— Виктор! Что за внезапные слова? Почему это ты не можешь быть моим партнером?
— Директор, что вы сами говорите? Партнера выбираю я.
— Виктор!
Виктор Крум молча вышел из каюты.
Каркаров с растерянным видом замер на месте, но тут же быстро сменил выражение лица и посмотрел на Карину:
— Мисс Малфой. Прошу прощения. Кто бы мог подумать, что Виктор так внезапно изменит свое решение.
— Прощения?
Виктор Крум отверг предложение Карины. Заявив, что ему нравятся более жизнерадостные люди, он объявил, что возьмёт в партнерши кого-то другого, а не Карину Малфой.
Несмотря на то, что ей отказали прямо в лицо, Карина, как ни странно, не чувствовала особого гнева.
Потому что с того самого момента, как она ступила на этот корабль, настроение Карины было настолько отвратительным, что упасть ниже оно уже просто не могло.
— Вам ведь не за что передо мной извиняться? В конце концов, я никогда не получала от самого Виктора Крума точного согласия. Я слышала лишь ничем не подкрепленные самоуверенные заверения господина директора.
— Мне очень жаль. Раньше он не был таким непослушным ребенком. Кто бы мог подумать, что он окажется настолько глуп, чтобы отвергнуть мисс Карину...
— С меня хватит, я пойду. Я просто искала подходящего по статусу партнера, мне в общем-то всё равно, он это или нет.
— Нет, у нас в Дурмстранге есть и другие мальчики!
— Я по-вашему — товар со скидкой, который распродают по уценке?
Резко бросив это, Карина тут же вышла на палубу, прежде чем он успел её остановить. Несколько парней из Дурмстранга попытались подкатить к ней при удобном случае, но она всех отшила и сошла с корабля.
С каждым шагом, которым она спускалась по лестнице, на душе у нее становилось всё тяжелее.
Неужели Гарри с самого начала рассчитывал именно на это?
По велению Гарри она намекнула Виктору Круму, точнее, связанному с ним Каркаровым, что хочет быть партнершей Виктора.
Если учесть, что обычно партнёршу приглашает именно мальчик, Карине пришлось ради этого поступиться собственной гордостью.
И всё только потому, что её об этом попросил Гарри.
— Гад противный.
И в итоге её преспокойно отшили.
Быть партнёршей другого парня её совершенно не волновало, но сам факт отказа от кого бы то ни было стал для неё серьезным ударом.
И всё же всё было в порядке. Появись он прямо сейчас — она простила бы ему абсолютно всё. Начни он со своим дурацким простодушным лицом объяснять этот гениальный план и возьми её за руку, она бы, конечно, устроила небольшой скандал, но в конце концов всё равно бы согласилась.
Однако Гарри Поттер не появлялся уже третий день.
Куда он делся, что с ним стало — неизвестно. Даже Рон с Гермионой говорили, что не видели его уже несколько дней. Они лишь беззаботно переспрашивали: «Разве он не мог куда-нибудь отлучиться на Рождественские каникулы?»
Кольцо тоже молчало. У Карины не было никаких способов узнать, в каком положении находится Гарри.
На бал ей было плевать, ей хотелось лишь узнать, цел ли он вообще.
— Ну серьезно, сволочь...
Неужели даже это было слишком несбыточным желанием?
Тяжелый воздух у озера давил на нее мертвым грузом.
Карина готовилась к балу, так и не узнав, объявится ли Гарри и всё ли с ним в порядке.
Она вымыла волосы, сбрызнула их разглаживающим зельем, сама заплела и надела парадное платье, приготовленное родителями.
Сидя неподвижно в лиловом платье, Карина была похожа на куклу. Она была невероятно красива — и ровно настолько же безжизненна.
Заметив сидевшую бездумным взглядом Карину, к ней подошел Крэбб.
— Эй, Малфой. Скоро уже бал? Тебе пора бы собираться.
Карина не шелохнулась. Крэбб принялась её уговаривать:
— Тебя же ждет Виктор Крум? Он знаменитый игрок в квиддич. Гарри Поттер, конечно, знаменит, но он ведь еще совсем малец, верно? Если пойдешь с Крумом, точно станешь звездой бала.
Этого не будет. Ведь Виктор Крум нашел себе другую партнершу.
А сам Гарри Поттер, подстроивший всё это, пропал неизвестно куда.
Карина была капризной принцессой. Когда всё шло не так, как ей хотелось, она предпочитала злиться, капризничать и портить всем нервы.
Но сегодня у нее не было сил даже на это.
— ...Да уж.
Слабо улыбнувшись, Карина поднялась на ноги.
Увидав, как покорно она подчинилась, Крэбб испугалась едва ли не до смерти. Остекленевший взгляд, редкая улыбка, пассивная покорность. Для обычной Карины такое поведение было абсолютно немыслимо.
Крэбб резко вскинула голову и выпалила:
— Ты что, чары Империус подхватила... случайно не так?
— Нет.
— Тогда в чем дело? Гарри Поттер опять натворил что-то?
С чего это он в такой момент заговорил о Гарри? Карина с привычной легкостью стёрла с лица все эмоции и покачала головой:
— Ничего.
— Ничего? То есть как «ничего»! Да как так можно! Это же Рождественский бал! Если не сейчас, то когда же!
Крэбб страшно разозлилась. Казалось, она злилась за двоих, пытаясь выместить злость за саму Карину.
Разве настоящий друг может быть настолько надёжным?
Глядя на то, как Крэбб кипятится из-за её проблем, Карина вдруг, очень-очень запоздало, осознала всю ценность настоящей дружбы.
— ...Крэбб. Ты и правда всё понимала?
— Разумеется! Я за тобой уже сколько лет наблюдаю. Тут и дураку всё ясно!
Честно говоря, Карина всегда считала Крэбба непроходимо тупицей.
Может, всё это время она просто недооценивала его. Если бы она поняла это чуть раньше, то, пожалуй, даже удивилась бы.
Но сейчас, когда все чувства словно испарились, в душе было лишь тихое: «Вот оно как».
— Вставай, Малфой! В конце концов, если прижмет, я сам пойду с тобой на бал!
— Ты же собирался идти с Сиодором Ноттом.
— Динамну его! Гойл на моем месте поступила бы так же!
Как ни странно, её настроение, которое, казалось, уже не могло улучшиться, чуточку оттаяло. Карина послушно поплелась за Крэббом в бальный зал.
---
Стены Большого зала были сплошь затянуты серебристыми морозными узорами. К черному потолку, на котором мерцали звезды, крепились сотни гирлянд из веток омелы. Огромные столы факультетов исчезли, а вместо них появились сотни маленьких столиков, за каждым из которых могло разместиться по дюжине человек.
На столах мягким светом горели ароматические светильники. Казалось, они благословляли пары, которые уже образовались здесь или только должны были родиться.
Объявили, что чемпионы войдут только после того, как соберутся все остальные ученики.
Значит, встретиться с Гарри ей сегодня уже не светит, — с горькой усмешкой подумала Карина, направляясь вглубь зала.
Карина мгновенно приковала к себе все взгляды. Сейчас, когда в зале не было ни Флёр Делакур, ни Чжоу Чанг, если бы кто-то попробовал назвать самую красивую девушку во всем зале, ею без сомнений оказалась бы Карина Малфой.
Ученики озадаченно переглядывались, недоумевая, почему это Карина явилась так рано и почему она совсем одна.
— Разве Малфой не собиралась идти с Виктором Крумом?
— Погоди, я только что видел Крума с другой девчонкой.
Вокруг нее поползли шепотки. На лицах некоторых девчонок на мгновение промелькнули и тут же исчезли улыбки, полные злорадного превосходства. Они наверняка злословили по поводу того, что Карина явилась на бал без партнера.
Ощущая угнетенность и глубокое унижение, Карина опустилась на стул. Ей не хотелось ни с кем разговаривать, поэтому, когда Крэбб попыталась остаться рядом с ней вместо того, чтобы идти к Сиодору Нотту, она грубо оттолкнула его.
Гойл пришла на бал в паре с Блейзом, но, приблизившись к Карине, посоветовала ей не расстраиваться и порадоваться, что всё закончилось именно так. Карина ничего не ответила.
Те, кто уже привык видеть Карину в одиночестве, задались совсем другими вопросами.
— С кем же тогда танцует Гарри Поттер? Его в последнее время вообще не было видно!
— Наверное, с Гермионой Грейнджер? Кроме нее, он вроде ни с кем особо не общается.
Карина в этот момент искренне надеялась, что его партнёршей и правда окажется Гермиона Грейнджер.
Потому что в противном случае Карина выглядела бы просто жалко.
И тут бал достиг своего кульминационного момента.
— Чемпионы, вход!
Раздался голос профессора Макгонагалл, и в дверях показались чемпионы со своими партнёршами.
Первыми шли Чжоу Чанг и Седрик Диггори. Они выглядевшие вполне привычно друг для друга и вошли в зал без тени неловкости.
За ними следовали Флёр Делакур и Роджер Дэвис, но их манера держаться разительно отличалась от первой пары. Флёр гордо шествовала вперед, взмахивая сияющими золотистыми волосами так, будто она была хозяйкой этого бала, в то время как Роджер Дэвис таращился на нее во все глаза, явно не понимая, спит он или наяву.
А следом за ними...
Медленно поднималась симпатичная девочка с длинными каштановыми волосами, переброшенными набок. Походка её была немного неуклюжей — сказывалось непривычное платье, — но когда она смущенно улыбалась, спотыкаясь, на ее щеках появлялись ямочки, придавая ей по-детски жизнерадостный вид.
Люди растерялись от столь неожиданного появления.
— Это еще кто?
— У нас что, училась такая девочка?
Однако Карина узнала её с первого же взгляда.
Грейнджер, уложившая волосы с помощью зелья для блеска и подправившая передние зубы, чтобы скрыть свой главный изъян...
Вовсю принарядившаяся Гермиона Грейнджер.
Да уж, если её хорошенько подкрасить, выглядеть она будет примерно так.
Именно из-за этого Карина в свое время и поглядывала на Гермиону Грейнджер с некоторой опаской. Внешность, скрытая за крупными недостатками — это как капитал, который можно обналичить в любой момент.
Стоит скрыть недостатки, как образовавшаяся пропасть делает человека в разы загадочнее и привлекательнее. И хотя Флёр, Чжоу Чанг и сама Карина были безумно красивы, такого шокового эффекта, как Грейнджер, они произвести не смогли.
Грейнджер вошла в зал рука об руку с одним из чемпионов.
Им оказался... Виктор Крум.
— Чего? Так партнёршей, о которой говорил Виктор Крум, была Гермиона?!
Гойл даже челюсть от упадка сил закрыть забыла. Сама Карина, глядя на Виктора Крума, лишь тупо хлопала глазами.
Когда, во имя Мерлина, и каким образом?!
С чего вдруг Виктор Крум обратил внимание на Гермиону Грейнджер и пригласил её?
Неужели он приметил её еще до того, как она привела себя в порядок? И разглядел за теми огромными зубами и растрёпанными волосами?
Карина скорректировала свои мысли. У Виктора Крума определенно были серьезные проблемы с эстетическим вкусом.
— Малфой, что происходит? Грейнджер что, увела твоего партнера?
Гойл вытаращила глаза.
Будучи уверенной, что Карина идет в паре с Виктором Крумом, она теперь злобно зыркала на Гермиону.
— У меня аж в груди всё кипит, я больше не хочу молчать, это уже перебор! Скажи только слово, и я ей устрою...
— И правда. Кто бы мог подумать, что Виктор Крум опередит меня.
Его появление было настолько бесшумным, что Карина заметила его с опозданием на целое мгновение.
Гарри Поттер, зачесавший волосы назад и раздраженно поправлявший галстук, подошёл ближе. Он был чемпионом, но почему-то шёл совершенно один и так и не обзавёлся партнёршей.
Гойл поочередно посмотрела на Гарри и Карину, скривила лицо и резко поднялась.
— Мы что, опять вляпались в ваши сопливые игрища?! Пожалуйста, ведите себя нормально! Вы же не дети, чего вы всех вокруг заставляете переживать?
Партнер Гойл, Блейз, не выдержав любопытства, спросил:
— Гойл, ты о чём вообще?
— Да брось ты, пошли!
Уведя Блейза за собой, Гойл растворилась в толпе.
Оставшись наконец наедине, Гарри тяжело выдохнул и произнес:
— Фух, прости, Карина. Из-за дел я немного... опоздал.
Как он и сказал, Гарри выглядел так, будто только что откуда-то мчался сломя голову. Галстук был завязан кое-как, а надеты на нем были самые обычные школьные брюки.
Благодаря природной внешности и высокому для своего возраста росту это бросалось в глаза не сразу, но при желании придраться можно было к чему угодно.
Слегка прокашлявшись, Гарри заговорил наигранно-театральным тоном:
— Я-то думал, что моей партнёршей станет Гермиона. Но, совершенно, абсолютно случайно оказалось, что Виктор Крум положил на неё глаз с самого начала. Ну я и остался не у дел.
Ложь. Гарри Поттер с самого начала знал, что Виктор Крум неравнодушен к Гермионе, и наверняка о чём-то её попросил.
И то, что он отправил Карину к Виктору Круму, и то, что Виктор отказал Карине — всё это определенно было частью его хитрого плана.
Гарри посмотрел на Карину и произнес:
— Не знаю, в курсе ли ты, но чемпион Хогвартса обязан...
— Обязан явиться на бал с парой. Какое же старое, замшелое правило.
— Воистину. Иначе придётся пренебречь чемпионским долгом. Слушай, у тебя случайно тоже нет партнёра?
— Благодаря кому-то.
— Ха-ха. Какое поразительное совпадение. Может, мы, брошенки, объединимся в пару?
Гарри протянул ей руку. С абсолютно уверенным видом — так, будто точно знал, что Карина эту руку не оттолкнет.
План был продуман до мелочей.
Выставить их обоих брошенными одиночками и обставить всё так, будто они вынужденно стали парой по необходимости.
Ширма, конечно, прозрачная, но в этом мире есть огромная разница между наличием путей к отступлению и их отсутствием. Чем сильнее общественное внимание и чем ближе ты к большой политике, тем важнее соблюдение приличий.
Да, после череды разумных, прагматичных и политически выверенных шагов Гарри в конце концов оказался перед Кариной.
Но Карина не спешила вкладывать свою руку в его ладонь.
— Ты... делаешь мне больно.
Гарри замер. Карина, в упор глядя на его протянутую руку, пробормотала:
— Если бы ты сказал мне заранее. Если бы объяснил свой замысел с самого начала. Я бы не стала... ненавидеть тебя и себя.
— Прости, я был безумно занят. Так занят...
Карина взяла его за руку. И пока Гарри облегченно выдыхал, она молча закатила рукав его мантии. А затем подняла на него взгляд человека, чьи худшие догадки подтвердились.
На руке Гарри виднелся след, похожий на ожог от раскаленного хлыста. Убедившись в наличии ранений, Карина опустила рукав и прищурилась:
— Что это за рана?
— Э-э... следы усердной работы?
— Ты с кем-то подрался?
— Ага. Была... небольшая жаркая схватка. В самый последний момент потерял бдительность, угодил в ловушку и пару дней не мог пошевелиться...
Гарри Поттер наверняка занимался какими-то важными делами где-то там, где Карина его не видела. Выполнял какую-то миссию ради всеобщего спасения и чужих жизней.
А значит. Именно поэтому. И потому что...
— Вот именно.
— А?
— Вот почему... мне так тошно...
Карине некого было винить.
Он понятия не имел, что творилось у неё на душе последние несколько дней.
Она переступила через себя и попросила об услуге Каркарова, чтобы стать партнёршей малознакомого человека, который ей даже не нравился. Унизила собственную гордость ради того, чтобы первой напроситься в пары.
Впрочем, до этого момента всё было еще терпимо. Ради Гарри Карина была готова пойти и не на такое.
— Но всё это время ты... сражался.
Получал ранения там, где она не могла его защитить. Узнавала обо всем постфактум, когда всё уже закончилось.
И при этом у нее не было ни единого повода злиться на него.
Карина погрузилась в такое глубокое уныние, какое испытывает лишь больной, часами глядящий в больничное окно.
— Разве я многого прошу... Наверное, это моя вина — ожидать от тебя чего-то, не считаясь с твоим положением...?
То, что она так сильно переживала — глупые капризы. А обвинять его — всего лишь жалкий срыв злости.
Не имея возможности переложить вину хоть на кого-то, Карина чувствовала себя так, будто камнем идет ко дну.
— Прости... забудь. Я веду себя как ребенок.
Боясь, что если она поднимет голову, то станет еще жальче, Карина упорно смотрела себе под ноги. Шаги воображаемого вальса, где один приближается, а другой отдаляется, казались бессмысленными.
Гарри наконец понял, как сильно он заблуждался всё это время.
Просить прощения у Карины всегда было мучительно и трудно.
Но услышать извинения *от* Карины оказалось в сто раз хуже.
Лишь теперь Гарри осознал всю бессмысленность извинений.
Ведь после того, как Карина попросила у него прощения, на душе у самого Гарри стало только паршивее.
— Прости, Карина, я вин...
Гарри резко осекся на полуслове.
Нельзя произносить это слово. У него самого сердце кровью обливается, он не имеет права перекладывать этот груз обратно на Карину.
Если бы они были из тех пар, что строят отношения на взаимном чувстве вины и эмоциональном банкротстве — другое дело.
Но Гарри не хотел таких отношений. Он хотел, чтобы даже если им суждено будет расстаться, они могли бы...
Они могли бы улыбаться друг другу при встрече.
Или даже если Гарри вдруг исчезнет, Карина не должна из-за этого страдать.
Профессора Грюма поблизости всё равно не было, и Гарри решил идти ва-банк.
— Ты понравилась мне с самой нашей первой встречи, Карина. Пусть в тебе и есть куча недостатков, но внешне ты просто невероятно хорошенькая.
Гарри опустился на одно колено. Глухой стук коленей о каменный пол эхом пронесся по всему бальному залу.
Казалось, даже музыка оркестра и танцующие пары на миг замерли. Все были шокированы видом парня, который опустился на колени прямо перед Кариной и взял её за руку.
Крэбб выглядевший так, будто отчаянно пыталась сообразить, что же произошло за те пару минут, пока она отворачивалась; Гойл, демонстративно отвернувшаяся, чтобы не смотреть на этот балаган; и Гермиона Грейнджер, прикрывшая рот рукой и наблюдавшая за ними во все глаза.
Под всеобщими устремленными на них взглядами Гарри заговорил так, чтобы услышали абсолютно все:
— И ты по-прежнему прекрасна. Мне нужна только ты и никто другой. Карина, ты станешь моей партнершей?
Разрушать тщательно выстроенный план оказалось донельзя освежающим занятием.
Хотя это было самое искреннее признание, Карина даже не думала отвечать — она лишь испуганно дернулась и резко отвернулась.
Дурмстранг, Бобатон, остальные преподаватели и даже слизеринцы... За ними сейчас наблюдали маги со всей Европы.
Лучшего шанса для сплетников, жаждущих разнести слухи по всему свету, просто не придумаешь.
— Ты вообще в своем уме?! Тут же столько людей...!
Если объявить об этом сейчас, всё, что они так тщательно скрывали до сих пор, выплывет наружу. Больше всего на свете Карина почувствовала не романтику, а панический ужас.
Они столько сил приложили, чтобы их не раскрыли, а теперь он берет и выкладывает всё сам?
И в этот момент Гарри слегка прикусил зубами тыльную сторону её ладони прямо поверх шелковой перчатки.
— Ай!?
— Не отворачивайся, Карина.
— Т-ты что творишь?!
Карина попыталась выдернуть руку, но Гарри держал намертво. Он с самым невозмутимым видом состроил жалобную мину:
— Отвечай давай. У меня колено отваливается.
— Раз больно — топай в больничное крыло!
— Ни за что. Я чемпион, я должен вести этот бал, и мне нужна самая красивая партнерша.
Картинка бального зала начала постепенно размываться. Люди, музыка, праздничный декор на стенах — всё это превратилось в бесцветный фон и потеряло всякий смысл.
Бальный зал превратился в их собственный, изолированный от всего мира крошечный кокон. Кроме Гарри и Карины, в нем не было никого и ничего, что имело бы хоть малейшее значение.
В этом мире, где декорациями служил весь Хогвартс, Карина столкнулась лицом к лицу с признанием Гарри. А Гарри, стоя на одном колене, снизу вверх смотрел на неё.
---
— Когда-то давно, в том самом зеркале Еиналеж... — произнесла она, ощущая странную параллель с прошлым, но наполняя этот жест совершенно иным смыслом. Карина отвернулась и тихо прошептала:
— ...Я с самого начала была твоей партнершей.
— Вот и отлично.
Гарри с легким усилием потянул Карину за руку, поднимаясь на ноги. Его дыхание коснулось её обнаженной руки, затем, скользнув по волосам и уловив их аромат, его рука обвила её за талию, прижимая к себе.
Встретившись лицом к лицу на расстоянии дыхания, Гарри лучезарно улыбнулся:
— Потанцуем?
Снаружи доносились чьи-то восторженные крики.
Изумленные возгласы людей, хлопающие в ладоши друзья, недовольный или встревоженный шепот — всё это сливалось в единый гул.
Но сейчас этот шум был не более чем фоном. Для них двоих лица друг друга и общее дыхание были единственным, что существовало во всей вселенной.
Карина тихо прошептала в ответ:
— Как... пожелаешь.
---
=============================
[Послесловие автора]
День детей... но взрослые дети радуются ему куда больше...
Проведите этот день счастливо в кругу семьи!
...Ай, я ничего не напутал со временем?
Буду рад вашим комментариям и отзывам!
//Слово «хоэ-э» я где-то подслушал, показалось таким милым, решил использовать. Разве после поцелуя звук вроде «хоэ» не создает ощущение неловкости от самого процесса? Я рад, что многим из вас понравилось!