Оставив позади встречу с Хоэнхайм, я вернулся в Хейвен вместе с Ирис.
Путь между Хейвеном и Памсендом, разумеется, занимал совершенно абсурдные два месяца в одну сторону.
Благодаря этому я придумал довольно остроумное решение: отказаться от кареты и побежать на своих двоих.
Моей единственной спутницей была Ирис, а припасы можно было без ограничений сложить в Инвентарь.
Более того, поскольку мы запаслись так, словно планировали долгосрочную экспедицию, почти все собранные в Хейвене припасы до сих пор лежали нетронутыми в Инвентаре.
Поэтому я подошел к Ирис и спросил ее.
Не согласится ли она проделать обратный путь пешком, чтобы сэкономить время?
Откажись она, я бы, как и планировалось изначально, нанял карету — однако Ирис, только что пробудившая Ауру и пребывавшая в полнейшем восторге от этого, приняла мое предложение без малейших колебаний.
— Аха-ха, мне так жаль.
— Не переживай. Ты не такая уж и тяжелая.
Проблема заключалась в огромной разнице между моей скоростью и выносливостью и показателями Ирис.
Когда я бежал во всю прыть, она просто не поспевала за мной.
Поэтому я замедлился, подстраиваясь под ее темп, но вскоре ее силы начали иссякать, и она стала отставать.
В конце концов я просто подхватил ее на руки и нес весь оставшийся путь, что позволило нам двигаться с поразительной скоростью.
Всю дорогу Ирис издавала тихие, смущенные звуки, а ее лицо заливал густой румянец.
Даже сейчас краска еще не сошла с ее щек; обмахиваясь ладонью, она пыталась хоть немного остыть.
Между нами воцарилось неловкое молчание, пока Ирис, с трудом прокашлявшись, наконец не заговорила:
— Это и правда невероятно. Как можно бежать так быстро и совершенно не уставать?
— Если честно, я и сам не очень понимаю……
Вспоминая прошлое, я понимал, что никогда в жизни не испытывал нехватки выносливости, даже в самом глубоком детстве.
И дело было не только в выносливости — я не помнил случая, чтобы меня ограничивал недостаток физической силы, скорости или любых других телесных возможностей.
Судя по всему, я просто родился сильным.
Долгое время моим главным предположением об источнике этой необъяснимой физической мощи оставалась родословная Дома Астрариус.
В конце концов, в фэнтезийном мире особые силы, связанные с происхождением, были практически обязательным атрибутом.
Но с тех пор мои мысли на этот счет изменились.
Повстречав немало дворян и рыцарей из других семей, я понял, что подобное уже нельзя объяснить одним лишь происхождением.
«Может, я чего-то о себе не знаю?»
Честно говоря, список вещей, которых я не знал, был довольно внушительным.
Благодаря образованию, полученному в семье в ранние годы, я имел лишь смутное представление о географии континента и общих сведениях, однако……
«Демонические Существа и Король Демонов. Грядущая катастрофа. Пророчество, из-за которого меня изгнали из собственной семьи».
Помимо этого, я не знал практически ничего.
— Я планирую нанести визит виконту Сильверссону — не хочешь пойти со мной?
— Хм, а это точно будет прилично?
— Не вижу причин для беспокойства. Если ты будешь со мной, то сможешь встретиться с ним безо всяких проблем.
— Тогда да, с удовольствием!
Подавив подступающие вопросы, я вместе с Ирис направился к поместью Сильверссонов.
К этому времени Сильвеста и Гомункул Хоэнхайм уже должны были находиться там.
Любая из них обладала более чем достаточным количеством информации, чтобы дать ответы на интересующие меня вопросы.
……Эта мысль заставила меня тихонько усмехнуться про себя.
«Дочь простого графского рода стоит на равных с достигшей Превосхождения, которую признает сам императорский престол».
На континенте не было человека, который не слышал бы о Хоэнхайм.
Одно лишь ее алхимическое искусство продвинуло цивилизацию Империи до такой степени, о которой другие королевства не могли и мечтать.
Но самое главное — Хоэнхайм была алхимиком, достигшим Превосхождения.
Абсолютная сила, способная подчинять себе законы природы с помощью собственного Эдикта.
Я и сам стал свидетелем того, на что способен ее Эдикт, еще в Памсенде.
К тому же Хоэнхайм жила уже триста лет, из поколения в поколение пользуясь доверием и благосклонностью императорской семьи. Объем и качество информации, которую она могла собрать благодаря личной памяти об исторических событиях и огромной власти, которой она обладала, должны быть просто колоссальными.
……И все же, когда заходила речь об осведомленности, Сильвесту упоминали на одном дыхании с ней.
«Она показала достаточно, чтобы ей нельзя было не поверить».
Я не был дураком.
И не обладал какой-то сверхъестественной интуицией.
Я бы не стал принимать на веру информацию, лишенную всяких оснований.
Чтобы доверять сведениям, требовалась хоть какая-то почва для уверенности в их правдивости, а не умея читать чужие мысли, как вообще можно было слепо верить туманным, ничем не подкрепленным заявлениям?
В этом отношении Сильвеста произвела на меня мощное первое впечатление.
Она мгновенно распознала Демоническое Существо в Миллбруке, природу которого я тогда даже не начал понимать, а затем отправила меня в Памсенд, подтолкнув к встрече с Мировым Древом.
Ее утверждение о том, что моя отправка к Мировому Древу как-то связана с Демоническими Существами?
Поначалу я сомневался, но появление Демонического Существа в Великом лесу доказало ее правоту.
Ее предупреждение о том, что грядущая катастрофа реальна и нам нужно готовиться?
В тот миг, когда воплощение Мирового Древа услышало это и без колебаний подтвердило, предупреждение тоже стало непреложным фактом.
«Сколько же всего она знает?»
Мировое Древо ждало меня.
Чтобы помочь мне — тому, кто может стать Звездой Хаоса, — оно намеренно опустило часть Барьера Отторжения только ради встречи со мной.
Неужели Сильвеста действительно знала обо всем этом, когда отправляла меня туда?
У меня не было возможности ответить на этот вопрос с какой-либо уверенностью.
Но как бы то ни было, осведомленность Сильвесты находилась на совершенно запредельном уровне.
«По крайней мере, теперь я наконец смогу получить ответы».
У меня еще не было достаточно зацепок, чтобы узнать абсолютно все, но я продвинулся достаточно далеко, чтобы раскрыть правду хотя бы о некоторых вещах, которые мне действительно необходимо было выяснить.
Я уладил этот инцидент, вне всяких сомнений доказав свою полезность и значимость, и, более того, втянул в эту игру Хоэнхайм и Империю.
— Сначала я навещу виконта. Подожди меня в моей комнате.
— Поняла! Ого, а эта комната действительно шикарная……!
— Ко мне здесь относятся как к почетному гостю. Тебе должно быть вполне уютно во время недолгого ожидания.
Устроив Ирис в своей комнате, я прямиком отправился на поиски виконта Сильвериона.
Постучав в дверь кабинета лорда, где обычно работал Сильверион, я представился, после чего изнутри донесся оглушительный грохот и звон, а затем дверь резко распахнулась.
На его лице отчетливо читалась крайняя усталость, а глаза казались ввалившимися и изнуренными.
Быстрый взгляд с помощью Созерцания подтвердил это — все тело виконта было истощено до предела.
Сильверион, который, судя по всему, со всех ног бросился к двери и сам распахнул ее, вцепился в мои плечи обеими руками почти с отчаянием.
— Прошу прощения. Я хотел предупредить заранее, но сделать это было физически невозможно.
— Хах. Не бери в голову. Любой дворянин на континенте знает, что ее действия невозможно предугадать.
Сильверион, должно быть, все это время чувствовал себя так, словно из него выкачали всю кровь.
Человек, который редко покидал собственную мастерскую, без предупреждения явился в его владения и постучал в парадную дверь — как от такого у любого не побежали бы мурашки по коже?
Я, со своей стороны, тоже очень хотел бы как-то предупредить его.
Я мог примерно представить, какой хаос вызовет внезапное появление фигуры такого масштаба в его землях без единого предупреждения.
Но что поделать.
В отличие от моей прошлой жизни, здесь царило средневековье.
В этом нецивилизованном мире, где молнию до сих пор считали гневом богов, передать простое послание на мало-мальски приличное расстояние было делом крайне непростым.
— Я бы хотел встретиться с Хоэнхайм прямо сейчас, если это возможно.
— Возможно? Конечно, возможно. Я сам провожу тебя — иди за мной.
Сильверион с облегчением выдохнул и повел меня к Хоэнхайм.
Она, как и я, остановилась в гостевом крыле поместья.
Однако ее комната находилась на некотором отдалении от моей, и стоило мне подойти к двери, как я почувствовал неладное.
«Внутри чувствуется присутствие Сильвесты».
Хоэнхайм и Сильвеста находились в одной комнате.
Сильверион, судя по всему, не подозревавший об этом, подавил волнение и постучал в дверь.
— Госпожа Хоэнхайм. Сэр Айтер просит аудиенции. Не будете ли вы так любезны принять его?
Я еще никогда не видел Сильвериона настолько напряженным.
Глядя на то, как он проживает эти несколько секунд, словно целую вечность, я сразу же на собственной шкуре прочувствовал, что значит выражение «кровь стынет в жилах».
Как бы то ни было, Хоэнхайм, разумеется, разрешила мне войти.
Она ведь еще в Памсенде говорила, что даст ответ касательно Имперской Академии, когда мы прибудем в Хейвен.
……И пусть Сильверион на глазах старел, пока впускал меня внутрь, это уже не имело значения.
— Рад снова видеть вас обеих.
Дворяне считали верхом невоспитанности даже мимолетный взгляд внутрь комнаты без полученного на то разрешения.
Благодаря этому Сильверион удалился, так и не узнав, что его собственная дочь находилась в комнате Хоэнхайм.
Пожалуй, так было даже лучше.
Не зря ведь старая мудрость гласит: меньше знаешь — крепче спишь.
Впрочем, мне в любом случае было все равно.
У меня имелись дела к обеим, и если уж Хоэнхайм проявила интерес к Сильвесте, то это было даже к лучшему.
К тому же, судя по атмосфере, враждебностью здесь и не пахло.
— О, ты уже здесь. Быстрее, чем я ожидала — у тебя было какое-то особое средство передвижения?
— Я просто прибежал пешком.
Тем не менее, перед тем как перейти к делу, стоило обменяться парой слов.
Будь то деловая встреча или личная беседа, короткое приветствие и вежливый разговор перед обсуждением главной темы всегда оставались общепринятым правилом.
Я предположил, что Хоэнхайм начала разговор именно с этой целью.
Поэтому я ответил не особо задумываясь — и Хоэнхайм с Сильвестой уставились на меня, удивленно моргая.
В комнате повисло короткое молчание.
Не выдержав этой гнетущей атмосферы, Сильвеста, которая до этого тупо смотрела на меня, заговорила первой:
— ……Такое расстояние?
Ты прибежал сюда из Памсенда?
Серьезно?
Их лица выражали именно эти немые вопросы, и мне оставалось лишь неловко улыбнуться в ответ.