Семья Хоторн стояла у самых истоков Гросса. В давние времена именно они обнаружили здесь богатые рудные жилы, наняли армию рабочих для их разработки, отстроили инфраструктуру и превратили дикую пустошь в процветающий шахтерский городок.
Поскольку большинство работяг набирали из числа бродяг и безработных из соседних городов, а условия, предложенные Хоторнами, были по тем временам неслыханно щедрыми, горожане Гросса не испытывали к своим работодателям ничего, кроме уважения. Экономика города росла как на дрожжах благодаря добыче и продаже особой руды, которая после обработки и очистки служила превосходным катализатором.
Эрик был лишь мелкой сошкой, паршивой овцой в этом идиллическом стаде, отвратительным пятном на безупречной картине процветания.
Долгое время общее благополучие скрывало мелкие изъяны, но когда идеальный мир дал трещину, все гарантии безопасности рухнули в одночасье.
Шахтеры докопались до древних руин Блуждающего Бога, что спровоцировало стремительное распространение его проклятия. Осознавая масштабы катастрофы, семья Хоторн приняла тяжелое, но единственно верное решение — запечатать шахты и полностью остановить добычу.
Но это означало, что львиная доля населения вмиг лишилась средств к существованию. На короткой дистанции городок мог бы продержаться, но в перспективе Гросс был обречен на неминуемое вымирание.
Эрик же оказался достаточно хитрым и жадным ублюдком. Раз запретили копать официально — он будет копать втайне. Именно по его указке был прорыт тот самый тайный ход под часовней. А вскоре после этого поползли зловещие слухи о найденных руинах Блуждающего Бога, которые, словно стервятников на свежую падаль, привлекли в Гросс фанатиков из Церкви Ночного Искателя. И начался сущий кошмар.
...
К этому моменту улицы города буквально кишели монстрами. С обычными проклятыми еще можно было совладать, но Слияние проклятий — те самые мерзкие многоногие пауки, обильно усеянные пульсирующими глазами — представляли реальную угрозу.
Судя по знаниям, которые непрерывным потоком лились из Глаз цвета ночи, эти бельма обладали омерзительной силой пристального взгляда.
Анти не до конца понимал физику процесса, но суть сводилась к одному: эти твари накапливали энергию через зрительный контакт, и эта энергия была способна призывать Чудо самого Блуждающего Бога.
Стоило такому пауку сфокусировать на тебе свой удушливый взгляд, как Вдохновение цели мгновенно блокировалось, лишая жертву возможности использовать Чудо. Для любого Верующего это означало почти верную смерть.
Чтобы не стать легкой добычей в случае внезапной засады, Анти и Не Хуну приходилось постоянно обновлять Скульптор Плоти, поддерживая мышцы в состоянии абсолютной готовности.
Но для Анти самым критически важным оставалось спокойствие. Без спокойствия он сейчас не смог бы даже пальцем пошевелить, не то что сражаться.
Руки Не Хуна превратились в размытое пятно: управляемые Телекинезом метательные ножи со смертоносной точностью вонзались в пульсирующие бельма очередного паука-переростка, ослепляя тварь. В ту же секунду Анти сократил дистанцию и, применив Воспламенение на своем тяжелом каменном молоте, с влажным хрустом размозжил монстру череп.
После десятка подобных стычек процесс уничтожения этих тварей стал отработанной до автоматизма рутиной.
Покончив с очередной порцией монстров, они уже собирались двинуться дальше, как вдруг тишину разорвал звук торопливых шагов — кто-то бежал прямо на них, тяжело и быстро.
— Снова выжившие горожане? — В голосе Не Хуна проскользнула откровенная подозрительность.
— Вряд ли, — покачал головой Анти. — Шаги слишком сильные, тяжелые и ритмичные. Это не истощенные беглецы.
Они осторожно обогнули полуразрушенное здание и увидели в холодном свете луны две фигуры, несущиеся прочь от преследователя. А преследовал их не кто иной, как закованный в броню рыцарь — Ночной Искатель!
Судя по специфической экипировке беглецов, Анти и Не Хун мгновенно поняли: эти двое — выходцы с Синей Звезды.
Беглецы тоже заметили внезапно появившуюся парочку. Узнав "своих", они отчаянно замахали руками:
— Эй! Помогите! Спасите нас, ради бога!
Увидев подмогу, рыцарь-Искатель на долю секунды замедлил шаг. Его Скульптор Плоти бешено пульсировал, концентрируя колоссальную энергию в ногах, и в следующее мгновение он выстрелил своим телом вперед, словно пушечное ядро!
Смертоносный выпад! Прямой Меч Трипофобии со свистом рассек воздух, метя прямо в спины убегающих.
Не Хун почувствовал неладное еще в тот момент, когда поза рыцаря перед рывком неуловимо изменилась. Не теряя ни секунды, он выпустил шквал летающих кинжалов.
Поймать в Оковы противника с такой чудовищной взрывной силой было слишком рискованно, поэтому Не Хун выбрал самую прямолинейную тактику лобового столкновения.
Рыцарь резко накренил корпус, грациозно меняя траекторию движения на огромной скорости. Его грубо выкованная, покрытая ржавчиной броня оказалась достаточно прочной, чтобы отбить ножи: стоило лишь слегка сместить угол удара, как лезвия со звоном отскакивали, не причиняя вреда.
Дзинь! Дзинь! Два кинжала беспомощно отлетели в сторону, и рыцарь снова занес меч для смертельного удара.
Но на этот раз перед его лицом сверкнули не хлипкие лезвия Не Хуна, а два до боли знакомых прямых меча.
Лязг!
Рыцарь рефлекторно отбил оба клинка, но драгоценные секунды были потеряны — шанс прикончить беглецов исчез. Осознав это, он плавно разорвал дистанцию, принимая боевую стойку.
Отбитые мечи со звоном упали на брусчатку, но тут же послушно взмыли в воздух, влекомые Телекинезом, и скользнули прямо в ладони Анти.
Спасенные беглецы рухнули на колени рядом с Анти и Не Хуном, задыхаясь и бормоча слова благодарности. Не Хун коротко кивнул им, но Анти даже не повернул головы. Подняв левый меч и прикрыв им половину лица, он холодным, насмешливым тоном обратился к рыцарю:
— Ты пришел подарить мне третий клинок? Должен признать, сталь у вас туповата, но чисто эстетически выглядит весьма недурно.
— Глаза цвета ночи?! — В голосе рыцаря под глухим забралом прозвучало неподдельное потрясение.
Но мгновение спустя его тон сменился на экзальтированный:
— Так вот какова воля судьбы! В эту самую ночь, когда Блуждающий Бог наконец восстанет из праха, к нам явился нынешний обладатель Глаз цвета ночи! Ты пришел, чтобы остановить наше священное дело? Или же для того, чтобы добровольно стать нашей пищей?
И рыцарь понес религиозную околесицу, впадая в экстаз.
Анти презрительно прищурился, опустив оба меча вдоль тела:
— Я здесь только ради того, чтобы найти одну вещь. Скажи-ка мне, фанатик, не попадался ли тебе на глаза серебряный кулон?
Рыцарь покачал головой в шлеме, крепче перехватил рукоять своего Прямого Меча Трипофобии и торжественно, словно отвечая на приветствие, произнес:
— Мне очень жаль, но я ничего об этом не знаю. В любом случае, сегодня я вырву твои глаза. Таков путь, предначертанный нам самой судьбой!
— Ну ладно, — равнодушно пожал плечами Анти. — Значит, придется забрать у тебя мою Трипофобную модель номер три.
Он быстро обновил спокойствие, после чего перехватил мечи поудобнее, вставая в стойку.
В следующее мгновение оба сорвались с места, бросаясь друг на друга!
Скульптор Плоти рыцаря был отточен до совершенства: его мышцы взрывались первобытной мощью, обрушивая на врага сокрушительный вертикальный удар.
Анти легким, почти танцующим шагом ушел с линии атаки. Рыцарь тут же провел широкую горизонтальную подсечку, но Анти играючи уклонился и от нее.
Их силуэты слились в смертельном танце. Три клинка непрерывно сталкивались, высекая снопы искр, от которых у Не Хуна рябило в глазах.
Он уже трижды пожалел, что на парах по ближнему бою в университете пинал балды и не сдал предмет на высший балл. Хотя, кого он обманывает — даже с максимальным баллом ему было бы не угнаться за этой нечеловеческой скоростью! Сжимая в потных ладонях связку метательных ножей, Не Хун нерешительно топтался на месте, не в силах найти брешь в защите рыцаря, чтобы помочь напарнику.
Но пока он стоял разинув рот, двое беглецов с Синей Звезды действовали четко и слаженно. Коротко переглянувшись, они быстро разошлись в стороны.
На руках обоих были надеты перчатки с инкрустированными базовыми смешанными катализаторами стандартов Синей Звезды.
Один из них быстро сформировал Огненный тотем. Пламя вспыхнуло в его ладонях, свиваясь в плотное огненное кольцо, зависшее в воздухе перед ним.
Не Хун, заметив периферийным зрением яркую вспышку, резко обернулся:
— Эй! Вы что творите?!
Ответа не последовало. Второй беглец уже закончил чертить в воздухе Древесный тотем. Огненное кольцо плавно переместилось прямо перед ним, и Верующий дерева со всей дури ударил по нему обеими ладонями!
— Опавшие Листья!
Ураганный ветер подхватил огненное кольцо, мгновенно превратив его в ревущий, всепожирающий огненный смерч, который неумолимо надвигался прямо на переплетенных в смертельной схватке Анти и рыцаря.
Анти скосил глаза на надвигающееся инферно. Его лицо оставалось абсолютно бесстрастным.
Рыцарь тоже заметил угрозу и попытался разорвать дистанцию. Но в ту же секунду Анти отшвырнул один из своих мечей, мертвой хваткой вцепился левой рукой в клинок врага, а правой ногой молниеносно подсек его под колено, намертво блокируя любые попытки к бегству.
— Ты совсем спятил?! — истошно завопил рыцарь, безуспешно дергаясь в железном захвате Анти.
Анти не проронил ни звука, позволяя ревущему пламени поглотить их обоих.
БУУУМ!
— Ах вы ж мрази! — взревел Не Хун, выхватывая кинжалы, и бросился на предателей.
Но те среагировали мгновенно. Двое против одного, да еще и учитывая весьма посредственные навыки Не Хуна в ближнем бою — они скрутили его за считанные секунды.
— Остынь, пацан, — тяжело дыша, прохрипел Верующий дерева, намертво прижимая Не Хуна к земле. — Этот ублюдок в консервной банке перерезал кучу наших ребят. Он зарубил моего брата! У него в арсенале полно грязных, мерзких трюков. Нельзя было медлить. Ради того, чтобы мы спаслись, эта жертва вполне оправдана.
— Вы сожгли моего друга, уроды! Он же живой человек! — вырываясь из захвата, орал Не Хун, чьи глаза покраснели от гнева. — Вы хотя бы поинтересовались, остался ли у него Замок Жизни?!
— Вы еще совсем сопляки, наверняка у каждого припрятан Замок Жизни, — равнодушно бросил Верующий огня, стоявший рядом. В его голосе не было открытого презрения, но сквозило абсолютное, ледяное безразличие. — Считай, что всё уже закончилось. Мы не хотим убивать своих, но если ты продолжишь брыкаться, нам придется пустить тебя в расход.
Расчет ублюдков был предельно ясен. Анти и Не Хун выглядели молодо, а значит, у них мало боевого опыта, зато наверняка есть Замки Жизни — нынешняя молодежь на Синей Звезде трясется над своими шкурами. Убив их в Царстве, предатели ничем не рисковали: парни просто возродятся и проглотят обиду, ведь кому захочется умирать по-настоящему.
Сжатые в кулаки руки Не Хуна дрогнули. На долю секунды в его душе зародилось сомнение. Да, он убивал местных выродков из Царства переплетенных грёз, но поднять руку на людей с Синей Звезды...
— В Оковы их.
Голос, прозвучавший из рассеивающегося дыма, был настолько ровным и спокойным, что от него кровь стыла в жилах.
Услышав этот приказ, Не Хун мгновенно отбросил все колебания. Его руки, скованные захватом, перестали дергаться и напряглись как стальные тросы!
Оковы!
Предатели вздрогнули от неожиданности, но было слишком поздно — их тела уже окутало зловещее багровое свечение.
Из клубов черного, удушливого дыма вынырнул обугленный силуэт. Прямой меч с влажным хрустом пробил грудную клетку Верующего огня.
— Ты там что-то вякал про одну жизнь? — холодно поинтересовался Анти, глядя в расширенные от ужаса глаза предателя.
Зрачки Верующего огня бешено затряслись. Изо рта хлынула густая кровь. Он попытался что-то булькнуть в свое оправдание, но Анти лишь слегка склонил голову и неуловимым движением второго меча снес ему башку. Обезглавленное тело рухнуло на брусчатку, заливая камни фонтаном артериальной крови.
В этот момент действие Оков закончилось. Верующий дерева обрел способность двигаться, но не успел даже поднять руки для защиты. Анти, крутнувшись на месте, одним точным взмахом перерезал ему ахиллово сухожилие.
Мужчина издал жалкий вой и тяжело рухнул на одно колено. Анти небрежным пинком опрокинул его на спину, а затем вонзил меч ему в живот, пригвоздив скулящего мага к земле, словно бабочку булавкой.
Только сейчас обугленная, черная корка на теле Анти начала медленно трескаться и осыпаться, открывая чистую, девственно новую кожу.
— Кха... а-а-а... — Верующий дерева в ужасе пялился на нависшего над ним Анти. — П-пощади... умоляю...
— Сколько у тебя жизней? — глядя на него сверху вниз, ровным тоном спросил Анти.
Поднимающийся с земли Не Хун поймал себя на мысли, что эта сцена кажется ему пугающе знакомой.
Но в отличие от предыдущего раза, этот ублюдок не удостоился ответа.
Внезапно со стороны догорающего огненного смерча донесся металлический лязг.
Рыцарь-Искатель, чья броня теперь представляла собой кусок оплавленного черного металла, а шлем наполовину расплавился, пошатываясь, выбрался из пепла. Совместная атака предателей выглядела эффектно, но потоки ветра слишком сильно рассеяли жар. Да, ожоги были чудовищными, но этой мощности явно не хватило, чтобы перегрузить безумную регенерацию Анти, а готовый к любому дерьму рыцарь тоже сумел пережить адское пламя.
Увидев ковыляющего противника, Анти невозмутимо подобрал с земли свой второй Прямой Меч Трипофобии, затем наклонился и протянул руку прямо к лицу распятого на земле Верующего дерева.
— А-а-а... что... что ты делаешь... НЕТ, А-А-А-А!!!
Хлюп...
Анти грубо вырвал его глазное яблоко. Вышло не слишком аккуратно: извлеченный орган уже превратился в бесформенное, склизкое месиво, но это не имело никакого значения. Анти щедро размазал кровавую кашицу по лезвию своего клинка.
По стали пробежали пульсирующие призрачно-синие искры, и он наотмашь рубанул мечом по воздуху.
Незримое Лезвие.
Только что поднявшийся на ноги рыцарь не имел ни единого шанса на спасение. Призрачная синяя дуга прошила его поперек туловища, и бронированная туша с грохотом рухнула обратно в пыль, рассеченная надвое.
В бледном свете луны Анти брезгливо сорвал с себя остатки обгоревшей одежды и провел рукой по волосам, которые успели сгореть вместе с резинкой. Он искренне обрадовался, обнаружив, что хваленая регенерация Лебаонса восстанавливает даже волосяной покров. Действительно, превосходный сервис.
— Ну вот, — удовлетворенно констатировал он, стряхивая кровь с клинков. — Теперь все довольны.
Не Хун, глядя на то, с каким леденящим душу спокойствием и элегантностью Анти расправился с врагами, застыл в благоговейном ступоре, чувствуя уколы жгучей зависти.