Какими бы ни были мои ожидания от этой войны, пока все они оказывались беспочвенными, и цикличные приливы-отливы затянувшегося боя перестали тревожить меня сильнее, чем отлив океана поутру, который к вечеру того же дня вернётся обратно.
Даже при блуждающем разуме моя техника продолжала оттачиваться с каждым убийством. Время от времени я развлекал себя, меняя состав снарядов, снова и снова проверяя, какая пуля лучше работает против бронированных противников, спринтеров, стрелков и любых прочих вариаций Фрейлитов, попадавшихся мне в море масла и крови, покрывавшего нынче практически всю землю.
Скопление несметных трупов стало помехой для одной из сторон: всё больше жуков были вынуждены карабкаться по павшим сородичам, чтобы продолжать натиск. Это давало нашей передовой ещё одну драгоценную секунду перевести дыхание, прежде чем снова нырнуть в неутомимую орду. Солнце уже давно стояло высоко над головой, но конца волне блестящих панцирей, поднимавшихся из-под земли, всё ещё не было видно.
Бегло проверив окрестности, чтобы не оказаться застигнутым врасплох, я подтвердил свою безопасность, а затем впервые с начала боя проверил своих товарищей по группе. С чувствами, всецело сосредоточенными на монстрах впереди и собственных атакующих стараниях, я обнаружил, что мысленно разложил членов группы по полкам безликих союзников — тот же ярлык, что я вешал и на рекрутов-НПС.
Отведя часть внимания от действа, я с удивлением обнаружил, что из Пятого Отряда рядом со мной передовую почти никто не поддерживает. На мгновение сместив огонь глубже вражеские ряды, чтобы не задеть своих, я огляделся по-настоящему и впитал позиции собратьев-Падших.
На данный момент только Ангус, Никки и, самое удивительное из всех, Бенни всё ещё стояли на краю помоста рядом со мной, осыпая жуков занятными дальними атаками. Младший кудрявый подросток рядом даже не отмечал мой взгляд, пока его руки выписывали в воздухе круги, бесконечно сплетая и активируя всевозможные основанные на мане начертания, которые он, казалось, вырезал прямо в воздухе. Можно было сказать, что парень был в своей стихии: его позиция далекая от наземных боёв позволяла неспешно плести нити маны в замысловатые на вид заклинания, висевшие в воздухе, словно командный центр.
В один миг я наблюдал, как указательные пальцы Ангуса пробегают зигзагом по фиолетовому магическому кругу, парившему подле него, активируя некий мини-массив, окутывающий его фигуру мана-барьером. В следующую секунду шальная жвала Фрейлита врезалась в стену быстрее, чем мог уследить глаз, но Ангус даже не дрогнул при покушении на свою жизнь, активируя очередную паутину линий, что выплеснула концентрированные мана-стрелы обратно в направлении, откуда прилетела жвала.
Его растущая сеть начертаний, похоже, обладала неким накопительным эффектом: чем дольше шёл бой, тем, как я полагал, лучше становились его защита и атаки. Это было немного шокирующе, особенно если вспомнить, что, когда я впервые видел парня в бою на спаррингах, его выступление было по-настоящему ужасным. Полагаю, на этой позиции с лёгкой обороной и полной свободой времени и стратегии подросток мог воистину сиять и показать всем, что они ошибались, недооценивая его. Собственно, я почти подозревал, что и его близость ко мне была не случайной.
Теперь, когда я как следует об этом думал, в какой-то момент битвы я вообще перестал отбивать атаки после того, как они внезапно вовсе перестали случаться. Выходило, что это было совсем не так: скорее, Ангус закрывал любые случайные бреши, которые штатные маги-барьерщики не успевали оперативно заткнуть.
Вот почему у меня в последнее время было так много свободного времени. Теперь я чувствовал лёгкий укол вины за то, что не поблагодарил парня раньше.
Пока же я отмахнулся от лёгкой виноватости и перевёл внимание на двух других стрелков поддержки, которые, похоже, тоже извлекали пользу из заклинаний Ангуса.
Никки стояла слева от чуть более младшего парня, почти не двигаясь, пока острые клинки ветра формировались перед её фигурой и сеяли хаос среди жуков внизу. Похоже было, что она не могла выдавать такие эффективные атаки постоянно, как я или Ангус, однако я видел, как её клинки выцеливают важные моменты боя, чтобы хлестнуть и обездвижить монстра прежде, чем тот успеет воспользоваться слабостью любого из бойцов передовой. Даже при неподвижном на дюйм теле я видел, как её глаза движутся со сверхчеловеческой скоростью, мгновенно отслеживая все потоки обратной связи от битвы через свой навык <Обработка>.
Пусть кто-то вроде Ангуса или меня легко обходил её по чистому числу убийств, её рука на весах этой битвы, похоже, была не менее важна: своим аналитическим заградительным огнём она к этому моменту, вероятно, спасла сотни, если не тысячи жизней.
И наконец — отнюдь не в последнюю очередь — передо мной стояло самое неожиданное и интересное зрелище из всех: восьмилетний платиновый блондин, державший Никки за руку и несущий ужасающие разрушения своим навыком <Телекинез>.
Я едва мог в это поверить, хотя это происходило прямо у меня на глазах, но первоклассник, похоже, подходил для этой сложности куда лучше, чем я когда-либо мог ожидать: десятки снарядов, насыщенных маной, непрерывно выхватывались из соседней кучи и отправлялись в полёт с головокружительной скоростью в сторону тараканов впереди. Выходило, кто-то выявил атакующий потенциал Бенни ещё пока я был в зомбо-режиме, и теперь небольшая горка боеприпасов, что я натаскал для Киры, высилась у ног мальца в ожидании применения.
Честно говоря, я понятия не имел, что делает его второй навык <Пакт>, но, похоже, какие бы ещё навыки и класс у мальца ни были, они позволяли ему действовать как живая баллиста — точь-в-точь как те, что обслуживались остальными рекрутами. Единственным отличием между ними и восьмилеткой было куда меньшее время перезарядки, из-за чего тот действовал почти как ходячая артиллерийская установка.
Часть меня переполнялась гордостью, пока я смотрел, как ребёнок превращается в то самое, чего родители в старые времена боялись после того, как их чада переиграют в видеоигры. Бенни стал миниатюрным аркадным стрелком, и монстрам нечего противопоставить мощи его неутомимой психокинетической прыти.
Оторвав взгляд от крутейшего карапуза, я проследил за тем, чтобы ещё сильнее поднять темп стрельбы, распределив очередные 20 очков в МЩЬ. К этому моменту я чувствовал, как мышцы пытаются свести судорогой под моими чудовищно разбалансированными атрибутами, однако скорости, с которой я выкачивал ману и радиацию, было достаточно, чтобы купировать любые симптомы прежде, чем те успевали закрепиться. Я понятия не имел, сколько уровней набрал, и изрядно побаивался проверять — особенно после того, как увидел, насколько сильнее стали мои товарищи с начала волны. Тот факт, что я без проблем вбухал пока 30 свободных очков в МЩЬ, означал, что я взял как минимум 10 уровней, но почему-то я сомневался, что это хотя бы царапает поверхность того, что я приобрёл.
Прежде чем проверить остальных членов группы, которых я заметил позади во время сканирования, я на секунду заглянул в уведомления, дабы получить представление о текущих приобретениях.
< Мана-Конструкция Ур. 11 -> Мана-Конструкция Ур. 12 >
Моё сердце пропустило удар, и я тут же закрыл уведомления. Это был лишь беглый взгляд, но единственной строчки, которую я успел разглядеть, уже было достаточно, чтобы наполнить меня страхом и ликованием.
Не может же всё быть так просто, верно? Это слишком жутко. Я знаю: что-то непременно грядёт, чтобы испортить халявный фарм.
Стоп. А что, если что-то уже произошло?
Оставив конструкции слепо палить ещё немного, я полностью обернулся и впитал открывшуюся мне картину, чтобы убедиться, что все мои товарищи по группе живы и здоровы.
Мой короткий приступ пессимизма, похоже, не имел под собой реальных оснований, когда я наконец увидел движущиеся фигуры позади себя. Сара, Генри, Винс, Уэйд, Кэтрин, Сандра и даже Лапуся были всё ещё на помосте, живые и невредимые. Похоже было, что они разбили мини-костёр, где в маленьком котелке булькали подогретые рационы. Оглядевшись, я обнаружил похожие лагеря, рассыпанные по всей стене и помосту, где разные войска отдыхали и восстанавливались.
Нечто в моём нутре взбунтовалось при этом зрелище, и я не мог смотреть на своих товарищей без доли отвращения. То есть, даже Бенни — ребёнок — всё ещё выкладывался на полную, сражаясь с волной. Как этим более высокоуровневым, не говоря уже о взрослых, войскам позволено забить на всё, пока остальные из нас не покладая рук их защищают?
Отойдя от своего поста впервые с начала войны, я оставил самодельную мана-минигану парить подле края стены, чтобы та продолжала трудиться, а сам отступил с Кольцом Вспышки, всё ещё прикреплённой к спине. Почему-то мои движения казались вялыми, и моя полупостоянная конструкция отставала от меня так, что мне пришлось применить <Контроль Маны>, чтобы она следовала за мной. Игнорируя непривычный новый вес моего накопителя, я двинулся к лагерю, где поджидала остальная группа.
“Смотрите-ка, кто наконец решил передохнуть! Удивлён, что ты ещё не нассал себе в штаны после стольких часов на ногах.” Поприветствовала меня Сандра.
Злой гул моего раздражения на халявщиков сменился крошечной рябью недоумения от её слов.
“О чём ты? Разве вам не следовало бы помогать? Я понимаю, что нужно беречь силы, но это не повод лентяйничать.” Твёрдо заявил я, оглядываясь в поисках Тобиаса.
Не хочу ябедничать, но какого лешего командир позволяет своим войскам гонять балду в такой момент?
“Расслабься, Рэмбо, Тобиас в командном шатре отдыхает. Он сказал, что можно начинать сменяться. Худшее уже позади.” Передал вместо Сандры Уэйд, набивая свою харю чем-то похожим на рагу.
“Худшее позади? Мы что, уже не помним цирк с шеренгой жуков, выстроившихся перед битвой? Как он может дрыхнуть, когда мы их не видели с самого начала боя? Прошло всего несколько часов — нам нужно сохранять бдительность, если, конечно, никто не хочет умереть.” Ответил я с ноткой отчаяния.
Они серьёзно рассчитывают, что волна закончится вот так? Признаю, мне было скучновато, но за стеной всё ещё таились опасности.
“Себастьян, уже почти двенадцать часов. Ни одна волна в истории не длилась дольше шестнадцати. Даже если эта волна опаснее прочих, мы вполне продержимся ещё целый день, если понадобится. Потому мы и отдыхаем сейчас — как и тебе следовало бы.” Сказал Винс, стоя часовым перед лагерем. По крайней мере, мужчина, похоже, не терял бдительности, но его слова казались мне нелепыми.
“О чём ты вообще?! Это не время отдыхать. Нам нужно набираться как можно больше сил, чтобы встретить всё, что это место нам готовит! Вы же не можете быть настолько тупыми, чтобы верить, что всё закончится вот так, да?”
“Хватит. Я понимаю, почему ты волнуешься, и ценю твою серьёзность, но именно сейчас нам и нужен отдых. Больше уровней не помогут, если мы будем слишком измотаны, чтобы использовать их, когда придёт время. Потому мы и меняемся сменами. Уэйд несколько раз пытался заставить тебя сделать паузу, но ты не слушал.”
Ветер быстро выдулся из моих парусов, пока я подыскивал, что сказать. Уже почти полдня? Но ощущение такое, будто мы начали всего несколько часов назад. Как я мог так сильно выпасть из реальности?
По мере того как эмоции утихали, желудок болезненно заурчал, и я почувствовал, что мышцы отзываются не так быстро, как должны. Я что, серьёзно дрался так долго? Почему-то это не ощущалось реальным.
Вскоре, не найдя цели для своего гнева, я обнаружил, что мне вручили миску рагу и усадили на соседнее сиденье рукой Сары. Подняв оцепенелый взгляд, я встретился с ней глазами, и она одарила меня лёгкой улыбкой, жестом предлагая поесть. Не говоря ни слова, я принялся заглатывать еду из рук. Через мгновение миска опустела, и почему-то я не мог даже вспомнить её вкус.
Голова ощущалась туманной, а окружающие люди казались почти нереальными, пока я давал телу немного отдохнуть, попивая воды и закидываясь едой.
Даже при утопающем в дымке окружении я всё равно чувствовал себя бодрее некуда, и сколько бы времени я ни просидел с остальными, я не прекращал подпитывать ману в свои конструкции и в Кольцо Вспышки, парившее чуть за границей поля зрения.
Слова сеялись о моё подсознание, словно мягкий дождь, но я не слышал ни единого из них и продолжал жить в собственном маленьком мире резни.
Я понимаю, что говорят окружающие…
Но, думаю, все они недооценивают, насколько опасно это место.