Решив не испытывать судьбу, Анти прикусил язык. Лишние вопросы могли легко спровоцировать неудобное: «А откуда ты, желторотый новичок, вообще о таком знаешь?». Ещё тогда, выведав у Сафина имя Лебаонс, юноша зарёкся совать нос в чересчур мутные и мистические тайны этого мира.
Расследование бойни в Гроссе постепенно сворачивалось, и дальнейшая бумажная волокита Анти уже не касалась. На прощание Офелия всучила ему тот самый «переговорный камень».
[Связной камень Святилища: Уникальный артефакт Чуда, впитавший в себя сложнейший коктейль магии для обеспечения дальней связи. Баснословно дорог в производстве. Предназначен исключительно для нужд Святилища и способен соединяться только с аналогичными камнями Ордена.]
[— Не кажется ли вам, что для Царства переплетенных грёз подобные технологии опережают свое время?]
Выслушав краткий инструктаж Офелии, Анти покрутил гладкий артефакт в руках и присвистнул:
— А вы и впрямь не лыком шиты.
— Это плод наших исследований последних лет. — Офелия, несмотря на свою чудовищную силу, была дотошно вежлива. — Концепции выходцев из Благодатных Земель послужили для нас отличным катализатором. Далеко не все они такие дикие и эксцентричные, как гласят слухи... Ох, простите мне мою бестактность!
И сколько бы раз Анти ни бросал ей своё равнодушное «забей», она извинялась за малейшую оплошность.
Этот переговорный камень руководство Святилища выдало ему лично, с подачи Офелии. Анти искренне не понимал, почему теперь каждый встречный серый плащ смотрит на него с благоговейным трепетом, щедро приправленным чувством вины. Он всего лишь обмолвился о своей сделке с Сафином. Разве выполнить условия уговора — это подвиг, достойный поклонения?
Так или иначе, фанатики из Святилища безоговорочно записали его в «свои». Камень служил неким знаком доверия, к тому же в нем уже был забит личный канал Офелии — теперь с ней можно было связаться практически из любой зловонной дыры Царства переплетенных грёз.
Патрульный конвой Святилища планировал разбить здесь лагерь еще на пару дней. Главной проблемой Гросса теперь были не миазмы Блуждающего Бога, а выжившие, но покалеченные рассудком горожане.
Распрощавшись с погрязшей в делах Офелией, Анти обернулся и едва не поперхнулся: навстречу ему, прихрамывая, но уже на своих двоих, ковылял Не Хун. Бинтов на нем поубавилось, а от былой хандры не осталось и следа — парень светился от переполнявшей его энергии.
Не Хун радостно замахал рукой еще издали, ускоряя свой хромой бег. Но стоило ему поравняться с Анти, как тот сухо бросил:
— Я уж думал спросить, долго ты еще собираешься валяться. Промедли мы еще немного, и нас бы снова объявили без вести пропавшими.
Рука Не Хуна так и застыла в воздухе. Зачистка всего Гросса заняла от силы полдня, а вот на латание дыр в шкуре Не Хуна и бесконечные допросы Святилища ушло несколько мучительных суток. Не встань этот доходяга сейчас, Анти без зазрений совести бросил бы его тут и ушел один.
— Да ладно тебе, я же уже на ногах! Заставил подождать, каюсь, — Не Хун задорно рассмеялся, словно и не он рыдал здесь в три ручья пару дней назад. — Ты-то сам как? Выглядишь паршиво, краше в гроб кладут.
Процесс перековки в Горниле Плоти занял куда больше времени, чем Анти рассчитывал, поэтому дебафф истощения все еще висел на нем свинцовым грузом, придавая лицу мертвенно-бледный оттенок.
— Переживу. Считай это ежемесячными критическими днями, — бросил Анти и, не дожидаясь ответа, зашагал к лагерю Святилища договариваться насчет повозки.
Не Хун так и остался стоять с открытым ртом. «Какими днями?! Это что, у всех парней бывает? Или это только у девчонок?..» — шестеренки в его мозгу со скрежетом пытались переварить услышанное.
Решив не углубляться в анатомические дебри, он поспешил за товарищем. Выпросив у фанатиков повозку, они спустились в ближайший город у подножья гор, нырнули в телепорт и вскоре уже вдыхали смог родной Синей Звезды в Уху. Забрав свои документы и телефон из камеры хранения, Не Хун вознамерился вызвать такси, чтобы с комфортом добраться до дома, но Анти, безжалостно прикрываясь режимом жесткой экономии, запихнул его в битком набитый рейсовый автобус.
— Ну всё, с такой рожей мне обеспечена вечная слава клоуна на факультете, — обреченно вздохнул Не Хун, разглядывая свою залепленную пластырями физиономию во фронтальную камеру телефона.
— Ты вроде упоминал, что у вас скоро новый семестр, — флегматично отозвался Анти.
— Точно... Снова за парту. Эх, до выпуска как до луны пешком, — взгляд Не Хуна затуманился.
Программа его родной Академии Ци длилась на год дольше, чем у большинства факультетов Чуда. А если учесть, что специальность Верующего требовала минимум пяти лет обучения, то в общей сложности Не Хуну предстояло грызть гранит науки целых шесть лет. Сейчас он учился лишь на третьем курсе — экватор был пройден, но до заветного диплома оставалась целая вечность.
Впрочем, на старших курсах гайки студентам особо не закручивали. К примеру, сейчас Не Хун и его сокурсники могли в одиночку и абсолютно легально мотаться в Царство переплетенных грёз. Местной администрации, похоже, было глубоко плевать, что эти малолетние макаки творят за пределами кампуса.
Не обращая внимания на сдавленное шипение Не Хуна, которого мотало по салону на каждом ухабе, растравливая свежие раны, Анти привычно погрузился в свои мысли.
Добравшись до университета Шуйсю, Анти хладнокровно проигнорировал щенячий взгляд Не Хуна, молящего проводить его до общаги, и прямиком направился в центр адаптации. Там его уже поджидал стандартный, набивший оскомину протокол полного медосмотра.
Благо, на этот раз его не стали мариновать в стерильном боксе, а сразу провели в просторный кабинет Чэнь Шоу.
— Твои приключения... просто уму непостижимы, — покачал головой Чэнь Шоу, выслушав сухой отчет юноши. — Как и испытания того бедолаги, что увязался за тобой. Подобный опыт станет для вас бесценным фундаментом на пути к величию.
— Лишь бы этот фундамент не придавил нас насмерть, — сухо отрезал Анти.
— Порой я искренне сомневаюсь, не атрофировался ли у тебя эмоциональный спектр, — Чэнь Шоу позволил себе легкую усмешку. — Но тесты на психику ты сдаешь с пугающе идеальным результатом. В наше время подобная железобетонная стабильность — редкость.
— Премного благодарен.
— И все же, — Чэнь Шоу решил сменить тему, — я так понимаю, в ближайшее время вылазок не планируется?
— Ага. Планирую немного погрызть гранит науки, — кивнул Анти. — Вы же сами говорили, что я могу свободно посещать здешние лекции.
— Верно, — одобрительно хмыкнул мужчина. — Изначально мы предполагали, что ты ограничишься лишь базовыми курсами современной истории, но для таких уникумов, как ты, двери всегда открыты. Тяга к знаниям — это похвально.
С этими словами Чэнь Шоу пробежался пальцами по клавиатуре.
— Твой временный студенческий билет уже готов. Добро пожаловать в дружную семью университета Шуйсю! Отныне, за исключением того, что спать ты будешь здесь, в центре, ты полноправный студент. Но заруби себе на носу: посещение ряда профильных дисциплин строго обязательно. Это наше единственное условие.
— Без проблем. Спасибо, — бросил Анти на прощание и покинул кабинет.
Первым делом он собирался разыскать Моли. Удача оказалась на его стороне — девушка попалась ему навстречу по дороге в библиотеку.
— Ой! Анти, ты вернулся? — Моли тепло улыбнулась ему. — Выглядишь так... словно прошел через мясорубку.
Юноша пропустил ее бестактный комментарий мимо ушей. Ее периодические приступы словесной диареи раздражали так же, как и его собственные спонтанные провалы в прострацию — явления одного порядка, не поддающиеся логике. Он молча протянул ей добротный кожаный саквояж, который оказался на удивление тяжелым.
— Это... мне? — Моли с благоговением приняла подарок обеими руками.
— Обещанные винтажные иглы и прочий портняжный хлам, — будничным тоном пояснил Анти. — Подобрал по пути, не уверен, что это именно то, что нужно.
На самом деле он стащил этот набор из разграбленного особняка Семьи Хоторн и до недавнего времени прятал в рюкзаке Не Хуна. Судя по изысканной гравировке на инструментах, стоили они целое состояние — бывшие угольные бароны знали толк в роскоши.
Львиная доля трофеев Анти по-прежнему хранилась у Не Хуна. Отсутствие собственной пространственной сумки было сущей занозой в заднице, но в пылу битвы Анти сносило крышу, и он с легкостью мог потерять любой вещмешок. Запихивать хлам прямо в собственную плоть он отказывался наотрез — его тело было «оружейным арсеналом», а не мусорным баком. Истинный «Мастер Оружия» на такое непотребство не пойдет.
Глаза Моли радостно вспыхнули. Она с нетерпением щелкнула застежками и зарылась в содержимое саквояжа. Поняв, что девушка выпала из реальности, Анти не стал задерживаться и, круто развернувшись, зашагал прочь по коридору.
— Эй! Ты куда?! — донесся ему в спину возмущенный оклик, когда он уже скрылся за поворотом.
— Я в душ хочу, грязный как черт! — крикнул Анти, оборачиваясь. — Мне до второго пришествия тебя ждать?
— Ладно-ладно! Спасибо огромное! — Моли всплеснула руками. — Это именно те инструменты, к которым я привыкла. Я все магазины в городе оббегала в поисках нормальной машинки, но так ничего и не нашла.
— Угу, — кивнул Анти и возобновил свой путь.
— Слушай, а на тебе одежда прямо-таки горит, да? — поспешно бросила она вдогонку.
Юноша снова замер. Ответить ему было нечего — сейчас из всей одежды на нем болтался лишь дырявый плащ с капюшоном, подаренный Сафином в начале пути. От казенных шмоток из центра адаптации остались лишь воспоминания. Анти до одури хотелось бы, чтобы рубашки шили из той же непробиваемой материи, что и его штаны — те, хоть и превратились в решето, все еще упрямо держались на бедрах. Но, видимо, требовать от мироздания таких чудес было бессмысленно.
Он промолчал, но Моли, давно привыкшая к его заморочкам, лишь отмахнулась:
— Давай я буду шить тебе одежду. В качестве благодарности.
— А как же ткань и деньги...
— Никаких денег! Я буду обшивать тебя бесплатно. Хотя... если наткнешься в своих походах на добротную ткань, отказываться не стану, — она хитро подмигнула.
Анти с секунду смотрел в её сияющие золотом глаза, а затем отвернулся.
— Тогда рассчитываю на тебя.
И на этот раз он ушел не оглядываясь. Больше всего на свете ему хотелось просто встать под горячие струи воды и смыть с себя этот бесконечный кошмар.