Не Хун не мог видеть столько же информации, сколько видел его спутник, но клубящаяся вокруг твари Ци была абсолютно реальной. Эта аура давила, душила, не оставляя ни малейших сомнений: перед ними противник, чья сила невообразимо превосходит всё, с чем юноша сталкивался до сих пор!
— Анти! — резко обернувшись, крикнул Не Хун и осекся: взгляд Анти был намертво, словно магнитом, прикован к чудовищу.
Проследив за его безумным взором, Не Хун потрясенно распахнул глаза.
Серебряный кулон!
Крошечное украшение почти полностью утопало в пульсирующей, уродливой опухоли на теле монстра. Лишь тонкая цепочка выглядывала наружу, зловеще покачиваясь в такт каждой деятельности твари.
— Стой, эта тварь смертельно опасна, нам нужно всё обдумать! — в панике выпалил Не Хун, отчаянно протягивая руку, чтобы удержать товарища за плечо.
Но вместо ответа раздался лишь мелодичный, кристально чистый звон: Дзинь… Вспыхнул мягкий свет, приносящий спокойствие, и пальцы Не Хуна сомкнулись на пустоте. Анти уже сорвался с места, сжимая в руках свой верный молот, и ураганом понесся прямо на чудовище.
Бум!
Сокрушительный удар обрушился на тощую, казалось бы, хрупкую нижнюю конечность монстра. Однако колоссальное тулово твари лишь едва заметно покачнулось. В следующее мгновение массивная когтистая лапа со свистом рассекла воздух, устремившись к человеку.
Анти едва успел вскинуть молот для защиты, но чудовищная сила удара всё равно отшвырнула его прочь, словно тряпичную куклу. Из разбитых губ юноши брызнула горячая кровь.
Всё верно: внешняя хрупкость была лишь обманкой. Тварь, способная удерживать на плечах столь громоздкую, раздувшуюся шею и массивную голову, по определению не могла быть слабой.
Не успел Анти затормозить, вспахивая сапогами каменный пол, как Эрик уже набросился на него, издавая жалкие, булькающие стоны. Две исполинские когтистые лапы обрушились сверху, полностью застилая обзор и отрезая любые пути к отступлению.
Сплюнув вязкую кровавую пену, Анти ни на секунду не спасовал. Воздух наполнился воем — юноша закрутил молот, создавая непроницаемый щит из мелькающих теней, и яростно бросился в контратаку.
Но их противостояние продлилось недолго. Спустя всего пару мгновений острые, как бритвы, когти с омерзительным хрустом пробили грудную клетку Анти. Текущий уровень навыка Скульптор Плоти оказался абсолютно бесполезен против столь чудовищной пробивной мощи.
Эрик вздернул пронзенного парня в воздух, а его вторая лапа безжалостно обхватила голову Анти. Тварь явно вознамерилась разорвать свою жертву надвое, прямо от груди!
Вжих!
Однако, прежде чем монстр успел приложить силу, четыре лезвия с пугающим свистом вырвались прямо из тела Анти. Это был Прямой Меч Трипофобии — клинки насквозь прошили когтистые лапы, удерживающие юношу.
Используя Телекинез, Анти грубо, на одних голых инстинктах, подчинил себе эти четыре меча. Его тело резко пошло на скручивание! Вращаясь вместе со смертоносной сталью, он отсек омерзительные пальцы Эрика и вырвался на свободу. Рухнув на землю, он даже не подумал брать передышку. Юноша провел ладонью по рукояти своего оружия — огненный тотем вспыхнул, активируя Воспламенение. С яростным ревом Анти обрушил пылающий молот прямо на изувеченную тушу Эрика.
Бум! Шмяк!
Сокрушительный удар пришелся точно в раздувшуюся шею, но ожидаемой отдачи не последовало. Вместо того, чтобы раздробить кости, Каменный молот вместе с рукой Анти с тошнотворным чавканьем погрузился в пульсирующую массу опухолей.
«Что за черт?!» — пронеслось в голове ошарашенного юноши.
Священное пламя мгновенно захлебнулось в потоках грязной крови и зловонных телесных жидкостей. Анти рванулся назад, пытаясь высвободить руку, но внезапно на поверхности ближайшего нароста проступили очертания человеческого лица. В следующую секунду этот гротескный лик, искаженный в вопле агонии, раскрыл пасть и мертвой хваткой впился прямо в щеку Анти!
Хрясь!
Левая половина рта, от самого уголка губ и до середины щеки, была вырвана с корнем, обнажив кровоточащие десны и зубы!
Лицо-паразит жадно проглатывало куски выдранной плоти Анти, издавая при этом истошные вопли. Было решительно непонятно, кому сейчас впору кричать громче — жертве или пожирателю.
Но кошмар только начинался. Вслед за первой тварью, на бугристых слоях опухолей стали проступать десятки, сотни других лиц. Огромный зал мгновенно потонул в леденящем душу хоре призрачных завываний и стенаний. Зловонная масса зашевелилась, забурлила, и несколько ближайших лиц, щелкая челюстями, потянулись к истекающему кровью лицу Анти.
В тот самый миг, когда от тела юноши уже начала исходить зловещая черная аура, пространство прорезала багровая вспышка. Это Не Хун, используя свой Телекинез, направил один Прямой Меч Трипофобии прямо на друга, одним чистым ударом отсекая застрявшую в опухоли правую руку Анти!
В лицо ударил фонтан горячей крови. Не теряя ни секунды, Анти резко отпрыгнул назад, чудом избежав смертельных объятий голодных наростов.
— Ты как?! — Не Хун бросился к товарищу, судорожно сжимая кулаки. — Не лезь на рожон в такой ситуации…
Он осекся на полуслове. Слова застряли в горле.
Перед ним стоял Анти. Лоскуты плоти на его лице уже начали содрогаться, регенерируя и стягиваясь к уголку рта. Рваные, кровоточащие края раны смешались с совершенно безумной, искаженной от боли и экстаза улыбкой. Глядя на эту гротескную картину, Не Хун вдруг понял: здесь не нужны никакие нравоучения.
Он знал: насколько этот серебряный кулон был важен для Сафина, настолько же он был жизненно необходим самому Анти. Не Хун не мог до конца постичь глубину этих чувств, но был вынужден смириться с этой радикальной, граничащей с абсолютным безумием одержимостью.
В конце концов, именно эта безжалостная целеустремленность всегда вызывала у него тайную зависть.
— Я прикрою тебя, — сглотнув ком в горле, Не Хун кардинально сменил тон. — Наша главная цель — кулон. Как только он окажется у нас в руках, мы немедленно отступаем.
— А ты хорош. Действуешь всё решительнее, — глухо хрипнул сквозь искалеченные губы Анти, медленно выпрямляясь и устремляя ледяной взор на Эрика.
Как он и ожидал, метаморфозы затронули не только лицо. Правая культя начала судорожно дергаться. Гравий, щепки, искореженный металл — весь мусор, валявшийся на полу, словно повинуясь магниту, устремился к кровоточащему обрубку, наслаиваясь на шевелящиеся, регенерирующие ткани.
[Цена: Вы потеряли правую руку.]
[Получена компенсация: Чудотворная Механическая Рука (правая)]
[Подпись Лингера: Надеюсь, мое мастерство не заржавело.]
Грубая, собранная из разношерстного хлама механическая конечность с лязгом завершила свое формирование на месте оторванной руки.
Пшшш…
Тело Анти пробила жестокая судорога. Он физически ощутил, как оголенные нервы обрубка с болью впиваются в холодные провода, срастаясь с металлом. На долю секунды ему показалось, что эта искусственная дрянь высасывает из него саму жизнь, отнимая кусок его человечности, но… возможно, это была лишь иллюзия, порожденная шоком?
Бросив короткий взгляд на свое новое оружие, он почувствовал, как в мозг сами собой загружаются знания о том, как им управлять.
Не Хун, уже давно переставший удивляться пугающим метаморфозам товарища, действовал хладнокровно. Пальцами одной руки он коснулся своего лба, даруя себе спокойствие, а второй рукой, сконцентрировав Ци, пустил в ход Телекинез. Четыре лезвия Прямого Меча Трипофобии с гулом взмыли в воздух, образовав смертоносный хоровод. Один из клинков пролетел в опасной близости от Анти — и механическая рука с нечеловеческой скоростью метнулась вперед, намертво перехватив рукоять.
— Братец Прямой Меч Трипофобии номер два, — левая, живая рука Анти ласково огладила холодную сталь. — У нашего Братца-молота крупные неприятности. Нам пора его выручать.
Несмотря на критичность ситуации, Не Хун едва не поперхнулся воздухом, отчаянно желая спросить, как этот сумасшедший вообще различает эти абсолютно одинаковые клинки?! Но он проглотил слова, наблюдая, как Анти вновь сорвался с места, превратившись в размытое пятно.
У Чудотворной Механической Руки, как оказалось, тоже был свой собственный, независимый разум.
Но в отличие от буйной, вечно находящейся в экстазе Руки Бездны, эта железка была до пугающего расчетливой. Она функционировала как внешний процессор, как холодный суперкомпьютер.
Механизм мгновенно анализировал поле боя, просчитывал траектории и загружал готовые решения прямо в сознание Анти. Затем, используя нейронные связи носителя, рука объединяла эти данные с его личным боевым опытом, чтобы выдать идеальный, смертоносный результат.
Воздух разорвала серия пронзительных свистов. Извивающиеся наросты плоти едва успели дернуться в сторону жертвы, как филигранная, математически точная техника меча превратила их в кровавый фарш.
Эрик не собирался сдаваться: его отрубленные пальцы уже полностью отрасли. Гигантские когтистые лапы рухнули вниз, стремясь накрыть наглого человешку.
Три летящие клинки с сокрушительной силой врезались в одну из лап монстра, впиваясь в мясо и замедляя её движение. Вторая же конечность неумолимо приближалась, грозя разорвать Анти на куски. Однако механическая рука юноши неожиданно резко отдернулась назад, сжимаясь подобно стальной пружине.
Всссст!
Без малейшего предупреждения протез активировал Чудо Воспламенение! Сноп ревущих искр вырвался из сочленений, и в следующую долю секунды рука нанесла молниеносный колющий удар. Лезвие насквозь прошило когтистую лапу Эрика, глубоко погружаясь в гниющую плоть.
Стальные пальцы мгновенно разжали рукоять. Искусственная кисть выпрямилась, превратившись в жесткий клин, и с тошнотворным хрустом пробила грудную клетку твари, внедряясь в самые внутренности.
Повернув руку в кровавой каше, протез вновь раздул пламя — прямо внутри тела монстра! А затем с чудовищной силой вырвался наружу.
Бум!
Веер кипящей крови и гноя окропил стены. Тушу Эрика отбросило назад. Механическая рука Анти высоко взметнулась, крепко сжимая Каменный молот, пока магическое пламя жадно слизывало грязь и ошметки плоти со стали и механических шарниров. Огромным усилием воли подавив неуместное желание расцеловать свой спасенный молот, Анти крутнулся на месте и левой рукой перехватил падающего «братца Прямого Меча Трипофобии номер два».
— Да! — победно сжав кулак, воскликнул издалека Не Хун.
Эрик, скуля и завывая от боли, катался по каменному полу, тщетно пытаясь зажать зияющую, обугленную дыру в груди. Но внезапно прямо из его раздутой шеи полезли новые руки и ноги. Кости с хрустом ломались и перестраивались, и эти новообразованные конечности, упершись в землю, подняли массивное тело монстра.
Вот только теперь он стоял вверх ногами.
Этот гротескный облик был Анти и Не Хуну куда более знаком. Да это же вылитый паук-амальгама, тварь из слипшихся трупов, которых они вырезали пачками! А ведь ещё пару минут назад, когда этот ублюдок расхаживал на двух ногах, как нормальный человек, его было не узнать.
[Правая рука полностью восстановлена. Чудотворная Механическая Рука (правая) деактивирована.]
[Подпись Лингера: С нетерпением жду нашего следующего сотрудничества.]
«Уж лучше бы ты честно написал: "Жду, когда тебе снова оторвет правую руку". Звучало бы куда душевнее», — мрачно сыронизировал про себя Анти.
Металлический протез с лязгом осыпался грудой бесполезного металлолома, обнажив под собой совершенно новую, гладкую человеческую руку.
Анти стиснул зубы и приготовился к новой атаке, как вдруг мир перед его глазами предательски накренился. Ноги подкосились, и он едва не рухнул на колени, лишь чудом удержав равновесие, оперевшись на молот.
— Анти, что с тобой?! — мгновенно уловив слабину, в тревоге крикнул Не Хун.
Юноша тяжело, с хрипом втягивал воздух. Он лишь отрицательно мотнул головой, не проронив ни звука, и с невероятным усилием заставил себя выпрямиться.
Если Рука Бездны во время своей активности сводила с ума бесконечными молитвенными шепотками, разрушая психику, то Чудотворная Механическая Рука действовала иначе. Она питалась самим носителем, буквально выжигая его физическое тело, пропуская энергию через оголенные нервы.
К счастью, разрушения на физическом уровне легко компенсировались чудовищной регенерацией расы Лебаонс. Однако аппетиты протеза оказались непомерно велики. В тот самый миг, когда металл отделился от плоти, на Анти обрушилась лавина побочных эффектов: тошнота, жесточайшее головокружение и всепоглощающая слабость. Ирония заключалась в том, что процесс регенерации Лебаонс лишь многократно усилил эти симптомы, из-за чего парень едва не отключился прямо посреди боя.
Дзинь~.
«Сначала нужно восполнить спокойствие», — промелькнула здравая мысль.
Тяжело переставляя ноги, Анти медленно отступил назад, поравнявшись с Не Хуном. Его мозг лихорадочно просчитывал варианты: как, чёрт возьми, им теперь убить этого Эрика, который явно перешёл во вторую, куда более смертоносную фазу?
Изначально он планировал активировать форму Чужак, но благодаря своевременному, пусть и весьма радикальному спасению от Не Хуна, он случайно разблокировал новую модификацию для своей правой руки.
Просто праздник какой-то.
Они убивали монстров без остановки весь день, и после того, как Чудотворная Механическая Рука выжала из него все соки, Анти впервые за очень долгое время ощутил укол настоящей, свинцовой усталости.
«Может, пришло время выпустить погулять свое второе "я" и проверить, на что оно способно?» — размышлял он.
В этот момент его взгляд скользнул по руке Не Хуна и замер. В пальцах друга была зажата губная гармошка.
— М-м? — Анти вопросительно изогнул бровь.
[Фамильная губная гармошка — реликвия Семьи Хоторн: Это самая обыкновенная гармошка. Качественный металл, заурядная работа мастера. Но её истинная ценность кроется во времени и надеждах, которые она впитала. Весьма прискорбно, что вся Семья Хоторн мертва, но радостно осознавать, что последний из их рода не оказался трусом.]
[— А знаешь ли ты? Чудо стремится к балансу. В нём есть место и для величественных стремлений, и для мрачной, гниющей ненависти. Одно неразделимо с другим.]
Паукообразный Эрик, щелкая суставами, быстро пополз в их сторону. Анти, резко схватив Не Хуна за плечо, потащил его назад, разрывая дистанцию.
Не Хун, пораженный тем, что его вечно прущий напролом напарник вдруг решил отступить, недоуменно уставился на него.
— Играть на ней умеешь? — голос Анти звучал холодно и деловито.
— Я… я учился! — не успев даже толком осмыслить вопрос, выпалил Не Хун.
— Играй, — приказал Анти.
Юноша опустил взгляд на маленький инструмент. Доли секунды ему хватило, чтобы осознать задумку друга. Лицо Не Хуна приобрело предельно сосредоточенное выражение, и он прижал прохладный металл к губам.
Звонкая мелодия эхом разнеслась по сводам мрачного зала.
Вот только… что это был за мотив?
«Два тигра»?!
Исполнение было неуклюжим и откровенно фальшивым. Детская мелодия звучала монотонно, Не Хун постоянно пропускал ноты и безбожно не попадал в такт.
Однако, услышав эти нелепые звуки, несущийся на них со скоростью локомотива Эрик внезапно замер, словно натолкнувшись на невидимую стену.
— Ууу… хнык… — на одном из уродливых наростов вдруг горько заплакало лицо.
Это стало спусковым крючком. Секунду спустя все лица, облепившие опухоли, затянули заунывную песню. Всхлипы и тихое хныканье быстро переросли в надрывный, оглушительный вой и истеричные рыдания.
— А? По… чему… как это возможно? — заикаясь, выдавил из себя Эрик. Глаза чудовища, скрытого за частоколом собственных сросшихся рук, остекленели, когда из его пасти вырвались человеческие слова.
И тут произошло немыслимое. Одна из рук, растущих из его собственного тела, вдруг изогнулась под неестественным углом и со всей силы вцепилась когтями прямо в лицо Эрика!
Вторая конечность, мгновение назад служившая ему опорой, резко выпрямилась и с омерзительным хлюпаньем вонзила пальцы прямо в его глазницы, пытаясь их выковырять!
Сотни сросшихся рук одна за другой прекращали свое безумное шевеление и отказывались поддерживать мерзкую тушу. Вместо этого они ополчились против своего хозяина. Тварь начала разрывать саму себя на куски в приступе неконтролируемого самоистязания.
— Нет… вы… вы не можете так поступить! — визжал Эрик, захлебываясь кровью. — Вы все — жалкие ничтожества! Вы не имеете права меня осуждать!.. А-а-а! Мы все одинаковые! Одинаковые! Почему вы вините только меня?!
Истерзанное лицо Эрика, раздираемое на куски его же собственными конечностями под звуки фальшивой мелодии, казалось, обрело проблески рассудка. Монстр наконец-то прозрел.
Но он категорически отказывался принимать реальность. Отказывался верить, что превратился в столь жалкое, отвратительное посмешище, став мишенью для ненависти каждого поглощенного им человека.
Он просто не мог этого понять!
Анти неспешным, размеренным шагом подошел к бьющемуся в конвульсиях чудовищу. В его черных, как сама ночь, глазах плескалось лишь ледяное равнодушие.
Поскольку во второй фазе Эрик передвигался вверх ногами, теперь, лишившись опоры из взбунтовавшихся рук, его настоящая голова оказалась раздавлена весом собственного раздувшегося, гниющего тела. Подойдя вплотную, Анти взирал на этого жалкого червя сверху вниз, словно палач на эшафоте.
— Не смотри… не смотри на меня так, — заскулил Эрик, его голос дрожал и срывался. — Убери свои страшные глаза… Я ни в чем не виноват… В этом мире вообще нет правых и виноватых, разве не так?! Я просто хотел большой дом! Хотел, чтобы каждый день у меня была горячая похлебка! Хотел собственный портрет на стене, красивую жизнь… Я просто приложил усилия, чтобы взять то, что по праву мое…
Не проронив ни единого слова, Анти медленно занес над головой Каменный молот.
Вух!
Энергия навыка Скульптор Плоти на краткий миг покинула тело юноши, обволакивая боек молота призрачным, бледно-белым сиянием.
Он так и не успел применить эту технику во время короткой жизни своего стального протеза, но зато та холодная машина успела проанализировать нейронные пути и передать ему саму концепцию расширения плоти на оружие. И сейчас этот убийственный прием был воплощен в реальность.
Тень от молота безжалостно обрушилась на искаженное лицо Эрика. Тяжелый камень сминал, расплющивал и втаптывал в землю череп, размалывая кости в пыль и выдавливая фонтаны багровой жижи.
Бум! Шмяк!
Башка монстра лопнула с таким звуком, словно кто-то сбросил с крыши перекачанный водой шарик. Каменный пол под ударом просел, покрывшись густой сетью трещин, из которых во все стороны брызнули потоки гнилой крови.
Как только голова Эрика превратилась в кровавое месиво, все гротескные наросты и опухоли на туше замерли. Извивающиеся руки и ноги безжизненно обмякли. В огромный зал медленно, шаг за шагом, возвращалась звенящая тишина.
Лица, прикованные к плоти монстра, издали последний скорбный вой и растворились в воздухе, рассыпаясь пеплом. Их истерзанные души вряд ли когда-нибудь найдут истинный покой, но в свои последние мгновения они успели выплеснуть скопившуюся ненависть на своего мучителя, а не сгинули в пучине безумия как послушные рабы.
Наклонившись над кровавой лужей, Анти покопался в ошметках плоти и извлек на свет тускло блестящий Серебряный кулон. Лицо юноши оставалось непроницаемым, когда он выпрямился.
— Слишком много пустой болтовни, — ровным, лишенным эмоций голосом констатировал он.
Не Хун наконец-то оторвал гармошку от губ. Юноша шумно, с невероятным облегчением выдохнул, с радостным восхищением глядя на несгибаемую фигуру своего товарища, возвышающуюся над поверженным врагом.
Они победили!
И в этот самый миг его слух уловил едва заметный шорох. Не Хун резко обернулся, бросив взгляд в дальний угол зала, туда, где покоилось бездыханное тело Генделя.
Он не мог сказать, в какой именно момент это произошло, но остекленевшие глаза трупа теперь были умиротворенно закрыты.