ГРОХОТ!
Ветер закрутился в вихрь, а сам поток стал острыми лезвиями.
Арьена изрезало по всему телу и швырнуло высоко в небо.
Я мог бы прямо сейчас добить его, обрушив сверху меч.
Не стал.
Капли крови рассыпались, словно красный снег.
Я слегка поднял ману и оттолкнул их от себя, наблюдая, как Арьен падает вниз весь в порезах.
Тупой удар.
Падение прозвучало неожиданно тихо.
Похоже, сил подготовиться к нему уже не осталось.
Я достаточно рассёк сухожилия и связки, чтобы он не мог нормально двигаться. И кровопотеря тоже была далеко не пустяковой.
Как раз в этот момент время раскрытия закончилось.
Крылья исчезли. Нимб над головой больше не удерживался.
Я снова стал обычным человеком и сам рухнул на землю.
[Иллой!]
Боль пришла вся сразу.
Я задыхался, меня вывернуло сгустком крови.
Сердце бесновалось как сломанная машина.
Десять секунд билось с частотой крыльев колибри, следующие десять — затихало настолько, что казалось остановившимся.
Когда состояния сменяли друг друга, я катался по земле, а кровь текла из носа и рта.
[Иллой! Приди в себя!]
В меня слабо просочилась мана Священного меча.
Крови, видимо, оказалось мало рта и носа — она потекла ещё и из-под глаз.
Боль.
Хотя можно ли назвать это болью?
Нечто настолько сильное, что давно вышло за пределы обычных ощущений.
Сознание уже срывалось в темноту, когда сила Священного меча резко хлынула внутрь.
[Иллой!]
Я вдохнул.
Воздух ворвался так резко, будто собирался разорвать лёгкие. Я закашлялся, захлебнулся им — и наконец смог выдохнуть.
Вместе с дыханием изо рта снова пошла кровь.
Я вытер подбородок тыльной стороной ладони и опёрся на камень.
[Ты меня слышишь? Сознание вернулось?]
— Больно… до чёрта.
[Радуйся, что жив. Ты только что подошёл к самой границе.]
По спине стекал холодный пот.
Остаться в сознании — уже невероятная удача.
Арьен получил раны, но я тоже заплатил.
И, подозреваю, мой реальный ущерб был намного тяжелее.
Показывать этого нельзя.
Я повторял себе это и зубами выдернул пробку из аварийного зелья.
По горлышку поднялся сладковатый запах.
Вот бы мои повреждения и правда лечились одним флаконом.
Зелье стоимостью примерно в десять тысяч золотых я выпил целиком.
Знал: оно не уберёт боль и почти не исправит состояние.
Я просто вливал в себя редчайшее лекарство, чтобы хоть как-то получить силы подняться сквозь мучение.
[Иллой…]
Она беспокоилась.
Уже предупреждала достаточно. Уже ругала столько, что уши должны были покрыться мозолями.
И всё равно искренне за меня переживала.
Я использовал это сложное чувство как топливо и заставил себя встать.
Над головой снова появился нимб, давая телу возможность двигаться.
[Я…]
— Всё нормально. Сначала посмотрим, что с ним.
Я провёл пальцами по выгравированному на рукояти венку.
Перешагнул через землю, поваленные деревья и раздробленные камни.
Арьен лежал в грязи и моргал, глядя в небо.
По ранам было видно — сам уже не встанет.
Я приставил Священный меч к его горлу.
Арьен посмотрел на меня, и яда в глазах не стало ни на каплю меньше.
— Зачем ты это сделал?
— Я обязан тебе отвечать?
— Кто стоит за тобой?
— Кажется, на этот вопрос я уже отвечал. Память подводит?
Глупый вопрос.
Оригинальный Арьен это или нынешний — Арьен Элмион не тот человек, который раскрывается на допросе.
Поэтому с самого начала я решил задать вопрос, который его заденет.
— Где сейчас настоящий Арьен?
Даже когда кончик клинка слегка вошёл в кожу на горле, жажда убийства не ослабла.
Нет.
Похоже, я попал точно в больное место.
Яд в глазах начал выплёскиваться наружу и складываться в форму чёрного пламени.
— Настоящий?
Гр-р-р-р.
Земля задрожала.
Мана в теле Арьена взбесилась, отвечая на его эмоции. Пространство сжималось вокруг, будто само хотело меня убить.
— Ты сказал «настоящий»? Да ты сам уже не отличаешь настоящего от поддельного, так ведь?
Земля вздыбилась.
Грунт пошёл вверх.
У него ещё есть столько силы?
[Это не сила наёмника, Иллой.]
Белки глаз Арьена постепенно чернели.
Надвигалась волна.
Не настоящая вода — ощущение было такое, будто от далёкого горизонта к нам несётся гигантский вал, способный закрыть небо и солнце.
— Ты не спас мир! Опьянел от титула Героя, так и не понял, что действительно важно, и умер! В том мире ты вообще был настоящим Героем?!
Хруст. Хруст.
Звук шёл не из земли.
Из его тела.
— Я не смог остановить конец. Мир погиб из-за того, о чём я даже не подозревал. Я ненавидел себя за то, что не усомнился в очевидном. И вернулся, чтобы исправить всё любой ценой. А теперь ты спрашиваешь меня о настоящем? Ты спрашиваешь меня, что настоящее?!
Кости выкручивались.
Раны не заживали.
Вместо крови из разрезов вытекало густое чёрное вещество.
Словно сама тень стала материальной.
— Я проклинаю это, Герой. Проклинаю себя за то, что увидел конец мира. Проклинаю себя за то, что оказался бессилен перед ним. Поэтому…
К голосу Арьена присоединилось нечто ещё.
— На этот раз будет другой конец.
Холод.
Я невольно отшатнулся от ощущения, пробежавшего по позвоночнику.
[Иллой!]
Священный меч отчаянно закричала.
[Не дай этому поглотить тебя…!]
Её голос начал удаляться.
Крылья?
Нет. Сердце больше не слушалось.
Уклониться нечем. Сил тоже нет.
Зрение — нет, весь мир — начал чернеть.
От линии горизонта за ровно срезанной горой пространство будто пожирала тьма.
— Поэтому сначала заберу самое большое препятствие. Тебя.
ШШШШ!
Тьма закрыла больше половины неба и заслонила солнце.
Мир исчезал внутри неё.
Когда и противоположный горизонт утонул в черноте —
я снова открыл глаза в до боли знакомом ощущении.
Чернота.
Я будто двигался телом, но чувств самого тела почти не было.
Сжал ладонь. Попробовал поднять ману.
— Как и думал.
Ничего.
Я не умер.
Это пространство, эти ощущения… мир сознания.
Я нахмурился и осмотрелся.
Хотя осматривать было нечего.
Бесконечная пустота, заполненная тьмой.
Ни верха, ни низа. Ни левого, ни правого.
Обычный человек, очнувшийся здесь, наверное, сошёл бы с ума сразу.
— Священный меч.
Ответа не было.
Отрезали связь?
Значит, это не то же самое пространство сознания?
Я не видел ни рук, ни ног. Только шорох ткани говорил, что одежда при мне.
Куда идти?
Имеет ли здесь вообще смысл двигаться?
Я несколько раз закрыл и открыл глаза, вглядываясь во мрак.
Собираются держать меня здесь вечно?
Я нахмурился.
Ничего не понимал.
Если меня сюда заточили — где тот, кто это сделал?
Где Арьен?
Вопросы начали накладываться друг на друга.
И тогда впереди раздались шаги.
Шаг. Шаг.
Появилась перспектива, словно зрение понемногу возвращалось.
На границе тьмы я увидел человека.
— Значит, ты здесь.
Арьен.
Черноволосый наёмник медленно шёл ко мне.
Я удивлённо распахнул глаза.
— Чего так смотришь, Герой?
Враждебности не было.
Он просто стоял передо мной.
Я неловко ткнул в него пальцем.
— Ты…
— «Настоящий». Пользуясь твоим выражением.
Арьен сухо рассмеялся, будто слышал весь наш разговор.
Он выглядел слегка сдувшимся — как человек, которому где-то уже несколько раз врезали.
Неловкую тишину первым нарушил я.
— Что это вообще за место? Похоже на мир сознания, но ощущается иначе.
— Твоя догадка недалека от истины. Здесь действительно дрейфуют мысленные образы. Больше я не знаю. Сам очнулся уже здесь и с тех пор бродил неизвестно сколько.
Арьен пожал плечами.
— Место вроде реальное — и в то же время нет. Дальше не спрашивай, сам не понимаю.
— Что с тобой произошло?
Он вздохнул и посмотрел на меня.
Похоже, подбирал слова.
— Наверное, тебе уже рассказывали. В убежище культистов меня накрыла атака чёрного тумана. Я… да и любой из нас тогда не мог понять ни что это за существо, ни что за нападение.
— То самое, которое ты принял вместо епископа Андре?
— Неловко называть это «принял вместо». Я просто решил вернуть часть долга. Итог получился намного хуже, чем если бы вообще не лез.
Арьен невесело усмехнулся и покачал головой.
— Если бы ты не полез, епископ сам перебил бы подчинённых.
— Тогда я мог бы его остановить. Герой, мне не нужно дешёвое утешение.
— Никто не мог предсказать такой исход.
— Герой… тебе не идут такие слова. Я же сказал: утешение не нужно. Я сделал это не ради твоего одобрения и не ради жалости. И в Бактинс во время Кометы отправился по той же причине. Я всегда делал то, что считал необходимым. Никто другой не имеет права вмешиваться в это решение.
Голос был жёстким.
— Поэтому всё это — мои поступки. Думай так. И смерти людей. И то, что ты сейчас оказался здесь.
— Легко сказать.
Его внезапная кротость ощущалась настолько непривычно, что я слегка нахмурился.
— Так что за существо захватило твоё тело?
— Чёрный туман назвал его «тем, кто был главным героем». Думаю, в моём теле сидит не только этот другой я.
Внутри словно упал камень.
Я всё же заставил лицо остаться спокойным и кивнул.
Значит, действительно главный герой оригинальной истории.
Как?
Хотелось схватиться за голову.
Злые боги, добрые боги — разве они тоже не были частью того оригинального произведения?
Тогда что вообще представляет собой этот мир?
И кто такой я?..
— Похоже, сейчас не время дружно болтать.
Я повернул голову вслед за Арьеном.
На краю тьмы стояло ещё что-то.
Мне пришлось насильно оборвать цепочку мыслей.
Присутствие у нового гостя было слишком тяжёлым.
— Со стороны он выглядит довольно мерзко.
— Похож только внешне.
— Внешность — это всё, что сейчас видно.
Арьен.
Похоже, та версия из оригинальной истории.
Разум в нём уже почти не ощущался.
Из глаз валил чёрный призрачный огонь.
Он встал напротив нас.
— Ты должен стоять не там…
Искажённый Арьен заговорил.
Я нахмурился.
Настоящий Арьен лишь фыркнул, будто слова не стоили ответа.
— Чтобы свалить его, придётся работать вместе.
Он предложил это первым.
Я удивлённо посмотрел.
Арьен нахмурился в ответ.
— Всё ещё плохо понимаешь ситуацию?
— Можно ведь и без хамства.
— Язык у тебя не изменился.
Я покачал головой.
В руке Арьена уже появился меч.
В моей — тоже.
— Успеешь за мной?
— Вообще-то это я должен спрашивать.
Арьен двинулся первым.
Я пошёл следом.