Глава 53. Пепел Империи
Падение цитадели клана Теневого Зрения не принесло Е Чэню покоя. Наоборот, тишина, воцарившаяся в подземельях Черной Горы после смерти Лян Вэйдуна, казалась ему затишьем перед еще более страшной бурей. Слова умирающего посланника эхом отдавались в его сознании: *«Когда придут ОНИ...»*.
Капитан Хао и его люди методично прочесывали базу, собирая трофеи: свитки с техниками, духовные камни, запасы алхимических ингредиентов. Это было настоящее сокровище для любого культиватора. Но Е Чэня это не интересовало. Он стоял над воронкой, оставшейся от его удара «Симфонией Небытия», и смотрел на изуродованное тело Лян Вэйдуна.
*«Он был лишь исполнителем»*, — голос Императора был задумчив. *«Инструментом. Настоящие кукловоды сидят гораздо глубже в тени»*.
*«И они боятся нас»,* — добавила Богиня. *«Они боятся того, что ты можешь стать сильнее Левиафана»*.
Е Чэнь поднял взгляд на Охотника. Тот стоял в тени колонны, как всегда безмолвный и неподвижный. Он убил своего хозяина, но не ушел. Он ждал.
— Почему? — спросил Е Чэнь, обращаясь к нему. — Почему ты убил его? Ты же служил ему верой и правдой.
Охотник медленно повернул голову. В прорезях его капюшона не было видно глаз, но Е Чэнь чувствовал на себе его тяжелый, изучающий взгляд.
— Он... нарушил Равновесие, — проскрипел голос Охотника. Слова давались ему с трудом, словно он отвык говорить. — Он хотел использовать Спящего не для очистки, а для захвата власти. Он стал... испорчен.
— А ты? Ты не испорчен? Ты убиваешь по приказу.
Охотник долго молчал.
— Я... очищаю скверну. Я — Вестник Равновесия.
Е Чэнь усмехнулся:
— Ты такой же инструмент, как и он. Только твой поводок длиннее.
Он отвернулся от Охотника и подошел к Ронг Цзюню и Мэй, которые осматривали один из стеллажей с нефритовыми табличками.
— Нашел что-нибудь полезное? — спросил он.
Ронг Цзюнь держал в руках табличку, светящуюся тусклым зеленым светом.
— Это карта, — сказал он хмуро. — Карта их сети убежищ по всему континенту. И... список операций.
Он протянул табличку Е Чэню. На ней был список дат и местностей.
— «Операция "Затмение": Провинция Синей Ивы»... «Операция "Пепел": Железный Приют»... — читал Е Чэнь.
Внезапно его взгляд остановился на одной из записей.
— «Операция "Падение Империи": Цзиньлун»...
Дата операции была двухмесячной давности.
Цзиньлун. Город «Золотого Дракона». Тот самый город, где всё началось. Где он был никем. Где погибли его друзья.
*«Они уничтожили город не просто так»*, — прошептал Император внутри его сознания.
Е Чэнь сжал табличку так, что она треснула в его руке.
— Что это значит? — спросила Мэй, заглядывая ему через плечо.
— Это значит, что они не просто следили за мной, — голос Е Чэня был тихим, но в нем звенела сталь. — Они **создали** меня. Цзиньлун был уничтожен, чтобы выманить меня из тени. Чтобы заставить меня использовать силу душ Императора и Богини в критической ситуации.
Он посмотрел на своих друзей горящими янтарными глазами:
— Мой гнев... моя боль... это всё было частью их плана. Они хотели посмотреть, на что я способен, когда загнан в угол.
Ронг Цзюнь выругался сквозь зубы:
— Вот ублюдки...
Е Чэнь сжал кулаки. Он чувствовал ярость, холодную и ясную, как лезвие «Реквиема». Но вместе с яростью пришло и понимание. Понимание того, что его путь больше не был просто борьбой за выживание или местью за друзей.
Он стал фигурой на доске. Очень опасной фигурой, которую клан Теневого Зрения пытался контролировать. И теперь, когда они потеряли контроль, игра перешла в эндшпиль.
К ним подошел капитан Хао.
— Мы закончили обыск. Здесь хватит ресурсов, чтобы вооружить небольшую армию культиваторов ранга Планетарный (ур. 500). Но есть проблема.
Он кивнул в сторону выхода из зала.
— Посмотри сам.
Е Чэнь вышел из библиотеки вслед за капитаном. Они поднялись по винтовой лестнице на поверхность, к главному входу в базу. Ночь уже вступила в свои права, но небо на севере было багровым от далеких пожаров и вспышек ци.
Но не это привлекло внимание Е Чэня.
Вся долина перед Черной Горой была заполнена монстрами.
Это были не просто случайные твари из армии Левиафана. Это была организованная стая. Десятки гигантских волков с кристаллической броней, парящие в воздухе змеи с телами из застывшей лавы, массивные гуманоиды из камня и теней. Они не атаковали лагерь капитана Хао у подножия горы. Они окружили её плотным кольцом и просто ждали.
А во главе этой стаи стояло существо рангом не ниже Звездного (ур. 1500). Огромный трехглазый волк с шкурой из чистого обсидиана и короной из молний между ушей.
— Они... они ждут нас? — прошептала Мэй.
Е Чэнь покачал головой:
— Нет. Они ждут **его**.
Он чувствовал это всем своим существом. Связь с Левиафаном натянулась как струна и начала пульсировать с новой силой. Бог хаоса почувствовал смерть своего главного «пастуха» на этом континенте — Лян Вэйдуна. И теперь он посылал своих аватаров, чтобы восстановить контроль над ситуацией и уничтожить потенциальную угрозу своему пиршеству.
Трехглазый волк повернул свою массивную голову и посмотрел прямо на Е Чэня. В его среднем глазу горел разум, чуждый человеческому.
**«МЯСО СОПРОТИВЛЯЕТСЯ»**.
Волк издал утробный рык, от которого содрогнулась земля, и вся стая монстров пришла в движение, медленно сжимая кольцо вокруг горы.
Капитан Хао выхватил меч:
— К оружию! Занять оборону!
Е Чэнь поднял руку, останавливая его:
— Нет. Это моя битва.
Он повернулся к своим друзьям:
— Ронг Цзюнь, Мэй... уведите людей капитана обратно в лагерь. Укрепите оборону Последнего Оплота. Это то, что я просил у капитана Хао изначально — информация о Левиафане и время для подготовки.
Ронг Цзюнь шагнул к нему:
— Я останусь с тобой!
Е Чэнь посмотрел ему в глаза:
— Нет. Ты нужен им там. Ты стал сильнее, но тебе еще далеко до ранга Звездного (ур. 1500). Ты погибнешь здесь зря.
Он перевел взгляд на Мэй:
— Позаботься о нем. И о детях.
Мэй молча кивнула, её глаза были полны слез и гордости одновременно.
Е Чэнь достал из ножен «Реквием». Клинок тускло блеснул в свете багрового неба.
Он спустился с горы один. Он шел навстречу армии монстров, которая ждала его у подножия.
Трехглазый волк ждал его в центре строя.
Е Чэнь остановился в десяти шагах от него.
Волк наклонил голову набок, изучая человека перед собой.
**«ТЫ НЕ ТАКОЙ КАК ДРУГИЕ»**. Голос звучал прямо в сознании Е Чэня. **«ТЫ ПАХНЕШЬ ИМ»**.
Е Чэнь улыбнулся волку так же хищно:
— Ты прав. Я пахну им. Я впитываю его силу каждый день. И сегодня я выпью твою силу до дна.
Он поднял «Реквием».
Волк зарычал и бросился вперед со скоростью падающей звезды.
Это была битва двух хищников за право стоять на вершине пищевой цепи этого умирающего мира.
И когда клинок Е Чэня встретился с когтями аватара Левиафана, небеса над Черной Горой озарила вспышка такой мощи, что её было видно за сотни ли отсюда — там, где армия самого Спящего продолжала свой неумолимый марш на юг.
Путь к бессмертию пролегал через пепел империй и клыки богов. И Е Чэнь только что сделал еще один шаг по этой дороге огня и крови.