Чёрная метка
Глава 79 из 89
Настройки чтения
18px
1.8
1

Чёрная метка

Глава 79

Чёрная метка

За каникулы изменилось многое. Отныне абсолютно каждому в магическом мире пришлось столкнуться лицом к лицу с кошмарной правдой, в которую до последнего не хотелось верить, — Волан-де-Морт вернулся. Вместе с этим на поверхность одно за другим всплыли жуткие происшествия, которые прежде предпочитали заминать: загадочные исчезновения, жестокие убийства, магические катаклизмы... И за всем этим стояли Сам-Знаешь-Кто и его Пожиратели смерти.

Корнелиус Фадж взялся за голову и со скандалом подал в отставку. Амбридж с позором вышвырнули из Хогвартса, а профессор Трелони вернулась на своё законное место. Все образовательные декреты, настряпанные за прошлый год, отменили в одночасье.

Казалось, всё вернулось на круги своя.

Вот только прежним мир уже не был.

*Звень!*

В первый же день семестра, когда безусая мелюзга с хохотом и щебетом только-только заполонила замковые коридоры.

Прямо перед дверями Большого зала раздался хлесткий, звонкий звук пощёчины.

— Малфой!.. Как у тебя только совести хватило сюда припёрлась?!

Получив неожиданный удар, Карина лишь слегка качнула головой и смерила обидчицу ледяным, застывшим взглядом.

Перед ней стояла Сьюзен Боунс из Хаффлпаффа. Несмотря на то что обожжённая щёка пылала огнём, разум Карины оставался прозрачным и холодным, словно его окатили ледяной водой.

«Что за муха её укусила?» — пронеслось в голове. Насколько помнилось, до прошлого года они практически не пересекались. Ударила-то Сьюзен, а вид у неё был такой, будто жертвой здесь выступала она сама — в глазах блестели слёзы, а занесённая дрожащая рука так и не опустилась, готовая влепить ещё один удар.

Поразмыслив секунду, Карина ровно выдохнула:

— А-а. Боунс. Так это ты.

Если вспомнить новости, недавно убили великую ведьму Амелию Боунс. Несмотря на то что она находилась под круглосуточной защитой Министерства, Амелия была настолько могущественна, что Тёмному Лорду пришлось лично явиться за её жизнью. И её гибель стала чётким, кровавым предупреждением всем противникам Пожирателей смерти.

«Каждого, кто встанет у нас на пути, ждёт смерть».

Любимая тётя погибла. Убийца известен, мотивы очевидны. Вот только сил отомстить самому палачу нет. Накипевшая ярость и отчаяние требовали выхода, и, завидев Малфой, Сьюзен просто не сдержалась.

В конце концов, Люциус Малфой, гниющий в Азкабане, был ходячим олицетворением возвращения Тёмного Лорда.

И всё же... до чего же глупа эта Сьюзен Боунс.

— Какая глупость, Боунс. С какой стати ты предъявляешь мне за гибель своей тётки?

— Что?! Ах ты бесстыжая...

Сьюзен снова взмахнула рукой, но Карина мгновенно схватила её за грудки и рванула на себя. Оказавшись к Карине вплотную, Боунс растерялась, не зная, куда девать занесённую ладонь.

Металлически-холодные серебристо-серые глаза уставились прямо в лицо Сьюзен. Из губ Карины посыпались слова, от которых веяло морозной стужей:

— Не соизволишь ли объяснить, какое отношение я имею к её смерти, раз ты позволила себе распускать руки?

— Ты... ты же дочь этого... этого...

— «Этого»? — Карина чуть склонила голову. — Не понимаю. Выражайся яснее.

— Того, Чьё Имя Нельзя Называть!

— А-а, вот ты о чём. О Тёмном Лорде.

Карина брезгливо разжала пальцы, отпуская её воротник. Сьюзен Боунс попятилась на шаг. Но, оглядевшись на собиравшуюся вокруг толпу, ощутила прилив смелости и снова сделала шаг вперёд.

Тихо выдохнув, Карина гордо вскинула подбородок и встала перед ними во весь рост.

Пусть отец заперт в Азкабане, пусть авторитет их семьи среди Пожирателей смерти пошатнулся, а взгляды окружающих полны лютой ненависти.

Карина Малфой никогда не склонит головы. И уж точно не станет съёживаться из-за какой-то девчоночьей пощёчины. Её аристократическая гордость слишком высока, чтобы ломаться от подобной чуши.

— Что ж. Допустим, как ты утверждаешь, я действительно приложила руку к гибели великой и гордой ведьмы Амелии Боунс.

Она словно облачилась в чужую враждебность, как в роскошное платье, накинув на плечи людское презрение и страх. Людские предрассудки — это верхняя одежда, клеймо, которое останется с ней навсегда. Нет смысла пытаться смыть его, ведь никто всё равно не поверит.

Вместо этого Карина предпочла поднять их собственный страх как оружие.

— Сьюзен Боунс, ты совсем страх потеряла. Даже сама Амелия Боунс не пережила этой встречи. Что ты будешь делать, если следующей мишенью станут твои родители?

Тем, кому ещё есть что терять, нужно внушать соразмерный ужас. Лицо Сьюзен мгновенно залила бледность. Карина шагнула к ней и с милой улыбкой прошептала прямо на ухо:

— Что молчишь? Ты ведь только что заявила, будто я убила твою тётю. Если стоишь перед врагом — доставай палочку и дерись. Сражайся так, будто действительно хочешь меня прикончить. А не распускай сопли и не делай мелких пакостей.

— Хватит!

Несколько учеников попытались вмешаться и растащить их. Но их попытка провалилась на корню. Крэбб и Гойл тут же заслонили Карину своими тушами, а следом подоспели и остальные слизеринцы, вальяжно окружив хаффлпаффцев.

— Это ещё что такое? Я-то думал, только гриффиренцы у нас такие дерзкие, а тут хаффлпаффка решила повоевать?

— Поднять руку на Малфой...

— Совсем страх потеряли? У вас даже Седрика Диггори больше нет. На кого вы надеетесь, выскочки?

Ситуация изменилась в мгновение ока. Хаффлпаффцы сжались под тяжёлыми взглядами слизеринцев.

И дело было даже не в том, что ученики Слизерина выглядели особенно свирепо. Просто у половины из них родители были так или иначе связаны с Пожирателями смерти. Пойти против них означало рискнуть собственным благополучием.

В этот момент Карина просто подняла руку, и слизеринцы мгновенно замолкли, устремив на неё взоры. Поймав на себе все взгляды, девушка продемонстрировала всем вспыхнувшую алым щёку — и очаровательно улыбнулась:

— Сьюзен Боунс, я сочувствую твоему горю. Но навешивать на меня ярлыки без единого доказательства — не самая лучшая идея. Понимаешь?

Кивнуть сейчас означало признать своё полное поражение. Но выплеснувшая все эмоции Сьюзен больше не имела сил сопротивляться. Она беспомощно качнула головой. Карина кивнула ей в ответ — и со всего маху замахнулась.

*Хлёст!*

Сухой, звонкий звук разнёсся по коридору. Сьюзен отлетела в сторону, зажимая распухающую щёку.

Око за око. Зуб за зуб.

Вернув должок в точности до капли, Карина брезгливо отряхнула ладонь и произнесла:

— Не обижайся. Если в тебе осталась хоть капля совести.

Карина резко развернулась на каблуках. Слизеринцы с хихиканьем и глумливыми смешками проследовали за ней, миновав опешивших хаффлпаффцев.

Любой со стороны сказал бы, что это была абсолютная и чистая победа. Вот только Карину больше не радовали подобные мелкие триумфы. Эта смерть была не её виной, но алая расплата за чужую кровь уже прилетела ей прямо в лицо.

Выбраться из этого липкого, испачканного кровью круга ненависти у неё не было ни единого шанса.

Видел ли это Гарри? Скорее всего, да. Шестикурсники прибывали в Хогвартс вместе.

Разочаровался ли он в ней? Посочувствовал? Или искренне порадовался её несчастьям? Узнать это было невозможно.

Оставалось лишь радоваться, что Драко ещё не приехал. Ей совсем не хотелось, чтобы её бедный, и без того испуганный брат видел, как его старшей сестре дают пощёчины прямо в школьном коридоре.

---

— Прости меня. Я был неправ.

Гарри сидел на диване, крепко сжав пальцы в замок. Дамблдор задумчиво и печально смотрел на него.

— Похоже, твой шрам — это не просто ментальная связь, а нечто куда более глубокое и фундаментальное. Скорее всего, в нём запечатлелась часть сил, воспоминаний и самой личности Волан-де-Морта. Именно поэтому даже после того, как ты овладел Окклюменцией, он всё ещё способен транслировать тебе свои мысли. А когда ты попал под «Империус», эта сила, парадоксально, помогла тебе вырваться.

— Да уж, звучало это и впрямь странно. С какой стати Волан-де-Морт, при всей его одержимости мной, стал бы изучать моих друзей, чтобы выдавать настолько точечные и изощрённые оскорбления для Рона и остальных? Это с самого начала был голос внутри меня. Змея, взращённая в моих собственных мыслях, хоть я и пытался делать вид, будто она мне чужая.

Дамблдор качнул головой и мягко возразил:

— О, Гарри. В каждом человеке есть тёмная, жестокая сторона. Учитывая всё, через что тебе пришлось пройти, нет ничего удивительного в том, что она проявилась.

— Но ведь моя «жестокая сторона» не стала бы вслух отговаривать меня и помогать сбросить «Империус»?

— Почему же? Человеком, у которого есть собственная ярость и гордость, управлять гораздо сложнее. Хотя сам факт того, что эта часть тебя заговорила с тобой, действительно уникален, — спокойным тоном ответил Дамблдор. — Ты во многом похож на него, Гарри. Вы оба рано лишились родителей, оба росли в ужасных условиях. Окружающие одновременно презирали вас и боялись. Но между тобой и Томом есть одно принципиальное отличие. У тебя есть...

— Любовь? Ха-ха. Очень утешает.

В его голосе звучала откровенная, горькая самоирония. Он произнёс это так, будто сам не верил ни единому слову.

Дамблдор сочувственно посмотрел на мальчика:

— Ты решил больше не встречаться с мисс Малфой?

При упоминании этого имени Гарри тяжело выдохнул.

До боли родное имя. Карина... Каждый раз, когда оно сходило с языка, во рту становилось сладко, но следом накатывала ядовитая горечь, заставлявшая глотать оставшиеся слова.

— Я потерял Сириуса.

Разум обычно следует за телом. Как и физические раны, душевные увечья со временем затягиваются грубой коркой. За эти месяцы боль в сердце Гарри покрылась уродливым шрамом. Это сделало его восприятие дёрганным и болезненным, но сама мысль об утрате больше не заставляла его корчиться от мук.

Гарри сухо проговорил:

— Из-за моей собственной гордыни, из-за Волан-де-Морта, отдававшего приказы, и из-за Люциуса, который разработал этот план. Но Карина до последнего пыталась меня остановить. Она не хотела моей смерти.

— Она сделала невероятно тяжёлый и благородный выбор. Даже взрослые люди под давлением обстоятельств часто ломаются, а эта юная девушка нашла в себе силы воспротивиться. Это заслуживает уважения. Но, Гарри, раз так, не должен ли ты отплатить ей за это?

— Отплатить? И как же? Взять её за руку и сказать: «Спасибо, что предала свою семью ради меня»? При том что её отец теперь гниёт в Азкабане?

Гарри горько ухмыльнулся:

— Если Карина решит продолжить дело Люциуса, она станет моим врагом. А если предаст родных и снова попытается мне помочь... Я потеряю её точно так же, как потерял Сириуса. Сейчас нам лучше не видеться.

— Возможно, и тебе, и ей просто нужна небольшая передышка?

— Главное — чтобы эта «передышка» не стала для неё смертельной. Есть только один способ покончить со всем этим. Волан-де-Морт... Я должен уничтожить его. И только когда все окажутся в безопасности, мы сможем встретиться снова. И никак иначе.

Гарри стоял на своём твёрдо и непреклонно. Было очевидно, что никакие слова Дамблдора не заставят его изменить решение. Впрочем, Дамблдор и не был тем человеком, который станет навязывать своё мнение силой.

Существует два типа стариков: те, кто свято уверен в своей правоте и силой заставляет остальных следовать ей, и те, кто мудро ждёт, пока человек сам дойдёт до истины.

К сожалению, даже великому Дамблдору не удалось вобрать в себя лишь лучшие черты обоих типов. Он заведомо относился ко второй категории — даже зная многие тайны, он лишь делал туманные намёки, оставляя выбор за другими.

Возможно, это была гордыня. А возможно — мудрость умудрённого годами мага.

Или же просто перекладывание ответственности, требовавшее от него ещё больших жертв.

---

— Карина.

Голос Снегга звучал строго и сухо:

— Я дал клятву твоей матери. Я пообещал защищать тебя и оказывать любую помощь.

— При всём уважении, профессор, я вынуждена отказаться.

Раньше Карина никогда не брезговала чужой помощью. Считая благосклонность преподавателей и богатство своего рода лишь естественным продолжением собственных талантов, она всегда принимала поддержку как должное. Снегг даже в страшном сне не мог представить, что получит отказ.

Но он ошибся. Карина отрезала его предложение на корню. Брови Снегга дёрнулись:

— Мне не нужна ваша защита или помощь. Вы ведь наконец получили долгожданную должность профессора Защиты от тёмных искусств, разве у вас мало забот? Вместо того чтобы тратить время на меня, вам лучше заняться подготовкой к урокам.

— О-о, значит, ты мне не доверяешь?

— Это вы мне не доверяете, профессор. Это задание дал мне Сам Тёмный Лорд. И выполнять его тоже мне.

Карина нагло наврала ему прямо в лицо. Ей действительно не нужна была ничья помощь. Точнее, никто не мог ей помочь.

Потому что сама она всё ещё не приняла окончательного решения.

Убить Гарри? Убить Дамблдора?

Или... предать Волан-де-Морта?

Пока цель не определена, чужое вмешательство станет лишь обузой. Карина обрубила все концы.

Снегг медленно произнёс:

— ...Ты получила Метку.

— Да-а. Какая честь. Теперь я — часть его армии.

— Тебе стоит хорошенько подумать над моим предложением. Если ты не справишься с заданием, змея на твоём предплечье сомкнёт кольца у тебя на шее.

Карина вздрогнула и инстинктивно вцепилась пальцами в своё предплечье. Ей показалось, будто змея под кожей действительно на миг ожила и шевельнулась. Снегг равнодушно пронаблюдал за её реакцией и добавил:

— Ты ведь не думала, будто Чёрная метка умеет лишь жечь кожу и наливаться алым? Стоит тебе проявить халатность или хотя бы на миг усомниться... как змея перестанет быть просто узором. Она не умеет читать твои мысли, но прекрасно видит твои поступки. И если твои действия пойдут вразрез с волей Тёмного Лорда, змея тут же донесёт ему об этом, и Он мгновенно узнает о твоём предательстве.

Карина закусила губу. Во рту разлился солоноватый, железный вкус крови.

Иногда всплывавший в её мечтах идеальный расклад... Сценарий, где Карина предаёт Волан-де-Морта, Гарри и Дамблдор с её помощью побеждают Тёмного Лорда, и все живут долго и счастливо... Эта сказочная, несбыточная иллюзия отныне была навсегда отрезана для неё. Из-за этой чёртовой Чёрной метки.

Единственным плюсом было то, что она узнала об этом до того, как успела натворить глупостей. Осознанно или нет, но Снегг только что оказал ей огромную услугу.

Впрочем, это вовсе не означало, что Карина примет его помощь.

Снегг переспросил:

— Тогда ответь мне только на один вопрос. У тебя есть план?

— ...Есть, — коротко отрезала Карина.

В прошлом году, когда она приняла сторону Амбридж и помогала накрывать этот сброд из Отряда Дамблдора, Монтегю из-за выходки близнецов Уизли оказался заперт в Исчезательном шкафу.

Позже, из рассказов Монтегю, Карина поняла, что этот шкаф — своеобразный портал. А иметь в Хогвартсе, защищённом от трансгрессии, прямой переход во внешний мир — означало получить колоссальное преимущество.

Единственной проблемой оставалось то, что шкаф был сломан и не работал. Впрочем, имейся у неё помощь Снегга, починить его не составило бы труда. Как ни крути, он был выдающимся магом...

— Но я не намерена вам о нём рассказывать. Это исключительно моё задание и моя обязанность.

Ей нужно было время.

Если Снегг возьмёт всё на себя, преподнесёт Карине готовый яд и создаст идеальные условия, чтобы подсыпать его в кубок Дамблдора... Успешно или нет, но ей придётся действовать мгновенно.

Вот только Карина всё ещё не ощущала в себе достаточно жажды крови. Она была слишком хрупкой и слабой, чтобы вот так просто взять и лишить кого-то жизни.

Принять помощь Снегга, не имея твёрдой решимости... а затем вызвать у него подозрения своим промедлением?

Тогда даже без доноса змеи из Чёрной метки Волан-де-Морт мгновенно раскусит её колебания и обрушит свою кару.

— Не пытайтесь присвоить мою заслугу себе, профессор. Извините, но, как вы сами заметили... я тоже не привыкла доверять вам на сто процентов.

— В этом ты вся в отца... Люциус точно так же боялся, что я отниму у него лавры победителя, и держал свой план в тайне, пока с треском не провалился.

К счастью, её отговорка сработала. Снегг едва заметно улыбнулся и всем видом дал понять, что отступает.

— Что ж, я буду наблюдать. Но тебе лучше постараться. Чёрная метка будет следить за каждым твоим шагом... пока ты не умрёшь или не окажешься на грани гибели. Да и у Тёмного Лорда, знаешь ли, терпение не бесконечно.

— Благодарю за совет. Хотя я и так всё это прекрасно знаю.

Закончив разговор, Карина низко поклонилась Снеггу, резко развернулась и пошагала прочь. Её походка по коридору оставалась безупречно изящной. По крайней мере, у неё хватало выдержки не показывать наружу свою внутреннюю слабость.

Снегг смотрел ей вслед, и его взгляд становился всё более мрачным и тяжёлым. В его угольно-чёрных глазах, подобно давно прогоревшему пеплу десятилетней давности, не теплилось ни единого огонька.

назадназад
1 ... 77 78 79 80 81 ... 89
впередвперед