Застыв подобно гипсовой статуе, Сильвеста испуганно затрепетала взглядом.
Едва заметив это, я окончательно убедился в своей правоте, издав глухой смешок.
Я удивился и даже немного растерялся, но, поразмыслив трезво, не нашел в этом ничего невозможного. Сам ведь переродился старшим сыном благородного семейства, так почему бы кому-то другому не оказаться попаданцем в теле графской дочери?
Слова Сильвесты, скорее всего, были чистейшей правдой, пусть и слегка искаженной ее собственным восприятием. Она назвала этот мир игровой доской лишь потому, что он буквально являлся игрой, а кукловодом, дергающим за ниточки, выступал наслаждающийся процессом игрок.
В моей голове все кусочки мозаики наконец сложились воедино. Поскольку я и сам был родом с Земли, уловить суть оказалось совсем не трудно.
— Вообще-то, я тоже с Земли. Так что я — Реинкарнатор.
— Ч-что...?!
— Раз уж передо мной стоит попаданец, то почему бы здесь не быть и Реинкарнатору?
Так я раскрыл свою тайну. В конце концов, в этой комнате мы находились наедине, да и связывало нас нечто совершенно особое: один был попаданцем, а другой — Реинкарнатором.
Проще говоря, перед нами открылась возможность для разговора, о котором я прежде даже помыслить не мог.
— Я играл всю ночь напролет, довел себя до истощения и, судя по всему, умер, раз уж очнулся младенцем. А ты?
— А я... я просто легла спать, а проснулась уже попаданцем...!
С этого момента наш диалог перестал быть беседой между Сильвестой и Айтером. Теперь это был разговор попаданца и Реинкарнатора, которых бесцеремонно забросило в этот мир прямиком с Земли.
Начав с этого, я сменил тон, а вместе с ним и общую атмосферу. Повлияло ли это на нее или нет, но попаданец, до этого нервно наблюдавшая за мной, замялась, а затем ответила робким, прерывистым голосом.
— Должно быть, ты сильно растерялась. Уснула в своей уютной комнате, а, открыв глаза, увидела незнакомый потолок?
— Ну, да, но... Разве ситуация Айтера не была куда более пугающей...?
Вообще-то, резонное замечание. Я ведь переродился новорожденным младенцем. Мое самое первое воспоминание в этой жизни — момент, когда я впервые открыл глаза, — до сих пор время от времени является мне во снах.
Тем не менее, уловив настроение и ход беседы, я почувствовал тихое удовлетворение. Напряжение, царившее здесь еще недавно, бесследно испарилось, уступив место искреннему и доверительному общению, какое бывает лишь при встрече старых знакомых.
— Странно, но это так успокаивает.
— Я... я еще никогда не встречала никого, кто оказался бы в таком же положении, как я...!
К моему удивлению, попаданец оказалась куда более робкой и ранимой натурой, чем я ожидал. Было ли это секундной слабостью, вызванной неожиданным поворотом событий, или же она все это время просто усердно играла роль «Сильвесты Сильверссон», я сказать не мог.
Впрочем, это не имело значения. Главное, что нам обоим больше не нужно было изнурять друг друга войной нервов.
— Похоже, ты отлично знаешь этот мир. Что это за игра?
— Это... ну, Eldensoule. Известное темное фэнтези. Ты слышал о ней?
— ...Слышал. Но сам никогда не играл.
Eldensoule. Я действительно слышал об этой игре. Популярный тайтл от студии, которая возвела зубодробительную сложность и откровенно враждебный к игроку геймдизайн в ранг философии. И если мне не изменяла память, тамошний сеттинг от начала и до конца оставался беспросветно мрачным и жестоким.
Знай я, что все так обернется, стоило быть менее разборчивым в играх. Мимолетно пожалев об этом, я тут же отбросил ненужные мысли.
Прямо передо мной сидел попаданец, прошедший Eldensoule не один раз. Любые пробелы в моих знаниях я мог с легкостью восполнить, воспользовавшись ее памятью.
— Что скажешь, если мы объединим усилия?
— Что?
— Даже этот проклятый мир темного фэнтези, став реальностью, вполне нам подвластен. Мы можем его изменить.
Заключить союз — или нечто похожее на него — с другим человеком гораздо сложнее, чем кажется. Для этого необходим фундамент из взаимного доверия, общих интересов и четкого просчета выгоды и потерь с обеих сторон.
Но даже при таких условиях обычные союзы частенько рушатся. Люди находят более выгодные предложения на стороне или, спасая свои шкуры, попросту сбегают при первых признаках опасности.
Однако между мной и Сильвестой этот риск был минимальным. Наши цели совпадали, и каждый из нас мог предложить то, что другой заменить не мог.
Сильвеста, будучи попаданцем, обладала колоссальным объемом информации. Но, несмотря на владение знаниями, способными перевернуть мир, она не могла применить их напрямую, ведь ей банально не хватало сил, чтобы перекроить этот жестокий мир собственными руками.
Моя же ситуация была диаметрально противоположной. Я обладал силой, позволяющей преодолевать большинство опасностей напролом, и, будучи признанным Мировым Древом кандидатом, мог однажды заявить права на Звезду Хаоса. Мне не хватало лишь понимания, как использовать эту мощь, чтобы направить мир по нужному мне руслу.
Но главное — мир, к которому мы оба стремились, был одним и тем же.
— В конечном счете, мы оба хотим превратить это темное фэнтези в Счастливое Средневековье и спокойно дожить свои дни.
— Д-да...!
Почему я так стремился возглавить Дом Астрариус? Все просто. Став главой благородного семейства, я обеспечивал безбедную и сытую жизнь не только себе, но и своим потомкам на многие поколения вперед.
По той же логике, причина, по которой Сильвеста все это время втягивала меня в свои планы, вряд ли была сложнее. Будучи дочерью графа, ей требовалось лишь сохранить свое нынешнее положение, чтобы беззаботно жить до конца дней, а значит, у нее имелись все основания отчаянно спасать этот мир от гибели.
Спасти мир, обреченный на уничтожение. Ни больше ни меньше. Этого было вполне достаточно.
— Я стану твоим мечом.
— Ох...!
— Если я стану твоим рыцарем, нам будет гораздо проще обсуждать дальнейшие планы.
При обычных обстоятельствах это было бы невозможно, но, к счастью, мое положение складывалось весьма удачно. С тех пор как я усмирил Демоническое Существо в Миллбруке и доставил письмо Гилберта, виконт Сильверион относился ко мне с почтением, подобающим рыцарю. К тому же я доказал свою полезность, одолев в дуэли капитана рыцарей Хайнца и обучив фехтованию нескольких воинов.
Даже если бы я не смог стать официальным рыцарем, графской дочери было более чем достаточно держать меня при себе под предлогом того, что я пришелся ей по душе.
— Давай тушить пожары по очереди. Есть Хоэнхайм, а еще Ирис — моя способная знакомая, которая с радостью поможет ради всеобщего мира.
Больше не имело смысла тратить время и силы на взаимное недоверие, которым мы грешили до сих пор. Имея общие цели и схожие обстоятельства, мы могли помогать друг другу, а когда все закончится, мирно разойтись и наслаждаться собственной жизнью.
Именно этими доводами я убеждал Сильвесту, попаданца. На ее лице отразилось замешательство, пока она тщательно взвешивала мои слова, но в конце концов она разомкнула губы.
— Х-хорошо...!
— Тогда надеюсь на плодотворное сотрудничество, госпожа Сильвеста.
— Ах! Я... я тоже...!
Отведя взгляд, Сильвеста опустила голову, но, несмотря на это, наш союз был успешно заключен.
Вскоре после этого Айтер и Сильвеста разошлись по своим комнатам. Все важные слова уже прозвучали, а дальнейшее пребывание в чужих покоях выглядело бы двусмысленно.
Оставшись наедине со своими мыслями, попаданец Сильвеста растянулась на кровати, изо всех сил пытаясь унять бешено колотящееся сердце.
«Угх, и надо же ему было сказать такое...!»
Подавив сдавленный стон, Сильвеста принялась ворочаться на постели. Сбитое во все стороны одеяло протестующе шуршало и вздымалось от ее хаотичных движений.
Ее сердце билось гораздо быстрее обычного, а лицо залил густой румянец — должно быть, поднялась температура. Тихо застонав от пылающего жара в щеках, словно после крепкого вина, Сильвеста сделала несколько глубоких вдохов и выдохов.
В ее сознании, точно знойное марево, всплывали обрывки недавнего разговора с Айтером.
«Да что со мной такое происходит...!»
Человек, которого она считала лишь подозрительно одаренным незнакомцем неведомого происхождения, оказался таким же Реинкарнатором с Земли, как и она сама. Более того, он первым предложил союз, открыто заявив о готовности помогать.
Как ни посмотри, это соглашение несло Сильвесте огромную выгоду. И все же ее мысли витали совсем в другом русле.
«Он сказал, что станет моим мечом? И что ему будет проще обсуждать дела, если он станет моим рыцарем?»
Собеседник произнес эти слова без какого-либо скрытого подтекста, но для девушки, все еще сохранившей юношескую романтичность, они прозвучали невероятно волнующе.
Возможно, эффект оказался столь сокрушительным именно потому, что она услышала их в тот самый миг, когда рухнула необходимость безупречно отыгрывать роль «Сильвесты Сильверссон».
«А если подумать, он ведь и правда красавец. Да и телосложение у него потрясающее, сразу видно — мечник...»
Погрузившись в грезы, Сильвеста вдруг вспомнила слова Хоэнхайм. Это было еще до того, как Айтер пришел в ее комнату, — когда Хоэнхайм без предупреждения явилась в Хейвен и встретилась с ней наедине.
— Он знает куда больше, чем я ожидала.
— Неужели он скрывает какую-то особую способность?
— Он поразительно точно выбирает момент, когда нужно направить этого юношу.
Тогда Хоэнхайм устроила Сильвесте настоящий допрос касательно ее подозрительно обширных знаний, и в процессе этого разговора графская дочь тоже кое-что разузнала об Айтере.
Самой ошеломляющей новостью оказались его личность и происхождение. Тот, кого она считала обычным простолюдином, на самом деле являлся изгнанным старшим сыном Дома Астрариус.
«Это уже похоже на какое-то романтическое фэнтези...»
Неужели под маской темного фэнтези скрывалась любовная история? Эта мысль промелькнула лишь на мгновение, после чего Сильвеста мотнула головой и села на кровати. Слегка похлопав себя ладонями по щекам, она пришла в себя, а затем, шумно вздохнув, силой подавила разбушевавшиеся чувства.
Сейчас было не время предаваться радужным грезам. Получив передышку и заключив столь многообещающий союз, она должна была использовать этот шанс на полную катушку.
«Мир вот-вот погибнет, так что мне нужно делать то, что должно!»
Непрестанно бормоча это себе под нос, Сильвеста мысленно разложила по полочкам грядущие ключевые события. Тщательно перепроверив свои планы, она направилась к комнате Айтера, чтобы поделиться с ним дальнейшими шагами.
С тех пор как она узнала, что он тоже с Земли, находиться рядом с ним стало чуточку легче. Руководствуясь исключительно деловым предлогом, но втайне лелея крохотную надежду, Сильвеста вскоре подошла к его двери.
— Уф...!
«Не нервничай. Не суетись!»
Мысленно собравшись с духом, она протянула руку к дверной ручке —
— Хе-хе, ну как тебе? По-моему, у меня начинает отлично получаться!