Итак, поставив перед собой цель овладеть столь желанным чудом «Спокойствия», Анти с головой погрузился в обучение.
Для начала требовалось пробудить Вдохновение — ту самую незримую искру внутри. Затем из неё выплеталась активная Сила восприятия, нити которой тянулись сквозь пространство, дабы установить связь с сущностью, у которой предстояло позаимствовать крупицу могущества.
Следующий шаг — визуализация. Необходимо было до мельчайших деталей представить форму грядущего Чуда, чётко осознать его предназначение и эффект. И лишь после этого магическая энергия устремлялась к «точке выхода» на теле, чтобы наконец вырваться наружу.
Эта самая «точка выхода» — место, через которое человек способен транслировать Чудо в реальный мир — у каждого была своей. Эта индивидуальная особенность нередко приводила к тому, что внешние проявления одних и тех же способностей могли слегка различаться.
У Анти же этой точкой оказалась рука. Левая рука — самый распространённый и заурядный вариант. В этом плане он, в отличие от своего аномального Вдохновения, ничем не выделялся из толпы.
Как-то раз Сафин обмолвился, что знал бедолагу, у которого первичной точкой выхода оказалась… задница. Несчастному приходилось переживать поистине унизительные моменты при каждом сотворении Чуда, и этот кошмар продолжался ровно до тех пор, пока бедняга не сумел распространить выход на другие части тела.
Звучало это, мягко говоря, удручающе.
Обучение отняло у Анти уйму времени. И хотя в мрачных сводах пещеры не было ни единого ориентира, по которому можно было бы отслеживать бег часов, по внутренним ощущениям прошла целая вечность.
Однако жгучая, почти физическая потребность в спасительном спокойствии в конце концов принесла свои плоды. В какой-то неуловимый миг Анти почувствовал, как в глубинах его Вдохновения ярко вспыхнуло «Я» — тотем, отвечающий за разум. Юноша тут же ухватился за это ощущение и направил поток энергии к руке.
Левую ладонь внезапно омыло приятной прохладой, а меж пальцев начала клубиться мягкая, успокаивающая белая дымка.
«Стоп. Звучит как-то двусмысленно…» — промелькнуло в его мыслях.
— Неплохо, — одобрительно кивнул Сафин, который всё это время внимательно следил за процессом. — Теперь приложи это к нужному месту. Если речь идёт о спокойствии, то цель — твоя собственная голова.
Не дожидаясь, пока призрачная дымка растает без следа, Анти послушно прижал ладонь ко лбу, прямо между бровей.
Дин...
В ушах раздался хрустальный, мелодичный перезвон, словно где-то вдалеке качнулся крошечный Колокол. В тот же миг тяжелый рой тревожных мыслей бесследно испарился. Разум затопило чувство абсолютной, незыблемой безмятежности — состояние, сродни глубокому трансу умудренного годами старца.
«А-а-х… Благодать…»
Но это упоительное чувство исчезло так же стремительно, как и появилось.
— Почему так мало? — Анти разочарованно распахнул глаза.
— Ты сотворил это Чудо впервые. То, что оно вообще сработало — уже выдающийся результат, — с усмешкой покачал головой Сафин, после чего отвернулся и принялся что-то откапывать в тёмном углу пещеры.
Вскоре Анти разглядел его добычу: это была половина тушки дикого кролика, покрытая тонкой коркой инея.
— Наверняка ты уже проголодался, — невозмутимо констатировал мужчина. — Время обедать.
Быстро освежевав мясо и насадив его на заостренную палку, он пристроил импровизированный вертел над трещащим костром.
— Условия у нас, конечно, спартанские. Говорят, в Благодатных Землях кормят куда сытнее, чем здесь, в Царстве переплетенных грёз. Но пока придётся довольствоваться тем, что есть.
— Я всё понимаю, — спокойно отозвался Анти. — Сейчас не время воротить нос от еды.
С половиной кролика они расправились в мгновение ока. Вкус оставлял желать лучшего, но кости были обглоданы дочиста.
— Раньше мне этой тушки хватило бы надолго, — философски заметил Сафин, бросая обглоданные косточки в ненасытное пламя. — Лишний рот — лишний расход припасов.
— Я сам буду добывать еду, — без колебаний вызвался Анти.
— Верное решение, — кивнул Сафин. — Тебе в любом случае пора познакомиться с верхними уровнями Шахты. Без этого здесь не выжить. Моя же зона деятельности весьма ограничена, так что для начала я просто введу тебя в курс дела.
Оказалось, что Сафин оставил на многих перекрестках запутанных туннелей специальные метки. Следуя им, можно было относительно безопасно перемещаться по верхнему ярусу и не заблудиться в каменном лабиринте.
— Проклятых созданий в Шахте хоть отбавляй, но водится здесь и обычное зверьё — наш главный источник пропитания, — продолжал инструктаж мужчина. — Эти твари питают лютую ненависть исключительно к людям, а вот на остальную живность им плевать.
— А как вообще появляются эти Проклятые создания? — с любопытством спросил Анти. — Это тоже последствия какого-то Чуда?
Сафин задумчиво потёр подбородок:
— Видишь ли… Чудо — это не просто какой-то мертвый инструмент.
Анти непонимающе нахмурился.
— Чудо нельзя воспринимать как удобную отмычку на все случаи жизни, — пояснил Сафин, и его голос помрачнел. — Достаточно, чтобы кто-то истово поверил, и тогда на свет может родиться Чудо совершенно иной природы. Вырвавшиеся из-под контроля желания влекут за собой катастрофы. Одному человеку такое, как правило, не под силу, но если в одном месте скапливается колоссальный осадок из сотен и тысяч людских мыслей… последствия могут быть ужасающими. За любое Чудо приходится платить.
Он посмотрел прямо в глаза юноше:
— Ты можешь и должен использовать Чудеса, но никогда, слышишь, никогда не позволяй себе опьянеть от их силы и вседозволенности. Если однажды ты окажешься на грани, если почувствуешь, что теряешь себя… вспомни. Вспомни своё имя.
Анти шёл по мрачным, дышащим сыростью туннелям Шахты, держа перед собой старый Фонарь. Юноша был искренне рад, что эта вещь уцелела — за их недолгое знакомство он успел проникнуться к ней чем-то вроде привязанности.
Будучи абсолютным новичком в магических искусствах, даже при наличии отличного проводника, Анти не смог бы долго поддерживать Чудо Освещения. Поэтому старый добрый огонь оставался самым надежным спутником во тьме.
Единственное, о чём он жалел — Сафин не прихватил с собой ту самую Кирку, с которой Анти уже успел пройти через первое боевое крещение. Впрочем, невелика потеря. В той яме с трупами, откуда он выбрался, этого добра валялось предостаточно.
По словам Сафина, массовые скопления и вспышки ярости среди Проклятых созданий были явлением аномальным. В обычные дни эти твари отличались крайней трусливостью: они до одури боялись света и предпочитали изливать свою злобу, забившись в самые тёмные щели.
Анти не знал, насколько это соответствует истине, но чувствовал себя куда увереннее, чем раньше. Даже если монстры снова навалятся толпой... Уж теперь-то он точно сумеет унести ноги.
Осторожно продвигаясь вперед и запоминая изгибы маршрута, он наконец добрался до тех самых деревянных подмостков, где разыгралась недавняя кровавая бойня. Повсюду валялись растерзанные туши монстров, а доски пропитались густой, уже потемневшей кровью — и теперь было невозможно разобрать, кому именно она принадлежала.
«Где же ты, моя хорошая...» — бормотал Анти, шаря взглядом по сторонам.
Наконец, посмотрев вниз, он заметил знакомую Кирку. Лезвие, покрытое засохшей бурой коркой, сиротливо торчало из горы гниющих тел.
«Значит, всё-таки упала вниз».
Путь до ямы с трупами занял какое-то время. По дороге ему то и дело попадались одиночные твари, но они и впрямь вели себя куда смирнее, чем та обезумевшая орда. Если подойти слишком близко — они, конечно, бросались в атаку, но стоило лишь прибавить шагу, как преследователи быстро отставали. Похоже, Сафин говорил чистую правду.
Анти уже наклонился, чтобы подобрать свое оружие, как вдруг эхо разнесло гулкие звуки шагов.
В пещеру с трупами ввалилась группа людей, одетых точно так же, как и те бедолаги, которых он встретил в первый раз. Анти даже не подумал прятаться. Он остался стоять на самом видном месте, а светящийся Фонарь в его руке превращал юношу в настоящий маяк посреди этого мрачного склепа.
Разумеется, вошедшие тут же его заметили. Один из них резко вскинул руку, указывая на Анти, и принялся что-то возбужденно лопотать.
«Какое знакомое дежавю, — флегматично подумал Анти. — Уж не тот ли это паренек, у которого я позаимствовал свет? Может, вернуть ему Фонарь?»
Его мысли, по обыкновению, начали блуждать где-то в облаках.
— Ты ведь не Проклятое создание, верно? — вперед выступил лидер группы, и его грубый бас разорвал тишину подземелья.
Это был рослый мужчина с окладистой бородой. Его наряд разительно отличался от жалких лохмотьев остальных: просторный серый плащ, спину которого украшал странный узор — Фиолетовое Око. На груди массивной цепью висело ожерелье с тускло мерцающим белым камнем, а запястье оплетал браслет из двухцветных минералов.
Интуиция новичка в мире Чудес моментально забила тревогу: пахло неприятностями.
Пусть Сафин и не успел вбить в него академические знания о том, как распознавать Верующих, но обострённая Сила восприятия Анти безошибочно кричала об опасности.
— Не создание, — совершенно ровным, безразличным тоном ответил Анти. — И мне до сих пор невдомек, почему вы все шарахаетесь от меня, как от чумного.
Бородач прищурился, цепким, сканирующим взглядом окинув юношу с ног до головы:
— Откуда ты сюда пробрался?
— Понятия не имею.
— Из Благодатных Земель?
— Без малейшего понятия.
— Какого дьявола ты здесь забыл?
— Понятия не имею.
Глаз бородача нервно дернулся. Лицо Анти оставалось непроницаемой маской.
— Можешь строить из себя идиота, — процедил мужчина. — Посмотрим, как долго ты продержишься.
С этими словами он слегка расставил ноги и опустил плечи, принимая боевую стойку.
Острый взгляд Анти уловил, как на медальоне бородача вспыхнул причудливый символ, отдаленно напоминающий иероглиф «человек». В следующую секунду ноги противника окутала плотная, пульсирующая аура чужой мощи.
«Скульптор Плоти?» — мысленно прикинул Анти.
Это было второе базовое Чудо, которому Сафин собирался обучить его. Тип Вдохновения — тотем «Я», а эффект… если не вдаваться в заумные термины, то это банальное физическое усиление. По крайней мере, именно так Анти всё для себя уяснил.
Сафин как-то демонстрировал ему это искусство, так что юноша сразу распознал знакомые отголоски силы. Вот только если у Сафина укрепляющий покров окутывал всё тело целиком, то у этого типа магии хватило лишь на ноги, да и то — едва дотягивая до паха.
«Интересно, а самое сокровенное он укрепить догадался?»
Ситуация накалялась и грозила обернуться кровопролитием, но даже это не мешало разуму Анти витать в облаках неуместных размышлений.
Бум!
Бородач с силой топнул ногой, оставив глубокую вмятину в твердой породе, и сорвался с места, бросившись на Анти со скоростью разъяренного быка.
Юноша не дрогнул. Он легонько наступил на металлическое основание лежащей у ног Кирки. Рукоять послушно подпрыгнула вверх, и Анти, перехватив её, нанес мощный удар снизу вверх.
Траектория рывка противника читалась как открытая книга. Бородач со всего маху налетел прямо на выставленное острие.
Ржавый металл с глухим хрустом впился ему в живот. Раздался сдавленный вопль боли, и стремительная атака захлебнулась, хотя и самого Анти от чудовищной инерции отбросило на несколько шагов назад.
«Ого. А он крепкий орешек, — пронеслось в голове Анти. — Похоже, Скульптор Плоти хоть и не покрывает его целиком, но всё же дает пассивную защиту остальным участкам тела. Впрочем, обычным железом эту броню пробить всё-таки можно».
Сафин как-то показывал ему всю мощь этого Чуда, с разбегу пробив головой каменную стену без единой царапины для себя. Способ демонстрации, конечно, вызывал вопросы к адекватности наставника, зато наглядности было не занимать.
Так вот, этому бородачу до уровня Сафина было как до луны.
Взбешенный ранением, бородач взревел и, вложив всю свою усиленную мощь в ноги, нанес сокрушительный удар в прыжке. Расстояние было слишком малым, чтобы увернуться, и Анти успел лишь инстинктивно закрыться древком Кирки.
Раздался оглушительный треск ломающегося дерева. Анти почувствовал, как на него обрушилась неодолимая, нечеловеческая сила. Юношу оторвало от земли, он отлетел на десяток метров и кубарем покатился по грязному камню.
— Угх… — вырвался из его груди сдавленный стон.
От удара перехватило дыхание. Руки тряслись, словно тысячи раскаленных игл пронзали мышцы насквозь, а многочисленные ссадины горели огнем.
Но агония продлилась лишь мгновение. Едва боль достигла своего пика, как все повреждения моментально затянулись, словно их и не было. О случившемся напоминал лишь фантомный отголосок, будто невидимая спица на секунду пронзила мозг.
Вскочив на ноги, Анти не раздумывая рванул к зияющему зеву ближайшего туннеля.
Теперь он точно знал: хоть этот тип и не чета Сафину, но размазать обычного человека по стенке ему раз плюнуть. Если бы тот удар пришелся в голову, Анти сильно сомневался, что таинственный даритель Механизма компенсации стал бы вытаскивать его с того света во второй раз.
За спиной нарастал грохот тяжелых, стремительных шагов. Не сбавляя скорости, Анти развернулся и со всей силы швырнул свой драгоценный Фонарь прямо в лицо преследователю. Тот ожидаемо отмахнулся, и лампа с жалобным звоном разлетелась вдребезги о камни.
Не дрогнув и мускулом на лице, юноша нырнул в спасительную темноту коридора.
Бородач вырвал факел из рук одного из своих приспешников.
— Оцепите здесь всё! — рявкнул он. — Пацан хоть и со странностями, но он обычный человек без Чудес. Если высунется — брать живым!
Приспешники испуганно закивали, не смея перечить, и бородач с факелом наперевес бросился в погоню.
Вбежав в туннель, он раздраженно скрипнул зубами. Анти успел запутать следы, воспользовавшись той заминкой, что лидер потратил на приказы этому сброду.
Мужчина замер и прикрыл глаза.
Через долгих пять секунд символ на его груди снова вспыхнул болезненным светом. На этот раз поток энергии Скульптора Плоти устремился к ушам.
В одночасье какофония малейших звуков, гуляющих по подземелью, хлынула в его мозг. На губах бородача расцвела зловещая, предвкушающая ухмылка.
«Попался...»
Определив направление, он сорвался на бег. Несмотря на узость прохода, его усиленные магией ноги двигались с пугающей ловкостью и грацией. Свет факела выхватывал из мрака склизкие стены, пока, наконец, впереди не мелькнул сгорбленный силуэт.
— Ш-ш-ш-а-а!
— Проклятье! — выругался бородач.
Это было Проклятое создание!
Сработав на одних рефлексах, он вскинул ногу и одним ударом снес монстру голову, разбрызгав черную кровь по стенам. Не успел он перевести дух, как из мрака вынырнуло еще несколько кошмарных тварей.
Тратить на них время не было никакого желания, поэтому мужчина принялся размахивать факелом, пытаясь отогнать нечисть огнём.
Проклятые создания шарахались от пламени, но отступать не спешили, оглашая своды омерзительным визгом, который эхом бил по невероятно обострённому слуху бородача, дезориентируя его.
И тут из темноты вылетела горсть сырой земли и камней, точно угодив в факел. Пламя обиженно зашипело и погасло.
Туннель мгновенно погрузился в непроглядную, удушающую тьму.
— Похоже, Чудом Освещения ты так и не овладел, — бесстрастно констатировал голос Анти. Эхо превратило его слова в жуткий, размноженный шепот.
— Мелкий ублюдок, возомнивший себя умником! — взревел мужчина, отбиваясь от монстров, которые, лишившись страха перед огнем, яростно набросились на него со всех сторон.
Поскольку уши не были его первичной «точкой выхода», эффект Скульптора Плоти на них продлился недолго, и слух вскоре вернулся к норме.
Бородач рассудил, что пацан решил просто потянуть время или, что еще наглее, использовать чудовищ, чтобы избавиться от преследователя.
«Наивный глупец, — усмехнулся он про себя. — Пусть я ничего не вижу, пусть эффект Чуда спал, но мощи в моих ногах с лихвой хватит, чтобы раздавить этих букашек! А потом я найду тебя. Выход заблокирован, путь только вниз, в самые недра Шахты. Ты уже труп, сопляк, это лишь вопрос времени».
Анти, прислонившись спиной к влажной скале, вслушивался в звуки жестокой схватки, разворачивающейся во тьме, и хладнокровно анализировал ситуацию.
Он свернул в этот туннель отнюдь не случайно. Во время первой вылазки юноша запомнил этот маршрут — именно здесь он оторвался от группы Проклятых созданий. И вот, эта информация пригодилась.
Сейчас он мог бы спокойно уйти вглубь, затеряться во мраке и вернуться к Сафину. Под защитой наставника он был бы в безопасности.
Но у него были свои резоны остаться.
Во-первых, Механизм компенсации. Сафин упоминал, что эта штука напрямую связана со Вдохновением. Но по ощущениям Анти, это было похоже на то, словно кто-то незримый наблюдает за ним с небес, оценивая каждое его действие.
«А значит, нужно показать товар лицом, — рассудил он. — Глядишь, таинственный покровитель расщедрится на парочку новых наград».
Да, эти дары имели свою цену, но их эффективность была неоспорима. В этом чужом, враждебном мире у Анти не было никого и ничего. Любой козырь в рукаве — это залог его выживания и душевного спокойствия.
А что, если этот незримый кукловод преследует зловещие цели? Что, если Анти — лишь пешка в чьей-то игре?
Эти философские вопросы его совершенно не волновали.
Тот, кто сидел наверху, уже вытащил его с того света. У Анти не было великих амбиций — он просто собирался стать самым полезным и незаменимым винтиком в системе. Батрачить на дядю? Да какая разница, на кого батрачить! Тем более что здешняя работенка была куда веселее скучной рутины в офисе.
Анти прекрасно осознавал свой предел мечтаний, и его это полностью устраивало.
Во-вторых...
Ему был позарез нужен собственный проводник для Чудес.
Для бездаря, чьё Вдохновение оставляло желать лучшего, иметь при себе запас магических артефактов — вопрос выживания. В конце концов, Сафин не собирался отдавать ему свои вещи просто так.
Вводные данные были идеальны: кромешная тьма, хаос схватки, противник связан боем с монстрами. Враг не владеет Чудом Освещения, а для усиления слуха через Скульптора Плоти требуется время на подготовку, да и эффект длится недолго.
Да, разница в грубой силе между ними была колоссальной, но этих тактических преимуществ вполне хватало.
Анти перевёл взгляд на сломанное лезвие Кирки, которое он всё ещё сжимал в руке.
«Что ж, попытка не пытка. За спрос не бьют в нос».
С этими мыслями он закрыл глаза и десять секунд концентрировал энергию.
Чудо Спокойствие!
Дин...
В ту самую долю секунды, когда хрустальный звон очистил разум, Анти без колебаний вонзил ржавое острие Кирки себе в живот, с силой провернул его внутри, разрывая плоть, и резко выдернул!
Агония была непередаваемой. В любой другой ситуации болевой шок мгновенно отключил бы его сознание, но Спокойствие железной хваткой удерживало рассудок. Тело забилось в крупной дрожи, лицо исказила гримаса: из глаз ручьем хлынули слезы, а уголки губ дернулись, растягиваясь в безумной, пугающей улыбке.
Но в этой непроглядной темноте его лицо было скрыто от посторонних глаз.
Запустился процесс Регенерации.
Еще в тот первый раз, когда он вырубился от боли, Анти подметил одну важную деталь: во время Регенерации чувствительность тела возрастала в разы. И речь шла не только о боли...
Обострялись абсолютно все чувства. Фраза «повышенная чувствительность» была вовсе не метафорой.
Он вновь потянулся к своей внутренней силе и убедился, что был прав. Вдохновение, тесно связанное с физической оболочкой, также многократно усилилось!
На этот раз применение Спокойствия заняло всего три секунды! Да и длительность эффекта заметно возросла!
Он немедленно наложил Чудо на себя еще раз.
Дин...
Отлично. Теперь он сможет сохранять кристальную ясность ума столько, сколько потребуется.
Сжимая в руке окровавленный обломок Кирки, он бесшумно скользнул к сражающемуся мужчине.
Ноги врага были смертоносным оружием, но остальное тело оставалось уязвимым. Сейчас бородач был абсолютно слеп, в то время как обостренные до предела чувства Анти позволяли ему ориентироваться в кромешной тьме с легкостью хищника.
Пара глаз, в которых, казалось, клубилась сама Густая тьма, медленно и неотвратимо приближалась к ничего не подозревающей жертве.
Анти занес Кирку.
И обрушил удар.
Хлюп!