К сожалению, тренировки с Ци Меча пришлось временно отложить.
Клинок, который должен был проводить эту самую Ци Меча, превратился в груду обломков, что, в общем-то, выглядело вполне логично.
К тому же я совершенно не разбирался в металлургии.
Проще говоря, мне не хватало мастерства, чтобы собрать десятки осколков, разлетевшихся подобно разбитому оконному стеклу, и выковать из них хоть что-то, отдаленно напоминающее меч.
«Придется позже поискать другой меч».
Вот так просто я лишился своего основного оружия.
Однако меня беспокоил не столько сам сломанный клинок, сколько причина, по которой он разлетелся на куски.
Стоило мне попытаться высвободить Ци Меча, как совершенно целый клинок попросту взорвался. Если я не выясню причину, то любой другой меч, очевидно, постигнет та же участь.
Почему же отличный меч разлетелся в мгновение ока?
Над этим вопросом не пришлось долго ломать голову, ведь несколько вероятных причин пришли на ум почти сразу.
«Мана».
Исходя из личного опыта, техника Клинка Ци заключалась вовсе не в том, чтобы просто влить ману в лезвие. Это было искусство расширения циркуляции маны, текущей по телу, дабы охватить сам меч — буквально включить оружие во внутренний энергетический цикл.
Ци Меча шла еще дальше, требуя распределить ману тонким слоем вдоль самой кромки клинка. Естественно, для этого требовалось гораздо больше энергии, чем для Клинка Ци, а вдобавок — куда более тонкий и точный контроль.
Так почему же тогда мой меч взорвался?
Ответ оказался до смешного простым.
— Нужно было вливать ее немного медленнее.
Я просто грубо вкачал ману без всякого изящества. Это походило на попытку подключить аккумулятор напрямую к мощному генератору без каких-либо переходников или стабилизаторов напряжения.
Само собой разумеется, нельзя подавать столь высокое напряжение и силу тока на обычную батарею, ведь она просто не выдержит такой нагрузки и взорвется.
Мой меч сегодня взорвался по тому же принципу, только вместо электричества была мана. В одно мгновение я направил в клинок гораздо больше энергии, чем тот мог вместить, и внутреннее давление сконцентрированной маны превысило предел прочности металла, из-за чего он и сломался.
— Мне понадобится довольно много мечей.
Мне пришло в голову, что если я продолжу тренировать Ци Меча, то наверняка буду ломать клинки с завидной регулярностью, прямо как сегодня. Чтобы учесть это, следовало купить сразу несколько штук про запас. С этой мыслью я наклонился и принялся за дело.
— ...Определенно, мне не стоит тренировать Ци Меча в своей комнате.
Осколки разбитого меча были разбросаны повсюду.
Ради тренировки я устроил настоящий беспорядок, и теперь пришло время прибраться.
Пока Айтер был полностью поглощен уборкой в своей комнате, отец и дочь Сильверссон собрались в кабинете лорда для обсуждения крайне важного, серьезного и деликатного вопроса.
Тема разговора была предельно ясна: тренировочный поединок, о котором Айтер попросил графа Сильвериона, а конкретнее — кого именно следовало выбрать ему в соперники.
— Как насчет Виктора? Его мастерство не сильно уступает навыкам Гилберта, которого мы отправили в Миллбрук, к тому же господин Айтер уже знаком с ним.
Первым предложенным кандидатом стал Виктор. В обычное время он служил привратником, но, без сомнения, владел Аурой и являлся рыцарем, сопоставимым по силе с Гилбертом. Предположив, что тот станет подходящим спарринг-партнером для Айтера, Сильверион посмотрел на сидевшую напротив дочь, Сильвесту.
Сильвеста, однако, молча покачала головой, явно оставшись недовольной выбором отца.
— Как насчет сэра Хайнца?
— ...Но ведь он командующий рыцарями, не так ли?
— Если противник не будет такого уровня, мы не сможем увидеть, на что он способен на самом деле.
Удивительно, но спарринг-партнером, которого наметила Сильвеста, оказался Хайнц — тот самый человек, который командовал рыцарским орденом Сильверссонов. Лицо Сильвериона помрачнело, когда он услышал, что дочь выбрала воина, чья сила превосходила все его ожидания.
Но Сильвеста не уступила ни на пядь. Твердо встретив его взгляд, она словно давала понять, что кандидатура этого соперника обсуждению не подлежит.
Заметив решимость во взгляде дочери, Сильверион тихо вздохнул.
— Господин Айтер даже не умеет использовать Ауру. Как, по-твоему, он должен победить рыцаря, стоящего на пороге Превосхождения?
Рыцари ордена Сильверссонов были исключительными бойцами по любым меркам, намного превосходя свиты большинства благородных домов. Их ряды состояли из воинов, искушенных в Методах Культивации Маны, и примерно треть из них уже достигла Цветения. Но прежде всего, командующий рыцарями Хайнц был невероятно, безмерно силен.
Превосхождение — это преодоление пределов, присущих человеческому существованию, сфера, в которой наполненная внутренним видением Аура подчиняет себе сами законы мира. Сила Превосходящего, естественно, превосходит любые обычные расчеты, и рыцарь, стоящий на пороге этого царства, один стоит целой армии.
Хайнц не был исключением. Этот воин мог в одиночку противостоять всему рыцарскому ордену Сильверссонов. Мысль о том, чтобы выставить такого человека против Айтера в тренировочном бою один на один, заставила Сильвериона покачать головой.
Однако слова отца искренне поразили Сильвесту. Потеряв всякое самообладание, она взволнованно спросила:
— П-подождите секунду. Вы хотите сказать, что господин Айтер не умеет использовать Ауру?
— Именно так. Разве ты не знала?
— Но... что-то здесь не так...?
Сильвеста все это время была уверена, что Айтер владеет Аурой, ведь именно он одолел Бордана без единой царапины. И главным здесь было вовсе не отсутствие ранений, а сам факт того, что он победил Бордана.
Демонические Существа по своей природе обладают колоссальной регенерацией. Эта раса наделена абсурдно огромной физической силой, и ей невозможно нанести серьезный вред, не выполнив определенное условие. Такова была ключевая особенность Демонических Существ в Eldensoule, и вполне логично, что те же правила действовали и в этом ожившем мире.
Без Ауры даже ранить такое существо было бы крайне тяжело, а убить — практически невозможно. Они поддерживали свою жизнь не просто за счет биологических функций, но благодаря влиянию маны и внутреннего видения. Чтобы убить их, требовалось оборвать физическую жизнь и одновременно рассечь саму их суть волей, сокрытой в Ауре.
«Без Ауры он не смог бы убить Бордана».
И все же Айтер убил Бордана. Чисто, одним ударом, начисто снеся ему голову.
— Сильвеста, с тобой все в порядке?
— Д-да, все хорошо. Я просто на мгновение растерялась.
— Хм, полагаю, так. Он юноша столь выдающихся способностей, что твое заблуждение вполне объяснимо.
Столкнувшись с ситуацией, которая противоречила всему, что она знала, Сильвеста не смогла до конца скрыть свое волнение.
«Что происходит? Неужели Демонические Существа в этом мире отличаются от тех, что были в игре? Или же...»
Ее мысли завертелись с бешеной скоростью, перебирая одну гипотезу за другой. Среди них три казались наиболее правдоподобными.
Первая: Демонические Существа этого мира несколько отличаются от тех, что обитали в Eldensoule.
Вторая: Айтер скрывает, что умеет использовать Ауру.
Третья: возможно, сам Айтер не подозревает, что достиг Цветения.
Обдумав все три варианта, Сильвеста тут же отбросила последний.
Насчет пробуждения Ауры она была абсолютно уверена — этот момент невозможно не заметить. Эти знания она накопила, будучи старшей дочерью графа, за годы общения с рыцарями и изучения хроник. Ошибки быть не могло.
«Значит, остается один из двух вариантов».
Либо изменилась сама природа Демонических Существ.
Либо у Айтера был какой-то тайный умысел, который он держал при себе.
Застигнутая врасплох, Сильвеста прикусила губу. Тот факт, что она не могла прямо сейчас выяснить, какой из вариантов верный, лишь усиливал ее досаду.
Она никогда лично не сталкивалась с Демоническими Существами, да и ее боевых навыков не хватило бы, чтобы сделать это безопасно. Расспрашивать Айтера напрямую тоже было неловко — если он намеренно скрывал свои силы ради какой-то цели, то вряд ли бы так просто ответил.
— Тогда, отец, что если мы поступим следующим образом?
И Сильвеста составила план. Используя тренировочный поединок как предлог, она набросала расписание боев, призванных выяснить, действительно ли Айтер не способен использовать Ауру.
...И затем.
— Да, это вполне подойдет.
Граф Сильверион, как глава дома, дал свое согласие.
На следующее утро после того, как я уничтожил свой меч.
Сильвеста рано пришла в мою комнату и сообщила расписание тренировочных поединков.
Моим противником должен был стать Виктор, тот самый рыцарь, которого я встретил ранее. Поединок назначили на тренировочной площадке, где обычно занимались рыцари графа. Время встречи определили на час дня, так что я решил пообедать пораньше и подождать на месте.
...Однако, прибыв на тренировочную площадку, я был крайне удивлен представшей передо мной картиной.
— Я думал, это будет скромный спарринг с господином Виктором, но здесь собралось гораздо больше людей, чем я ожидал.
— Граф и юная леди лично присутствуют здесь, так что вполне естественно, что остальные рыцари тоже проявили интерес.
— И все же, чтобы настолько много...
Огромное количество окружавших меня людей вызвало невольный вздох восхищения. Окинув их всех Созерцанием, я понял, что без исключения каждый из присутствующих обладал внушительным мастерством.
Не то чтобы все они находились на одном уровне — от каждого исходила разная по силе аура, а некоторые и вовсе излучали нечто совершенно исключительное. Полагаю, в этом и заключалась разница между теми, кто достиг Цветения, и теми, кто еще нет. Но среди всех особенно выделялся один человек.
— Кто это?
Рыцари служат дворянам как своим господам. Естественно, правитель занимает самое почетное место. Этот случай не стал исключением, за вычетом одной примечательной детали.
— А, это...
Он стоял подле графа Сильвериона, наблюдая за мной. Красноволосый воин с огромным копьем за спиной излучал присутствие, которое превосходило силу всех остальных на этой арене, вместе взятых.
Явно незаурядный человек. Выслушав мой вопрос, Виктор ответил с выражением глубокого, искреннего почтения:
— Это сэр Хайнц Эмбер — командующий рыцарским орденом Сильверссонов и сильнейший рыцарь Востока.
— Командующий рыцарями графского ордена.
Должен признать, во мне тоже зародилось уважение.
Обливаясь потом в полуденный зной, этот человек стоял подле своего господина неподвижно, словно каменное изваяние. Его взгляд был прикован исключительно ко мне, открыто выражая настороженность, что немного задевало, но понять его было несложно.
Для рыцаря, чей долг — защищать своего господина и его земли, пристально следить за чужаком было вполне естественно.
И все же.
«...Неужели ему обязательно так сильно напрягаться?»
Возможно, это было не слишком вежливо с моей стороны, но он выглядел почти напуганным. Здесь собрались десятки рыцарей, а не один или два, и тем не менее командующий Хайнц напряг каждую мышцу своего тела, буравя меня взглядом.
«Должно быть, он крайне серьезно относится к своим обязанностям».
Это немного смущало меня, но я решил не зацикливаться на этом. Граф Сильверион поднялся со своего места, и гул толпы мгновенно стих.
Все взоры устремились на графа Сильвериона.
Затем голосом, подобающим владыке Востока, он объявил о начале поединка.