Анти притащил изуродованное тело Сафина обратно в его мрачную пещеру. Вырыв в самом дальнем углу неглубокую яму, он без лишних сантиментов сбросил туда окоченевший труп и равнодушно забросал его комьями сырой земли.
Немного порывшись в скудных пожитках мертвеца и прихватив затертый холщовый мешок, который Сафин всегда держал под рукой на случай опасности, Анти подошел к выходу. Пара мощных ударов молотом обрушила каменный свод пещеры, навсегда погребая внутри любые следы произошедшего. Не оглядываясь, он шагнул в непроглядную темноту.
…
Выбравшись из лабиринта рудника на главную горную тропу, Анти расслабленной, вальяжной походкой спустился с крутого склона и вернулся на улицы проклятого города.
Хотя форма Чужака давеча едва не выжгла ему мозги дотла, бесценный опыт абсолютной Синестезии и использование могущественных Чудес, о которых он раньше и мечтать не смел, не прошли даром. Даже вернувшись в хрупкое человеческое тело, он с удивлением обнаружил, что сохранил крупицу этого звериного мастерства. Синестезия, которая до этого момента никак не поддавалась его контролю, теперь уверенно и тепло охватывала всю правую руку.
Абсолютная власть откровенно пьянила, заставляла желать еще большего, но первобытный хаос в мыслях и медленное, пугающее угасание собственного «я» отбивали всякую охоту злоупотреблять проклятым даром.
Погрузив длинные пальцы в собственную податливую плоть, Анти выудил из желудка испачканный в густой крови кулон Сафина и тут же повесил его себе на шею — так будет куда надежнее. Стерев алую кровь с подбородка, он целеустремленно зашагал в сторону Великого Собора, чьи шпили высоко возвышались в самом центре города.
Чем ближе к главной площади, тем плотнее и гуще становились стаи жутких тварей, порожденных проклятием. Однако теперь ни одна из них не смела даже близко подойти к нему. Огромный паук-мутант, чье раздутое туловище было сплошь усеяно десятками пульсирующих зрачков, не сводил с Анти налитых кровью глаз, но так и не решился применить свою раздражающую способность подавлять Вдохновение. Безмозглые твари нутром чуяли своего нового абсолютного вожака.
Шаги Анти были расслабленны и едва слышны на вымощенной холодным камнем мостовой. Но незаметно, словно верная свита за своим темным королем, за ним увязалась целая армия скулящих, пускающих слюни и рычащих ублюдков проклятия.
Вскоре на его пути вырос настороженный патруль: группа напряженных Верующих в сопровождении нескольких закованных в тяжелую броню рыцарей Ночных Искателей.
Завидев Анти, храмовники мгновенно обнажили оружие, готовясь к немедленной кровавой жатве. Слухи о появлении в их городе нового носителя Глаз цвета ночи уже достигли ушей Церкви. Но когда их взгляды скользнули чуть дальше за спину парня и наткнулись на бесконечно колышущееся море уродливой плоти, сверкающие клинки в их руках предательски дрогнули. Лица фанатиков исказил животный, первобытный ужас.
— Повеселитесь на славу, ребята, — Анти лениво поднял руку и звонко щелкнул пальцами.
— Гр-р-р-а-а-а!
— Ск-р-р-р-и-и-и!
— У-а-а-а-х!
Словно спущенные с цепи бешеные гончие, проклятые монстры истошно взвыли и единой, захлебывающейся ядовитой слюной и черной кровью волной ринулись вперед. Вся эта безумная орда устремилась прямиком к возвышающемуся вдалеке собору, безжалостно сметая всё живое на своем пути.
Верующие в панике попытались выстроить хоть какую-то оборону, но их жалкие ряды были смяты, разорваны на куски и растоптаны в первые же секунды бойни. Рыцари Ночных Искателей держались чуточку дольше, отчаянно рубя гниющую плоть направо и налево, но и они стремительно захлебывались в этом бушующем океане безумия.
Внезапно в стылом воздухе вспыхнул кроваво-красный водоворот, и одного из тяжело бронированных рыцарей, сдерживающего натиск монстров, с невероятной силой потащило назад. Анти, едва закончив формировать Притяжение Ци, скучающе и плавно отступил на пару шагов в сторону.
Рыцарь, летящий спиной вперед прямо в лапы врага, успел сгруппироваться и приготовиться к смертельному удару, но встретил его вовсе не клинок Анти, а до боли знакомая призрачно-синяя дуга разрушительной энергии!
Вжик!
Свистящий удар рассек закованного в латы бойца ровно пополам, от плеча до бедра. Две половинки человеческого тела с влажным стуком рухнули на залитую кровью брусчатку, и их тут же плотно облепила визжащая стая проклятых, жадно вгрызаясь в парное, еще дергающееся мясо.
Анти дружески похлопал по плечу возвышающегося над ним проклятого рыцаря-мутанта, нанесшего смертельный удар своему бывшему брату по оружию, и как ни в чем не бывало продолжил свою неспешную прогулку.
Столь масштабная и оглушительная бойня не могла остаться незамеченной верхушкой Церкви. Проклятые твари, напрочь лишенные разума, никогда прежде не сбивались в столь огромные, дисциплинированные стаи и уж тем более не шли на целенаправленный организованный штурм. До этого дня заносчивые святоши не обращали никакого внимания на гниющий мусор, порожденный их собственными извращенными ритуалами.
Но теперь правила игры круто изменились.
Анти и был тем самым истинным источником проклятия. Пусть он сам не имел ни малейшего понятия о том, как всем этим управлять, безмозглые монстры тянулись к нему, как мотыльки к яркому пламени. Они не смели поднять на него когтистую лапу и даже беспрекословно повиновались его простейшим командам.
Стоило ему лишь небрежно ткнуть указательным пальцем в очередного сектанта, как разъяренная стая тут же меняла цель, разрывая несчастного на кровавые ошметки. Звон сталкивающихся мечей, хруст перемалываемых костей и предсмертные вопли привлекали из темных подворотен все новые и новые волны изголодавшихся тварей.
Вышло так, что пара взмахов руки во время неспешной прогулки спровоцировала на узких улицах полномасштабную кровавую баню между регулярными силами Церкви и армией мутантов. И пока фанатики и чудовища с остервенением рвали друг другу глотки, Анти невозмутимо гулял по охваченному резней городу.
Закинув за спину грязный мешок и уперев руку в бок, он лениво заходил в опустевшие дома, переворачивая вверх дном сундуки и шкафы в поисках чего-нибудь ценного. Когда в соседней комнате визжащая стая тварей с разбегу пробила тонкую стену телом орущего дурниной Верующего, Анти лишь скучающе отступил на полшага, уклоняясь от летящих кирпичей, и продолжил мародерствовать под аккомпанемент мерзкого чавканья и хруста ломающихся костей.
Наткнувшись в одном из подвалов на прочную деревянную бочку с более-менее чистой водой, он применил Воспламенение, вскипятил ее прямо на месте и вдоволь напился. На втором этаже соседнего дома ему крупно повезло найти несколько увесистых кусков вяленого мяса. Обострившийся звериный нюх безошибочно подсказал, что мясо вполне съедобно, поэтому он, не брезгуя, сорвал его с железных крюков и закинул в рот. После целого дня бесконечной беготни по горам и жестоких сражений дикий голод давал о себе знать.
Опустошив еще пару домов и хоть немного восстановив силы, Анти незаметно для себя вышел прямиком к массивным кованым воротам, ведущим в просторный внутренний двор Великого Собора.
Изуродованные мутанты уже с нечеловеческим ревом снесли тяжелые решетки с петель. Внутри двора их из последних сил сдерживал целый отряд потных, тяжело дышащих рыцарей Ночных Искателей и огромная толпа обезумевших фанатиков.
Лениво перешагивая через разорванные трупы и наступая в лужи дымящейся крови, Анти шагнул под мрачные своды величественного храма.
В самом центре зала, на импровизированном троне, наспех сооруженном из дубовых скамей, восседал тот самый старый священник, который давеча гонял Анти по всему городу, пытаясь прикончить. Подножие его кошмарного трона было густо завалено горой свежих трупов с вырванными с корнем глазами. Кровь еще не успела свернуться, липкими ручьями стекая по мраморным ступеням, а на изломанных телах несчастных отчетливо виднелись следы глубоких укусов и рваных ран от огромных когтей.
— Какой же отвратительный шум… — Старик недовольно потер лоб сморщенной рукой, словно вся эта бойня разбудила его посреди сладкого сна.
Однако стоило священнику открыть глаза, как иллюзия старческого спокойствия мгновенно рассеялась. Два узких, как у хищной рептилии, вертикальных зрачка горели первобытным безумием, с головой выдавая истинное, чудовищное состояние святого отца.
Стая проклятых, до этого следовавшая за Анти по пятам, внезапно жалобно заскулила и попятилась назад, не смея переступить порог святой обители. Они нутром почуяли здесь нечто куда более страшное и древнее.
БУМ!
Тяжелые дубовые двери за спиной Анти с оглушительным грохотом захлопнулись. Еще один скрытый отряд Ночных Искателей выступил из густых теней, беря незваного гостя в плотное кольцо сверкающих лезвий.
Старый священник тяжело, с кряхтением поднялся со своего трона из изувеченных трупов. Его худые ноги заметно дрожали, и если бы не массивный золотой посох, в который он судорожно вцепился узловатыми пальцами, старик бы наверняка рухнул на залитый кровью пол.
— Тебе уже раз удалось избежать Божьей кары, но ты по собственной непроходимой глупости вновь приполз на наш порог, — прохрипел старик надтреснутым, булькающим голосом. — Какая горькая ирония… А впрочем, может, такова воля самой Судьбы? Каждому непременно воздастся по заслугам его. И этому проклятому городу, и нашей Святой Церкви, и тебе, мерзкий еретик.
— Как скажешь, — Анти скучающе склонил голову к плечу и небрежно бросил свой грязный мешок на мрамор.
Сунув в зубы последний жесткий кусок вяленого мяса, он прикрыл глаза. В следующую секунду его тело с влажным, тошнотворным хрустом раздалось вширь, покрываясь густой, словно проволока, шерстью. Огромная звериная пасть с хлюпаньем проглотила кусок мяса целиком.
Рыцари дрогнули, инстинктивно делая шаг назад. То, что произошло дальше, повергло их в ледяной, парализующий ужас: покрытая шерстью исполинская лапа монстра взметнулась в воздух, блеснув бритвенно-острыми саблями когтей, и с тошнотворным чавканьем вонзилась прямо себе в загривок!
Ск-р-р-р-я-я-к!
Плоть разошлась с мерзким треском рвущейся ткани. Из глубокой раны показалась массивная темно-серая рукоять, за ней потянулось ледяное призрачно-синее лезвие. Гигантский меч, сплошь увешанный ошметками плоти и окровавленными жилами, был с нечеловеческой силой вырван наружу из собственного тела.
В огромном храме повисла звенящая, мертвая тишина. Рыцари задохнулись от удушающего ужаса: сияние клинка отражалось в их расширенных глазах, смешивая воедино религиозный трепет, благоговение и животный, первобытный страх.
Зверь угрожающе распрямился во весь свой исполинский рост. Двумя когтистыми лапами он перехватил рукоять и поднял колоссальный клинок, заслоняя им левую половину своей изуродованной, истекающей кровью морды.
Хлюп! Хлюп! Хлюп!
Один за другим тридцать четыре глаза на широком лезвии распахнулись, жадно и злобно вглядываясь в дрожащих храмовников. Синее свечение меча стало невыносимо густым, давящим, почти осязаемым.
Охотничий ритуал начался.
— А теперь, овечки… — Разорванная пасть хищно разверзлась. Человеческая речь жутко переплеталась с булькающим, утробным звериным рыком, резонируя под высокими сводами собора. — Начинайте молиться.
Лицо старого священника исказилось в фанатичном экстазе, но он все же нашел в себе силы взмахнуть костлявой рукой, отдавая последний приказ. Оцепеневшие рыцари очнулись от наваждения. Судорожно сжимая рукояти, они принялись с мерзким хлюпаньем втирать в лезвия своих клинков свежие, еще теплые человеческие глазные яблоки, пробуждая Незримые Лезвия!
Десятки синих вспышек осветили погруженный во мрак зал, и со всех сторон в Анти полетели смертоносные серповидные дуги энергии. Но по сравнению с пульсирующей, подавляющей мощью Двуручного Меча Ночного Преследования эти жалкие атаки казались светом тлеющей лучины на фоне ослепительного солнца.
Анти легко перехватил тяжеленный меч одной лапой. На тыльной стороне его кисти ослепительно ярко вспыхнул тотем Чуда Преследования: гигантский глаз со зрачком-водоворотом, перечеркнутый тремя рваными следами от звериных когтей.
Мощнейший круговой взмах! Чудовищное кольцо призрачно-синей энергии ударило во все стороны, в одно мгновение сожрав жалкие атаки храмовников, и безжалостной волной обрушилось на сомкнутые ряды рыцарей.
БАМ!
Сотни разорванных на куски тел разлетелись по залу, орошая белые мраморные колонны фонтанами густой красной крови. Роскошные цветы смерти распустились в стенах святой обители.
Опустившись на все четыре конечности, опираясь на одну лапу, а другой сжимая гигантский меч, зверь медленно, грациозно пополз к ступеням алтаря.
Старый священник затрясся. Но это была отнюдь не дрожь страха, а конвульсии чистого, незамутненного экстаза.
Его сморщенное лицо расплылось в безумной улыбке, кости громко затрещали. Священную рясу прорвала стремительно растущая серая шерсть. Годы изнурительных тренировок и медитаций, направленных на идеальное слияние с Чудом Блуждающего Бога, пошли прахом за какую-то долю секунды. Процесс жуткой мутации окончательно вышел из-под контроля.
Человек, так отчаянно гнавшийся за тайнами ночи, пал, бесповоротно обращаясь в примитивную тварь. Пути назад больше не было.
И старик с невероятной радостью принял свою чудовищную судьбу. Да, монстр, в которого он превращался, был жалким, худым и тщедушным подобием исполинского черно-белого хищника, неотвратимо надвигающегося на него. Но это был его осознанный выбор. Его собственный путь.
— Продолжай молиться, — глядя на жалкие потуги старика, равнодушно бросил Анти.
Леденящий кровь двойной голос вновь вырвался из-за окровавленных клыков, бесконечным эхом отдаваясь в зловещей тишине Великого Собора.