместо этого оно выделяло и показывало лишь навык с самым высоким уровнем, позволяя начальству оценить общую ценность человека, не заглядывая слишком глубоко в его Систему.
Прежде Алсира уже несколько раз проверяли оценочной сферой: один раз при поступлении на службу, а другой — несколько месяцев назад.
— При поступлении на службу оценочная сфера определила ваш ранг как Посвящённый высшей ступени, а самым развитым навыком было «Владение мечом» уровня 12, — сказала Ленора. — Возможно, для большинства простолюдинов это приемлемо, но в наших глазах ничего примечательного.
Ленора на мгновение замолчала. Увидев невозмутимое выражение лица Алсира, она продолжила.
— Около двух месяцев назад — после битвы на Красной Изморози и примерно через год после поступления на службу — вы попросили начальство перевести вас в ранг Подмастерья высшей ступени, надеясь на повышение. Снова использовали оценочную сферу и определили ваш ранг по навыку «Владение мечом» уровня 31.
— Достичь Посвящённого высшей ступени к поступлению на службу уже было впечатляюще для вашего возраста, — сказал Фалдрен. — Как и рост ваших навыков за последний год в 3-й нерегулярной роте, это заслуживало похвалы. Но ни одно из этих двух показаний не было особенно исключительным или невероятно далёким от нормы для солдата вашего происхождения. В отличие от этого.
Офицер повернул к нему изображение оценочной сферы. Показания были видны достаточно ясно:
[Оценочная сфера #1806-A1]
Заверенное считывание окна статуса (Ограниченное)
Отображение результатов…
Алсир Риверс — возраст 18 лет
Наивысший навык: Владение мечом — уровень 47
Текущий ранг: Элита низшей ступени
[Конец]
Несколько солдат невольно ахнули. Один едва не уронил алебарду, другой тихо присвистнул.
— Это было записано несколько дней назад, пока вы были без сознания, — сказал командир Фалдрен, сменив дружелюбный тон на более серьёзный. — Ранг Элиты низшей ступени с навыком «Владение мечом» уровня 47 — это не нормально для восемнадцатилетнего. Это намного выше даже того, чего мы ожидаем от большинства дворянских детей. Среди ваших ровесников есть те, кто ещё даже не открыл свою Систему.
— Даже у половины наших солдат регулярной части нет навыка столь высокого уровня, хотя они на десятилетия старше вас, — добавила Ленора. — Уже трудно поверить, что простолюдин достиг таких высот в любом возрасте. Но если учесть, что на путь от «Владения мечом» 31 до этого уровня у вас ушло всего два месяца… Что ж, это вызывает некоторые вопросы.
Выражение лица Алсира оставалось прежним, хотя про себя он пытался — безуспешно — найти разумное объяснение.
— Значит, меня будут осуждать за мою силу? — спросил он.
— Осуждать? Нет, конечно же! Но вы не можете винить нас за любопытство, — заверил Фалдрен с немного смущённой улыбкой, и напряжение слегка спало. — То немногое, что мы знаем о вашем прошлом, не дало нам ничего существенного. Ваши побуждения для нас тайна, как и ваш озадачивающий выбор поступить в крестьянское ополчение при столь выдающейся силе. Поскольку мы так мало о вас знаем, я счёл, что нам стоит познакомиться, прежде чем я сделаю своё предложение.
Алсир поднял бровь. — Предложение?
— Вступить в 4-ю регулярную часть, разумеется. — Командир Фалдрен протянул руку, и лицо его просветлело. — Скажите мне, Алсир Риверс. Чего вы хотите? Силы? Богатства? Или, возможно, славы? Под нашим руководством мы поможем вам достичь ваших целей, какими бы далёкими они ни были.
— Своих целей я должен достичь сам, — немедленно ответил Алсир. — 4-я регулярная часть не может дать мне того, к чему я стремлюсь.
— Но мы можем помочь вам до этого дойти, — возразила Ленора. — Считайте нас ступенью, если хотите. Ваша служба у нас не обязательно должна быть постоянной, а приобретённые у нас преимущества останутся с вами. Связи многое решают. Пусть сила у вас и есть, но очевидно, что вы не знаете, как лучше всего ею пользоваться, если сочли вступление в нерегулярные части хорошей идеей.
Алсир мудро промолчал.
Приняв его молчание за раздумья, Фалдрен продолжил. — Мы вам не враги, рядовой. И мы здесь не для того, чтобы выжать из вас все тайны, а затем выбросить, когда вы истощитесь. 4-я регулярная часть хочет заключить с вами взаимовыгодное соглашение. У вас больше возможностей торговаться, чем вы думаете, потому что мы не возьмём больше, чем вы согласитесь дать. Поэтому я снова спрашиваю, Алсир Риверс:
— Чего вы хотите?