Глава 37. Танец с Хаосом
Они шли на север, в самое сердце наступающего апокалипсиса. Это было безумием, но это был единственный путь, который имел смысл. Е Чэнь вел свою маленькую группу не по дорогам и тропам, а звериными логовами и ущельями, избегая как орд Левиафана, так и редких групп выживших людей. Последние были опаснее всего — отчаявшиеся, голодные и готовые убить за флягу воды или теплый плащ.
Пейзаж вокруг них окончательно превратился в сюрреалистический кошмар. Небо постоянно озарялось сполохами от столкновений гигантских духовных зверей, сражающихся друг с другом за право быть ближе к своему богу. Земля была испещрена трещинами, из которых сочился то ядовитый зеленый туман, то столбы пара. Воздух гудел от колоссального давления ци, заставляя даже самых слабых культиваторов чувствовать себя пьяными от переизбытка силы.
*«Концентрация энергии здесь... она аномальна»*, — голос Императора был полон исследовательского азарта. *«Мы растем быстрее, чем я мог надеяться. Каждый вдох наполняет наши меридианы»*.
*«Это неестественный рост»,* — предостерегла Богиня. *«Ци здесь дикая, отравленная эхом пробуждения Левиафана. Она может исказить наши каналы»*.
Е Чэнь лишь криво усмехнулся про себя. Его каналы уже были искажены. Они горели черным огнем каждый раз, когда он пропускал через них «Яд Бездны». Но вместе с болью приходила сила. Ранг **40 (Хозяин мира)** был достигнут два дня назад, и теперь он чувствовал, что граница следующего ранга, **50 (Император)**, уже маячит на горизонте.
— Стойте! — прошипел Ронг Цзюнь, резко поднимая руку. Он замер, словно статуя, всматриваясь в густой кустарник впереди.
Группа мгновенно остановилась. Дети, Кай и Лин, прижались к ногам Мэй, которая успокаивающе положила руки им на плечи.
— Что там? — тихо спросил Е Чэнь.
Ронг Цзюнь медленно вытащил свой огромный меч из-за спины.
— Там кто-то есть. Не человек. И не один из низших демонов. Аура... она плотная, материальная.
В тот же миг кусты взорвались ворохом листьев и веток. На поляну выскочило существо, похожее на помесь саблезубого тигра и каменного голема. Его шерсть была похожа на серый гранит, а из пасти торчали клыки длиной с предплечье взрослого мужчины. Это был Духовный Зверь ранга **Планетарный (ур. 500)**, хищник-одиночка, чья шкура была практически непробиваема для обычного оружия.
Зверь приземлился в десяти шагах от них, его желтые глаза с вертикальными зрачками оценивающе скользнули по группе. Он чуял страх. Для него они были просто стадом добычи.
— В пещеру! Быстро! — рявкнул Е Чэнь, толкая детей и Мэй себе за спину. Ронг Цзюнь уже стоял рядом с ним, занося свой двуручный клинок.
Тигр не стал рычать. Он просто атаковал. Его движение было подобно падению горы — стремительное и неотвратимое. Он преодолел расстояние до них за долю секунды, выставив вперед когтистую лапу размером с небольшой щит.
Ронг Цзюнь встретил удар своим мечом. Раздался звук, похожий на удар молота о наковальню. Меч выдержал, но самого воника отбросило назад на несколько метров, и он тяжело рухнул на колени, оставляя в земле глубокую борозду. Из носа у него пошла кровь.
— Я его даже не поцарапал! — прорычал он.
Е Чэнь остался стоять на месте. Он не пытался блокировать удар. Вместо этого он сделал шаг навстречу чудовищу.
— Отойди! — крикнул он Ронг Цзюню.
Когда туша зверя оказалась прямо перед ним, Е Чэнь поднял правую руку. Он больше не боялся боли. Боль стала его проводником.
Он зачерпнул энергию хаоса из своего резервуара. Она хлынула через его меридианы, сжигая всё на своем пути, и сконцентрировалась в ладони. Но в этот раз он не формировал сферу или луч. Он представил не разрушение, а изменение.
— **Шёпот Гор: Окаменение**.
Его ладонь коснулась груди несущегося на полной скорости зверя.
Эффект был мгновенным и ужасающим. Гранитоподобная шерсть твари начала стремительно распространяться под действием техники, превращая плоть и мышцы в камень. Процесс начался с точки касания и со скоростью лесного пожара охватил всю переднюю часть туловища зверя. Живое, дышащее существо превратилось в движущуюся статую.
Статуя врезалась в землю в полуметре от Е Чэня и с оглушительным треском раскололась на тысячи осколков, подняв облако пыли и каменной крошки.
Наступила тишина.
Ронг Цзюнь поднялся на ноги, глядя на гору щебня, оставшуюся от монстра, которого он не смог даже поцарапать.
— Ты... ты убил его одним касанием, — произнес он севшим голосом.
— Я не убил его, — поправил Е Чэнь, стряхивая пыль с рукава. Его рука дрожала от отката использования такой мощной техники. — Я изменил его суть. Превратил живую плоть в мертвый камень. Моя сила — это не просто разрушение, Цзюнь. Это переписывание законов реальности в малом масштабе.
Пока они переводили дух, Е Чэнь подошел к останкам зверя. Среди обломков камня тускло светился небольшой кристалл — ядро ци Планетарного ранга. Он наклонился и подобрал его.
— Съешь его, — приказал он Ронг Цзюню, протягивая кристалл.
Воин отшатнулся.
— Что? Зачем?
— Твой ранг слишком низок. Если мы столкнемся с кем-то сильнее, ты станешь обузой. Тебе нужно стать сильнее. Немедленно.
Ронг Цзюнь колебался лишь секунду. Затем он взял кристалл и с хрустом раздавил зубами. Его тело выгнулось дугой, когда мощный поток чужой ци хлынул в его меридианы, расширяя их и укрепляя основу культивации.
Е Чэнь обернулся к остальным.
— Мы идем дальше. Цель близка.
Целью был эпицентр. Место, где концентрация хаотичной ци была настолько плотной, что воздух там, казалось, застывал в причудливые кристаллические формы. Именно туда стекались все монстры армии Левиафана, образуя живой океан вокруг своего бога.
Спустя еще день пути они достигли края этой бездны.
Перед ними простиралась гигантская котловина, подобная той, что была над Источником, но в сотни раз больше. Здесь земля не просто кипела — она текла, как вода, формируя и разрушая гигантские скальные формации. А в центре этого безумия, паря в сотнях метров над землей, находилось оно.
Левиафан.
Теперь он был виден целиком. Колоссальное тело, сотканное из абсолютной тьмы и первобытного хаоса, постоянно меняющее свои очертания. Десятки километров живого кошмара. Вокруг него кружила нескончаемая карусель из тысяч духовных зверей всех мастей и размеров, создавая непроницаемый барьер из плоти и ци.
— Как... как мы пройдем? — прошептала Мэй, прижимая к себе детей. Даже отсюда давление ауры Левиафана было почти невыносимым, вызывая инстинктивное желание упасть ниц и молить о пощаде.
Е Чэнь смотрел на эту картину с холодным расчетом. Он чувствовал связь. Печать внутри него вибрировала в такт пульсации Левиафана. Эта связь была двусторонней. Древний бог тоже знал о нем. Чувствовал его как назойливую песчинку в глазу.
— Мы не будем проходить, — сказал Е Чэнь. — Мы заставим его обратить на нас внимание.
Он закрыл глаза и потянулся к печати. Раньше он делал это осторожно, выпуская лишь капли силы. Теперь он толкнул её изо всех сил.
Боль была ослепляющей. Ему показалось, что его душа разрывается на части. Но результат превзошел все ожидания.
Из его тела вырвался импульс воли — беззвучный ментальный крик, усиленный частицей божественной силы из печати. Этот импульс был направлен не на разрушение, а на **привлечение внимания**. Это был зов более мелкого, но агрессивного хищника, бросающего вызов вожаку стаи.
Реакция последовала незамедлительно.
Огромная масса зверей, кружащая вокруг Левиафана, пришла в смятение. Часть этой массы отделилась от основного потока и начала медленно поворачиваться в сторону маленького отряда Е Чэня. Это было похоже на то, как если бы целый айсберг начал разворачиваться, чтобы взглянуть на муравья, укусившего его за ногу.
Над котлованом раздался рев, от которого содрогнулись сами небеса. Это был не гнев. Это было чистое, незамутненное любопытство.
**«МЯСО. ЖИВОЕ. СОПРОТИВЛЯЕТСЯ»**.
К ним направлялся авангард. Несколько десятков существ, похожих на огромных бескрылых птиц с клювами, способными перекусывать сталь.
— Приготовьтесь к бою, — спокойно сказал Е Чэнь, доставая из ножен обломки «Пепельного Когтя». Клинок был сломан, но металл Звездного железа все еще хранил остатки света Ян-ци. — Сегодня мы либо умрем, либо совершим невозможное.
Он повернулся к своей группе. В их глазах больше не было страха. Только решимость.
— За мной, — скомандовал Е Чэнь и побежал вниз по склону котловины, навстречу приближающейся смерти. Он бежал не от неё. Он бежал, чтобы оседлать её.