— Здесь я сам…
— Не надо. Ещё пулю схлопочешь.
Я остановил директора Кима и спокойно позволил нас арестовать.
— Всё равно сразу отпустят.
— А вы, похоже, даже довольны?
— Неожиданно почувствовал себя тайным королевским инспектором. В моём… городе оказалось куда больше мест, которые стоило бы вырезать, чем я думал.
С убежищем такого не было, а вот называть Полис «моим городом» язык пока ещё не привык.
Подошедшие бойцы службы безопасности обыскали нас.
У Кима нашли кошелёк, платок и богато украшенный нож-бабочку.
Ну да. Куда бандиту без такого.
— Ого, вы только посмотрите на этого типа.
Охранник, обыскивавший меня, раскрыл туго набитый кожаный кошелёк и присвистнул.
Я уже думал, заберёт себе как трофей, но он неожиданно вернул его мне.
— Не возьмёшь?
— Ты нас за дворовую шпану держишь? Не мне решать, что делать с твоими вещами.
Он ткнул пальцем в кошелёк у меня за пазухой и усмехнулся.
— Объекты обезврежены. Задержаны двое с поличным.
Мужчина с тяжёлым лицом, похожий на командира, доложил по рации.
Я слушал переговоры и одновременно оценивал расположение четырёх бойцов.
Они подошли вплотную ради задержания и досмотра.
Если понадобится, можно включить ускорение, отобрать оружие и перебить всех прежде, чем они что-нибудь поймут.
С их точки зрения мы были полностью обезоружены и не представляли угрозы, поэтому никто даже не держал оружие в позиции для немедленной стрельбы.
Да и вооружены они были только пистолетами и дробовиками.
Похоже, это предел, разрешённый частной охране в Полисе.
С более серьёзным арсеналом Артемида быстро заинтересовалась бы владельцами.
— Столько денег потратили, чтобы живого медведя привезти, а он сразу сдох.
— Ага. Босс хвастался, какое шоу устроит с этим зверем.
— Не знаю, кто ты такой, но считай, тебе пиздец.
Охранники мрачно смотрели на медведя, у которого из разбитого черепа вытекали кровь и мозг.
— Даже медведя не хватит надолго, если выпустить против людей с мечами. Всё равно его собирались расходовать как реквизит.
Я, не опуская рук, согнул палец и указал на меч в углу.
— Это?
Один из охранников просунул руку через клетку и поднял клинок.
Потом с силой потёр ладонью прямо о лезвие.
Ни пореза.
— Он тупой. Только выглядит как настоящий. Зачем давать бойцам оружие, которым они могут серьёзно ранить зверя? Чтобы окупить расходы, медведя собирались использовать ещё долго.
— Вот ублюдки.
Теперь стало понятно, почему лица бойцов перед матчем были настолько напряжёнными.
Не только медведя боялись.
Их тоже обманули?
— Да, понял.
Командир получил ответ по рации и кивнул нам.
— Босс велел привести вас наверх. Он сейчас в такой ярости, что, похоже, собирается лично вас размазать.
Мы с Кимом послушно вышли из арены и пошли по коридору под конвоем.
— Чего эти двое такие спокойные? Совсем крыша поехала?
Охрана косилась на нас с недоумением.
Но мы выполняли все команды быстро и без споров, так что придраться им было не к чему.
* * *
БУМ-Ц! БУМ-Ц!
Лифт поднялся на четвёртый этаж.
Музыка из банкетного зала снизу доносилась сюда лишь слабым гулом.
С моим слухом я ещё различал ритм, а обычный человек вряд ли услышал бы что-нибудь.
Звукоизоляцию здесь сделали отлично.
Нас привели в комнату с несколькими бильярдными столами.
ЩЁЛК!
Шары звонко столкнулись.
Мужчина в яркой гавайской рубашке играл один на один с женщиной, похожей на девушку по вызову.
На ней были только высокие каблуки и тонкие стринги.
Чёрная лента крест-накрест закрывала соски.
— Твой ход.
— Ху-ху.
Она взяла кий, чувственно улыбнулась и наклонилась над столом.
Ягодицы взметнулись, словно небольшой холм. Узкая полоска ткани почти ничего не прикрывала: наружу выглядывали лобковые волосы и половые губы.
Вокруг засвистели и заорали:
— Вот это да!
В ответ она ещё сильнее задвигала бёдрами.
Соперник обошёл её сзади, несколько раз сжал за ягодицы, свернул купюру и сунул в пояс трусиков.
По комнате плыл сигаретный дым.
Кто-то играл в карты.
Кто-то сидел с девушкой на коленях и перебрасывался шутками.
Нас подвели к самому большому и удобному дивану.
Там разговаривали мужчина и женщина, с первого взгляда похожие на главарей.
— Эти?
Мужчина посмотрел на меня.
— Да, босс. Стрелял этот. Второй был вместе с ним.
Командир охраны ответил подчеркнуто почтительно.
Я тем временем снова просчитал пути отхода.
Если дело пойдёт плохо, переверну стол, включу ускорение и выскочу через ближайшее окно.
— Погоди. Ты?!
Хозяин арены нахмурился, погладил подбородок.
— Так это же тот ублюдок из коридора.
На пальцах висели толстые золотые кольца.
Тот самый тип, который целовался у стены и злился, что я смотрю.
— Ага. Хорошая память.
— Я ещё тогда понял, что ты мне не нравишься. Пялился, пока люди отдыхали, припёрся в приличное место в этой ебаной толстовке…
Он одним глотком допил коричневый алкоголь из хрустального бокала.
— Вот поэтому надо доверять дурному предчувствию. Оно не с неба берётся, а из жизненного опыта.
Сказала женщина напротив.
На вид ей было лет двадцать с чем-то, ближе к тридцати.
Волосы аккуратно собраны наверх, платье напоминало ципао.
По атмосфере она была главой другой организации, пришедшей в гости.
— Если бы вместо баб ты тогда сразу разобрался с ним, сейчас не пришлось бы разгребать. Я столько сил потратила, чтобы доставить вам зверя, а он сразу превратился в труп. Где ещё одного брать?
— Я месяц эту суку готовил!
Рявкнул хозяин арены.
— Что умерло, то умерло. Хотя бы шкуру сними.
— С него?
— С медведя, идиот. Медведя! Не оставлять же тушу гнить. У нас есть мясник, если надо — пришлю.
Похоже, именно организация этой женщины добыла и привезла дикого медведя.
Хозяин арены резко поднялся.
Засунул руки в карманы и, покачиваясь, подошёл ко мне.
— Размахивать пушкой в моём здании? Я смотрю, яйца у тебя железные. Где оружие?
— Здесь, босс.
Командир охраны положил мой пистолет на обе ладони и протянул ему.
— Это ещё что?
Взгляды вокруг изменились.
Матовый тёмный пистолет был модели, которую никто из них никогда не видел.
Неудивительно.
Это штатное оружие, разработанное для армии убежища.
Роботы почти всегда носили винтовки и тяжёлое вооружение, так что пистолеты им были практически не нужны.
Фактически такими пользовались только я и Роуз, отвечавшая за безопасность.
— Ничего себе, лёгкий. И в руке сидит отлично.
— Босс, сбоку ещё дисплей.
— Точно.
На матовом LED-индикаторе на затворе отображались количество патронов и режим огня.
— Сейчас мало кто способен делать такие вещи. Значит, у тебя серьёзные связи с теми ребятами.
Хозяин арены кивнул в сторону убежища.
— Поэтому решил, что здесь тебе всё можно?
— Не неси хуйню. Я должен был смотреть, как человека убивают у меня на глазах? Какому психу вообще пришло в голову стравить людей с медведем?
— Мне, сучонок. Взяли людей, у которых жизнь и так пошла по пизде, дали им заработать и одновременно порадовали публику. Что тебя не устраивает?
— Это не заработок. Это самоубийство.
— Доспехи дали, мечи дали. Если всё равно умер — значит сам идиот.
— Мечи-то тупые. И судя по всему, бойцам вы этого заранее не сказали.
Хозяин просто оскалился.
— Так и думал. Мошенники.
— Здесь моя земля. Я здесь закон. Какая нахуй разница, мошенничество это или нет? Не нравится — пусть винят свою никчёмную жизнь, раз готовы рисковать ею за мелочь.
— Твоя земля?
Я фыркнул.
— В Полисе и участки, и здания только арендуют. Ты живёшь в съёмном помещении и рассказываешь про «мою землю»?
В вопросах недвижимости Артемида взяла за основу китайскую модель.
Неважно, сколько богатств приносил покупатель.
Право собственности на землю или здания не продавалось никогда.
Только аренда на ограниченный срок.
— Ха! Я смотрю, наглости тебе не занимать. Сначала даже забавно было, но ты вообще не понимаешь, когда остановиться.
Хозяин поднял мой пистолет и направил на меня.
— Стреляй. Не получится.
— Ты вообще кто такой, раз настолько не боишься?
Женщина на диване рассматривала меня с живым интересом.
Причина моей уверенности была проста.
Пистолет синхронизирован с нейроимплантом.
Никто кроме меня стрелять из него не мог.
Жаль, устройство не взрывалось в руке чужака, как оружие из «Судьи Дредда».
На такой дистанции я мог бы просто отобрать пистолет, взять хозяина в заложники и дождаться спасателей.
Но, похоже, необходимости уже не было.
— Постойте-ка!
Женщина, до этого с любопытством меня изучавшая, вдруг что-то поняла.
Достала из дорогой сумочки кошелёк и вытащила банкноту.
Со своей стороны я видел изображение Танисской экспедиции.
Десять тысяч кредитов.
Она посмотрела на купюру.
На меня.
Снова на купюру.
С каждым разом выражение «да ну, не может быть» всё сильнее превращалось в тревогу.
— Что?
Хозяин обернулся.
Женщина встала и сунула ему под нос лицевую сторону с моим бюстом.
— Один в один.
— …Да вроде нет.
— Да говорю тебе, похож. Сильно похудел, но лицо и даже выражение те же.
Хозяин снова уставился на меня.
— На картинке красивее.
— …
Вот же сука.
— Всё, разговор окончен! Пора дохнуть, мелкий ублюдок. Слишком долго я твою болтовню терпел.
Ствол опять упёрся мне в лоб.
— Думаешь, я не нажму? А?
В этот момент нейроимплант принял сообщение.
[Ложись.]
Артемида.
Почти одновременно в десятках метров за окном что-то выстрелило.
ДЗЫНЬ!
ВУМ!
Я рефлекторно включил ускорение.
В остановившемся мире увидел гранату, разбивающую окно.
Я схватил директора Кима и вместе с ним рухнул на пол.
Отключил ускорение.
— Глаза закрой.
Он даже не переспросил.
А остальные при звуке разбитого стекла как один повернули головы к окну.
Именно этого Артемида и добивалась.
БАБАХ!
— А-а-а!
— Глаза!
Светошумовая граната вспыхнула, заливая комнату белым.
ДЗЫНЬ!
ГРОХОТ!
Следом через окна ворвалось что-то куда тяжелее гранаты.
<Вы все арестованы!>
<Не двигаться!>
<Попытаетесь сопротивляться — откроем огонь!>
Безэмоциональные голоса охранных роботов прокатились по комнате.
Похоже, в Полисе этот холодный тон знали слишком хорошо.
— Сдаёмся! Сдаёмся!
— Не стреляйте!
Люди мгновенно потеряли волю к сопротивлению.
Хозяин арены и женщина-гость тоже лежали на полу.
По битому стеклу приближались тяжёлые стальные шаги.
Потоки воздуха от дронов и вертолёта врывались через разбитые окна, бешено трепля шторы.
Я поднялся.
За эти секунды в помещение уже вошли два отделения Сталкеров и полностью подавили всех присутствующих.
Быстро.
Жёстко.
Им не требовались тросы.
Они просто использовали собственную физическую мощь и влетали через окна словно пушечные ядра.
ХРУСТ.
ЛЯЗГ.
При каждом движении из сочленений роботов сыпались осколки.
Некоторые торчали прямо из пучков чёрных искусственных мышц, словно сюрикены.
Обычный человек после прыжка через настоящее стекло, а не киношный сахар, превратился бы в кровавое месиво.
Гангстеры смотрели на эту нечеловеческую картину и дрожали.
— Ч-что вообще…
Хозяин арены явно до сих пор не понимал, что происходит.
Рядом с ним сидела перепуганная женщина с растрёпанными после взрыва волосами.
Я вытащил купюру в десять тысяч кредитов, поднял перед ними и указал на своё лицо.
После светошумовой гранаты эффект уже прошёл, но прожекторы дронов и вертолёта заливали комнату холодным бело-синим светом.
— Это действительно я. Просто художник сильно приукрасил.
Они даже ответить не смогли.
Только дрожали, бледные как трупы.
* * *
[Допустим, в подвале ты уже влез в неприятности. Но когда поднялся на лифте, почему остановил дронов, вместо того чтобы просто дать им всех расстрелять?!]
Артемида отчитывала меня по связи.
— Тогда все причастные умерли бы. Живого человека допрашивать полезнее, чем труп.
[Тебе настолько нужна эта информация? Сначала обеспечил бы безопасность, а потом спокойно начал разбираться. Всё равно мы рано или поздно выяснили бы всё.]
— Раз уж случайно влез, решил копнуть глубже. В следующий раз сделаю как ты говоришь. Не сердись.
[Домой только вернулся — и уже опять влип.]
Связь оборвалась.
Но на этом, конечно, всё не закончится.
— Даже сувениры не купил.
В эту прогулку я собирался не только посмотреть Полис, но и подобрать подарки Артемиде и остальным ИИ-помощницам.
В городе жили самые разные люди, поэтому здесь появилось множество ручных изделий.
По качеству им далеко до продукции убежища.
Но если сравнивать только качеством, подарок вообще невозможно будет выбрать.
Главное — намерение и необычность.
ВУУУМ!
Полис и убежище находились буквально рядом.
Мы едва успели подняться в воздух, а впереди уже показалась вертолётная площадка на крыше.
— Мне конец.
Под лунным светом стояла Артемида в белоснежном платье.
Неподвижная, со скрещёнными руками, будто гора.
Сильный ветер трепал подол, обнажая её белые ноги, но Артемида даже не шевельнулась.
Она смотрела только на мой вертолёт.
И поманила пальцем.
Красивое лицо, как всегда безупречное, сейчас выражало такую ярость, что хозяин арены с пистолетом у моего лба казался мелкой неприятностью.
— Похоже, другого выхода нет.
Весь короткий перелёт я придумывал максимально убедительный способ извиниться.
План был безумным.
Но что-то вроде дефибриллятора: перебить её гнев ещё более сильным удивлением.
Когда вертолёт опустился достаточно низко, я встал и пошёл к открытой двери.
<Господин управляющий, это опасно. Немедленно сядьте…>
Я отмахнулся от протянутой руки робота и прыгнул.
— Что?!
Артемида мгновенно разомкнула руки и бросилась вперёд, собираясь меня поймать.
Но земля приближалась быстрее.
Мышц у меня пока было мало.
Зато усиленный скелет и нервная система остались прежними.
Падение с высоты, на которой обычный человек переломает руки и ноги, я вполне мог пережить красивым геройским приземлением.
БУМ!
Я коснулся земли обеими руками и ногами, погасил удар — и прямо из этой позы рухнул в догэдза.
Супер-догэдза с приземлением!
Способ извиниться, доступный только улучшенному суперсолдату.
— Прости! Пожалуйста, прости меня!
— …
Артемида уже подбежала ко мне и теперь смотрела на распластавшегося лягушкой мужчину совершенно ошарашенно.
Поток от опускавшегося всё ниже вертолёта задрал ей подол почти до трусиков, но она, похоже, этого даже не замечала.
— Артемида?
Я осторожно поднял голову.
Рядом со мной покатилась снятая с её ноги сандалия.
А затем в поле зрения появилась её белая подошва с высоким сводом.
БУХ!
Удар в лицо опрокинул меня на спину.
— Ты совсем сумасшедший?!
Артемида подбежала босиком и начала меня топтать.
При этом сняла обувь, чтобы не повредить моё исхудавшее тело.
Даже в ярости любовь всё равно прорывалась наружу.
От этой мысли настроение у меня почему-то только улучшилось.
Из уже севшего вертолёта высыпали роботы.
Следуя протоколу охраны, они окружили нас и взяли под прицел всё вокруг.
…Хорошо, что это машины.
Будь здесь живые охранники, я бы умер со стыда.
ХЛОП!
Будто прочитав эти непокаянные мысли, Артемида ещё раз пнула меня в зад.
Пока она методично вымещала злость, я понял ещё одну вещь.
Врач она действительно великолепный.
Даже разъярённая, била и наступала так, чтобы не задеть ни одной области, где находились внутренние органы.
Больно было, но скорее как после слишком энергичного массажа.
— И-и!
БУХ!
Уже не поймёшь, наказание это или массаж ногами.
— Ха-а… ха-а…
Наконец Артемида остановилась.
Видимо, выплеснула достаточно.
Зацепила меня ногой за бок и развернула.
Я оказался ровно на спине.
Надо мной рядом оказались её белое лицо и полная луна.
— Извинение совсем не понравилось?
— Худшее в моей жизни, идиот.
Она присела рядом.
— Но было немного смешно, так что прощу.
Уголки губ всё-таки поползли вверх.
Идеальный финал ночной прогулки.
— Хорошо повеселился?
— Ага. В следующий раз пойдём вместе. Я уже заметил кучу мест, которые хочу тебе показать.
— Сколько ты вообще знаешь об этом городе? Скорее уж я буду показывать всё тебе.
Она несколько раз ткнула меня пальцем в щёку.
Представить, как мы вдвоём ходим по городу, а Артемида, обняв меня за руку, водит от места к месту…
Тоже отличное свидание.
По крайней мере на светофорах ждать не придётся.
— И ещё. Ты извращенец? Я тебя бью и топчу, а у тебя где-то на середине лицо стало какое-то…
Артемида нахмурилась.
Она рассчитывала унизить и наказать меня.
А эффект вышел совершенно другой.
— Поднимайся. Здесь всё убирают, но из-за вертолётов на траве полно песка.
— Всё равно после этого в душ. Здесь прохладно и хорошо. Может, тоже ляжешь? Отсюда ночное небо выглядит потрясающе.
Она подняла голову.
Полная луна сияла прямо над нами.
— Ладно.
Я ожидал, что она откажется из-за грязи.
Но Артемида просто опустилась рядом на траву.
Серебряные волосы и белая юбка веером разлетелись вокруг, а затем улеглись.
— И правда. Будто звёзды падают прямо на нас.
Она переплела пальцы с моими и глубоко вдохнула.
Её и без того большая грудь поднялась ещё выше, и зрелище получилось по-своему величественным.
— И трава приятно пахнет.
Артемида тихо засмеялась.
Другую руку она подняла к небу и широко раскрыла ладонь.
Чёрные блестящие ногти на фоне безупречно белой кожи сразу притянули взгляд.
— Помнишь, когда я рассказывала о приглашении от японской военной группировки, ты спросил, не свадебное ли это путешествие?
— Помню.
— Нет. Такое — просто поездка. Настоящее свадебное путешествие должно быть совсем другим.
Пальцы, обращённые к небу, медленно сжались, будто она пыталась ухватить что-то очень далёкое.
Не нужно было спрашивать, что именно.
Артемида отправила ожидавших неподалёку роботов прочь.
Мы остались вдвоём.
— Впрочем, я бессмертна. Ради самого важного можно отложить мечту сколько угодно.
— …!
Больше мы не разговаривали.
Просто лежали рядом, делились теплом сцепленных рук и смотрели на великолепное ночное небо.
Луна.
Сияющий мир далеко за ней.
Похоже, Артемида всё ещё хранила старую мечту в сердце.
Просто отодвинула её ради чего-то более важного.
Того, что стало для неё ценнее даже собственного предназначения.
Меня.
И мою волю — то, что исходит от меня и останется после.
От одной мысли об этом меня переполняло чувство, которое невозможно описать словами.