Чего же хочу я…
Любопытно, что Фалдрен, при всём благородном происхождении, начал с предложения, а не угрозы. Насколько Алсир мог судить, тот казался искренним.
Вместо того чтобы силой вытягивать ответы из простолюдина, командир пытался заручиться его преданностью.
Такой подход отличался необычной сдержанностью — добродетелью, которой большинству дворян в обращении с крестьянами не хватало. Похоже, Фалдрен и Ленора понимали его колебания и знали: надавят слишком сильно — могут вовсе его потерять.
Пусть у Алсира не было связей, он не был настолько слаб и бесполезен, чтобы им можно было небрежно распорядиться. Нелепо быстрый рост делал вложение выгодным: под поверхностью скрывался необычайный потенциал, который оставалось лишь раскрыть.
Мягкий подход — заманчивые предложения, похвалы и золото — мог принести им не только грозного бойца, но и ещё не раскрывшийся ресурс, способный развиться во что-то большее.
Словом, их желание получить его давало преимущество, которым можно воспользоваться.
С этим можно работать.
Здесь была возможность, но требовалась осторожность. Потакать любопытству командира опасно; ничего не делать — расточительно.
Дипломатия не была его сильной стороной. Подумав, Алсир решил, что прямота послужит лучше всего.
— Господин командир, в порядке убывания важности я хочу обсудить исчезновение моего кинжала, денежную награду за убийство важной военной цели и повышение за образцовое выполнение последнего задания: обоз достиг назначения без потерь людей и груза.
Повисла тишина. Со стороны охраны Алсиру послышался тихий шипящий вдох одного из солдат, потрясённого его дерзостью.
Фалдрен поднял бровь. Ленора же негромко усмехнулась.
— Возможно, от простолюдина следовало ожидать подобного нахальства, — сказала она. — Уже смеете требовать у начальства, рядовой?
— Требование только первое, госпожа, — поправил Алсир. — Можете отказать в том, что полагается за заслуги: от дворянства меньшего и не жду. Но кинжал обсуждению не подлежит.
Сбоку снова тихо кашлянули, затем послышался приглушённый хрип. Кто из солдат регулярных частей смеялся, Алсир не разобрал, но был рад, что кто-то оценил юмор.
— Смело. Даже высокомерно. — Фалдрен слегка улыбнулся. — Но высокомерие заслужено, так что на этот раз неуважение оставим без внимания. Ваше снаряжение в нашей оружейной. Заберёте, когда закончим разговор.
Алсир немного успокоился. Потерять подаренный наставницей кинжал было немыслимо. — А две другие заслуги?
Ответила Ленора. — Выражаясь вашими прежними словами, получите причитающееся. Награда довольно значительна. Обычная цена за убийство Элиты высшей ступени — шесть золотых, но воевода Бьорн за поход сбил десятки наших всадников на дрейках. Награду соответственно подняли.
Шесть золотых уже были большой суммой. Простолюдин мог с ней весьма удобно прожить добрый десяток лет. Даже за Рагну на Красной Изморози он получил только одну монету; вторую дали за решающее сплочение солдат.
В голосе Алсира появилось предвкушение. — Сколько теперь?
— Ждите как минимум вдвое больше. — От ответа Леноры сердце пропустило удар. — Это, разумеется, без личных вещей воеводы. По праву добычи всё, что сняли с тела, принадлежит вам, включая ценный сильверитовый топор. Захотите что-то продать нам — цену обсудите непосредственно с квартирмейстером.
Минимум двенадцать золотых. Двадцать четыре года жалованья нерегулярного солдата.
На него свалилось состояние целой жизни — пусть крестьянской, но даже Алсир не сдержал лёгкой улыбки. С начала военной службы столько денег у него ещё не бывало.
— Наконец, повышение, — сказал Фалдрен, выпрямляясь в кресле. — Прямо говоря, держать бойца ваших способностей рядовым — расточительство. Даже сержант отделения или взвода в 3-й нерегулярной роте всё ещё означал бы огромную потерю потенциала.
Это не удивило. Пусть в чужих глазах Алсир молод и малоопытен в командовании, доказанные боевые способности невозможно игнорировать.
Он убил Элиту высшей ступени в одиночном бою. Оставлять его в рядах обычного ополчения уже нельзя.
— Предлагаю место кадета в 4-й регулярной роте, с немедленным вступлением в должность при согласии, — сказал Фалдрен. — Завершите испытательный срок — получите все полномочия, жалованье и удобства лейтенанта. Продолжите отличаться — новые повышения придут быстро, независимо от низкого происхождения. Через несколько лет можете даже получить поддержку 4-й регулярной части для учёбы в одной из высших академий королевства.
Он дал предложению повисеть в воздухе, затем добавил: — Полагаю, не нужно объяснять, как редко простолюдинам предлагают такое.
Уже само повышение крестьянина до регулярного солдата было редкостью. А военное спонсорство для простолюдина в высших академиях королевства — практически неслыханным.
По сути, Фалдрен предлагал Алсиру, простолюдину без известных благородных родословных и могущественной поддержки, шанс за несколько лет достичь Мастера или даже Великого мастера.
Выгоды для общественного положения и развития Системы были огромны.
Немного слишком хорошо, чтобы быть правдой. Это сразу насторожило Алсира.
— Сколько придётся служить в 4-й регулярной части, если соглашусь?
— Не дольше первоначального трёхлетнего контракта нерегулярного солдата, — заверил командир. — Год в 3-й нерегулярной вы уже отслужили, требовать продления не буду. Просто отслужите оставшиеся два года, и по условиям договора будете свободны от морвинской армии. После, если пожелаете, обсудим дальнейшую службу. С радостью предложу постоянное место, если будете готовы.
Даже не требует нового контракта? Невероятная щедрость — настолько, что Алсир растерялся.
Неужели высокородный и успешный Фалдрен вложит столько в безымянного крестьянина? И почти ничего не просит взамен: ни навыков, ни тайн, ни истории, лишь обещание короткой службы.
Ленора внимательно изучала его, не давая советов. Алсир обдумывал предложение.
По правде, прежде он был готов отказаться. Новая сила и способности открыли много путей. Ради роста, богатства или положения больше не требовалось полагаться на армию.
Но если служить нужно лишь столько, сколько он и планировал, а северный поход складывается для королевства всё хуже…
Остаться здесь может быть выгоднее и свободнее, чем я думал.
Больше битв. Навыков. Испытаний. А по дороге заработает немало золота и связей — больше, чем уйдя самостоятельно.
Соблазнительно.
— Соглашусь на нескольких условиях, — осторожно сказал Алсир.
Фалдрен слегка кивнул. — Если разумны.
— Если в течение года достигну ранга Мастера, хочу немедленного освобождения от военного контракта. Также личное рекомендательное письмо от вас для места в морвинской академии и вознаграждение, равное полному жалованью за оставшиеся месяцы службы.
Наступила ошеломлённая тишина, настолько полная, что слышно было бы падение булавки.
Лишь Ленора не удивилась бесстыдству Алсира. Врач выглядела погружённой в мысли.
— Рекомендация, а не спонсорство? Хотите сохранить свободу, верно?
Алсир слегка склонил голову, не подтвердив и не опровергнув.
Фалдрен изучал его с пугающей пристальностью. Словно увидел солдата в новом свете, заново оценивая ценность и потенциал.
Возможно, прежде считал, что предложением легко его заманит. Любой простолюдин принял бы сделку сразу.
Если такой талантливый простолюдин отказался, какие ходы он скрывает?
После долгих секунд командир выдохнул. — Чтобы мы заплатили за досрочный уход? Совершенно неразумно. Не говоря о потрясающем высокомерии: будто достигнете Мастера всего за год… И всё же условие интересно. Принимаю с одним дополнительным требованием.
Аура Фалдрена поднялась, придавив комнату неестественным давлением. Тяжесть легла на всех, но сильнее всего на Алсира. Усилился животный порыв отвернуться от командира или даже бежать от взгляда.
Алсир понял, сколько силы Великий мастер сдерживал ради него.
Но солдат не дрогнул и спокойно выдержал взгляд.
— В течение года принесёте голову цели с наградой ранга Мастера высшей ступени, на целый ранг выше Бьорна, — потребовал Фалдрен. — Разумеется, дам необходимые возможности и поддержку, но убить такого врага должны вы. Сделаете — независимо от собственного ранга можете уйти из 4-й регулярной части когда угодно, с обещанным золотом и моим благословением. Не справитесь — контракт с ротой продлится до восьми лет.
Восемь лет. Практически целая жизнь.
Для крестьянина служба в регулярных частях часто считалась наградой, а не наказанием. Алсир находил иронию в том, что в их положении Фалдрену пришлось представить её вторым.
Вместо испуга губы солдата изогнулись.
— Более чем приемлемо. Дайте испытания труднее, если можете, командир. Не отступлю.
— Получите. — Фалдрен убрал давление. Выражение стало довольным. — Добро пожаловать в 4-ю регулярную часть, кадет Алсир.
[Новый навык: Убеждение 1 (Обычное)]
***
— Странно гладко прошло.
Услышав замечание Алсира, Ленора слегка улыбнулась, хотя глаза остались холодны. — Фалдрен не тот, кого ожидали, верно?
Они покинули командный зал и шли к оружейной. Алсир торопился вернуть кинжал и золото за убийство Бьорна.
— Не типичный дворянин такого положения, — ответил он. — Ожидал больше…
— Снобистского высокомерия? — подсказала Ленора. Увидев молчаливое согласие в пожатии плеч, пояснила. — Прежде слышали имя его знатного дома, Вейн?
Алсир покачал головой. — Нет.
Раньше он выучил названия всех крупных домов Морвина; незнакомое имя дома столь сильного командира немного сбивало с толку.
— Удивилась бы, если слышали. Малый дом, отдалённый от высшего дворянского двора из-за слабых родословных и малого влияния. До тех пор, пока Фалдрен не изменил их судьбу.
Иными словами, без значительной финансовой или общественной поддержки Фалдрен всё же достиг Великого мастера и получил заметное место при высокородном дворе как командир регулярной роты.
Алсир понял намёк. — Тяжёлое детство сделало его сочувственнее к родившимся без силы.
Ленора кивнула. — Ещё интереснее, что в доме Вейн он даже не родился. Его усыновили, когда ребёнком проявил магический талант. До того жил в кое-как устроенном приюте на окраине среди крестьянских детей. Поэтому неприязнь к простолюдинам так и не возникла.
— Маг не из магического дома, — усмехнулся Алсир. — Какая удача.
Ходил слух: раз в сотню поколений у крестьянской семьи случайно может родиться ребёнок с ядром маны. Пробуждение спавших веками родословных или невероятное совпадение магических наследственных факторов — таких детей считали необычайно талантливыми в магии, часто равными дарами старым дворянским домам или даже превосходящими их.
Значит, догадка верна. Крестьянский гений, усыновлённый малым дворянским домом. Бесчисленные поколения спящей магической наследственности сошлись, дав необычайно мощное ядро маны.
Иронично, но приятно. Из людей скромного происхождения часто получались более разумные командиры, чем из высокородных. Пусть Фалдрен больше походил на учёного, выбранное ремесло не делало его менее смертоносным. 4-я регулярная часть уважала бы хотя бы его силу, если не происхождение. Это объясняло и готовность принять Алсира без знатного прошлого.
Но беспокоило и другое.
— После прежних слов ожидал больше вопросов о навыках и росте, — сказал Алсир. — Вас обоих совсем не интересует, как простой рядовой убил воеводу — Элиту высшей ступени? Или так быстро развил навыки?
Ленора пожала плечами. — Случаи вроде вашего не так редки, как думаете. Притесняемый простолюдин совершает великие подвиги и быстро поднимается в обществе? На этом основана едва ли не половина баллад и саг бардов.
Алсир нахмурился. — Но это истории. Здесь вряд ли применимы.
— Любая история основана на правде. Прихоти Системы рождают гениев и чудо-детей в самых невероятных местах и слабых родословных. Фалдрен — яркий пример: безымянный сирота проявил мощное ядро маны и стал Великим мастером до тридцати. Почему вам не быть таким же?
Ему вдруг вспомнилась старая поговорка наставницы.
«Что такое удача, если не прихотливый рывок судьбы, рождающий невозможные совпадения?»
— Вы правда в это верите? — тихо спросил он.
Продолжая, Ленора придала тону странную мечтательность. — Дворянский бастард, брошенный на улицу, при пробуждении Системы развивает несколько Таинств родословной. Крестьянский мальчик чудом находит наследие Бога-мертвеца, обретая невероятные навыки, Реликвии и искусства. Безымянный солдат упорством и бесконечной борьбой привлекает Святых и получает мощные способности за каждое невозможное испытание, преодолённое на поле боя. В истории такие аномалии бывают, пусть редко, и пусть высокородные предпочитают делать вид, что их нет.
Алсир осторожно обдумал слова. — Тогда вам и командиру совсем не интересно, что за «аномалия» подняла меня так высоко?
— Не нужно знать каждую подробность навыков и способностей солдат. Нужны лишь сила и преданность.
— Это нелогично.
Ленора посмотрела как на дурака. — Даже дворяне достаточно тактичны, чтобы понимать: нельзя и не следует лезть в чужие тайны Системы. Такое грубое вторжение в личную жизнь отпугнёт таланты от любой регулярной роты — не только простолюдинов, но и дворян, — какие бы блага ни обещали. Даже у нерегулярных сферы оценивают лишь самый высокий навык и текущий ранг. Больше ничего.
Алсир счёл это разумным. И всё же усмехнулся.
— Возможно, всем легче поверить, что мои удачные обстоятельства родились случайно, а не из намерения и заслуг.
— В итоге вам выгодно, зачем спорить? — Она пожала плечами. — Повезло, что сегодня повышение здесь рассматриваем лишь Фалдрен и я. Другие капитаны 4-й регулярной части придерживаются… менее благожелательных взглядов на подозрительное прошлое и необъяснимые достижения.
Алсир не сомневался: многим высокородным офицерам повезение крестьянина покажется оскорблением. — Где они сейчас?
— Спасают остатки нерегулярных сил на равнинах. Несколько дней назад племена призвали шаманов, заимствовав мерзкую магию для усиления наступления. Теперь мутировавшие чудовища бесчинствуют в тундре, мешая координации. Ожидаю рекордных потерь к концу месяца.
Алсир задумчиво хмыкнул. — Есть новости о 3-й нерегулярной?
— Укрепления не успели приготовить. По последним сведениям, когда пришли чудовища, роту вырезали почти до последнего человека. — Ленора взглянула с любопытством. — Больше года были товарищами. Скорбите?
— …Нет. Не особенно, — солгал он.
Если бессердечность её задела или она распознала ложь, то никак этого не показала.