Судя по всему, новость о том, что Карина побывала на вечеринке Слизнорта, разлетелась по всей школе. Иначе и быть не могло.
Иначе Северус — человек, который обычно узнавал обо всём последним, — вряд ли стал бы её караулить.
— Что ты творишь, Карина?
— В смысле что? Выполняю задание изо всех сил.
— Думаешь, я не пойму? Опять шастала к профессору Слизнорту в надежде стащить что-нибудь полезное?
Карина тут же попыталась сделать невозмутимое лицо, но Северус, похоже, шёл на этот разговор с уже готовой уверенностью. Он прищурился:
— Мастер зельеварения, по-твоему, не знает, сколько у него в котле зелья? Профессор Слизнорт обмолвился, что кто-то умыкнул заготовку, которую он оставил вариться. Я попытался списать всё на Пивза, но едва он описал пропажу, как я сразу понял, чьих это рук дело.
— Вы ошибаетесь. Доказательств-то нет. Или вы теперь ещё и мысли мои читаете?
— Окклюменция — не щит от всего на свете, Карина! Даже если ты владеешь ею, догадаться, кто спёр зелье, проще простого! Мне Драко всё рассказал. Сказал, что ты повадилась ночами куда-то шлындать! Причём ровно с первого учебного дня — аккурат после урока профессора Слизнорта!
Мелкий болтун. Карина мысленно цыкнула языком и холодно бросила:
— Ну так идите к Дамблдору. Настучите, что Карина Малфой ворует профессорские вещи и шастает по ночам где не положено, пусть мне впаяют взыскание.
— Карина. Ты прекрасно знаешь, что я этого не хочу. Если тебе что-то нужно, почему просто не попросить меня? Зачем лезть к Слизнорту? Попадись ты на такой мелочи — и проблемы будут не только у тебя, но и у меня.
— Накажут-то меня, при чём тут вы?
— При том, что я дал твоей матери Непреложный обет. Защищать тебя!
От этих слов даже Карина на секунду опешила.
Непреложный обет. Магия суровая и беспощадная: разорвать его нельзя, малейшее нарушение — и расплата настигает мгновенно в виде смерти. Раз уж Северус связал себя этим обетом, ему хочешь не хочешь приходилось её оберегать, если, конечно, жить надоело.
Но Карина не собиралась расслабляться.
Непреложный обет — далеко не панацея. Был в истории один маг-король, решивший наштамповать этих обетов направо и налево, чтобы собрать армию беспрекословных рабов. Кончилось тем, что недовольный несправедливыми приказами приближённый пырнул его кинжалом во сне. Обитатель трона додумался взять клятву, что его не убьют, а вот про охрану спины как-то забыл.
Урок пошёл на пользу другому тёмному магу: тот привязал подручных куда более детальными и изощрёнными формулировками. Только вот от избытка спеси опрометчиво глотнул яду — и сдох в полном одиночестве, потому что преданные прихвостни даже пальцем пошевелить не могли без прямого приказа хозяина.
Примеров того, чем оборачивается слепая вера в Непреложные обеты, в магической истории хватало с избытком. Палка о двух концах, оковы, сковывающие обоих. Старая магическая мудрость гласила: чем мощнее чары, тем страшнее цена.
К тому же, слепо доверять словам Северуса Карина тоже не собиралась.
— Мне не нужна ваша защита. Так что успокойтесь и лучше готовьтесь к следующей лекции.
— Ты уже раз пять чуть не попалась. И всё равно лезешь на рожон!
— Не попалась. И не попадусь. А даже если вскроется — у меня есть пара способов выкрутиться.
— Я пытаюсь донести до тебя другое: тебе это просто не нужно! Если бы ты воспользовалась моей помощью...
— Вот именно потому, что я не собираюсь пользоваться помощью профессора Снегга, мне всё это и нужно.
Карина стояла на своём — глухая стена, в которую не вогнать ни единого клина. Северус, видимо, наконец понял всю бесполезность уговоров и заговорил тише, с какой-то зловещей мягкостью:
— Не забывай про свою задачу. Если ты не укокошишь Гарри Поттера или Дамблдора, укокошат тебя. Всё предельно просто, верно? Три варианта, один правильный. Не сомневаюсь, девочка моего ума с такой задачкой справится.
— Если вы и впрямь профессор, отойдите в сторону и дайте мне решить задачу самой.
Карина резко развернулась, обрывая разговор на полуслове, и чеканным шагом двинулась по коридору. В спину ей нёсся мрачный шёпот Снегга:
— ...Запомни. Тёмная метка не отличается ангельским терпением. Она будет висеть над тобой и грызть изнутри, пока ты не доведёшь дело до конца...
Она отказывалась от помощи Северуса не из юношеской упрямости. У Карины в запасе оставался козырь посерьёзнее.
Феликс Фелицис.
Как ни иронично, та самая жидкая удача, которую подкинул Гарри, оттягивала её страшный выбор.
Обратись она к Снеггу — и уже через неделю ей на блюдечке поднесут яд вместе с удобным моментом, чтобы подмешать его кому-нибудь в питьё. Стоит лишь слегка наклонить флакон, и чья-то жизнь оборвётся. Безупречный шанс, заботливо подготовленный к убийству.
Переступи эту черту — пути назад уже не будет. Закрутит, понесёт по течению, и вот она уже дрожащими пальцами стирает следы чужой крови, сбегая из Хогвартса.
Именно поэтому она ждала. Пока не исчерпает лимит Феликса и не убедится, что другого выхода нет. Только тогда можно идти к Снеггу. Карина убеждала себя в этом снова и снова, выставив жесточайшие рамки для того самого момента, когда придётся опрокинуть золотое зелье.
Но судьба, как назло, решила не ждать.
Профессор Слизнорт суетился у доски, явно подгоняемый собственным энтузиазмом:
— Сегодня у нас плотный график! Садитесь быстрее! Кто мне назовёт третье правило Голпаро?
Голпаро посвятил всю жизнь изучению магических ядов и противоядий, и его имя в учебниках всплывало чуть ли не на каждой странице. Пока класс соображал, Карина лихорадочно копалась в памяти, пытаясь опередить Грейнджер.
— Третье правило Голпаро гласит, что противоядие от смешанного яда должно превосходить по силе сумму противоядий для каждого компонента по отдельности!
Как водится, воспоминания Карины слегка отставали от скорости Гермионы. Поняв, что в гонке за первенство снова проиграла, Карина переключила внимание на объяснения Слизнорта. Тема сегодняшнего занятия: яды и противоядия.
Яды и противоядия. Вещи, которые могли понадобиться ей прямо сейчас... Слушая профессора, Карина вдруг ощутила странную, липкую тревогу. Словно всё это разворачивалось по чьему-то сценарию, написанному персонально для неё.
— ...Для этого вам понадобится поисковое заклинание Скапина. Выделите отдельные компоненты из этого зелья, сварите противоядие, а затем соедините их воедино. Ну-ка, выходим по одному и разбираем пробирки! Постарайтесь намешать противоядий к как можно бóльшему числу компонентов до конца урока!
У Карины затряслись кончики пальцев. Ладони вспотели и скользили. Она на ватных ногах вышла вперёд, приняла из рук Слизнорта крошечный пузырёк и вернулась за парту.
Яд.
Готовый яд авторства Слизнорта — проще простого оказавшийся у неё в руках. Ровно столько, чтобы с лихвой хватить на пару-тройку смертей. Наглядное пособие, красующееся прямо перед её носом.
Карина замотала головой, отчаянно цепляясь за иллюзию нормальности.
«Да брось. Какой это яд — максимум от него живот прихватит или сыпь выступит, не станет же он школьникам смертельную дрянь подсовывать?»
Наивная мысль для седьмого года обучения. Половина того, что они проходили на зельях, при малейшей ошибке в пропорциях превращалась в чистейший яд. На старших курсах разделение многокомпонентных ядов и варка противоядий к ним были рутиной.
Дрожащей рукой Карина наставила палочку, применив поисковое заклинание Скапина, и принялась пересчитывать компоненты.
Один, два, три... целых тринадцать штук. Каждый сам по себе способен отправить человека в реанимацию, а вместе они составляли убийственную, но при этом до уродливого простую смесь.
И в этот момент змея на запястье шевельнулась. Из-под рукава её никто не видел, но Карина физически ощутила, как чешуя заскользила по коже. Змея словно принюхивалась к запечатанной в стекле отраве, предвкушая лакомство, и лениво высовывала язык — так, будто призывала немедленно покончить с этим.
— Карина, ты чего зависла?
Кто-то из соседей по Слизерину пихнул её в бок, возвращая в реальность. Вокруг вовсю гремели весы, стучали котлы, народ суетливо метался в поисках ингредиентов. Стараясь делать вид, что всё под контролем, Карина тоже принялась за работу.
До конца пары оставалось полчаса.
Провал. Вернее, изначально невыполнимая задача. Успеть за отведённое время разобрать тринадцать ядов, сварить к каждому нейтрализатор и правильно объединить их, не устроив химический взрыв из-за неверного катализатора, для студенческого уровня было нереально.
Дело было не в тугодумии Карины. Гермиона — ладно, но даже у Гарри Поттера с его звериным чутьем на зельях вряд ли бы вышел идеальный состав.
Где-то неподалёку слышалось раздражённое бормотание Поттера:
— Тут тринадцать разных гадостей. На одни противоядия уйдёт часа три! Это физически невозможно!
— Сдашь то, что успел! Есть время — сунь ещё хоть что-нибудь!
— Да хоть засунься, всё равно больше девяти никак не выходит, а дальше катализаторы начинают жрать друг друга. Тьфу, да проще было глотнуть безоара и не мучиться. От универсального глотка толку больше.
Если уж даже Гарри Поттер матерился на чём свет стоит, значит, получить рабочее противоядие здесь и сейчас было нельзя в принципе.
Карина уставилась на собственный котелок. На дне обугливалась чёрная зловонная жижа — идеальный портрет её нынешнего состояния.
Будь это обычный учебный брак, она бы просто отмахнулась. Но после всего пройденного на зельях она отлично понимала ценность этой жижи.
Смертоносная, трудновыводимая дрянь, которую можно забрать с собой прямо сейчас.
Змея уже открыто проявляла интерес. Если она проигнорирует этот подарок, татуировка начнет жечь кожу, поползут подозрения, доносы Хозяину... А Тёмный Лорд снисходительностью не отличался.
Пришлось бы тащить эту мерзость ради того самого «задания». Чёртова змея пялилась на неё немигающим взглядом. Не возьмёт — в следующий раз в шею вцепятся уже настоящие клыки.
Только вот трогать её не хотелось. Пачкать руки орудием убийства. Держать в кармане чужую смерть и гадать, в кого её влить.
По лицу катился холодный пот. Кожа стала совсем прозрачной, почти синюшной. Пальцы сводило судорогой так, что удержать палочку казалось подвигом. Унимая дрожь в руках, она лихорадочно соображала.
Может, настал тот самый момент? Момент, когда без «удачи» уже не выплыть?
В конце концов, чтобы слить зелье, нужна чистая тара. Перелить его во что-то другое на глазах у Слизнорта — верный способ загреметь в карцер без права переписки.
Значит, всё исключительно ради пустой склянки. Никаких иных умыслов, разумеется.
Убеждая себя — и невидимую змею, — Карина залезла в сумку и нащупала холодное стекло с золотистым содержимым. Феликс Фелицис грел ладонь, словно живой. Скользящими от потного пота пальцами она вытащила флакон, спрятала его в рукав и резко поднялась.
— Профессор, мне нужно выйти.
— О, мисс Малфой! Живее возвращайтесь, у нас осталось всего десять минут!
Кивнув на ходу, она вылетела из аудитории. Забившись в самый дальний, глухой туалет, Карина на секунду замерла у двери, прислушиваясь, — никого. Вытащив из рукава заветную склянку, она откупорила пробку.
Жидкая удача. Посмотрим, куда заведёт её этот подарок Поттера. Какое везение он ей подкинет на этот раз.
Пришлось положиться на слепой случай.
Карина опрокинула флакон в один присест. Ощущение было такое, будто она проглотила сгусток солнечного света. По телу разлилось густое, уютное тепло, скатившееся из горла прямо в желудок, а оттуда побежавшее по венам. Словно внутри неё зажгли крошечную, но мощную звезду.
Силы прибавились мгновенно. Голова прояснилась так, будто она проспала двое суток в лучших условиях, а измождённое тело забыло про усталость. Сейчас ей казалось, что она способна поймать снитч даже с завязанными глазами.
Даже недавний страх перед заданием показался чем-то мелким и незначительным. Стояла задача с очевидным решением — чего ради она вообще убивалась?
Раз уж деваться некуда, остаётся просто взять своё.
Глубоко вдохнув, она сосчитала до трёх, вернулась в класс и без тени смущения сунула пузырёк с ядом на дно сумки, заменив его на пустую склянку из-под Феликса.
По счастью, тара совпала идеально: флакончик из-под зелья удачи и пробирка со слизнортовским ядом выглядели близнецами. Стоило лишь вымыть со дна остатки золотистых блёсток — и никто в жизни не догадался бы, что именно здесь плескалось.
Сжав палочку, Карина сосредоточилась. Никаких сложных чар уничтожения она раньше толком не контролировала, но сегодня, когда удача текла по её жилам, ей было подвластно всё. Взгляд на пробирку, пара секунд мысленного усилия — и остатки золотой взвеси внутри испарились без следа. Карина довольно улыбнулась уголками губ.
— Так, время вышло! Ну-ка, покажите, что у кого. Блейз, ты чего тут навоял?
Пока Слизнорт с интересом разглядывал столы на слизеринском ряду, Карина выставила на край абсолютно чистую пробирку и сияющий чистотой пустой котелок. Профессор склонился над её партой, подозрительно прищурившись:
— Хм-м? Мисс Малфой? И что это значит?
— Я поняла, что уложиться в срок не успею, профессор, и попробовала применить обратное заклинание прямо к составу. Правда, где-то ошиблась, и яд испарился целиком.
Откровенная ложь на ходу. Но Слизнорт погладил седые усы, разглядывая пустые посудины со странным уважением:
— Хмм. А подход занятный. Знаете ли... порой самые простые методы оказываются самыми верными. Разумеется, для сложных смесей это не годится, но на будущее — засчитано.
— Спасибо, сэр.
Надо же, прокатило. Видимо, на этот раз от них ждали не столько академической зубрежки, сколько нестандартного мышления. Карина мысленно пожала плечами и привычным движением очистила котелок до блеска.
После звонка она, пропустив ужин, прямиком направилась в Выручай-комнату. В жилах ещё играл остаточный жар Феликса, и ей отчаянно казалось, что сейчас-то Исчезательный шкаф поддастся.
Миновав потрёпанный бюст с фальшивой диадемой, свернув налево за горы макулатуры и дойдя до нужного прохода, она замерла перед деревянными дверцами. Достав палочку, она попробовала влить в механизм всё, что знала о ремонте.
Но чудеса с оговорками: удача удачей, а законы физики никто не отменял. Спустя час бесплодных попыток заставить мёртвое дерево ожить Карина зло пнула шкаф ногой — в надежде, что космическое везение всё-таки сжалится и доломает его в нужную сторону.
— ...Ладно. Чудес на свете всё-таки не бывает.
Конечно, никакого чуда не произошло. Она с досадой прислонилась плечом к полированному боку. В этот момент из-за стеллажей донёсся голос Гойл:
— Малфой? Ты здесь?
Похоже, Крэбб и Гойл наконец добрались. Карина уже хотела откликнуться, но в ней взыграла вредная искра — вместо того чтобы подать голос, она тихонько приоткрыла створку шкафа и шмыгнула внутрь, решив подстеречь девчонок и напугать из засады.
На редкость ребячливый поступок для неё. Но плевать. Сегодняшняя «Феликс»-Карина не собиралась загонять себя в рамки приличий и гордости. Репутация семьи? Да в текущем положении рода Малфоев о чопорности стоило думать в последнюю очередь.
Правда, захлопывать дверцу полностью она не стала — инстинктивно оставила небольшую щель. Захлопнись она до щелчка, и Карину бы затянуло внутрь так, что пришлось бы на собственной шкуре проверять, почему шкаф называется Исчезательным.
— Странно, её нет.
Голос Крэбб раздался совсем близко. Карина затаила дыхание.
— Может, грохот какой услышала? Мы же вроде шумели на повороте.
— Да брось, с каких пор наш грохот кого-то пугает? Разве что слона в посудной лавке.
— Это ты на что намекаешь, будто я слон?! Совсем страх потеряла!
Карина едва сдерживалась, чтобы не прыснуть со смеху, прикрывая рот рукавом. Девчонки бродили где-то неподалёку, обсуждая её отсутствие. Но стоило Карине прикинуть момент для эффектного выхода, как до неё донеслись слова Гойл, заставившие улыбку моментально сползти с лица:
— Надоело мне это всё. Сказала прийти к концу занятий — и где она сама? Строит из себя командующую, будто мы её шестёрки бессловесные.
Момент для шутки был упущен окончательно. Вылезать из шкафа сейчас — значит устроить грандиозный скандал на пустом месте.
— Да ладно тебе, не дуйся. У неё дел по горло, сама же знаешь. К тому же, если мы закончим, получим ту самую диадему.
— На кой чёрт нам эта блестяшка с сомнительным прошлым? Если так пойдет дальше, я сваливаю. Вся слава достанется Малфой, а расхлёбывать дерьмо придётся нам. Я не дура подставляться.
Гойл была непреклонна. И, что хуже всего, чертовски логична. Крэбб на пару секунд задумалась, а потом прижала руки к груди и выдала с неожиданной дрожью в голосе:
— А... а мне Малфой нравится.
— Ты чего это вдруг?
— Н-ну... То есть, понятно, что она та ещё стерва и командует нами как вздумается... но она хотя бы честна в этом. И вечно пытается хоть что-то для нас сделать.
— Ага, потому что мы за ней бегаем и хвостом виляем, вот она и кидает объедки со стола.
— Нет... не только. Помнишь, на втором курсе? Когда я ревела из-за веса, а ты не знала, что делать с волосами после летней сырости?
Крэбб заговорила тише, почти смущённо:
— Помнишь, что она нам подарила на Рождество? Мне — те конфеты от депрессии, от которых не толстеют, а тебе — волшебное зелье для блеска и гребень, чтоб не путались.
— Ну да. И задрала нос до потолка, как обычно.
— Пускай задрала... но она ведь помнила. Если бы мы были ей совсем до лампочки, она бы даже не посмотрела в нашу сторону, не то что сидела бы голову ломала над подарками.
Отчасти Крэбб была права, отчасти — нет.
Для Карины подбор подарков никогда не был актом чистой симпатии — скорее тонким инструментом плетения связей. Она действительно продумывала их до мелочей, но слышать, что её расчётливость кто-то принял за искреннюю заботу... было странно. И почему-то неприятно царапало изнутри.
— Ну, я-то подарков не жду. Бросает всякую фигню — то книги дурацкие, то носки с ворчанием, будто одолжение делает. А сама небось ночами сидит и думает, как бы нас повозить носом по полу.
И всё же услышать чужую изнанку — то, что никогда не говорят в лицо, — дорогого стоило.
Наверное, в этом и заключался главный подарок Феликса.
Глубоко вздохнув, Гойл буркнула:
— Ладно. В последний раз. Если она и дальше будет командовать — пошлю её к гоблинам.
— Хе-хе, ну вот видишь!
— Пошли искать. Если она просто дрыхнет где-то в углах... я ей устрою побудку.
Крэбб хихикнула, утягивая подругу дальше по проходу. К счастью, им даже в голову не пришло, что кто-то может прятаться прямо внутри старого шкафа.
Слова Слизнорта подтвердились на все сто: сегодняшний день выдался донельзя удачным. А главное — действие «Феликса» ещё не до конца исчерпало себя.
Карина была необычайно воодушевлена. Настолько, что пропустила момент, когда створка шкафа плавно поползла назад. Раздался тихий сухой щелчок — и узкая щель света между створками окончательно исчезла.
— Ой.
В ту же секунду её словно подхватил невидимый вихрь.
Исчезательный шкаф работал безотказно: стоило запереть внутри предмет, как он переносился в другую точку Хогвартса. Правило распространялось и на живых существ. Собственно, ради этого Карина и пыталась его починить.
Только вот испытывать его на себе она в планах не держала.
Внутри завязался тугой узел. Тело завертелось волчком, волосы и полы мантии затрепетали от бешеного потока воздуха. Карина летела сквозь слепую, гудящую пустоту — пока её с размаху не впечатало в какие-то деревянные стенки.
— Да что ж за... починено же всё идеально, чего оно опять брыкается?!
Выругавшись, Карина тут же замерла, запоздало сообразив кое-что важное.
Шкафы умеют переправлять вещи. Засунул внутрь предмет — он пропал. Именно поэтому они и назывались «исчезательными».
То есть сам механизм доставки работал отлично.
Вся проблема была вовсе не в поломке самого шкафа... а в том, куда именно он вёл. Вместо лавки «Горбин и Бэрк» в Косом переулке он почему-то швырял людей по разным углам самого Хогвартса.
Значит...
Изначально проблема была не в самом шкафу. А в этом чёртовом «туннеле».
— *Репаро!*
Карина не стала раздумывать. Никаких сомнений в том, что заклинание сработает криво и превратит её в космический мусор, у неё не было.
Потому что сегодня Карина Малфой была самой удачливой девчонкой на свете.
Ремонтные чары брызнули в темноту коридора. Пространство вокруг неё издало глухой скрежет, словно невидимые шестерёнки встали на пазы. Но в следующую секунду доски под её ногами разверзлись. Карину снова потянуло воронкой — её закрутило, понесло по узкой трубе, как воду в раковине, и...
С громким стуком она вывалилась наружу.
— А-а-ай!
— Ой!
Удар смягчило что-то живое и мягкое. Точнее, кто-то очень неудачливый, подставивший спину под её приземление.
Этим амортизатором оказался Гарри Поттер.
— Карина?
Сидевший на полу Гарри тупо моргал, забыв о боли в отбитом ребре. Карина испуганно шарахнулась в сторону. Меньше всего на свете ей хотелось свалиться на голову парню, которого, возможно, придётся убить, да ещё и в начале учебного года, когда они толком не пересекались.
— Ты... как ты сюда попала? Это мужской туалет, и до тебя здесь никого не было!
Справедливое замечание. Объяснять ему про Исчезательный шкаф Карина не собиралась, да и светиться здесь ей не улыбалось, поэтому она попыталась немедленно сделать ноги.
Но Гарри оказался быстрее. Одна рука вцепилась ей в плечо, вторая рывком обхватила за талию, притягивая обратно. От резкого движения оба рухнули прямо на мокрый кафель, но Поттеру было плевать на лужи под брюками. Он притянул её ближе, зло и хрипло выдохнув:
— Куда собралась? Объясни толком, что здесь творится. Из Хогвартса нельзя телепортироваться просто так, откуда ты вообще взялась? Сидеть тихо!
Карина молчала, поджав губы, но Гарри не собирался отступать:
— Я не отпущу тебя, Карина. Больше никаких побегов.
Если он продолжит в том же духе, она расколется. Оставался всего один способ заткнуть его раз и навсегда.
Она подалась вперёд и впилась в его губы поцелуем.
Гарри от неожиданности опешил, зрачки расширились до предела. Он попытался оттолкнуть её, но руки сами собой дрогнули и передумали. Сначала его пальцы судорожно взметнулись в воздух, а потом крепко вцепились ей в волосы.
Это был их первый поцелуй почти за год. Они вжались друг в друга так отчаянно, будто пытались наверстать всю разлуку разом. Каждый выдох Гарри становился её вдохом, каждый её вздох заполнял его изнутри.
Жар шёл изнутри, смешиваясь с общим дыханием. Обоим было мало — они жадно ловили губами друг друга, не в силах оторваться.
Карина обвила руками его шею. Гарри прижался спиной к прохладной стене кабинки, усаживая её сверху, и позволил ей брать всё, что она хотела.
На такое Карина по доброй воле никогда бы не решилась. Гордость, правила, тысячи «нельзя» и «не положено» всегда держали её в узде.
Но действие Феликса делало своё дело. Забыв про статус, гордость и страх, она отдавалась чистому, первобытному порыву.
И знаете что? Это было чертовски хорошо. Не по её правилам, грязно и грубо, но до дрожи живо. На секунду ей даже показалось, что можно зайти ещё дальше. Переступить черту.
Но... не сейчас.
— Спасибо.
За то, что поделился удачей. За то, что не дал забыть. За то, что держал её до последнего.
Прошептав это с абсолютно искренней нежностью, Карина оттолкнулась от его плеч и резко поднялась. Гарри по инерции взмахнул руками в пустоту, хватая воздух.
Пока он соображал, что произошло, Карина уже дошла до выхода из туалета. Гарри подскочил на ноги:
— Стой! Разговор ещё не окончен...
— Хочешь договорить — жди меня в субботу, в одиннадцать вечера. В Выручай-комнате.
Карина с вызовом провела пальцем по нижней губе. Жест получился на редкость двусмысленным. На её раскрасневшемся лице играла озорная ухмылка, а палец чертил контур слегка припухших губ. Гарри застыл на полушаге, не в силах оторвать взгляд.
Карина подмигнула ему с наглой лёгкостью:
— ...И приходи один.
Голос звучал так, будто она стояла вплотную к нему, хотя до двери было шагать и шагать.
Не оглядываясь, она выскользнула из туалета. Гарри даже не попытался её догнать.
Шагая по коридору почти бегом, Карина обеими руками зажала пылающие щёки.
Что это было? Какого чёрта она только что поцеловала его и назначила свидание? Откуда эта дурацкая импульсивность? Разум отключился напрочь, оставив лишь чистые рефлексы.
Было это заслугой Феликса или её собственными тайными желаниями — чёрт её разберёт.
— Эй, Малфой!
Из-за поворота вырулил новый капитан слизеринского квиддича Экахарт — злой, взъерошенный, явно разыскивающий её по всей школе. По привычке Карина мгновенно подобралась, смахнула с лица лишние эмоции и лениво откинула волосы назад:
— Чего тебе?
— Я по поводу твоих тренировок.
Экахарт перешёл сразу к делу:
— Ты стала пропускать их через раз, форма ни к чёрту, на поле еле ползаешь. По команде уже ползут слухи, что на тебя больше нельзя полагаться.
Ах да. Квиддич. Детская забава магов, на которую школа молилась как на второе пришествие. Сколько бы проблем у неё ни было, она отлично знала, с каким трепетом остальные ждут матчей.
Вот только в её планы участие в этом цирке больше не входило. Пора было сматывать удочки.
— Наверное, здоровье подводит. Форма и правда не та. Пожалуй, мне пора поискать замену.
Экахарт скривился так, будто съел лимон:
— Прекрати нести чушь. Ты же знаешь, равноценной замене тебе сейчас нет.
— Ну, почему же. Есть один кандидат.
Карина выдала заготовку с такой лёгкостью, будто неделю готовила реплику.
— Возьми Драко. Отдай ему мою «Молнию», пусть играет ловцом.
— Драко?
— Угу. Мы всё лето на мётлах провели, летает он всяко не хуже меня, так что не прогадаешь.
Магия Феликса творила чудеса: слова опережали мысли, но при этом вели её исключительно к самым выгодным исходам.
Капитан, конечно, надеялся выбить из неё обещание ходить на тренировки, но давить на человека, решившего уйти, он не умел.
Поморщившись, Экахарт махнул рукой:
— Устрою ему тест. Но если пацан не потянет — выгоню с поля вместе с твоей драгоценной метлой.
— Договорились.
— ...И высыпайся уже. Вид у тебя такой, будто тебя из могилы выкопали. Здоровье важнее любых матчей.
Экахарт развернулся и ушёл. Карина вежливо кивнула ему в спину и зашагала дальше.
Надо было торопиться. Срок действия Феликса неумолимо подходил к концу. Последние крупицы жара в груди угасали, оставляя после себя лишь крошечный уголёк — остаток её короткой, но безумной удачи.
Кого она встретит на самом краю этого пути? Какая точка станет финалом её везения?
Как ни странно, ответ ждал её за ближайшим поворотом.
— ...Ох, Невилл. И надо же было тебе вляпаться в романтику. Да ещё с кем...
Заметив её, Невилл застыл на месте, как мышь перед кошкой. А рядом с ним, хлопая ресницами с абсолютно отрешённым видом, стояла Луна Лавгуд, сцепляя пальцы с его ладонью.
— С девчонкой из Рейвенкло. Надо же. А у тебя, оказывается, есть зубы, Долгопупс. Смотрю на тебя — и глазам не верю.
— Т-ты чего тут забыла, Малфой? Это вообще-то башня Когтевран!
Невилл храбро заслонил Луну собой. Похвально — ради своей девчонки он даже нашёл в себе мужество встать поперёк дороги Малфой.
Для Карины это выглядело жалко, но забавно. Вместо Невилла она перевела взгляд на стоявшую за его спиной Луну:
— Луна Лавгуд?
— Угу. Меня так зовут. А тебя — Карина Малфой, да?
— Ну надо же.
Луна смотрела на неё без малейшего страха. В её странных, вечно сонных глазах читалось удивительное упрямство: она тоже была готова защищать своего парня до конца.
Забавная парочка. Одна прячется за чужую спину, другой хорохорится. Карина криво усмехнулась:
— Не самый умный выбор, Лавгупс. Нашла с кем водиться — с главным посмешищем Слизерина.
— Ты ошибаешься. Невилл превосходно разбирается в травологии.
— В травологии — возможно. Во всём остальном он непроходимо туп.
— М-м-м, пожалуй, отчасти ты права.
Луна даже не думала спорить. Но взгляд, которым она продолжала смотреть на Невилла, оставался невероятно тёплым.
— Зато он хороший. Невилл слушает мои рассказы про мозгомыров и бузмопсов. Никогда не смеётся и не затыкает мне рот.
— Потому что у него не хватает мозгов сообразить, что этой чуши не существует в природе.
— Нет, они существуют.
Луна слегка надула губы:
— Невилл тоже сначала не верил. Но он очень добрый. Он всегда помогает мне дойти до гостиной, спорит со мной, но уважает мои слова. Именно поэтому он мне нравится.
— Высокие отношения.
— Невилл как-то сказал, что подсмотрел это у Гарри. Говорит, что учился у него правильно за тобой ухаживать.
От неожиданности Карина едва не споткнулась. Луна продолжала щебетать всё тем же мечтательным тоном:
— Говорит, Гарри годами за тобой приглядывал. Ещё с первого курса — стоило тебе отвлечься, как его взгляд всегда был направлен на тебя. Невилл сначала обижался на него за это, но потом привык и даже начал болеть за вас.
— Л-Луна...
Невилл покраснел до корней волос и попытался утянуть её за собой. Сама Карина от смущения не знала, куда деть глаза — редкий для неё случай, — а вот Луна выдавала чужие секреты с абсолютно каменным лицом.
Карина судорожно обмахнула ладонью пылающие щёки:
— ...Ладно. Похоже, вы и впрямь идеальная пара.
— Спасибо. Надеюсь, у вас с Гарри тоже...
— Заткнись! — рявкнула Карина. Луна тихонько хихикнула.
Они стояли у входа в гостиную Когтеврана, прямо под бюстом основательницы факультета — Ровены Рейвенкло. Невилл с Луной наконец разлепили соединённые руки.
Со стороны чужая романтика всегда выглядит нелепо. Неужели они с Гарри со стороны смотрелись точно так же? Скорее всего. Припомнив лица Крэбб и Гойл, Карина мысленно застонала.
Она уже собиралась отвернуться и уйти, как вдруг её взгляд зацепился за одну деталь на бюсте.
...Стой-ка.
— Подожди-ка.
— М?
В другое время она бы прошла мимо, не моргнув глазом.
Но прямо сейчас её внимание привлекла вещь, смутно знакомая по чужим рассказам.
Изголовье бюста венчало украшение — изящная диадема с небесно-голубыми сапфирами.
Конечно, на памятнике красовалась лишь крашеная бронза.
Для любого другого это простая деталь декора. Но только не для человека, знающего, как выглядит оригинал.
Остатки тепла в груди качнулись в последний раз, подсвечивая странное несоответствие. Карина медленно протянула палец, указывая на украшение:
— Что это у неё на голове?
— Это диадема Рейвенкло. Личная вещь Ровены Рейвенкло. Говорят, она наделяет того, кто её носит, великой мудростью.
Вещь Ровены Рейвенкло.
Карина беззвучно повторила про себя это название, собирая по кусочкам обрывки чужих разговоров.
Гарри Поттер как-то обмолвился, что они нашли чашу Хаффлпафф. Осталось найти последнюю реликвию кого-то из основателей — что-то связанное с Рейвенкло, — и тогда Тёмный Лорд останется без защиты. Уничтожь её — и Сам-Не-Знаешь-Кто станет уязвим.
Внутри что-то тихонько оборвалось.
— ...Наверное, с её помощью можно было бы отыскать мозгомыров. Только её давным-давно потеряли. Очень жаль.
Карина прекрасно знала, где находится оригинал.
Луна никогда не наденет эту диадему. Потому что она уже превращена в крестраж и спрятана в самом грязном углу Выручай-комнаты.
Прятать дерево лучше всего в лесу. Похоже, Тёмный Лорд рассуждал точно так же, оставив реликвию основательницы на самом видном месте среди хлама — то ли из чистой мании величия, то ли в надежде, что до такого идиотизма никто не додумается.
Но факт оставался фактом: новый крестраж найден.
«Значит, вот к чему меня вела удача...»
Сила Феликса исчерпала себя окончательно. Последний уголёк в груди рассыпался пеплом. Карина тихо вздохнула, ощущая, как возвращается привычная тяжесть в плечах.
Сегодняшний день был сплошной цепью везения. Она достала яд со Слизнортовского урока, она починила туннель Исчезательного шкафа, она поцеловала Гарри и назначила ему свидание, она избавилась от квиддича и передала метлу брату.
И главное — она нашла настоящий крестраж.
Благодаря зелью удачи она точно знала, что ей делать дальше. И оружие против врага теперь тоже лежало у неё в кармане.
Поэтому, как ни странно, даже проклинать Феликс больше не хотелось. Ей оставалось только сказать ему спасибо.
— ...Малфой? Ты чего это? Плачешь?
Луна и Невилл уставились на неё во все глаза. Невилл выглядел так, будто перед ним материализовался призрачный полтергейст.
Только сейчас Карина заметила, что по щеке катится одинокая слеза.
Всего одна. Быстро смахнув её тыльной стороной ладони, она глубоко вздохнула и чеканя слова ответила:
— Глупости. Малфои не плачут при посторонних.
Магия Феликса испарилась. Безрассудная, взбалмошная Карина «Феликс» Малфой исчезла вместе с ним.
Осталась лишь прежняя Карина Малфой — холодная, лишённая иллюзий и удачи служанка Тёмного Лорда.
Она решительно развернулась. Больше рассчитывать не на что: ни на жидкое золото, ни на слепой случай. Только на собственные мозги, пару занатек в кармане, старый шкаф да двух верных дураков за спиной.
Отойдя на пару шагов, Карина вдруг обернулась к застывшей паре:
— Берегите друг друга.
Пожалуй, это было первое — и последнее — доброе пожелание за всю её жизнь, сказанное искренне. Оставив парочку в недоумении, она зашагала по пустому коридору.
Завтра предстояло закончить последние приготовления.
А послезавтра ночью она встретится с Гарри.
Там всё и решится.