Мы с Ирис на полной скорости мчались к Великому лесу.
Времени ловить повозку не оставалось, поэтому, укрепив свои тела маной, мы побежали.
Небольшая проблема заключалась в том, что между нами быстро образовался внушительный разрыв.
Стоило мне сорваться на бег во всю прыть, как Ирис тут же отстала — она не справлялась с моим темпом и оказывалась все дальше позади.
Я бы предпочел двигаться вместе, но ситуация диктовала свои условия. Когда каждая секунда на счету, замедляться было нельзя. В конце концов, я решил временно разделиться с Ирис. Сказав, что буду оставлять по пути метки из маны, по которым ей следует ориентироваться, я ускорился еще сильнее.
Я не особо переживал.
По любым меркам Ирис была бойцом уровня рыцаря — она без труда высвобождала Ци Меча. В схватке с обычным разбойником или Исчадием она вполне могла постоять за себя и пробиться сквозь чащу.
«Если подумать, мне все еще нужно разобраться с той эльфийкой-рабыней».
Эта мысль всплыла в голове, когда на горизонте показался Великий лес.
Эльфийку, которую купил тот юнец, продали для ублажения плоти, так что ей наверняка пришлось пережить нечто весьма скверное.
И все же я не слишком беспокоился.
Благодаря тому, что этот дурак во всеуслышание признался в покупке эльфийки ради плотских утех, все жители деревни дружно принялись избивать его до полусмерти.
«Никогда бы не подумал, что к рабовладельцам, держащим эльфиек для утех, относятся подобным образом».
Как ни странно, общественное мнение о людях, державших эльфийских секс-рабынь, оказалось куда хуже, чем я ожидал. Проще говоря, их считали хуже собак. Не более чем грязными тварями, недостойными человеческого общества.
К этому моменту его, скорее всего, окончательно смешали с грязью, да еще и отобрали рабыню. Вспоминая реакцию деревенских жителей, я подозревал, что состояние эльфийки вряд ли окажется совсем уж плачевным.
«В любом случае, сейчас нужно сосредоточиться на главном».
Отогнав лишние мысли, я шумно выдохнул.
Долгий бег принес свои плоды: Великий лес, казавшийся столь далеким, теперь раскинулся прямо передо мной.
Я не стал замедляться у опушки. Оттолкнувшись от земли, я рванулся вперед, и мое тело пушечным ядром влетело прямо в густые заросли Великого леса.
Сделав первый вдох, я резко замер на месте с широко распахнутыми глазами.
Я слышал, что благодаря Мировому Древу эти земли были самыми богатыми жизнью на континенте, но концентрация маны в воздухе превзошла все мои ожидания.
Поскольку каждый вдох насыщал меня сильнее обычного, по всему телу разлилась взрывная мощь. Я мгновенно понял, почему государства с древних времен жаждали прибрать Великий лес к рукам. Располагая таким количеством маны, разговоры о процветании страны и даже о завоевании мира переставали казаться пустой похвальбой.
«И все же ни одна страна так и не смогла подчинить себе Великий лес».
Все эти изменения и эффекты исходили от колоссального священного древа в самом сердце чащи — Мирового Древа. Превосходящего существа, предстать перед которым за всю историю человечества доводилось лишь считанным единицам.
Я стремительно бежал в направлении Мирового Древа, через равные промежутки оставляя на деревьях и камнях глубокие зарубки.
Знак меча, вонзенного в камень.
Такой начинающий герой, как Ирис, просто не могла его пропустить.
— Фу-ух...
Как долго я уже пробирался сквозь Великий лес? Постепенно я начал ощущать чужое присутствие, причем весьма необычное. Шорохи диких зверей, угрожающая аура Исчадий и отчетливое присутствие отлично обученных людей — все это стало возникать вокруг одно за другим.
Замедлив шаг и остановившись, я окинул взглядом окрестности и обнажил меч.
Отныне я никак не мог знать, где и в какой момент наткнусь на врага.
Крепко сжав обнаженный клинок, я выбрал направление с наименьшим числом чужих аур и бросился вперед.
С этого момента я старался оставлять как можно меньше следов. Используя камни и корни деревьев в качестве опор, чтобы не оставлять отпечатков ног, я плашмя вырубал редких Исчадий и зверей, которые пытались на меня напасть.
Зоркий следопыт мог выследить меня по отпечаткам, а чуткий нос — по запаху крови. Двигаясь максимально проворно и бесшумно, я почувствовал, как чужие ауры вокруг постепенно редеют.
«Вот оно».
И наконец я столкнулся лицом к лицу с первым препятствием.
Барьер Отторжения — стена силы, которую Мировое Древо вырастило для защиты эльфов. Граница, которую за всю историю не удалось пересечь ни одному незваному гостю, теперь высилась прямо передо мной.
Проблема заключалась в том, что мне требовалось преодолеть ее.
Чтобы получить аудиенцию у Мирового Древа, мне нужно было прорваться сквозь эту преграду из шипов, пересечь эльфийские владения и добраться до самых глубин.
«На ум приходит несколько способов, но...»
Честно говоря, ни один из них не внушал особого доверия.
Перепрыгнуть барьер, прорубить его — бесчисленное множество людей до меня наверняка пробовали эти подходы. И поскольку не существовало ни единого упоминания о том, что кто-то сумел пройти сквозь него, оставалось лишь признать: все очевидные методы потерпели крах.
И все же я не мог просто стоять здесь сложа руки.
Решив хоть что-то предпринять, я покрепче сжал рукоять меча и приблизился к стене шипов.
...Я подошел ближе — и замер как вкопанный от того, что произошло дальше.
— Угх!
— Скрип, скрип, скрип!
С величественным и в то же время тревожным скрежетом барьер пришел в движение.
Густые шипы переплелись и разошлись в стороны, образовав небольшой проход. Словно приглашая меня войти, словно открывая передо мной дверь. Потеряв на мгновение дар речи, я быстро взял себя в руки и сделал шаг вперед.
Я бесшумно прошел сквозь брешь, созданную Мировым Древом. Стоило мне оказаться по ту сторону, как стена шипов сомкнулась за моей спиной, будто ничего и не было.
— ...Что, черт возьми, здесь происходит?
Барьер Отторжения — это сила Мирового Древа.
Лишь Мировое Древо способно управлять им, и ни одно другое существо не в силах подчинить себе эту мощь.
Но тот факт, что Барьер Отторжения только что расступился передо мной... Это нельзя было истолковать иначе как прямое позволение войти.
Тем не менее я продолжил идти вперед.
Уже не срываясь на прежний бег, я шел размеренным шагом, словно прогуливался, и внимательно осматривал окрестности. Мне нужно было унять тревогу, вызванную этим неожиданным поворотом событий, к тому же я отчетливо ощущал на себе чей-то пристальный взгляд. Нестись напролом в такой ситуации казалось неразумным.
«Весьма вероятно, что Мировое Древо наблюдает за мной».
Оно почуяло мое приближение и на миг убрало Барьер Отторжения. Как ни крути, единственным объяснением было то, что Мировое Древо знало о моем существовании и активно следило за мной.
Вопрос заключался в том, с какой стати Мировому Древу вообще обращать на меня внимание.
«Пока что у меня нет иного выбора, кроме как идти вперед».
Оказавшись так глубоко внутри, я уже не мог вернуться назад сквозь сомкнувшуюся стену шипов. Я ускорил шаг, будучи уверенным, что встреча с Мировым Древом — единственный способ получить ответы на все вопросы.
Ирис опустилась на землю, тяжело и прерывисто дыша, и с трудом повернула голову.
Она оглянулась на пройденный путь. Перед ней раскинулся настолько дремучий лес, что конца и края ему не было видно.
— Честно говоря, разве человек вообще способен на такое...
Бормоча себе под нос, она присела отдохнуть на валун. На мгновение подняв глаза к небу, она принялась прокручивать в голове события недавнего прошлого.
— Ты ведь можешь бежать быстрее, верно? Иди вперед! Просто оставляй по пути метки, а я пойду по ним!
— Ты уверена, что справишься?
— Неважно, даже если нет — я как-нибудь справлюсь!
— Тогда я побегу вперед. Я буду оставлять метки в форме священного меча, так что смотри в оба и следуй за ними.
— Поняла!
Момент, когда они разошлись после этих коротких слов.
Когда Айтер договорил и оттолкнулся от земли, стоявшая прямо за его спиной Ирис даже не успела уловить это движение взглядом.
Разница в скорости оказалась просто ошеломляющей.
Это изрядно пошатнуло ее уверенность, ведь она всегда считала себя довольно сильной. Существовала старая поговорка: как бы быстро ты ни бежал, над тобой всегда летит кто-то другой. Раньше она ощущала это лишь смутно, но теперь осознала со всей очевидностью: сила Айтера находилась на уровне, который попросту не поддавался здравому смыслу.
...Возможно, именно поэтому ее мысли естественным образом перетекли в любопытство касательно того, кем же он был на самом деле.
«Чем он, черт возьми, занимается?»
Он выглядел слишком скромно для изнеженного отпрыска благородного семейства. Его одежда была чистой и опрятной, не более того — в его образе жизни не прослеживалось ни намека на расточительность или роскошь.
И все же, несмотря на юный возраст, он оставался грозным бойцом, с легкостью управлявшим Аурой. Повстречав на своем веку немало людей, Ирис считала, что именно так и должен выглядеть ниспосланный небесами гений — его способности лежали далеко за пределами обычных ожиданий.
«Когда все закончится, надо будет расспросить его за кружкой чего-нибудь крепкого».
Ирис, которая вопреки своей нежной внешности весьма любила выпить, отогнала приятные грезы и поднялась на ноги. Ее тело, благодаря Методу Культивации Маны укрепленное намного сильнее, чем у обычного человека, уже полностью оправилось от мышечной усталости и истощения, словно их и не бывало.
Вновь оттолкнувшись от земли, она вошла под сень Великого леса, обнажив меч в то же мгновение, как пересекла границу деревьев. Этот клинок выглядел точь-в-точь как на иллюстрациях к волшебным сказкам.
Священный меч, который первый герой получил из рук богини и который с тех пор держали в руках лишь избранные защитники. Ирис крепче сжала свое любимое оружие — символ ее заветной мечты — и устремилась вперед.
Заблудиться она не боялась.
Ей нужно было лишь следовать за метками, оставленными ее спутником: очертаниями меча, вонзенного в камень.
Не существовало ни единого шанса, что Ирис, мечтавшая стать героем, не узнает метку в форме священного меча.
Предсказание Айтера оказалось абсолютно точным. Ирис прибавила ходу, заставляя себя бежать еще быстрее.
...Однако у тридцать седьмой метки она резко остановилась.
— Гх... А-А-А-А-АХ!
— Кто-то...?!
Внезапно раздавшийся крик разорвал лесную тишину, мгновенно приковав к себе ее внимание.
«Я должна помочь!»
В это короткое мгновение в ее голове пронеслась добрая дюжина мыслей. Она представила Айтера, который, возможно, ждал ее. Определила источник крика. Просчитала, что произойдет, если она просто пройдет мимо.
Строго говоря, она вовсе не была обязана бросаться на чужой крик и спасать незнакомца. У нее имелась четкая цель — следовать по меткам и встретиться с Айтером, и никто бы не посмел упрекнуть ее за то, что она проигнорировала попавшего в беду человека. В Великом лесу люди гибли постоянно. Попытка помочь могла подвергнуть опасности ее саму. Она могла бы просто притвориться, будто ничего не слышала.
...Но Ирис уже изменила направление и сорвалась с места.
— Держись еще немного! Я уже иду!
Широким взмахом направив свою копию священного меча, она рассекла лесные тени фиолетовой Ци Меча.
«Айтер справится и без меня».
Они не раз скрещивали оружие, и ей ни разу не удалось даже задеть его. Он никогда не выглядел уставшим и управлял Аурой так же легко, как дышал. Столь умелому воину не требовалась ее помощь, чтобы достичь цели.
Но этот человек был совсем другим.
Большинство людей, оказавшись в смертельной опасности, не могли спастись своими силами. Им оставалось лишь кричать и ждать того, кто обладает силой для их спасения.
И в каждой сказке, что она когда-либо читала, на этот зов всегда откликался герой. Глупый и безрассудный, возможно, но всегда готовый протянуть руку помощи другим, невзирая на цену или риск.
Именно о такой жизни тосковала Ирис. Именно таким героем она мечтала стать.
— Я здесь!
Прорубая дорогу сквозь подлесок и срезая ветви, она выскочила на поляну, откуда донесся крик, — и ее глаза широко распахнулись.
На земле, скорчившись от боли, лежал раненый человек с побелевшим от ужаса лицом. Над ним возвышалось нечто, лишь отдаленно напоминавшее человека. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: ситуация из ряда вон выходящая.
Пострадавший находился в плачевном состоянии, а само существо — человекоподобное, но пугающе неестественное — представляло немалую угрозу.
Оценив обстановку и определив силу врага, Ирис резко вдохнула. С этим глубоким вдохом потоки маны хлынули в ее тело, обостряя все ее чувства до предела.
— Т-ты...?!
— Беги! Я выиграю тебе время, уходи скорее!
— Я... понял! Пожалуйста, берегите себя!
Раненый уставился на Ирис широко раскрытыми от изумления глазами, а затем, услышав ее крик, поспешно вскочил на ноги и бросился наутек.
Разумеется, ни один хищник не станет безучастно смотреть, как его добыча ускользает.
Ирис знала это по опыту. Она мгновенно оттолкнулась от земли.
— О?
— Что...?!
Она атаковала первой, не давая твари пуститься в погоню и стремясь полностью переключить ее внимание на себя, чтобы выиграть для раненого время на побег.
Но стоило существу издать тихий, заинтересованный звук и расплыться в тонкой, окровавленной улыбке, как по коже Ирис пробежали мурашки. Отточенный в бесчисленных боях инстинкт взвыл от первобытной тревоги.
«Оно разумно!»
И мрачное предчувствие ее не обмануло.
— Герой нынешнего поколения? Нет... нет, вовсе нет. Ты пустышка. Лишь внешняя форма, ничего более.
Существо говорило на человеческом языке с пугающей легкостью.
Без труда отмахнувшись от ее удара, окутанного Ци Меча, оно насмешливо осклабилось, назвав ее фальшивым героем.
Ситуация была не просто тревожной — она пугала. Однако Ирис быстро взяла себя в руки и выровняла дыхание. Она наконец поняла, почему столь сильный человек, как Айтер, отправился в Великий лес и зачем взял с собой такую спутницу, как она.
«Он готовился к встрече с подобными чудовищами».
Прямое столкновение прямо сейчас практически не оставляло шансов на победу.
Но и просто поджать хвост и сбежать она тоже не могла. Если бы она бросилась наутек во весь опор, раненого настигли бы и убили в считанные мгновения.
В конце концов Ирис сделала свой выбор.
Как и всегда, она встретила невзгоды по-своему.
— Позволь мне исправить одну вещь.
— Хм?
— Твоя правда, этот священный меч — лишь копия, просто форма. Но...
Начав направлять ману куда яростнее, чем прежде, Ирис нацелила острие клинка на существо.
Герой никогда не отступает перед лицом зла. Таков закон.
— В тот миг, когда я вмешалась ради спасения того человека и встала между вами, я стала героем. И это неоспоримо.