Пророчество
Глава 72 из 89
Настройки чтения
18px
1.8
1

Пророчество

Глава 72

Пророчество

Возможности одного человека не безграничны.

Карина спрятала свежий номер «Придиры», но столь резонансное событие просто не могло пройти мимо Амбридж. Пусть та и была глупа и одержима жаждой власти, проницательности ей было не занимать. Едва взглянув на журнал, она тут же связалась с министром магии Корнелиусом Фаджем.

— Это прямой вызов Министерству! — как и ожидалось, Фадж пришёл в неистовство. — Дамблдор перешёл все границы! Раз Министерство не желает слушать его вздорные заявления, он решил развязать против нас информационную войну! Долорес, я отдаю тебе важнейший приказ!

— Слушаю вас, господин министр!

— Нет никаких сомнений, что эту дрянь печатают прямо в Хогвартсе. Издатели нарушили официальный запрет Министерства на публикацию. Это прямое преступление! Я выделю тебе нескольких мракоборцев. Арестуй тех, кто стоял за созданием журнала, и доставь их в Министерство!

О таком приказе Амбридж могла только мечтать. Вести за собой мракоборцев и арестовывать преступников — привилегия, доступная лишь высшим чиновникам вроде самого министра или главы Управления мракоборцев. Ей выпал шанс применить колоссальную власть. Если она справится, путь к ещё бо́льшим высотам будет открыт.

Окрылённая мечтами о розовом будущем, Амбридж вдруг вспомнила о Дамблдоре, и её охватила дрожь.

Каждый раз при мысли о директоре её тело начинала бить мелкая дрожь. В тот день, когда она вознамерилась применить к ученику тёмное заклятие, её сковала чудовищная, всепоглощающая сила. Не взмахнув палочкой, не произнеся ни единого слова, Дамблдор лишь движением пальца буквально впечатал её в воздух.

Амбридж всегда тонко чувствовала силу, но отвратительное могущество Дамблдора казалось ей бездонным. Воспоминание о той минуте въелось в память глубокой психологической травмой.

— ...Но как быть с Дамблдором? Пока этот старик остаётся в замке, арестовать студентов вряд ли удастся.

Фадж тоже вспомнил о директоре и тяжело застонал. Проработав с Дамблдором много лет, он как никто другой знал, на что способен этот волшебник.

...И то, что они до сих пор надеялись, будто Дамблдор не переступит черту, свидетельствовало то ли о слепой вере в собственную власть, то ли о наивном уповании на благородство самого директора.

Впрочем, Фадж едва ли задавался столь глубокими вопросами.

— Дамблдор... Да, он не станет спокойно смотреть, как в Хогвартсе арестовывают учеников.

Величайший волшебник, повергший тёмного мага Грин-де-Вальда и на равных сражавшийся с Волан-де-Мортом.

Надеяться арестовать Дамблдора силами пары мракоборцев — всё равно что отправлять двух человек на поимку Волан-де-Морта. Даже с учётом фантастического оптимизма Фаджа, такой сценарий казался чистейшим безумием.

В конце концов министр решил пойти на хитрый трюк:

— Я выманю его из Хогвартса. Вызову его на заседание Визенгамота по вопросу о его полномочиях — от такого вызова он не сможет уклониться.

Стоило ему придумать первую часть плана, как в голове Фаджа один за другим начали рождаться новые замыслы. Возомнив себя гениальным стратегом, он увлечённо продолжал:

— Мы наладим прямую связь между Хогвартсом и Министерством через Летучий порох! Едва Дамблдор покинет замок, ты тут же проведёшь мракоборцев и арестуешь виновных!

План казался безупречным. Фадж поднялся из кресла, испытывая сладкое упоение. Если всё пройдёт гладко, Дамблдор и Гарри Поттер окажутся в тупике, а в магический мир наконец вернутся мир и стабильность.

Оставались лишь мелкие детали, но стоит убрать с дороги Дамблдора и Поттера, как жизнь войдёт в прежнее русло. А после можно будет отправить мракоборцев, чтобы арестовать Каркарова и сбежавших узников.

Всё выглядело настолько просто, что Фадж искренне пожалел, почему не додумался до этого раньше.

— И тогда всё кончено! Это будет победа!

Слепой оптимизм затмил реальность. Фадж добровольно зажмурился: то, что происходило наяву, пугало его куда сильнее тёмной неизвестности за закрытыми веками, и он предпочёл погрузиться в глупую иллюзию.

Они принялись прорабатывать детали, и с каждой минутой их грязный заговор обретал всё более чёткие контуры. Власть тем и опасна, что способна претворять в жизнь даже самые абсурдные и безумные фантазии. Их замыслы быстро вышли за рамки дозволенного.

Вдруг Фадж вспомнил одну из заметок в «Придире» и с любопытством спросил:

— Ах да, Долорес... В той статье упоминалось... Вы и профессор Снегг...

Фадж не успел договорить — лицо Амбридж налилось такой яростью, что казалось, она сейчас взорвётся. Министр тут же предпочёл умолчать.

Очевидно, даже для Амбридж наружность Снегга казалась привлекательной лишь в кошмарных снах.

---

«Карина. У меня есть для тебя поручение.

Министерство намерено выманить Дамблдора из замка. Воспользовавшись этим, мракоборцы проникнут в Хогвартс через сеть Летучего пороха, чтобы арестовать Гарри Поттера.

В этот момент, согласно нашему плану, Гарри Поттер должен сам воспользоваться сетью Летучего пороха и проникнуть в здание Министерства.

Ты должна помочь ему.

Понимаю, эта просьба может показаться странной. Но всё это — часть нашего большого замысла, так что действуй строго по инструкции.

Это моя последняя просьба к тебе. Если всё пройдёт успешно, мы вернём доверие Нашего Господина.

И тогда тебе больше не о чём будет беспокоиться. Ты... мы займём самое почётное место подле него.

Желаю удачи. Твой отец».

Карина сжала палочку дрожащими пальцами.

Письмо от отца, содержащее скрытое послание.

Она сжигала десятки его писем до этого, но никогда ещё это простое действие не давалось ей с таким трудом.

Кончик волшебной палочки ходил ходуном, как тростинка на ветру. Хотя листок бумаги был довольно крупным, ей никак не удавалось толком прицелиться.

— Инсендио.

Лишь с четвёртой попытки она смогла направить заклятие на пергамент. Вспыхнувшее пламя мгновенно поглотило письмо. Бумага истлела за секунду, словно существовала лишь для того, чтобы сгореть.

Едкий дым коснулся лица. Карина не выдержала, зажмурилась и бессильно опустилась на пол.

— Нет... Я не смогу...

Отец готовит в Министерстве ловушку. Там Поттера уже ждут Пожиратели смерти. Стоит Гарри ступить туда... он погибнет.

Даже самый отчаянный оптимист не поверил бы, что у Поттера есть шанс выжить. Бродерик Боуд мёртв. Гарри Поттеру ни за что не выбраться живым.

А значит, Карина должна сделать всё, чтобы Гарри даже не думал отправляться в Министерство.

— Всё в порядке. Если сделать так...

Даже если Гарри Поттер не доберётся до Министерства, никто не заподозрит Карину. Все решат, что план просто сорвался.

Тогда и замысел отца пойдёт прахом — вот и всё. И никто не умрёт.

Пусть это лишь временная отсрочка, Карина больше не могла смириться с чьей-либо смертью.

---

«Раскрыт идеал Долорес Амбридж... Крючковатый нос и ледяной взгляд. Неужели это любовный треугольник?»

Едва прочитав эту строчку, каждый в Хогвартсе мгновенно понял, кто стоит за изданием «Придиры». Нахальства подставить Снегга подобным образом могло хватить только Гарри Поттеру.

Тот факт, что со следующего дня Гарри изо всех сил избегал встречи с профессором зельеварения, лишь подтверждал догадки. Как и то, что Снегг буквально рыскал по замку в поисках Поттера.

Забив на учебную программу, Снегг внезапно заставил учеников готовить сложнейшие яды, при приёме которых исход мог быть летальным. Очевидно, выпади ему хоть малейшая возможность, профессор с радостью протестировал бы токсичность зелья прямо на Гарри.

Как бы то ни было, членов О.Д. охватило ликование.

«...Долорес Амбридж — коренастая дама с приплюснутым носом и блестящими, словно у жука, глазами. Она утешает себя мыслями о собственной молодости, хотя в глубине души глубоко комплексует из-за внешности. И вот в стенах Хогвартса она встретила свою судьбу. Строгий, но сдержанно-ласковый мужчина средних лет, способный скрасить её изъяны... Его имя...»

Даже если бы Снегг прибежал сюда с флаконом яда наперевес, предъявить им было бы нечего. Для студентов, ненавидевших Снегга, его лютая ярость стала лишь отличным развлечением.

— О, Северус Снегг! Мужчина с бесконечно ледяным взором! — зачитал Джордж, и аудитория взорвалась хохотом. Некоторые смеялись буквально до слёз — поистине искренние слёзы радости.

Ученики обступили членов «Руки Диггори», осыпая их восторгами:

— Это настолько гениально, что я на секунду сам поверил!

— Амбридж, которая обожает только Слизерин, и Снегг, который ненавидит всех, кроме Слизерина. Представляете, каким получится их ребёнок?

— Ну, чистокровным он точно не будет! У них же совершенно разная кровь!

Ребята задорно хохотали. На их лицах не было и теньки тревоги. Для них новый номер «Придиры» стал просто отличной развлекательной подшивкой.

Однако Гермиона, в отличие от остальных, прекрасно осознавала всю опасность ситуации.

— Гарри. Ты ведь понимаешь? То, что мы сделали — противозаконно. Неизвестно, как отреагируют Амбридж и Фадж.

Выпуск журнала был прямым и откровенным оскорблением Министерства и лично Амбридж. Это можно было бы списать на детскую строптивость, но, учитывая, как Фадж пытался судить Гарри, просто так они это не спустят.

Экземпляры «Придиры» уже расползлись далеко за пределы Хогвартса. Волшебники по всей стране начали всерьёз задаваться вопросами об Игоре Каркарове и возвращении Волан-де-Морта. Для Фаджа этот журнал стал костью в горле, которую нужно выдрать любой ценой.

Отвечая на опасения Гермионы, Гарри лишь пожал плечами:

— У них нет доказательств, что это сделал я.

— Гарри, они же не идиоты! Неужели ты думаешь, что после статьи про сплетни вокруг Амбридж и Снегга... *пф-ф*... они не заподозрят тебя?

Даже беспокоившаяся Гермиона не удержалась и прикусила губу, пытаясь сдержать смех. Гарри громко хохотнул:

— Пусть подозревают сколько угодно. Все улики спрятаны в Выручай-комнате. Если не знать, с какой именно целью туда входить, найти их невозможно.

— Им не нужны улики, если ты сам всё расскажешь! Что, если они применят Веритасерум? Или другие сыворотки правды? А если кого-то подкупят или пытать начнут? Способов масса!

— Пока профессор Дамблдор в замке, они на такое не решатся.

— Но он же не может защищать нас постоянно! Нужно быть осторожнее, Гарри! Ты не должен оставаться с ней наедине!

Гарри почесал затылок и уже собирался кивнуть, соглашаясь с Гермионой, но едва он наклонил голову, как шрам отозвался дикой, раздирающей болью — словно лбом полоснули калёным ножом.

Он рухнул на пол. Прежде чем отключиться, Гарри успел заметить лишь перепуганные лица Рона и Гермионы.

А затем всё погрузилось во тьму.

---

С Гарри подобное происходило и раньше. По ночам или в моменты, когда эмоции *того человека* достигали пика, его мысли и чувства захлёстывали Гарри через шрам.

Так случилось и теперь.

Гарри стоял один в тёмной, мрачной зале. За его спиной, опустившись на одно колено, лебезил Люциус Малфой:

— Повелитель... Выведав всё у Бродерика Боуда, мы узнали, что извлечь пророчество может только тот, о ком оно произнесено...

Волан-де-Морт ответил ледяным, пронизывающим до костей голосом:

— Значит, мне придётся идти самому. В место, кишащее министерскими дураками, не верящими в моё возвращение.

— Простите, Повелитель...

— Я не виню тебя, Люциус. Возможности обычного человека не безграничны... Похоже, это твой предел.

С холодной отстранённостью Волан-де-Морт выразил разочарование. Словно обрисовал рамки бесполезного инструмента, вынеся ему окончательный приговор.

Охваченный отчаянием, Люциус поспешно воскликнул:

— Н-но, Повелитель! У меня есть ценные сведения!

— ...Сведения? — голос Волан-де-Морта прозвучал тихо и угрожающе. Повелитель лишь слегка качнул головой, разрешая продолжить. Он держался не как с верным слугой, а как с вещью, пытающейся доказать свою годность.

— Министр магии затевает одну аферу. Он намеревается выманить Дамблдора из замка, а в это время отправить мракоборцев в Хогвартс!

— ...И что с того?

— В этот момент Министерство останется абсолютно пустым! Рядовые сотрудники уйдут домой, а охрана отправится в Хогвартс. Если Повелитель соизволит явиться туда в этот час, вы сможете беспрепятственно забрать пророчество, и никто ничего не заметит!

— Ты предлагаешь мне тайком пробираться, словно вору?

В голосе Волан-де-Морта проскользнули опасные нотки. Однако Люциус, увлечённый своей идеей, не заметил переменившегося тона.

Впрочем, никто бы не смог прочесть эмоции на этом лице — оно уже давно утратило человеческие черты.

С гордой ухмылкой Люциус поднял голову:

— Да! Пока основные силы Министерства будут отвлечены, вы сможете проникнуть в Отдел тайн незамеченным... кхек!

Речь Малфоя оборвалась. Он судорожно схватился за горло. Невидимая удавка сжала его шею, и неведомая сила оторвала Люциуса от земли.

Волан-де-Морт медленно поднял волшебную палочку:

— ...Я — само воплощение страха. Чего же должен бояться страх, чтобы прятаться по углам? Люциус... Ты правда решил, будто я хранил молчание лишь потому, что боялся жалкого Министерства?

— Кх-х... Н-нет... Простите...

— Я должен, словно крыса, под покровом ночи пробираться в чужие кабинеты? Я дал вам поручение, и вы должны были его выполнить. И каков результат?.. Вы предлагаете мне делать всё самому? Смешно. Если бы я планировал заниматься этим лично, я бы не стал отдавать приказы вам.

Волан-де-Морт опустил палочку, и Люциус с грохотом рухнул на пол. Сжавшись в комок, он жадно и болезненно ловил ртом воздух.

— ...Мне плевать, если министерские кретины узнают о моём возвращении. Раз вы оказались бесполезны, я явлюсь туда лично. Сегодня ночью я смету каждого, кто встанет у меня на пути, и заберу пророчество. Это непреложный факт, и это — моё личное пророчество.

Волан-де-Морт высокомерно запечатал свои слова, сверху вниз глядя на распростёртого слугу.

---

В то же мгновение Гарри очнулся.

Он судорожно задышал, с силой прижав ладонь к пылающему огнём шраму. Рон и Гермиона склонились над ним с перепуганными лицами.

— Гарри, что с тобой?!

Гарри пробормотал помутневшим взглядом:

— Он... он направляется в Отдел тайн.

— Что?!

— Пророчество... Забрать пророчество может только тот, о ком оно сказано. Он узнал об этом и пришёл в ярость. Люциус провалил задание, и теперь Ему придётся идти самому.

Гарри говорил торопливо, захлёбываясь словами. Рон и Гермиона с трудом успевали переваривать поток информации:

— Откуда ты знаешь? Опять шрам?!

— Да. Его мысли и воспоминания... они снова хлынули ко мне.

— Но... это правда?

— Правда или нет, это наш шанс!

Видение показывало события в реальном времени. А значит, Волан-де-Морт, возможно, уже выдвинулся!

Это идеальная возможность заставить Министерство признать правду. Какими бы идиотами они ни были, следы вторжения самого Волан-де-Морта они игнорировать не смогут!

Гарри решительно вскочил:

— Нужно срочно сообщить профессору Дамблдору!

Оставив Рона и Гермиону, Гарри во весь дух помчался к кабинету директора.

Вход, как и прежде, охраняли две каменные горгульи. Запыхавшийся Гарри выпалил пароль:

— Вишнёвый пирог!

Горгульи подпрыгнули и расступились. Гарри взлетел по винтовой лестнице и после короткого стука толкнул дверь.

В кабинете никого не было — профессор Дамблдор, похоже, ненадолго отлучился. Гарри хотел было подождать, но вспомнил про Карту мародёров, оставшуюся в Выручай-комнате.

Чем сидеть без дела, лучше найти директора с помощью карты.

Гарри сбежал по лестнице и направился к Выручай-комнате. Но едва он повернул в коридор, как столкнулся с профессором Макгонагалл.

— Поттер? Что ты здесь делаешь?

— Я искал профессора Дамблдора! У меня срочное дело! Вы не знаете, где он?

— Профессор покинул замок по важному делу.

— Что? По важному делу?

— Министр Фадж вызвал его на заседание Визенгамота по вопросу о его директорских полномочиях. Опять пытаются устроить ему козни...

Профессор Макгонагалл тяжело вздохнула. В памяти Гарри мгновенно всплыли слова Люциуса Малфоя из видения: министр выманит Дамблдора из школы, а мракоборцы в это время нападут на Хогвартс.

Значит, отъезд Дамблдора — часть их плана?!

Неужели Министерство уже начало действовать?!

— Гарри! Профессор Макгонагалл!

К ним, задыхаясь, подбежал Рон. Не успев перевести дух, он панически закричал:

— Мракоборцы! Амбридж привела мракоборцев! Они прорвались в замок!

назадназад
1 ... 70 71 72 73 74 ... 89
впередвперед