— О, доктор Ким. Проходи.
Ю Ёнсу добродушно поприветствовал его.
Кан Минчхоль же, напротив, с недовольным видом буркнул:
— Доктор Ким Джинхён.
— Да?
«Чего это он вдруг?»
— Ходят слухи, что ты переходишь в другую больницу.
— Что?
Джинхён удивлённо округлил глаза.
— Профессор Ким из Университета Хангук сказал, что после окончания резидентуры ты решил вернуться в свою альма-матер.
Это был тот самый профессор из Университета Хангук, который ранее предлагал ему перейти к ним.
«Да нет же, я ничего такого не говорил! Я лишь сказал, что подумаю.»
— Вовсе нет. У меня пока нет планов возвращаться в Больницу при университете Хангук.
— Пока нет? Значит, позже собираешься?
Брови Кана Минчхоля поползли вверх.
Джинхён покрылся холодным потом.
«Что с ним сегодня такое?»
Ю Ёнсу с улыбкой вмешался в разговор:
— Профессор, ну не смущайте вы доктора Кима. Пока вы здесь, он никуда не уйдёт из Больницы Тэиль. А вы, доктор Ким, не берите в голову. Последнее время о вас столько говорят.
И это было неудивительно.
Резидент, опубликовавший целых четыре статьи в трёх ведущих мировых медицинских журналах, публикация даже в одном из которых считается величайшей честью для всей медицинской академии.
К тому же его хирургические навыки были поистине гениальными.
— Кхм. Ладно, даже не думай уходить куда-то. В общем, я позвал тебя из-за операции на следующей неделе. Слышал о Группе Сонён?
Джинхён озадаченно наклонил голову, не узнавая названия, и Ю Ёнсу пояснил вместо коллеги:
— Это крупный конгломерат, который входит если не в топ-20, то точно в топ-100 ведущих корпораций страны. Впрочем, наш доктор Ким, как всегда, так увлечён лечением пациентов, что совсем не следит за новостями бизнеса.
Джинхён, который как в прошлой жизни, так и в этой не особо разбирался в подобных вещах, неловко почесал затылок.
— А что с ними случилось?
— У председателя Группы Сонён Ким Джунгука обнаружили рак печени. Из-за стадии по Миланским критериям и класса C по шкале Чайлд-Пью ему требуется трансплантация.
— А донор есть?
Трансплантация печени не делается по одному лишь желанию — для этого необходим донор.
— Донором станет его дочь. К счастью, председатель некрупного телосложения, так что её печень должна подойти.
— Да, я понял. Буду ассистировать.
Каким бы гением ни считали Джинхёна, проводить операцию столь важному VIP-пациенту ему бы не доверили.
— Но есть одна проблема.
—?
— Время операции совпадает с конференцией по гепатологии в Италии, поэтому профессор Ю Ёнсу не сможет принять участие. Доктор Ким Джинхён, нам придётся оперировать вдвоём.
—!
Джинхён мгновенно понял, зачем Кан Минчхоль вызвал его.
В отличие от других операций, при трансплантации печени требуются два ведущих хирурга.
Один оперирует донора, извлекая орган, а второй — реципиента, пересаживая его.
Это означало, что Джинхёну придётся взять на себя роль ведущего хирурга на операции по забору органа у донора.
Конечно, поскольку у здорового взрослого человека нужно лишь иссечь часть печени, эта часть операции намного проще, и у Джинхёна уже был богатый опыт её проведения.
И всё же статус VIP-пациента накладывал определённое давление.
— А нельзя ли перенести дату операции?
— Я предлагал это, но из-за плотного графика председателя Ким Джунгука это невозможно. Профессор Ю Ёнсу тоже должен выступить с очень важным докладом, так что он не может пропустить конференцию. Но главное — семья председателя Кима совершенно не против того, чтобы операцию проводил именно ты, доктор Ким.
— Именно мне?
— Похоже, они остались под глубоким впечатлением после просмотра выпуска передачи «Выдающийся врач.» Сказали, что хотят лечиться у того самого доктора, который спас премьер-министра Ким Чханёна.
Передача «Выдающийся врач» идеализировала докторов, выставляя их в таком свете, что становилось даже неловко.
Джинхёну было настолько стыдно, что он так и не смог досмотреть выпуск со своим участием до конца.
— Поэтому я хочу, чтобы ты прооперировал донора.
Профессор Кан Минчхоль обратился к нему с этой просьбой.
В сложившейся ситуации отказаться было невозможно, поэтому Джинхён кивнул:
— Хорошо, я сделаю это.
По сути, если не считать статуса VIP, это была стандартная процедура. У него было много опыта, и никаких осложнений никогда не возникало.
«В этот раз тоже всё пройдёт гладко.»
Так думал Джинхён.
***
Однако возникла проблема. Точнее, не столько проблема, сколько крайне неприятное обстоятельство.
Первым ассистентом на операцию, которую должен был вести Джинхён, назначили Ли Санмина.
«Почему именно Ли Санмин?»
Джинхён нахмурился.
Но ассистенты распределялись согласно графику резидентов, и если ты не обладал авторитетом уровня профессора Кана Минчхоля, поменять их по своему желанию было невозможно.
— О, Джинхён. Надеюсь на плодотворное сотрудничество.
Ли Санмин небрежно махнул рукой в знак приветствия.
Исхудавшие конечности, впалые щеки, глубокие темные круги под глазами. Всего за один год он изменился до неузнаваемости.
Если раньше он походил на стройного, симпатичного манекенщика, то теперь выглядел как законченный наркоман.
Впрочем, это не делало его уродливым — скорее, от него исходила какая-то порочная, опасная притягательность.
— Взаимно. Постараемся провести операцию как можно лучше.
Джинхён пожал руку Ли Санмину, настороженно вглядываясь в его лицо.
«Надеюсь, он не замышляет ничего дурного?»
Однако Ли Санмин, как обычно, лишь загадочно улыбался.
— Да, давай сделаем всё на высшем уровне.
После короткого рукопожатия они разошлись.
Никаких явных поводов для подозрений не было, но у Джинхёна на душе остался неприятный осадок.
«Вряд ли он решится на какие-то пакости с таким важным пациентом, но мне всё равно стоит держать ухо востро.»
Отогнав лишние мысли, он отправился на встречу с пациенткой. Хотя в данном случае называть её пациенткой было не совсем верно, ведь она была абсолютно здорова и просто выступала донором.
— Здравствуйте. Немного волнуюсь перед операцией.
Молодая женщина плотного телосложения с улыбкой встретила Джинхёна.
— Меня зовут Ким Джинхён.
— Да, я видела вас в передаче «Выдающийся врач.» Раз уж вы такой гениальный доктор, то проведёте операцию идеально, верно?
Джинхён улыбнулся на её полушутливый вопрос:
— Конечно, не волнуйтесь. Операция пройдёт быстро: вы просто уснёте, а когда проснётесь, всё уже будет позади. Так что не переживайте.
Также он встретился с председателем Ким Джунгуком, которому предстояло получить трансплантат.
Казалось, больной раком председатель переживал за дочь гораздо сильнее, чем за себя.
— Пожалуйста, позаботьтесь о ней, доктор. Она — единственный послушный ребёнок среди всех моих детей. Я не смогу жить, если с ней что-то случится.
В отличие от остальных детей председателя Группы Сонён Ким Джунгука, которые вели разгульный образ жизни, его дочь была прилежной и во всём помогала отцу.
Одно лишь её решение пожертвовать часть своей печени говорило о безграничной дочерней любви.
— Вообще-то я не хотел соглашаться на трансплантацию. Может, всё-таки отменим? Это ведь может быть опасно для тебя.
Дочь ласково пожурила отца за эти слова:
— О чём вы говорите, папа? Вы должны жить долго-долго. Врачи говорят, что донорские операции почти всегда проходят без осложнений, так что думайте только о своём здоровье. Правда ведь, доктор?
В их разговоре чувствовалась глубокая взаимная любовь отца и дочери.
— Да, не беспокойтесь. Мы сделаем всё возможное.
Кан Минчхоль, который до этого молча слушал их, негромко откашлялся:
— Возможно, мне не стоит хвалить своего подчинённого, но доктор Ким Джинхён действительно выдающийся хирург. Так что можете не волноваться.
Услышав заверения от самого профессора Кана Минчхоля, ведущего специалиста в области трансплантации печени, председатель Ким Джунгук заметно повеселел.
— Да, спасибо вам большое.
***
За несколько дней до операции Джинхён выкроил время для короткого свидания с Хеми.
— Что это на тебя нашло? С чего вдруг мы пришли в такое место?
— Да просто подумал, что мы вечно едим одно только мясо.
Место, куда Джинхён привёл её, было роскошным скай-лаунжем в шестизвёздочном отеле в районе Самсон-дон.
— Здесь, наверное, безумно дорого. Может, я заплачу?
Хеми обеспокоенно посмотрела на него.
В этом отеле, где даже самый дешёвый стандартный номер стоил около 600 000 вон за ночь, ужин в скай-лаунже обходился примерно в 150 000 вон на человека. На двоих выходила приличная сумма в 300 000 вон.
Однако Джинхён уверенно заявил:
— У меня полно денег.
— Ой, да ладно тебе. «Полно» у него.
Конечно, с состоянием более чем в 3 миллиарда вон Джинхёна вполне можно было назвать молодым богачом, но с Хеми он всё равно не мог сравниться.
Даже если не брать в расчёт то, что она входила в совет директоров Тэиль Холдингс, управляющего Больницей Тэиль, Хеми, будучи наследницей в третьем поколении, уже в пятилетнем возрасте владела десятиэтажным зданием в престижном районе Каннам.
Когда Джинхён впервые узнал об этом, он подумал:
«Она исполнила мою главную мечту всей жизни в пять лет... Какая несправедливость.»
От этой мысли ему становилось немного не по себе.
— Ах, как же здорово выбраться в такое место после долгого перерыва.
Глядя на ночной Сеул, раскинувшийся внизу и сияющий мириадами огней, словно россыпь драгоценных камней, Хеми счастливо улыбалась.
В мягком, приглушённом свете лаунжа её лицо казалось невероятно нежным и пленительным.
— Чего ты так на меня смотришь? Я что, настолько красивая?
— Ещё чего.
Хеми весело рассмеялась.
— Ну вот. А по-моему, ты у меня самый красивый в мире. Кстати, с чего вдруг ты вырядился в костюм? Ты же терпеть их не можешь.
Джинхён слегка покраснел.
— Да просто так, решил надеть. Давай ешь быстрее. Если не будешь, я твой стейк заберу.
— Эй, прекрати! Хватит уже объедаться мясом, хищник несчастный!
Их весёлая, непринуждённая беседа продолжалась на протяжении всего ужина.
После лёгких закусок — зернового хлеба, салата, французского супа и итальянской пасты — им подали сорбет, чтобы освежить рецепторы, а затем принесли основные блюда: лобстера и сочные стейки.
Нарезая мясо, Джинхён напряжённо размышлял.
«Как же начать?»
Разумеется, он привёл её в этот дорогой ресторан не просто так. Пальцы его правой руки то и дело нащупывали в кармане твёрдую коробочку квадратной формы.
Там лежало кольцо с бриллиантом — кольцо для помолвки.
Он пришёл в этот скай-лаунж с единственной целью — сделать ей предложение.
«Может, ещё слишком рано?»
Им обоим было под тридцать, а встречались они всего год.
Для предложения руки и сердца этот срок мог показаться довольно коротким.
Но...
«Я хочу быть с ней всегда.»
Возможно, из-за того, что они знали друг друга много лет, их чувства после начала отношений вспыхнули с невероятной силой.
Всё остальное не имело значения. Он просто хотел всегда быть рядом с ней и пройти этот жизненный путь рука об руку.
Важно лишь это искреннее желание, а сколько времени они встречаются — дело второстепенное.
— М-м? Что такое? Хочешь что-то сказать? — спросила Хеми, пережёвывая еду.
— Если есть что сказать, говори, не стесняйся.
— Если есть что сказать, говори, не стесняйся.
Щёки Хеми, когда она это говорила, слегка порозовели.
В отличие от Джинхёна, она вовсе не была глупой.
Если парень, который всю жизнь терпеть не мог ходить по кафе, вдруг бронирует столик в скай-лаунже за 300 000 вон, наряжается в строгий костюм и то и дело нервно щупает что-то твёрдое в кармане, ответ напрашивается сам собой.
«Джинхён собирается сделать мне предложение!»
Хотя это было немного неожиданно, сердце Хеми взволнованно затрепетало.
Мысль о том, что они смогут провести вместе всю оставшуюся жизнь, кружила голову.
Какое счастье может быть больше этого? Она с нетерпением ждала его признания.
— А... нет, ничего.
Однако этот робкий недотёпа Джинхён никак не мог решиться.
Когда пришло время произнести заветные слова, язык словно прирос к нёбу, а всё тело сковало напряжение.
— Да говорю же, если хочешь что-то сказать, говори.
— Да нет, ничего такого.
Хеми подталкивала его как могла, но Джинхён раз за разом упускал нужный момент. В подобных делах у него начисто отсутствовал всякий талант.
В итоге он лишь неловко тянул время, пока ужин окончательно не подошёл к концу.
Выйдя из отеля, Хеми почувствовала себя совершенно разочарованной.
«Ну и что это за дурак! Хотел сделать предложение — так делал бы!»
Джинхён и сам чувствовал себя крайне неловко.
«Эх, никак не могу поймать момент. Может, сделать предложение прямо сейчас?»
Прямо посреди оживлённого перекрёстка у станции Самсон на улице Тегеран-ро, где полно прохожих?
Даже он, при всей своей неопытности, понимал, что это худшая идея из возможных.
Обиженная Хеми, надув губы, пробормотала:
— Спасибо за ужин. Ты ведь возвращаешься в больницу работать?
— Да.
— Тогда я пойду. Мой дом всё равно тут неподалёку.
— Хорошо, береги себя.
От того, что Джинхён так и не проронил ни слова, Хеми была готова взорваться от досады.
«У-у, ну и нудный же ты дурак!»
В конце концов Хеми не выдержала и позвала:
— Джинхён.
— А?
— Если хочешь что-то сказать, не бойся, говори прямо.
— А? О чём ты?
Даже после такого прозрачного намёка Джинхён лишь растерянно захлопал глазами. В этом был весь он.
Хеми тяжело вздохнула.
Она и раньше это замечала, но сейчас убедилась окончательно: в делах любовных он был круглым дураком!
— Ладно, я пошла. Отдыхай.
— Угу.
Хеми понуро опустила плечи и уже собиралась перейти дорогу на зелёный свет, как вдруг...
Джинхён внезапно схватил её за руку.
— Хеми!
— Что... что такое?
Увидев его серьёзное, напряжённое лицо, её сердце снова предательски заколотилось.
«Неужели он решился прямо сейчас?»
«Но даже если я согласна на всё, разве это подходящее место?»
Вокруг шумный деловой квартал, толпы прохожих, и нет ни капли романтики. Мог бы хотя бы в Старбакс за углом меня позвать!
Но вопреки всем этим мыслям, её сердце готово было выпрыгнуть из груди.
Ей так хотелось услышать его признание в любви и остаться с ним навсегда.
Джинхён медленно открыл рот.
(Продолжение в следующем выпуске)
# 106