На следующий же день после успешного окончания лекции Хоэнхайм по стихийной алхимии вместе со своими спутницами я отправился к западным воротам столицы.
Солнце еще не взошло — стояла глухая предрассветная рань, — но улицы уже кишели трудолюбивым людом. Торговцы раскладывали товары на прилавках, мужчины, натужно кряхтя, тащили груженые доверху телеги. Слово «трудолюбие» как нельзя лучше подходило для этой картины.
— В этот раз мы поедем в экипаже?
После бодрой утренней прогулки мы добрались до места, которое можно назвать станцией дилижансов — здесь теснились повозки и кареты всех мастей. В эпоху, когда конные экипажи оставались самым популярным способом передвижения, эта станция выполняла ту же роль, что и автовокзалы на Земле.
Ирис и Сильвеста, однако, недоуменно склонили головы.
Поскольку раньше для быстрого перемещения я всегда носил их на руках или сажал на спину, они, видимо, никак не могли взять в толк, зачем мне вдруг понадобился экипаж.
Честно говоря, будь моя воля, я бы двигался с той же скоростью, с какой мы добирались до столицы. Для человека, который помнил автомобили и поезда, поездка в карете казалась мучительно медленной.
К тому же на своих двоих я передвигался невероятно быстро. Стоило мне захотеть, и время в пути сокращалось в разы, так что бежать самому в любом случае было гораздо эффективнее.
Но, к сожалению, на этот раз нам пришлось воспользоваться экипажем. А точнее — прибиться к торговому каравану.
— Я слышала, что в последнее время на западе ужесточили проверки на дорогах.
Эту информацию мы получили лично от Хоэнхайм. Она посоветовала нам примкнуть к крупному торговому каравану, если только мы не планировали пробираться туда под покровом ночи.
К тому же здешний мир так и кишел разбойниками и Исчадиями. Естественно, отправляясь в долгий путь, купцы нанимали охрану для защиты себя и своего товара. Поскольку мы с Ирис обладали боевой силой, намного превосходящей возможности обычного рыцаря, вписать наши имена в список наемников каравана не составило труда.
— Айтер! Как я рад, что вы пришли! Прошу, проходите сюда!
Глава каравана подошел к нам с широкой улыбкой и тепло поприветствовал. Я улыбнулся ему в ответ, и по счастливой случайности нам выделили весьма комфортабельный экипаж.
Добротная работа: прочный деревянный каркас, обтянутый плотной, специально обработанной тканью, пропитанной каким-то безымянным составом, который придавал ей гладкость и водонепроницаемость. Одного взгляда хватало, чтобы понять — этот экипаж предназначался для важных гостей. Ирис вошла внутрь, и ее глаза восторженно заблестели.
— И представить не могла, что кареты бывают такими роскошными.
— Разве во время своих странствий ты редко ездила в экипажах, Ирис?
— Да брось. Те, на которых доводилось ездить мне, едва ли отличались от крестьянских телег. За счастье было, если крыша не протекала во время дождя.
Справедливо, ведь даже в моей прошлой жизни на Земле машины сильно отличались друг от друга. Я как-то не задумывался об этом, но, похоже, у экипажей в этом мире тоже была своя классовая иерархия.
За разговорами мы и не заметили, как экипаж тронулся, и караван миновал городские ворота.
— Мы сейчас прямо как настоящий отряд Героя.
— И правда, особенно когда мы вот так собрались вместе.
Мы сидели рядышком, наблюдая за проплывающими за окном пейзажами, когда Ирис заговорила звонким, оживленным голосом. На ее лице читался восторг человека, которого внезапно осенило.
— Хотя должна признать, состав у нас довольно странный. За всю свою жизнь я не слышала ни об одном отряде Героя, похожем на наш.
Вскоре тихий и уютный салон экипажа наполнился голосами. Даже в современном мире люди во время долгих поездок без умолку болтают с близкими обо всем на свете.
Стоило беседе завязаться, и остановить ее было уже невозможно.
— Одна самопровозглашенная героиня, один мечник, познавший Превосхождение, и, наконец, пророчица, совершенно не умеющая сражаться.
— Если разложить все по полочкам, сочетание действительно необычное.
— Ну и что с того! Нигде ведь не написано, как именно должен выглядеть отряд Героя!
И в этом она была права.
Вот только загвоздка заключалась в том, что все три предыдущих Героя собирали свои отряды по абсолютно одинаковому шаблону.
Исторически сложилось так, что отряд Героя представлял собой идеально сбалансированную и высокоэффективную боевую единицу.
Герой — лидер и основная атакующая сила. Воин — танк на передовой, удерживающий авангард. Маг — наносящий сокрушительные удары с тыла. Жрец — обеспечивающий поддержку всей группы.
К слову, в отряде самого первого Героя были еще две роли: лучник и разбойник.
— В старых сказках каждую роль обычно закрепляли за определенной расой.
— Точно. Воином почти всегда был гном, а в легендах о первом отряде Героя обязательно упоминались эльф-лучник и зверолюд-разбойник.
Честно говоря, требования к такому составу предъявлялись колоссальные. Каждую роль занимал представитель расы, идеально для нее подходящей, причем не абы кто, а лучший из лучших. И это заставило меня по-новому оценить, насколько же силен был Король Демонов, раз сумел не просто противостоять такому отряду, но и загнать его в тупик.
— Если подумать, Айтер... Разве ты сам не мог бы сейчас собрать сказочный отряд Героя, если бы захотел?
— Что ты имеешь в виду?
Я недоуменно склонил голову, услышав неожиданное замечание Сильвесты. Она улыбнулась с видом человека, которого вся эта ситуация изрядно забавляла, и принялась расписывать состав отряда, который я теоретически мог бы собрать.
— В роли Героя у тебя Ирис — пусть и самопровозглашенная, но все-таки Герой. Себя ты можешь определить на место воина, ведь ты способен принять любой удар на себя.
— Ну, тут не поспоришь, но...
Где мне прикажете искать мага, жреца, разбойника и лучника?
Я посмотрел на Сильвесту с немым вопросом, и она продолжила, словно только этого и ждала.
— Магом у тебя будет Хоэнхайм, а вместо эльфийского лучника можно взять аватара Мирового Древа.
— ...Что?
А ведь если вдуматься, это вполне реально. Перед самым отъездом Хоэнхайм пообещала мне свое полное содействие. Да и аватар Мирового Древа, скорее всего, без колебаний придет на помощь, возникни в том необходимость.
Я молча захлопал глазами, искренне опешив. Я продолжал смотреть на Сильвесту, а она подвела итог:
— Ну а роль разбойника я вполне способна взять на себя.
— Вы — разбойник, леди Сильвеста? Как-то это совсем с вами не вяжется.
Честно говоря, я думал так же. Разбойник в отряде Героя — это тот, кто проникает глубоко в тыл врага, сея хаос и устраивая диверсии в одиночку. Для этого требовались недюжинные боевые навыки, а Сильвеста, как ни посмотри, на эту роль совершенно не подходила.
Ответ на мое недоумение нашелся быстро.
— Собирать ценности и воровать — вот и вся суть разбойника. Что в этом сложного?
— А, вы в этом смысле.
Похоже, она имела в виду буквальное словарное значение слова, а не игровую роль в отряде.
— И еще, Айтер... ты ничего не забыл?
— О чем вы?
— В этом мире нет никого, кто знал бы о местонахождении сокровищ больше, чем я. В конце концов, я ведь «пророчица».
Я невольно усмехнулся. Сначала я не понимал, почему она метит в разбойники, но, похоже, у нее все было просчитано с самого начала.
«Пророчица» — это легенда, о которой мы с Сильвестой договорились, завуалированное обозначение попаданца. Для человека, который бесчисленное количество раз исследовал этот мир, когда-то бывший игрой, расположение любого сокровища в любом регионе было очевидно, словно на раскрытой карте.
— К слову, на западе есть кое-что, что нам определенно стоит заполучить.
— Что именно?
— Вещь первой необходимости. Одежда, которая полностью скрывает присутствие и маскирует внешность.
Что ж, подобная вещь нам действительно бы пригодилась.
Герцог Палящего Ветра был прирожденным узурпатором.
Хищник, с рождения наделенный инстинктом забирать чужое и делать своим.
Если он чего-то желал, то забирал это без колебаний. Стоило какой-то вещи привлечь его внимание, как она уже практически принадлежала ему. И если вы не хотели лишиться чего-то ценного, нужно было прятать это так надежно, чтобы оно никогда не попалось ему на глаза.
— Ха-а... Ха-а-а!
Сами слова, которыми описывали этого человека, внушали трепет и ужас.
Пресловутый узурпатор, Люк Дезертум, также известный как Герцог Палящего Ветра.
— Наконец-то... Я поглотил ее!..
В своем роскошно обставленном поместье, в самых помпезных и великолепных личных покоях, Люк Дезертум издал торжествующий возглас.
Не в силах сдержать ликование, он вскинул мощное предплечье и сжал кулак. В то же мгновение вокруг его руки закружился желтовато-бурый вихрь, похожий на песчаную бурю.
Его Аура, достигшая стадии Плодоношения и наделенная силой грабежа, напоминала воплощенный песчаный ураган. Бушующий, вращающийся вихрь янтарного света стремился поглотить и сожрать все, к чему прикасался.
Влага, жизненная сила, мана — все это безжалостно высасывалось при малейшем контакте с ветром. Его Плодоношение, обладавшее непревзойденной смертоносностью и эффективностью против живых противников, и без того было грозным оружием, но теперь...
— Так вот она какая... сила, способная противостоять первому Герою?!
В одно мгновение в его Ауру просочилась темная энергия.
Словно он призвал само ночное небо, глубокая тьма влилась в песчаную бурю, образуя бурлящий черно-янтарный вихрь.
Люк Дезертум посмотрел на божественную силу, которая без малейшего сопротивления слилась с его собственной, и на его лице расплылась хищная улыбка. Он ожидал этого, но, испытав все на собственном опыте, убедился окончательно: эта способность идеально сочеталась с Плодоношением, уже дремавшим в его Ауре.
— День, когда я поглощу всю Империю, уже не за горами.
С этой силой он сможет достичь Превосхождения в кратчайшие сроки. А когда это произойдет, он вместе с Королем Демонов поставит Империю на колени и сожрет ее целиком. Мечтая о великих свершениях с горящими от алчности глазами, узурпатор разразился безумным, ликующим хохотом.
Сила Звезды Бездны, дарованная ему Королем Демонов.
Эта мощь казалась настолько абсолютной и всеобъемлющей, что, казалось, в мире больше не осталось соперника, способного сравниться с ним.
— Я предвкушаю это.
Он вспомнил унижение того дня, когда какая-то девка восседала на троне, символизирующем вершину мира, и взирала на него с безмятежным презрением. Он еще глубже погрузился в фантазии, представляя, как поглотит Империю, осквернит Императора, который смотрел на него свысока с таким высокомерным спокойствием, и собственноручно низвергнет ее.
Это произошло примерно за две недели до того, как Айтер и его спутники прибыли на запад.