Этот поединок был, прежде всего, возможностью оценить мои собственные способности.
Не дуэль насмерть, а полноценный тренировочный бой, в котором обе стороны выкладывались на полную, но при этом сдерживали свои удары.
«Значит, затупленный тренировочный меч».
Деревянным тренировочным мечам не было места в дуэли между рыцарями. Дерево оказалось бы слишком хрупким, чтобы выдержать их ману и боевой дух, — любое оружие, кроме вырезанного из самого Мирового Древа, разлетелось бы на щепки после нескольких ударов.
Отсюда и тренировочный меч: выкованный из тех же материалов и по той же технологии, что и настоящий клинок, но с намеренно затупленным лезвием. Отсутствие режущей кромки означало, что даже яростные взмахи несли в себе сравнительно небольшой риск серьезных травм.
«Что ж. Это даже к лучшему».
Если бы мы использовали настоящее оружие, ситуация вышла бы довольно неловкой. Мой собственный меч разлетелся на несколько десятков осколков металлолома еще вчера, когда я слишком увлекся практикой Ци Меча.
Взяв тренировочный меч, врученный мне перед поединком, я сделал несколько легких взмахов, проверяя его баланс со всех сторон. Требовалось хотя бы примерно прочувствовать вес клинка и его ход, прежде чем вступать в бой с настоящей точностью.
— Вы готовы?
— Да. Можем начинать, когда пожелаете.
Стоило мне ответить, как Виктор, ожидавший сигнала, устремился прямо на меня.
Он мгновенно сократил дистанцию, заставив воздух вокруг со свистом рассечься, и занес руку. Его меч указывал прямо в небо, а каждый шаг впечатывался в землю так, словно он намеревался пустить там корни. Это совершенно не походило на те небрежные тренировки, что я проводил с солдатами в Миллбруке.
«Так вот как выглядит истинная сила рыцаря».
Я ожидал от Виктора уверенных действий, но эта стремительная свирепость меня удивила. Уголок моего рта невольно пополз вверх, прежде чем я успел это остановить.
— Ха-а-а!
Плотная, беспощадная жажда убийства обрушилась на меня.
Меч, только что направленный прямо в небо, рухнул вниз подобно удару молнии.
Серебряная дуга зависла в воздухе, напоминая хвост кометы.
Однако меня уже не было там, куда пришелся удар.
Виктор резко развернулся в поисках меня, и на его лице отразилось неподдельное изумление.
— А ты быстрый.
— Приму это за комплимент.
Я тихонько перевел дыхание.
Сфокусировав взгляд, я успокоил свой разум.
И мир распахнулся передо мной в Созерцании.
«Действительно, настоящий рыцарь».
Мастерство Виктора оказалось именно таким впечатляющим, как я и ожидал, — у меня не было ни малейшего намерения это оспаривать. Но все же он не подавлял так сильно, как мне представлялось.
Его боевой дух был слишком очевиден.
Его движения были размашистыми и предсказуемыми.
Ритм его дыхания и соответствующий ему поток маны в теле читались без малейшего труда.
И самое главное: он был медленным.
Была ли это его предельная скорость или нет, я сказать не мог, но Виктор оказался далеко не таким быстрым, как я опасался.
— Мой черед.
Выдохнув, я принял боевую стойку.
В то же мгновение я оттолкнулся от земли так естественно, словно это движение изначально планировалось как следующий шаг.
Весь мир сжался в одну точку, где стоял Виктор, и я преодолел разделявшее нас расстояние на одном дыхании.
Стремительно сближаясь, я широко раскрыл Созерцание, впиваясь в противника острым взглядом.
Я наметил точки для ударов и предугадал его ответную реакцию.
Восемь целей в этом размене.
Центр груди. Левый бок. Правое бедро. Левое плечо. Левое предплечье. Правое запястье. Правая голень. Спина.
Восемь ударов в одно мгновение — проследив за его реакцией, я получу вполне четкое представление о пропасти между мной и рыцарем.
Наблюдая через Созерцание за телом Виктора, пытавшегося перехватить мою атаку, я направил свой меч вперед.
— Что?!
Он нанес вертикальный удар, намереваясь остановить меня на месте. Поймав его клинок плашмя, я отклонил его в сторону, перенаправил силу и отбросил его меч.
Парирование — прием, который я бесчисленное количество раз видел в играх. Стоило ему сработать, как в защите Виктора повсюду открылись бреши.
«Так вот почему успешное парирование заставляет противника пошатнуться».
Эта мысль промелькнула у меня в голове, когда я уже проносился мимо него.
Разумеется, те восемь ударов, что я нанес в момент сближения, чисто легли по всему телу Виктора.
— Стук-стук-стук-стук-стук-стук-стук-стук!
Этот звук разнесся по тренировочной площадке, напоминая частую дробь по барабану.
В то же мгновение, когда я приземлился позади него, раздался глухой стук — что-то с силой вонзилось в землю.
Сохраняя бдительность, я повернулся на звук.
Виктор стоял там, обливаясь холодным потом, и его тело мелко дрожало. Он вонзил свой тренировочный меч в пол площадки, используя его как опору, чтобы не упасть.
— Угх... Я... я сдаюсь.
— Теперь я понимаю, почему сэр Гилберт так высоко отзывался о вас. Я оказался вам совершенно не соперник.
Слова Виктора прозвучали глухо и прерывисто, вырываясь из него с явным трудом. На тренировочной площадке воцарилась тишина.
Некоторое время я стоял на месте, не успевая осмыслить услышанное, как вдруг вокруг зашептались голоса.
— Эта скорость... как такое вообще возможно?
— Кто-нибудь видел, куда именно пришлись удары по Виктору?
— Я отчетливо видел: он ударил в центр груди, а затем по правой голени, верно?
— Да о чем ты говоришь! Он полоснул по груди и задел левый бок!
— Вы оба неправы. Я отчетливо видел, как он атаковал обе руки Виктора, чтобы не дать ему восстановить равновесие после парирования!
Наблюдавшие за боем рыцари окончательно запутались.
Все они были свидетелями одного и того же размена ударами, но ни один не сошелся во мнении о том, что именно увидел.
Чья же версия была верной?
Я уже собирался дать им четкий ответ, как вдруг...
— Тук.
— Как и ожидалось. Глаз юной леди на таланты с каждым днем становится все острее.
— Вы...
Человек, который еще мгновение назад стоял подле графа Сильвериона, охраняя его.
Капитан Рыцарского ордена Сильверссонов — Хайнц Эмбер — шагнул вперед, чтобы встать напротив меня.
— Виктор, это был отличный бой. Ты выложился на полную. А теперь отступи и займись собой.
— С-спасибо.
Пошатываясь, Виктор сошел с помоста. Несколько рыцарей поднялись со своих мест и спустились, чтобы поддержать его. Пока они усаживали его в кресло и оказывали первую помощь, Хайнц, поднявшийся на помост без приглашения, перевел взгляд на меня.
— Сэр Айтер, верно?
— Да. Не думаю, что я уже заслужил обращение «сэр», но мне приятно, что вы его используете.
— Ха. Мастерство, которое вы только что продемонстрировали, служит достаточным доказательством этого титула.
На первый взгляд это звучало как обычный обмен любезностями и вежливыми комплиментами.
Однако я не ослабил хватку на тренировочном мече и не сводил глаз с Хайнца.
«Он хочет сразиться».
Сквозь призму Созерцания было видно, как напряглось его тело, а бушующий поток маны вместе с боевым духом, направленным прямо на меня, невозможно было не заметить.
— По правде говоря, леди Сильвеста предупредила меня заранее.
— Вот как?
— Да. Она сказала, что если Виктор окажется совершенно не у дел, мне следует вмешаться и самому провести тренировочный бой с сэром Айтером.
— Конечно, если вы предпочтете отказаться, я не стану настаивать.
Он произнес это с таким видом, который ясно давал понять, что он ждет моего ответа. Я кивнул ему.
В конце концов, у меня все равно не было никаких планов после поединка с Виктором.
К тому же мне было искренне любопытно взглянуть на способности человека, которого называли сильнейшим рыцарем на Востоке.
Стоило мне согласиться, как Хайнц крепко уперся ногой в землю и схватил свое длинное копье.
Отклонив корпус далеко назад, он высоко занес руку...
«Бросок?»
Эта мысль едва успела сформироваться, а я уже пришел в движение.
— БУМ!
Красная линия прочертила воздух справа от меня, промелькнув на периферии зрения.
След, оставленный брошенным копьем Хайнца, — его траектория, его остаточное свечение.
— Ха.
Жар и давление, обдавшие мою спину, вызвали у меня короткий невольный смешок.
Так вот что нужно, чтобы быть сильнейшим в регионе и занимать должность капитана рыцарей.
Сама мощь этого броска затмевала все, что я видел до сих пор. Я не мог не восхититься.
«Аура способна на такое?»
Копье, которое совершенно точно было брошено, уже снова оказалось в руке Хайнца.
В реальном бою можно было бы ослабить бдительность, решив, что бросок прошел мимо, — только для того, чтобы оказаться насаженным сзади на возвращающееся оружие. Скверный трюк.
Заблокировать или отразить его было не то чтобы невозможно, но...
«Хлопотно».
Темно-багровая Аура, едва заметно обвивавшая его розово-красное копье, заставила в моем разуме прозвучать тихий сигнал тревоги.
— Простите за грубость. Даже для меня противостоять кому-то вашего уровня без Ауры — это слишком непосильная задача.
Хайнц снова принял стойку, заговорив с напряженным выражением лица.
Похоже, обычно использование Ауры в тренировочных боях запрещалось.
Справедливо — если бы он свободно наносил подобные удары, противопоставить им было бы нечего.
Я молча кивнул, и на этот раз Хайнц пошел на меня напрямую.
Не бросок. Ближний бой на копьях.
Должно быть, он рассудил, что прямолинейная атака меня не свалит, — его техника владения копьем была сложной и ослепительной, проникая под такими углами, которых я никак не ожидал.
«Аура».
Но уклониться от нее было вполне возможно.
Я подстраивался под движения ног Хайнца, держась на безопасном расстоянии прямо за пределами досягаемости его копья, и позволял своим мыслям течь свободно.
«Я понял это лишь недавно, но Созерцание способно считывать потоки маны».
Взгляд, который воспринимает боевой дух и намерения противника, а помимо этого — видит насквозь даже бесформенную ману и считывает ее движение.
Это было свойство, которое я осознал только тогда, когда научился использовать Созерцание осознанно. Я полностью сосредоточил это внимание на Хайнце.
«В таком случае, если бы я скопировал то, как Хайнц направляет свою Ауру...»
Я осмотрел его тело словно анатомический атлас.
Бьющееся сердце. Кровь, бегущая по сосудам. Растворенная в ней мана, бурлящая и текущая, — я читал все это без труда.
Раз уж я видел этот поток, то мог его и воссоздать.
Тихо переведя дыхание, я направил свою ману по тем же путям, что только что наблюдал, сделав это с еще большим напором.
— К-и-и-и-ин!
«Так вот как это делается».
Сила хлынула в меня потоком.
Мне никогда не хватало мощи, но это ощущение было иным.
Яростный жар, словно огонь использовал мое тело как растопку и теперь пожирал его изнутри.
Ощущение, будто я проглотил искру и питал ее изнутри, — это было нечто совершенно новое.
Я намеренно вывел эту силу наружу.
Мой меч, казалось, пока не мог выдержать такого, поэтому я действовал осторожно — лишь тонкий слой окутал мою кожу, обволакивая только мое тело.
— Это... как он... да что за...
Хайнц замер посреди атаки. На его лице смешались крайнее недоумение и неверие.
Вполне объяснимо, на самом деле. Ему сказали, что я не умею использовать Ауру, а тут я просто взял и применил ее. Любой бы опешил.
И все же благодаря ему я научился кое-чему полезному.
Я улыбнулся, выражая тем самым своего рода благодарность.
— Я найду этому достойное применение.
— ...Я признаю поражение.
— Прошу прощения?
Признание поражения от Хайнца прозвучало прежде, чем я вообще успел подумать о каком-либо ответе.
Напряженный поединок завершился настолько нелепо и буднично, что это было даже забавно.