Кристалл под потолком мягко сиял, заливая купальни ровным светом. Горячий пар клубился над водой, расползаясь по широкому залу.
Астар сидел у бортика, опершись спиной на гладкую, темную стену из черного камня, и смотрел в потолок, позволяя телу полностью расслабиться. Медленное тепло уносило остатки усталости после тренировок с Бел’иаром — плотных, изматывающих, но странным образом приносящих удовлетворение.
Он сделал глубокий вдох, ощущая, как грудь наполняет влажный горячий воздух.
“С того момента, как я начал сражаться с молодыми абиссалами, прогресс стал идти куда быстрее.”
Мысли текли лениво, как горячая вода вокруг. В памяти всплывали лица тех, кого он оставил на Континенте Мемории, фрагменты прошлого, которое он не имел права отпускать, и одновременно — образы тех, кто сейчас окружал его здесь.
Стоило задуматься о будущем, как мысли неизбежно возвращались к Церкви Мемории.
“Бел’иар действительно принимает меня как Пророка Бездны… но, видимо, далеко не все Короли так религиозны, как он”
Он невольно вспомнил отдельные разговоры, произнесенные между тренировками. Бел’иар был открытым в своих убеждениях, но даже его откровенность обнажала то, насколько различны взгляды правителей Столицы.
И за несколько месяцев тренировок, это становилось все очевиднее. Как и то, что раса абиссалов, имела свои скрытые пороки.
“Разумно ли вообще рассчитывать на них в борьбе с Церковью?”
За время обучения с Меритой Астар успел узнать не только о культуре абиссалов — их жестах, обычаях, особенностях общения, — но и о том, что лежало глубже любой традиции. История расы оказалась куда сложнее, чем он представлял.
Сквозь мягкий свет кристалла и тихий плеск воды всплывали воспоминания о ее уроках.
Оказалось, что последние пять тысяч лет были далеко не мирным периодом. Между отдельными группами абиссалов иногда вспыхивали войны — не крупные, не затяжные, но достаточно жестокие, чтобы оставлять след.
И каждый раз подобные конфликты отражались на всей расе. Чем больше крови проливалось, чем чаще абиссалы резали друг друга, тем сильнее менялось их поведение. Они становились жестче, агрессивнее, а иногда — просто безрассудными.
Мерита объясняла это осторожно, будто боясь, что Астар воспримет ее слова неправильно.
Когда войны прекращались, абиссалы возвращались домой, в свои города. Однако вкус хаоса не исчезал из их душ так быстро, как сходила кровь с оружия. Некоторые продолжали вести себя так, будто битва никогда не закончилась: провоцировали, нападали, требовали силы. Другие — защищались, отвечали тем же. И так волны хаоса распространялись все дальше, цепляя тех, кто вообще не участвовал в войне.
И теперь Астар отчетливо понимал, почему Апостолы так яростно выступали против войны с Континентом Мнеморис. Почему они до последнего отказывались поддержать мятежных Королей.
“Они боятся не самой войны,” — подумал он, проводя пальцами по гладкой поверхности воды.
“Они боятся того, что война изменит весь народ. Что абиссалы выйдут из-под контроля, и принесут такой хаос, который будет слишком сложно обуздать.”
И Астар разделял их страх. Описания Мериты о том, насколько трудно было унять подобный хаос в прошлом, были откровенно пугающими.
Анализируя древние записи Астар осознал, что в этом не было тайны или мистики — все происходило из самой природы абиссалов. Стоило небольшой группе пройти через кровавые стычки, как их поведение менялось, и они "заражали" остальных. Чем больше таких групп, тем быстрее распространение.
Астар мысленно сравнивал это с болезнью, особенностью, присущей только их расе. Болезнью, которую крайне сложно остановить. Если хотя бы один город погружался в ярость, он мог втянуть остальные, пока все не становилось бесконтрольным.
"Вернувшийся воин заражает семью. Семья — соседей. Так хаос становится нормой," — вспоминал он слова Мериты.
Война лишь ускоряла этот процесс.
Астар нахмурился, глядя в воду, где расплывалось его отражение.
— Кровопролитие и хаос опьяняют абиссалов… тянут их к дикости, — пробормотал он. — Что если я поведу их в войну с Церковью Мемории, и они просто выйдут из-под контроля?
Он медленно провел ладонью по горячей воде, наблюдая, как расходятся круги.
— С другой стороны… — произнес он тише, — Короли настроены решительно. Если война неизбежна, лучше возглавить их, чем оказаться их врагом…
Зачерпнув воды ладонями и плеснув себе в лицо, Астар задержал дыхание, будто пытаясь смыть не усталость, а нарастающее давление мыслей. Капли стекали по скулам, растворяясь в горячем тумане.
"Бред…" — мысленно пробормотал он. "Апостолы не будут воевать. Семь Королей не справятся с Церковью Мемории. Даже если Круг Оскверненной Клятвы нам поможет… что дальше? Разруха после войны, где непонятно кто вообще выживет?"
Он тяжело выдохнул и поднялся, зашагав в сторону выхода из купален.
Когда он вышел в отдельный зал, с него все еще стекала вода и поднимался пар. Одним движением он создал поток энергии, высушивая себя досуха.
Смотря на подготовленную белую одежду и маску, в голове продолжались тихие размышления:
"Пожалуй, сегодня пропущу посещение Черного Зала. Лучше снова выйду на улицы Священного Града…"
За последний месяц этот новый ритуал стал привычным. Он все чаще покидал Храм, и уходил туда, где кипела настоящая жизнь абиссалов.
Улицы Священного Града встречали его каждый раз по-разному — шумные или тихие, настороженные или приветливые. Но именно там он видел настоящее лицо абиссалов: как они работали, спорили, смеялись; как торговцы ругались с учениками; как мастера учили подмастерье; как семьи собирались по вечерам, обсуждая день.
Астар надел белые одежды Пророка, закрепил маску и направился к выходу.
✦ ✦ ✦
Выйдя из Храма, Астар первым делом поприветствовал священнослужителей, что сновали по просторному двору. Те уже перестали падать перед ним на колени — Мерита не раз объясняла им, что Пророк этого не любит. Теперь они просто останавливались и вежливо кланялись, иногда произносили короткое благословение.
Астар отвечал так же сдержанно: легкий кивок, едва заметное движение ладони. Этого было достаточно, и все выглядело естественно — никто не пытался создавать лишнего пафоса.
Он прошел по мраморным плитам, миновал арку и оказался на верхней площадке перед длинной лестницей, ведущей вниз — к центральной площади Священного Града. Туда, где начиналась жизнь города, с ее шумом и яркими голосами.
Астар задержался на мгновение, глядя на простирающиеся ниже улицы.
— Как хорошо, что Мерита и Апостолы перестали повсюду за мной расхаживать… — пробормотал он, не скрывая облегчения.
Свобода передвижения позволяла ему видеть истинный Священный Град — не ту, что показывали перед торжествами, а настоящую, живую. И именно она помогала ему лучше понимать "свой народ".
Он сделал первый шаг вниз, и мягкий ветер, поднимавшийся с площади, коснулся краев его белой одежды. С каждой новой ступенькой гул улиц становился громче, различимее. Где-то работали кузнецы, по камню стучали тележные колеса, раздавались приветственные выкрики торговцев, запах жареного мяса смешивался с ароматом трав.
✦ ✦ ✦
Достигнув главной площади, Астар не задержался — лишь оглядел привычную картину торговцев, спорящих ремесленников и шумных групп молодых абиссалов, а затем направился дальше, к окраинам Священного Града.
Его путь лежал туда, где жила самая простая часть народа: шахтеры, рабочие, молодые воины, еще не попавшие в отряды. Этот район был менее опрятным, но куда живее. Крики, звон, смех, запах угля и жареного мяса — все смешивалось в один плотный поток жизни.
Астар уверенно шел по узким проходам между скалистыми домами, пока перед ним не выросло большое здание, встроенное прямо в массив скалы. Три этажа, широкие окна, из которых тонкими струйками выходила дымка. У дверей толпились абиссалы — кто-то курил, кто-то азартно смеялся, кто-то спорил, жестикулируя так увлеченно, будто решал судьбу мира.
Заметив белую одежду и маску Астара, у входа сразу поднялся смешок и дружный возглас:
— Дух Пророка Бездны! Вы снова решили благословить нас своим визитом?!
Слова звучали не как поклонение — скорее как добродушный, почти семейный прием. Здесь не было напряжения, которое он ощущал в Храме.
Астар наклонил голову и на своем все еще немного ломаном, но уже гораздо уверенном языке ответил:
— В храме скучно. Заставлять учить меня… ха-ха.
У входа раздался дружный хохот. Кто-то хлопнул соседа по плечу, кто-то довольно поджал губы, а несколько абиссалов уважительно поклонились, пропуская его внутрь.
Астар шагнул через порог.
Его сразу встретила теплая дымка — густой туман от десятков курительных трубок.
Шум стоял плотный: крики игроков, звон монет, азартные вскрики победителей и недовольное рычание проигравших. Каждый стол был занят — кто-то раскладывал костяные карты, кто-то играл в кости, кто-то просто обсуждал последние новости.
У абиссалов не было алкоголя — и потому таверны выглядели иначе. Они были скорее игорными домами, местами, где азарт заменял хмель, а дым и смех служили их вечерним развлечением.
Астар на секунду задержался у входа, втягивая воздух и позволяя себе ощутить атмосферу этого места.
Мерита настойчиво просила его не делать этого: "Пророк не должен сидеть в дымных игорных домах и уж тем более показывать всем свое лицо".
Но, едва переступив порог, Астар снял маску, спрятал ее за пояс и достал небольшую, уже знакомую ему курительную трубку.
Один из завсегдатаев, заметив это, свистнул от восторга, другой одобрительно ударил соседа локтем.
Астар подкурил трубку, сделал короткую втяжку и позволил дыму медленно выдохнуться сквозь зубы. Легкий горький аромат заполнил легкие, а тело незаметно расслабилось еще чуть сильнее.
Улыбнувшись, он двинулся прямиком к самому большому столу — длинному, широкому, вырезанному из цельного куска скалы. Он был “роскошным” по местным меркам: на нем не было сколов, углы были отполированы, а на каменной поверхности вырезаны символы удачи.
Там постоянно сидел хозяин заведения — высокий четырехрукий абиссал по имени Грар’хум, которого Астар уже успел немного узнать. Тот обладал громким смехом, тяжелым взглядом и привычкой одновременно курить и перебирать игральные кости всеми четырьмя руками.
Заметив Астара, Грар’хум поднялся, раскинув руки, будто приветствуя старого друга:
— Дух Пророка Бездны! А я уже думал, что мы вам надоели!
За столом раздался смех, кто-то даже поднял трубку в приветственном жесте.
Астар усмехнулся в ответ и чуть наклонил голову.
"Время практиковать язык… и собирать слухи," — подумал он. "Иногда это полезнее, чем штудировать книги."
Он подошел ближе, чувствуя, как внимание всего стола естественно переключается на него. Никто не боялся, никто не тяготился его присутствием — и именно это делало подобные визиты такими ценными.
— Можете садиться где хотите, — весело сказал Грар’хум. — Сегодня ставки высокие, а новости горячие!
— Новости люблю, — произнес Астар на их языке, уже без видимого напряжения.
Снова раздались смешки, и кто-то хлопнул ладонью по столу, приглашая его присоединиться.
Астар сел, положив трубку рядом, и тихо вдохнул дух этого места — шумного, искреннего, живого.
Он уже знал, что пробудет здесь всю ночь.
Сбор слухов, разговоры с простыми абиссалами, наблюдение за их жестами, словечками, реакциями — все это раскрывало Священный Град куда лучше, чем бесконечные лекции.
И сегодня, как и в предыдущие разы, он был готов внимательно слушать.
И задавать нужные вопросы.