Недействительно
Глава 67 из 89
Настройки чтения
18px
1.8
1

Недействительно

Глава 67

Недействительно

.Декрет об образовании № 26: «Профессорам Хогвартса строго запрещается обсуждать на занятиях любые темы, не касающиеся учебного предмета».

Декрет об образовании № 27: «Студентам Хогвартса категорически запрещается создавать несанкционированные организации, группы, команды и клубы. Право на одобрение или воссоздание любых студенческих объединений принадлежит исключительно Главной инспектрисе. Участие в несогласованных организациях карается немедленным исключением из школы».

---

Когда новый Декрет об образовании вступил в силу, Седрик вышел из себя так, как никто от него не ожидал.

— Это же полнейший произвол!

На обычно мягком и привлекательном лице Седрика застыла небывалая, жгучая ярость.

— Клубы и кружки — это личное право студентов! Даже Министерство не имеет права лишать нас этого! Так дальше продолжаться не может. Я, как Главный староста, отправлюсь к ней и выражу официальный протест!

— Седрик...!

Когда Седрик уже порывался куда-то уйти, Чжоу Чанг судорожно схватила его за руку:

— Ты не должен перечить этой женщине!

— Чжоу, не останавливай меня.

— Да как я могу не останавливать?! Она не просто профессор — она Инспектор Хогвартса и человек Министерства! Она с потрохами испортит тебе учёбу, а потом и всю жизнь поломает! Я говорю это как твоя девушка, я просто не могу смотреть, как ты...

Чжоу не выдержала и уткнулась лицом ему в грудь. Седрик с мучительным колебанием смотрел на дрожащие плечи девушки и уже занёс руки, чтобы обнять её.

Но вместо того чтобы прижать её к себе, он лишь крепко сжал кулаки.

Седрик был воплощением самого духа Хаффлпаффа. Честность, благородство и врождённая верность долгу просто не позволяли ему отступить. Он не мог предать справедливость ради собственного спокойствия.

— ...Прости меня, Чжоу.

Сжав кулаки, Седрик устремил взгляд куда-то вдаль.

— Я — Главный староста. На моих плечах лежит ответственность за надежды и слёзы всех учеников школы.

Где-то рядом раздался тихий, досадливый цык, но Седрик этого то ли не услышал, то ли сделал вид, что не заметил.

Зато в одном он был уверен на сто процентов: он обязан идти до конца.

---

На следующее утро Седрик вошёл в Большой зал, неся под мышкой прямоугольный деревянный транспарант. Заметившие его студенты с улыбками перекликивались:

— Седрик, это что у тебя за доска? Собрался в софтбол поиграть?

— Для софтбола она маловата, не думаешь? Может, он на забастовку собрался?

— Ха-ха! Да ну, бред какой! — расхохотался Эрни Макмиллан.

Седрик лишь сдержанно улыбнулся и ничего не ответил.

После краткого утреннего приветствия Дамблдор взмахнул палочкой, и длинные столы мгновенно заполнились завтраком: свежими салатами, аккуратными сэндвичами, сочными сосисками и маринованными огурчиками.

Проголодавшиеся ученики тут же уплетали еду за обе щеки, а те, кто не привык плотно завтракать, увлечённо болтали.

И именно в этот момент Седрик поднялся со своего места, вскинув транспарант на плечо.

Под сотнями любопытных взглядов он прошествовал в самый центр Большого зала, с ощутимым глухим стуком поставил транспарант на пол и выхватил волшебную палочку.

Все присутствующие — включая преподавательский состав — приковали взгляды к Седрику. Он всегда был примерным, дисциплинированным и сдержанным студентом, поэтому его появление с транспарантом посреди зала вызывало у всех бурный интерес.

— Уважаемые профессора, директор Дамблдор и госпожа Инспектор, — чётко произнёс Седрик. — Я — Главный староста Хогвартса, Седрик Диггори. И сегодня я стою здесь, чтобы выступить от лица всех учащихся нашей школы.

Седрик направил палочку на транспарант. По чистому дереву расползлись чернильные разводы, сложившись в крупную надпись: «Декреты об образовании антипедагогичны!»

Дамблдор слегка улыбнулся. Профессор Спраут изумлённо распахнула глаза и тут же с тревогой взглянула на Амбридж. Снейп остался абсолютно равнодушен, но большинство профессоров смотрели на Седрика с гордостью, смешанной со страхом за его судьбу.

И, разумеется, сама Амбридж смотрела на него с непередаваемым ошеломлением и закипающей яростью.

— Создание клубов, команд и организаций — это свободный выбор студентов! Никто не имеет права ограничивать право учащихся на объединение никакими правилами и законами! Хогвартс — это не просто место, где зубрят заклинания. Здесь мы находим друзей, учимся взаимовыручке, единству и уважению!

Седрик снова взмахнул палочкой. Надпись на транспаранте изменилась: «Декрет об образовании № 27 недействителен!»

Амбридж подскочила со своего места и с дрожащими от ярости губами указала на него скрюченным пальцем:

— Вы... Вы...! Немедленно кто-нибудь остановите его...!

— Ура-а-а-а-а!

Однако писклявый крик Амбридж мгновенно потонул в оглушительном восторженном рёве Гарри. Гарри, сияя от счастья, заскочил прямо на обеденный стол Гриффиндора и орал во всё горло:

— Недействителен! Недействителен! Недействителен!

Мало того: Фред и Джордж решили, что грех упускать такой момент, и завалили потолок фейерверками. Прямо посреди утреннего завтрака зал озарился яркими вспышками и взрывами салютов.

Обстановка изменилась за считанные секунды. Гриффиндорцы и хаффлпаффцы единым хором подхватили скандирование: «Недействительно!». Их голоса многократным эхом отбивались от высоких стен Большого зала.

Побледневшая Амбридж вопила во весь голос:

— Господин директор! Сделайте же что-нибудь! Наведите порядок!

— Прошу прощения, Долорес, — добродушно откликнулся Дамблдор, мягко улыбаясь. — Но в Декретах об образовании, кажется, нет ни слова о том, что студентам запрещено шуметь за завтраком.

И добавил с едва уловимой иронией:

— Да и в правилах Хогвартса такого пункта нет. Похоже, вам придётся воспользоваться иными полномочиями.

— Недействителен! Недействителен! Недействителен!

Рёв студентов становился всё оглушительнее. Даже обычно сдержанные когтевранцы начали подпевать, а хаффлпаффцы и гриффиндорцы вовсе пустились в пляс прямо в проходах.

Лишь за столом Слизерина студенты сидели с мрачными и недовольными минами. Крэбб тихонько пробормотала под нос: «Недействителен...», но мгновенно получила от Карины ощутимый щелчок по тыльной стороне ладони и тут же приткнулась.

Однако с другого края слизеринского стола неожиданно раздался звонкий детский голос:

— Недействителен!

Карина состряпала свирепую гримасу и повернулась на звук. Но на этот раз настала её очередь впадать в полный ступор.

Драко стоял с вилкой в руке, восторженно оря: «Недействителен!», после чего с искренним замешательством огляделся по сторонам:

— А... разве мы не кричим?

— Нет!

Карина мгновенно зажала брату рот ладонью. Но что бы она ни делала, загнать джинна обратно в бутылку было уже невозможно.

Вокруг Седрика, стоявшего в самом центре зала, бушевал настоящий праздник непослушания. Гарри, размахивая палочкой как дирижёрской дирижёрской палочкой прямо со стола, заводил толпу:

— Декреты об образовании—!

— Антипедагогичны!

— Декрет двадцать семь—!

— Недействителен!

— Недействителен! Недействителен! Недействителен!

— Молчать—!

Амбридж приложила волшебную палочку к горлу и закричала. Взрезливый, визгливый, режущий слух звук прорезал Большой зал. Студенты поморщились и вынуждены были закрыть уши.

И только Седрик продолжал гордо стоять на месте с транспарантом в руках. Амбридж с налитыми кровью глазами шагнула к нему:

— Как вы смеете... Перечить законам, под которыми стоит подпись самого министра...!

— Потому что эти законы несправедливы, — прямо и твёрдо ответил Седрик. Надпись на его транспаранте снова сменилась:

«Министерство магии обязано соблюдать права студентов!»

— В прошлый раз вы сказали мне, что Декреты спущены сверху и вы ничего не можете поделать. Что ж, раз так, я выдвигаю эти требования в таком виде. Как Главный староста Хогвартса!

Лицо Амбридж налилось такой густой багровой краской, что стало похоже на готовый лопнуть гранат. От столь наглого и неожиданного отпора она дошла до абсолютного бешенства.

— Наказание! Сегодня в шесть вечера жду вас в своём кабинете! Как вы смеете... Как вы только смеете—!

Тут же со стола Хаффлпаффа поднялся другой ученик:

— Это несправедливо!

— Седрик не нарушил ни единого правила школы!

— Вы сами переписываете правила как вам вздумается!

— Заткнитесь!

От крика и истерики причёска Амбридж растрепалась, превратившись в настоящие пакли. Она визжала, окончательно потеряв человеческий облик:

— Декрет об образовании № 25! Инспектор имеет полное право налагать взыскания на студентов! Диггори, ты наказан! За нарушение Декретов—!

— А Декреты об образовании—?

— Недействительны! — снова закричал Гарри, вздевая палочку вверх.

Ученики, на секунду притихшие, с новой силой застучали кубками по столам:

— И декрет двадцать пять—!

— Недействителен!

— И сама Инспектор—!

— Недействительна!

Студенты в экстазе скандировали «Недействительно!». Из чьей-то палочки вырвалась гулкая барабанная дробь, а под самым потолком завертелась огненная ракета.

Это был настоящий бунт посреди утра. Укротить пыл сотен распевающих учеников одна Амбридж была просто не в состоянии. Она задыхалась от злости, пытаясь что-то выкрикнуть.

И тогда слово взял Дамблдор:

— Что ж, друзья мои. Простите, что прерываю ваше веселье.

Голос Дамблдора звучал негромко, но разнёсся по всему залу с поразительной чёткостью. Все мгновенно смолкли и повернулись к директорскому столу.

— Утренний завтрак подходит к концу. Вам пора расходиться по занятиям, так что давайте на этом остановимся и отложим оставшееся веселье на потом!

— Да, профессор Дамблдор, — Седрик уважительно кивнул и убрал транспарант. Надпись на нём сменилась лаконичным «Спасибо!» и исчезла без следа.

Увидев это, Гарри спрыгнул со стола и спрятал палочку. Остальные студенты, словно по команде, замолкли, собрали вещи и направились к выходу. Будто только что здесь и не было никакого хаоса.

Но Амбридж не могла успокоиться: ей казалось, что студенты намеренно проигнорировали её приказы, послушавшись одного лишь Дамблдора.

Впрочем, так оно и было, и это окончательно вывело её из себя.

— Седрик Диггори! Гарри Поттер! Да как вы смеете—!

Доведённая до белого каления Амбридж выхватила палочку и занесла её для заклинания.

— А вот этого делать не стоит, Долорес.

*Хруст.*

Невидимая, леденящая дух сила мгновенно сковала Амбридж. Её тело одеревенело.

Воздух в лёгких словно превратился в монолитный камень — она не могла сделать даже вдох. Амбридж лишь испуганно вращала глазами.

— Я обязан сотрудничать с Министерством ради обеспечения учебного процесса, но применение атакующих чар против студентов я не потерплю. Защищать учеников — это прямая обязанность директора, Долорес.

— Я... Я... Представитель министра...

— Будь вы хоть самим министром. Нападать на учеников в стенах этой школы не дозволено никому. Запомните это.

Студенты ответили тихим восторженным гулом. Гарри с довольной ухмылкой прошёл прямо мимо оцепенелой Амбридж, ради смеха даже артистично крутанувшись перед её носом.

Другие ребята поступали точно так же: проходя мимо, они бросали ей в лицо «Недействительна!» и откровенно насмехались.

Но Амбридж была слишком парализована диким страхом, чтобы реагировать. Дамблдор лишь слегка прикоснулся к своей палочке, а она уже чувствовала себя живой мумией.

Если бы он действительно захотел причинить ей вред...

— Что ж, вижу, вы успокоились.

*Хлоп.*

Оковы спали. Амбридж, спотыкаясь, отшатнулась назад. Подбежавший было Колин Криви хотел посмеяться над ней, но от неожиданности отскочил в сторону.

Однако у Амбридж не осталось сил ни на какие наказания. Она, спотыкаясь и задыхаясь от страха, выскочила из Большого зала.

Вслед ей донёсся дружный хохот учеников и даже некоторых профессоров. И Амбридж бежала всё быстрее, пытаясь укрыться от этого унизительного смеха.

---

В гостиной Гриффиндора витала преувеличенно трагичная атмосфера. Фред и Джордж сидели, понурив головы:

— Больше не называйте нас «храбрыми гриффиндорцами».

— Гостиная Гриффиндора? Нет, с сегодняшнего дня это приют для трусов.

Гриффиндорцы были глубоко поражены поступком Седрика.

Его поступок не был гриффиндорским по духу — это был продуманный, честный и открытый протест хаффлпаффца. Но его стойкость не могла не восхищать.

— Мы не должны уступать Хаффлпаффу.

— О.Д. — Отряд Дамблдора должен поддержать его!

— Да какой Дамблдор! Это Армия Диггори!

— Или Рука Диггори!

— Раз Хаффлпафф — это его правая рука, мы с гордостью станем левой!

— А вдруг Седрик левша? Надо пойти спросить!

Во главе с Фредом и Джорджем гриффиндорцы наперебой давали клятвы верности общему делу.

В это же время Гарри и Гермиона объясняли Рону суть произошедшего. Рон, будучи чистокровным волшебником, слушал их с искренним изумлением:

— То есть он просто стоял с доской в руках? И всё?

— Вы, маги, вообще газет не читаете? Это же самый обычный, классический пикет!

— Я про такое даже не слышал.

— Ну, если бы у тебя не было дяди, который орёт на телевизор каждый раз, когда показывают забастовку профсоюзов, ты бы тоже не знал, — хмыкнул Гарри.

Идея протеста принадлежала Седрику. Гарри лишь подкинул ему концепцию магловских «мирных акций». Поняв, что обычные разговоры с Амбридж бесполезны, Седрик с огромным интересом ухватился за этот «цивилизованный» метод.

Рон пожал плечами:

— У нас для такого используют Громовещатели. Большинство магов считают, что стоять с доской — это просто трата времени. Ну, хотя сейчас сработало неплохо...

Гарри и Гермиона переглянулись.

Громовещатели. Традиционный способ выражения протеста у волшебников. Голосовая бомба...

Это Хогвартс. Школа магии.

Здесь полно бумаги, чернил и сотен студентов, доведённых до белого каления.

«А ведь Громовещатели... это чертовски хорошая идея».

назадназад
1 ... 65 66 67 68 69 ... 89
впередвперед