По обшарпанному коридору шли две девушки. Клара молчала, стараясь отвести Шион как можно дальше от зала совета, чтобы их разговор никто не услышал. Шион плелась следом, глядя ей в затылок.
— ...
Она даже не знала, куда её ведут, но сопротивляться сил всё равно не было. А спросить не получалось — слишком страшно было услышать ответ и окончательно убедиться в худшем. Её просто несло следом, как лист бумаги на ветру. В голове стоял туман.
Ничего не складывалось. Клара впереди тоже молчала, и от этого хотелось лезть на стену. Шион могла судить только по тому, что увидела своими глазами. Больше ей взяться было неоткуда.
Так.
Клара остановилась и огляделась. Ни чужого присутствия, ни посторонней маны. Все собрались в зале совета.
«Здесь должно быть нормально».
Успокоившись, она повернулась к Шион. Наконец-то можно нормально поздороваться. Но какое там поздороваться. Увидев её лицо, Клара застыла с открытым ртом.
— Ш-Шион?!..
— У-у...
По щекам эльфийки катились крупные слёзы. Она изо всех сил кусала губу, пытаясь сдержаться, и на осунувшемся лице это выглядело особенно жалко. В последнее время Шион часто было тяжело и обидно.
Но сколько бы ни болело внутри, плакать она не могла. Она уже решила, что просто настолько выгорела, что слёз больше не осталось.
Оказалось — нет.
Стоило по-настоящему получить удар, и остановиться она уже не могла. Рохан и Клара. Именно воспоминания о времени, которое они провели втроём, помогали ей не сломаться.
А что, если всё это время ею просто играли? Если поэтому старейшины в тот день и ждали её? Одной мысли, что такое вообще возможно, хватило, чтобы слёзы полились ещё сильнее.
— Шион?..
— Можешь сказать... Я готова. У меня вся жизнь такая... так что я приму и это...
Слова давались через всхлипы. В отличие от Рохана, Клара вообще не понимала, что Шион себе напридумывала. Она растерянно схватила её за руки.
— Вам ведь было очень тяжело?.. Простите, что так поздно... Не плачьте...
— ?..
В глазах Клары тоже стояли слёзы. Шион будто окатило холодной водой.
— Почему вы такая холодная?.. И лицо совсем бледное...
Клара шагнула ближе и обняла её. Шион медленно подняла безвольно висевшие руки и тоже обняла девушку. И посреди всей этой путаницы вдруг очень ясно почувствовала:
«Вот насколько тёплыми бывают человеческие объятия...»
Холод, въевшийся едва ли не в кости, будто исчез разом. Ничего объяснять не требовалось. Одного этого жеста хватило, чтобы понять: всё, что она только что напридумывала, было мрачной чушью и постыдным недоразумением.
— Шион... Рохан пришёл. Так что теперь всё будет хорошо.
Тонкая ладонь погладила её по спине. От этой простой доброты Шион снова захотелось плакать — уже совсем по другой причине. Какая же она всё-таки милая.
— Клара. Я скучала... Мне было одиноко...
— Я-я тоже по вам скучала... Уа!..
Шион стиснула её ещё крепче. Отпускать не хотелось. От Клары шло такое тепло, будто оно добиралось уже до самого сердца. Стоило просто прижаться к ней, и всё, что пришлось пережить за последнее время, будто немного отступило.
Трещина, появившаяся в сознании от недавнего потрясения, наконец затянулась. Шион ещё долго не отпускала Клару, молча выплёскивая всё накопившееся. Пока издалека, со стороны зала совета, не донёсся непонятный грохот.
Она вздрогнула и разжала руки. Клара встретилась с ней взглядом и смущённо улыбнулась. Главной причиной улыбки было другое: с лица Шион наконец исчезла прежняя мрачность.
— Даже если мы обе девушки... н-немного неловко...
— ...
Шион и сама это почувствовала. Редкое для неё ощущение — смущение. Не тот стыд, когда сделал что-то недостойное, а что-то совсем другое. Она даже несколько раз подумала, не натянуть ли повыше маску.
— Шион, как вы себя чувствуете? Вы хоть поели как следует?
Шион ответила, что всё в порядке, достала флягу и наконец сделала несколько глотков воды — впервые за непонятно сколько времени. Утолив мучившую её жажду, она перешла к главному.
— Клара. Что вообще там произошло? Я до сих пор ничего не понимаю...
— Я тоже просто смотрела, что делает Рохан, поэтому толком объяснить не смогу...
Клара задумчиво постучала пальцем по выпяченной губе. Она и сама знала далеко не всё. Но сидела рядом и наблюдала, так что одну вещь поняла точно.
— Кажется, они приняли Рохана за кого-то другого. А он теперь изображает этого человека.
— Приняли за другого? И он играет роль?
Клара уверила, что если немного посидеть рядом, Шион сама сразу заметит, что Рохан притворяется. После такого объяснения вопросов стало только больше. Клара кое-как продолжила рассказ.
— ...Вот так мы сюда и добрались.
— Всё?
— Д-да... Всё.
— Что?..
После этого сжатого пересказа Шион понимала ещё меньше, чем раньше. От начала до конца — сплошные вопросы. И дело было не в том, что Клара плохо объясняла. Просто каждое следующее предложение звучало всё невероятнее предыдущего.
«Он использует то, что знает, чтобы выдать себя за другого? Собрал информацию, пока разбирался с главарём в тоннеле? А если ошибётся и его раскроют?»
Шион одновременно восхищалась Роханом и переживала за него. Смело — это одно. Но это уже вообще за гранью.
Да и сами старейшины выглядели странно. То ли они безнадёжно отстали от времени в вопросах безопасности информации, то ли Рохан умел вытаскивать сведения слишком хорошо.
— Шион...
— Мм?
Пока она переваривала услышанное, Клара осторожно потянула её за край одежды. Потом придвинулась ближе и тихо спросила:
— А эльфы здесь... это ваша семья?
— ...
— Ну... если они вам дороги...
Шион сразу поняла, о чём она думает. Если придётся применять силу, Клара просто не знала, где провести границу.
«Семья? Старейшины — моя семья?»
Да, она прожила с ними дольше, чем с родителями. И пока в ней текла кровь Тестаросса, она считала их людьми, которых обязана защищать.
«...Раньше, наверное, я бы так и ответила».
Но потом появились Рохан и Клара, и мир вокруг вдруг оказался куда шире. Она увидела и почувствовала слишком многое, чтобы дальше смотреть на всё как прежде. Наконец поняла, насколько долго жила будто на дне колодца.
Долгие годы рядом ещё не делают человека дорогим. И кровь, которой старейшины всю жизнь прикрывали её цепи, сама по себе не накормит и не спасёт.
— Клара.
— Да?
— Ты мне нравишься.
Глаза Клары тут же засветились. Шион посмотрела прямо на неё и продолжила:
— И Рохан мне тоже нравится.
— ?!..
На лице Клары радость мгновенно смешалась с растерянностью. А Шион, увлёкшись собственными чувствами, даже не заметила её реакции.
— Я каждый день вспоминала те несколько дней, что мы провели втроём. Мне было по-настоящему хорошо.
— Шион...
Клара прекрасно понимала, о чём она говорит.
— Если сейчас спросить, семья ли мне старейшины, я не смогу ответить, пока не узнаю, что они от меня скрывали. Хотя, возможно, уже сам факт, что я так говорю, и есть ответ.
— Угу. Понимаю.
— Но одно я знаю точно... Я больше не обязана отвечать за них.
Шион была уверена: до сегодняшнего дня она сделала всё, что могла. Сожгла лучшие годы, стараясь изо всех сил, хотя взамен почти ничего не получила. За свои усилия ей не было стыдно ни перед собой, ни перед небом.
Клара кивнула.
А потом решила уточнить ещё одну вещь. Уже совсем по другой причине.
— Шион.
— Говори.
— Вы ведь раньше были гражданкой Тигровы?
Рохан рассказал ей по дороге. Шион честно кивнула. На лице Клары смешались сразу несколько чувств.
— Если Тигрова... тогда вы тоже про многожёнство...
— Мм?
Шион переспросила, и Клара тут же пару раз хлопнула себя по щекам. Не время сейчас думать о таком.
— Н-ничего!.. Давайте возвращаться!
***
— Вернулись.
— ...
Услышав голос Рохана, верховный старейшина глубоко выдохнул. Клара молча села рядом с Роханом. Шион вошла следом и замерла посреди старейшин, валявшихся на полу.
«Похоже, такое и правда не для неё».
Судя по растерянному лицу Шион, недоразумение уже разрешилось. Клара, видимо, успела объяснить ей основное: в глазах не было ни капли враждебности. Но сама Шион двигалась настолько скованно, что Рохану явно придётся направлять её дальше.
— Левин Максвелл. Сколько ты ещё собираешься заставлять меня ждать? Если хочешь проверить моё терпение — смелость я оценил.
— Кхм!.. Принцесса, прошу, садитесь.
Под давлением Рохана верховный старейшина наконец заговорил. Шион молча заняла свободное место.
— Принцесса.
— Что здесь вообще за побоище? Объясни.
Но Левин не собирался рассказывать ей, что произошло. Он лишь хотел быстрее выполнить то, за что Рохан обещал взять ответственность.
— Сейчас я отвечу на вопросы, которые так долго вас мучили.
— ...Вот так вдруг?
Односторонний разговор. Левин проигнорировал вопрос и заговорил так, будто ей оставалось только слушать.
— Вы спрашивали, действительно ли Император Снежного Тигра устроил трагедию в императорской семье Тестаросса.
— ...
Именно это Шион больше всего хотела узнать наверняка. Тема возникла внезапно, но пропустить хотя бы слово она не могла.
— В тот день, когда вы вместе со старейшинами бежали из Тигровы, Император Снежного Тигра победил. Но никого не убил.
— Тогда отец и мать...
Их взгляды встретились. Сквозь морщины на лице Левина проступила ничем не прикрытая алчность. Лицо Шион медленно исказилось от ярости. А верховный старейшина совершенно спокойно произнёс:
— Как вы и предполагали. Падение Тестаросса устроил я.
В зале повисла ледяная тишина.
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta
Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta