Планы — это всего лишь планы.
И хотя никто из членов команды Гриффиндора по квиддичу не произносил этого вслух, между ними установилась молчаливая договорённость: «Закончить игру до того, как Рон начнёт пропускать мячи». Переглянувшись и без особых эмоций выкрикнув боевой клич, они вышли на поле. За всё это время Гарри и Рон не обменялись ни единым словом.
Вплоть до того момента, пока ноги Гарри не ступили на газон квиддичного поля, он избегал прямых взглядов. Он специально поднялся ни свет ни заря и ушёл из гостиной, дабы не пересекаться с Роном, а в Большой зал даже не заглянул.
Сейчас Гарри ощущал себя настоящим василиском. Ему казалось, что если он посмотрит кому-то прямо в глаза, то непременно нанесёт человеку глубокую рану — это смутное, липкое опасение заставляло его замыкаться в себе.
Сборная Слизерина высыпала на поле с гордым и величественным видом. Карина встала напротив Гарри, но... он не решился поднять взгляд и посмотреть ей в лицо.
— Итак, приготовились... Пошли!
Гулкий свисток мадам Трюк взмыл к небу, и игроки одновременно оторвались от земли.
Гарри сразу сделал круг над стадионом в поисках снитча. Это был его первый вылет на «Молнии» за долгий срок. Метла рассекала воздух легко как никогда, однако Гарри не удавалось поймать и малейшего проблеска золота. Он лишь бессмысленно кружил над полем.
Судя по всему, отсутствие регулярных тренировок давало о себе знать. Чувствуя, как внутри закипает досада, Гарри прочёсывал вираж за виражом.
— Эй, Поттер! Твой вратарь прямо как портреты у нас в гостиной! Стоит назвать пароль — и он сам распахнёт ворота!
Слизеринец Монтегю ядовито выкрикнул это прямо ему в ухо. Гарри проигнорировал выпад. Он понимал: ответь он хоть словом — и сам не заметит, как сбросит Монтегю с метлы.
Озираясь в поисках снитча, Гарри то и дело слышал взрывы хохота и ликования со стороны трибун Слизерина. Каждый раз, когда до него долетали издевательские распевы «Уизли — наш король!», Гарри понимал, что Рон пропустил очередной гол. Заставляя себя не смотреть в сторону ворот, он продолжал метаться над полем.
— Ах... Очередной пропущенный мяч. Слизерин ведёт со счётом 120:40...
Гарри охватила паника. Разрыв составлял уже 80 очков. Если так пойдёт и дальше, разница вырастет до критических 160. Он переживал не столько из-за поражения команды, сколько из-за того, насколько раздавленным будет Рон, когда всё закончится. Гарри выкладывался на предел возможностей.
— Спасибо за 10 очков, Уизли! Ты истинный наш король!
Даже на огромном стадионе ядовитые вопли слизеринцев долетали с пугающей чёткостью. Гарри с трудом давил в себе закипающую ярость.
Ему хотелось прямо сейчас спуститься, выбить дерьмо из этих ублюдков и по очереди сбросить их на землю. Стоит лишь захотеть, стоит сбросить с себя цепочку моральных ограничений и дать себе волю — и это будет проще простого.
Жалкие, возомнившие о себе выскочки. Одно простое заклинание — и они посыпаются вниз, словно сухие листья.
*Сделай это. Пройдись по ним, раздави их, как багровые осенние листья...*
Гарри мотнул головой, стряхивая дурман. И в этот момент возле уха глумившегося над Роном Монтегю он заметил крошечный золотистый блеск.
Гарри мгновенно заложил крутое пике на «Молнии». Мечтая лишь о том, чтобы сцапать снитч, он рванул по прямой, не применяя ни единого ложного манёвра. Заметив его сумасшедший рывок, Карина тут же устремилась следом.
Оба летели на «Молниях», но метла Гарри слегка потеряла в скорости после того, как в прошлом году побывала на дне озера во время Турнира Трёх Волшебников. Они одновременно протянули руки. Рука Гарри была длиннее, но пальцы Карины уже пролетали мимо его кисти, тянясь к золотому крылышку.
*Толкни её. Девчонка лёгкая как пёрышко, лёгкий толчок — и она сорвётся с метлы...*
Сжав зубы, Гарри со всей силы сжал пальцы. Его ногти царапнули тыльную сторону ладони Карины, слегка сбив её траекторию. Вместо снитча пальцы девушки рассекли пустой воздух, и в это мгновение Гарри цепко сжал золотой шарик.
Затаивший дыхание Ли Джордан взорвался воплем:
— Гарри Поттер ловит снитч! Победа Гриффиндора!
Матч закончился со счётом 210:180 в пользу Гриффиндора. Поймай он снитч хоть секундой позже — и они бы проиграли.
Но победа осталась за Гриффиндором. Возможно, это хоть немного поднимет настроение Рону.
Пока команда захлёбывалась в ликовании, лишь Рон, пропустивший 18 мячей, спускался на землю с безумно подавленным видом. Сжимая снитч в кулаке, Гарри направился к нему, желая попросить прощения.
— Поздравляю, Уизли. На этот раз вам повезло.
Карина, опустившись на траву неподалёку, ядовито ухмыльнулась. Её слова звучали как поздравление, но прекрасное лицо исказила откровенная надменность и презрение.
— Ну и как тебе, Уизли, побеждать за счёт связей Гарри Поттера и твоих братьев-близнецов? Сегодня эти трое вытащили твою бездарную тушу на себе... Но вот вопрос: долго ли они смогут тебя тащить?
Лицо Рона болезненно перекосилось. Чувствуя, как внутри закипает раздражение, Гарри отрицательно качнул головой.
*Пожалуйста, хватит. Видеть, как твой лучший друг и любимый человек вгрызаются друг другу в глотки, а ты бессилен этому помешать — было сущим адом...*
Раскинув руки, Гарри попытался шагнуть к Рону:
— Рон. Ты сделал всё, что мог.
Демонстративно игнорируя Карину, он отчаянно пытался поддержать друга. Но голосок Карины прорезал воздух даже сквозь его фигуру:
— Представляю, как твоим нищим родителям-предателям крови тяжело далось твоё воспитание, Уизли. Ты похож на чайный пакетик, который заваривали раз десять. Сколько чистокровную кровь ни разбавляй, на десятый раз всё равно получается вот такая бессмысленная муть.
Это было чересчур. Даже Фред и Джордж, съевшие собаку на подколах над младшим братом, сжали кулаки от такой перейдённой черты.
Зачем она это делает? Неужели проигрыш в матче настолько её задел?
*Не ищи причин, Поттер. Эта дрянь всегда была такой. Высокомерная, избалованная девка, умеющая только бить по больному. Ты просто засмотрелся на её красивое личико и забыл, кто она на самом деле...*
В висках стучала острая боль. Гарри молился, чтобы кто-то вмешался и прервал этот кошмар. Но мадам Трюк была слишком занята отчитыванием игрока, нарушившего правила, и не обращала внимания на происходящее.
А Карина продолжала подливать масла в огонь:
— Вот она, предельная планка ребёнка, рождённого без всякого ума и плана. Впрочем, откуда у твоих родителей план? Будь у них хоть капля мозгов, их бы не клеймили предателями крови.
*Безумие. Она сошла с ума.*
*Посмотри вокруг. Здесь трое Уизли, а она стоит одна и выплёвывает эту дрянь. Неужели она думает, что братья Уизли утрутся и молча проглотят это?*
*Какая спесь. И какая глупость.*
*Поттер, вцепись в неё. Сожми эту белую шею, вырви кусок плоти, залей всё кровью. Без голоса и с закрытым ртом она станет куда более прекрасной куклой.*
*Разве фарфоровая кукла не куда ценнее живой девки, Поттер...?*
Кейти и Анджелина изо всех сил держали Фреда, готового броситься на Карину. Гарри отпихнул Джорджа назад и сделал шаг вперёд сам.
Его вела первобытная, слепая ярость. Желание разорвать, искалечить, уничтожить полностью захватило его разум. Гарри, точь-в-точь как секундами ранее со снитчем, протянул руку к белой шее Карины —
«Стоп. Я... я хочу задушить Карину?»
И только сейчас Гарри по-настоящему вгляделся в её лицо.
В её глазах застыл едва уловимый страх, но губы были плотно сжаты — она готовилась к боли. Нацепив фальшивую улыбку, Карина действовала с холодным расчётом, думая о Гарри, о Роне и о чём-то куда более глубоком.
Заметив его замешательство, шёпот внутри поторопил его:
*Сожми её горло—*
*«Странно. Это невозможно. Эй... ты — это не я, верно?»*
Сжав зубы, Гарри отдёрнул занесённую руку. И вместо того чтобы вцепиться в шею Карины, он взмахнул ладонью и... наотмашь ударил её по щеке.
*Звонкий ХЛОПОК!*
От сухого, резкого удара голова Карины дёрнулась в сторону.
На стадионе воцарилась гробовая тишина. Пожалуй, подобного Хогвартс не видел за всю свою историю.
И гриффиндорцы, праздновавшие победу, и слизеринцы, только что оравшие гадости, мгновенно закинули рты, опасливо переглядываясь.
Опустив руку, Гарри сухо и безэмоционально произнёс:
— Заткнись, Малфой.
Эта фраза стала спусковым крючком: стадион взорвался криками, руганью, воплями и свистом. Оглушительный шум заполнил всё пространство квиддичного поля.
Мадам Трюк, ожесточённо дуя в свисток и бросив метлу на траву, стремительными шагами направилась к Гарри:
— Что ты себе позволяешь?!
Гарри смотрел на расплывающееся алое пятно на её щеке, пробивающееся сквозь платиновые пряди. Это был его след. Наверное, он стал первым человеком в мире, поднявшим на неё руку.
Карина так и стояла, не поворачивая головы. Лицо было скрыто упавшими волосами. Гарри безумно хотел узнать, какое выражение сейчас у неё на лице, но у него не хватило смелости убрать эти золотистые пряди и взглянуть на рану, которую он сам же и нанёс.
Мадам Трюк закричала:
— Пресвятые мерлины! Применить физическое насилие к ловчему соперников! Поттер, немедленно к своему декану! Шагом марш!
Гарри молча развернулся и покинул стадион. Оставив за спиной беснующиеся трибуны, он направился к замку.
Подойдя к кабинету профессора Макгонагалл, Гарри застал её буквально через пару минут — она стремительно шла по коридору. Декан Гриффиндора смотрела на него с нескрываемым осуждением.
— Что ты натворил, Поттер?! Ударить ловчего соперников прямо на поле?! На глазах у всей школы!
В её голосе не было ярости — лишь искреннее недоумение: она пыталась понять причину его поступка.
Гарри молчал. Макгонагалл тяжело вздохнула:
— Ты сделал это потому, что испугался, будто близнецы Уизли первыми распустят руки?
В этом была доля правды. Какими бы взбешёнными ни были Фред и Джордж, они бы никогда не подняли руку на девушку.
Гарри ударил Карину по щеке ровно потому, что она сама этого хотела.
Карина намеренно провоцировала Рона, чтобы кто-то применил к ней силу. Понятия не имея, какова её истинная цель, Гарри рассудил: если кому-то и марать руки, то лучше это сделает он, а не братья Уизли.
Рано или поздно он узнает правду. Но прежде...
«Эй. Ты кто вообще такой? Почему ты заставляешь меня делать вещи, о которых я потом жалею?»
Гарри обратился к голосу внутри себя. Поняв, что этот тёмный порыв — не его собственная агрессия, а нечто чужеродное и мерзкое, у него оставался лишь один путь.
«Вы ведь говорили, чтобы я учился защищать разум у Снейпа?»
Ему смертельно не хотелось этого делать, но выбора не было. Иначе в следующий раз мог пострадать кто-то ещё.
---
Указ об образовании № 25
Долорес Амбридж назначается на должность Главного инспектора Хогвартса.
Главный инспектор Хогвартса наделяется следующими полномочиями:
1. Право присутствовать на уроках других преподавателей, оценивать их работу и вносить коррективы.
2. Право лишать квалификации и увольнять преподавателей, признанных некомпетентными.
3. Право единоличным решением изменять, назначать или отменять любые наказания и привилегии учащихся.
*Министр магии Корнелиус Фадж*
— Благодарю вас, мисс Малфой.
Амбридж расплылась в довольной, до ушей, ухмылке, принимая официальный указ. Новые полномочия и бумаги, подкрепляющие её власть, всегда приводили её в ворг.
Она не скупилась на похвалу для своей тайной помощницы:
— Благодаря вашей помощи дело пошло куда быстрее, мисс Малфой. В Хогвартсе произошло прямое нападение, а должного наказания не последовало... Лишь благодаря настойчивым требованиям вашего отца мне удалось выбить право лично контролировать систему наказаний. Это полностью ваша заслуга.
— Не стоит благодарности. В конце концов, это выгодно и мне.
Карина нарочито повернулась так, чтобы показать алый след на щеке:
— Из-за того что Гарри Поттер выставил Игоря Каркарова главным кукловодом, на моего отца, имевшего с ним связи, тоже пали необоснованные подозрения. Пфе, когда подобные ничем не подкреплённые слухи расползаются по миру, это приводит к хаосу. Источник необходимо заткнуть.
— Абсолютно с вами согласна, мисс Малфой!
Амбридж чуть ли не подпрыгивала от радости.
— Как приятно иметь дело с представительницей чистокровного рода! На фоне этих невоспитанных, агрессивных дикарей вы выглядите настоящим ангелом.
Карина лишь сдержанно улыбнулась в ответ. Амбридж, источая фальшивое дружелюбие, пообещала ей самое широкое покровительство и поддержку.
---
Направляясь в больничное крыло, чтобы убрать след от удара, Карина шла по коридору, слегка касаясь пальцами горящей щеки.
Она сама спровоцировала этот сценарий, сама хотела именно такого исхода. Каждое слово было просчитано до мелочей. Но холодный расчёт — это одно, а человеческие эмоции — совсем другое. И хотя удар Гарри был куда слабее, чем мог бы быть, факт оставался фактом: Гарри ударил её по щеке. И от этого в груди закипала непереносимая, детская обида.
Карина тихо пробурчала себе под нос:
— ...Больно же. Дурак.
Как бы то ни было, её отец получил идеальный предлог для визитов в Министерство. Делая вид, что он взбешён нападением на свою дочь, Люциус сможет беспрепятственно появляться в Министерстве и собирать информацию о запрятанном в подвалах «Отделе тайн».
Именно ради этого Карина так отчаянно и провоцировала братьев Уизли. Чтобы хоть немного помочь отцу, получившему важнейшее поручение от Тёмного Лорда.
Поглаживая горящую щеку, Карина медленно шагала к гостиной Слизерина.